Basketball diaries
Блог
Трибуна

«ЦСКА для нас «империя зла». Создатели «Урал-Грейта» вспоминают революцию в русском баскетболе

«Кто лучше всех играет в баскетбол?

«Урал-Грейт» — чемпион!»

Эти незамысловатые строчки песни, посвященной команде «Урал-Грейт», в начале нулевых знала вся Пермь. И не только Пермь. Местный баскетбольный клуб – первый и по сей день единственный, кто сумел прервать гегемонию ЦСКА в чемпионате России. Спустя 20 лет в свет выходит книга Комета «Урал-Грейт» – о той знаменитой команде и людях, событиях, явлениях, определивших образ жизни многих поклонников баскетбола в нашей стране.

С разрешения издателей и автора книги – в прошлом спортивного журналиста Александра Федотова – Sports.ru публикует ее фрагменты.

Чайковский, пиво, идея

Баскетбол в Перми, конечно, был и раньше, до «Урал-Грейта». В 60-е годы прошлого века в первенстве РСФСР выступало пермское «Динамо», на смену которому потом пришла студенческая команда «Политехник». Именно она после распада Советского Союза представляла свой регион в российском чемпионате. Ну, как представляла — спокойно поигрывала, решая локальные задачи, в низших дивизионах. Баскетбольные традиции и достижения, прямо скажем, так себе. Не то что не Москва или Питер — даже близко не Самара с Саратовом.

Однако за любым видом спорта, его традициями и победами, всегда стоят люди. Та самая роль личности в истории. В истории пермского баскетбола, разросшейся впоследствии до всероссийского и международного масштабов, эта личность очевидна и общеизвестна. Сергей Кущенко. Уроженец Новых Лядов, поселка городского типа в Пермском крае, увлекся этой игрой в школьном возрасте. Увлечение переросло в дело всей жизни, привлекло или обратило в свою веру друзей-единомышленников, ставших его верными адептами. Все как в рок-музыке, второй после баскетбола любви Кущенко: «Битлз» и другие легендарные группы ведь тоже начинали удовольствия ради — своего и ближайших знакомых.

Генеральный директор, президент «Урал-Грейта» Сергей Кущенко: — Баскетбол в моей жизни появился в седьмом классе школы — благодаря учителю физкультуры Виталию Турсунову. Двухметровый молодой преподаватель основательно привил нам, молодым ребятам, любовь к игре. Ну, и пошло-поехало. Тренировки, первые соревнования, затем команда университета, сборная области… Вернувшись из армии, я продолжил играть в баскетбол. В итоге доигрались с друзьями до того, что в начале 90-х собрали у себя в Новых Лядах любительскую команду. Назвали «Грейт». Почему именно «Грейт»? Увидел это слово в газете — по-английски, с большой буквы: «Great». Оно мне понравилось. Не поленился, посмотрел перевод — в нем и впрямь было величие, какая-то большая, крутая история. Подумал: надо брать! Для начала назвал так свою компанию — параллельно с увлечением баскетболом я активно занимался бизнесом. Потом слово «Грейт» появилось на майках нашей команды.

Кто знает, возможно, «Грейт» и баскетбол так и остались бы местечковой историей, если бы одним погожим майским днем 1995 года в городе Чайковском, известном в Пермском крае своим комбинатом шелковых тканей, Кущенко и компания не собрались попить пива — по случаю победного для их команды финала первенства области. Как гласит легенда, в ходе этого приятного (при условии, что знаешь меру) занятия и родилась идея: а не замахнуться ли нам?..

Сергей Кущенко: Наша команда быстро выбилась в число лучших в Пермской области. Вместе с друзьями-баскетболистами — Владиком Исаевым, Славой Королевым, Сашкой Антоновым, Володей Мартыненко, Андрюхой Язевым — мы подсобрали играющих ребят, сами всем управляли, составили график тренировок, обзавелись хорошими кроссовками и своей формой. Помню, первые майки, бренда Майкла Джордана, я привез из Эмиратов. Нанесли на них название — которое, правда, быстро отпало. Потом чего только не писали на форме для привлечения внимания: «Рок-н-ролл жив», «Джаз-банда», «Хотите заработать? Разместите здесь рекламу»! Шоуменили уже тогда. У «Грейта» появились свои болельщики, а наше противостояние с командой «Политехник», представлявшей тогда Пермь в Высшей лиге чемпионата страны, стало настоящим дерби. И вот в мае 1995 года в Чайковском, где традиционно проходил финал первенства Пермской области, мы у них снова выиграли. Сидим после победы в гостинице «Волна», пьем пиво. Вдруг к нам в номер заходит главный судья соревнований, авторитетный пермский специалист Валерий Васильевич Харитонов, и говорит: «Послушайте, „Грейты“, да вы лучше организованы и намного интереснее смотритесь, чем „Политехник“, — вот кому надо играть за Пермь в Высшей лиге!» Мы сразу подхватили этот импульс от Харитонова. Завелись. Наверное, пиво сыграло свою роль. Хотя так и происходят великие дела.

Президент (с 1995 по 1998 годы) «Урал-Грейта» Александр Антонов: Тогда же в Чайковском у нас состоялся разговор с игроками «Политехника», среди которых был Слава Шушаков. Ребята пожаловались, что в клубе не все в порядке в плане организации, есть проблемы с финансированием. В общем, решение создать новую команду назревало. И мы перешли от слов к делу. Через несколько дней провели совещание в «Спортивке» — гостинице «Спортивная», где находился офис бизнес-компании Кущенко. Насколько я помню, помимо Сергея и меня, в нем участвовали Владик Исаев и Володя Мартыненко. Мы основали фонд поддержки игровых видов спорта, под эгидой которого и была образована команда «Урал-Грейт». Президентом этого фонда и, соответственно, клуба стал я. При этом, конечно, Сергей Кущенко всегда находился рядом и, как идейный вдохновитель нашего проекта, принимал все стратегические решения.

Один из учредителей «Урал-Грейта» Владимир Мартыненко: В нашей баскетбольной компании Серега (Кущенко), конечно, являлся движущей силой. Да, в баскетбол мы с Владькой Исаевым играли получше, ведь занимались с детства. Зато Сергей преуспел в бизнесе и, как творческий человек, всегда был полон идей. Помню, с каким энтузиазмом и энергией он взялся за дело. Однако баскетбольный клуб — это не только любимая игрушка, но еще и финансы. Один только взнос за участие в чемпионате Высшей лиги, если не ошибаюсь, составлял полмиллиона рублей. Являясь учредителями, мы скинулись по сто тысяч рублей. Думали ли тогда, перед первым сезоном, куда это приведет? Ну мы же спортсмены — если играть, то выигрывать!

***

Официальной датой рождения клуба принято считать не тот знаменательный майский день, когда Кущенко со товарищи, не выпуская из рук бутылок пива, подхватили посыл Харитонова, а 16 июня 1995 года. Именно тогда был создан фонд поддержки игровых видов спорта «Урал-Грейт». Вопрос с названием команды и, соответственно, фонда решили просто. К звучному, но заграничному слову «Грейт» приплюсовали свое, родное — «Урал».

Защитник, капитан «Урал-Грейта» Вячеслав Шушаков: Помню, Валентиныч приходил на тренировки и спрашивал: как назовем команду — «Грейт» или «Скай»? Так, по-английски «Great» и «Skies», назывались его фирмы. Многие не понимали, что это вообще означает. Но кто-то заметил, что здесь нет никакой связи с Пермским краем. Поэтому перед словом «Грейт», которое больше всего нравилось Кущенко, добавили: «Урал».

Сергей Кущенко: Дело пошло сразу. Мы ведь были уже такие системные ребята — все немножко бизнесмены. Сашка Антонов предложил создать фонд игровых видов спорта — для решения финансовых вопросов команды. Общее для нового клуба и фонда название тоже родилось быстро. Кто-то из нас предложил прибавить к имевшемуся «Грейту» слово «Урал» — чтобы все видели, какой географический регион в России мы представляем. Так и записали: «Урал-Грейт».

Закамск: новый зал, драки, Макарена

Обновленная, хорошо подготовленная Бородиным команда одержала 26 побед в 32 матчах и заняла второе место в Дивизионе «Б» Высшей лиги, пропустив вперед только московский «Коник» (был такой амбициозный клуб, который в свое время пошумел и в Суперлиге — пока не закончились деньги). Но сезон 1996/97 запомнился не только высоким спортивным результатом. Еще «Урал-Грейт» обрел новый дом — переехал из зала 49-й пермской школы в только что построенный в районе Закамск спорткомплекс «Прикамье». У клуба появилась инфраструктура (территория, где находился спорткомплекс, включала в себя тренажерные залы и футбольный стадион с беговыми дорожками), и он стал частью местного спортивного сообщества.

Закамск отличала особая атмосфера — здесь жили и тренировались представители многих видов спорта, прежде всего боевых и различных единоборств. Баскетболисты быстро влились в эту тусовку — поддерживали друг друга на соревнованиях, устраивали совместные вечеринки. С нынешними временами не сравнить, когда контракты игроков позволяют ни в чем себе не отказывать. Тогда же денег катастрофически не хватало, а ребята молодые — энергии и аппетита не занимать. Поэтому друзья и знакомые, бывало, их подкармливали, приглашая в гости к своим родителям. Ничего необычного — это 90-е.

Сергей Кущенко: Второй сезон мы начали в том же зале 49-й школы. А потом Геннадий Кузьмицкий, руководитель крупного предприятия в Закамске и большой поклонник баскетбола, говорит мне, что построил новый зал — приезжайте. Приехали, посмотрели — он казался таким громадным и красивым, с балконами! Закамск показал, как в конкретно взятом районе могут любить конкретную команду. У нас не было ни одной игры с полупустыми трибунами — люди приходили даже на тренировки. «Урал-Грейт» обзавелся домом, обустроил зал: хороший паркет, современные баскетбольные стойки, уютные раздевалки. Знаете, я много поездил с командой и скажу, что по сравнению с большинством площадок, на которых тогда доводилось играть в Высшей лиге и Суперлиге чемпионата России, наш спорткомплекс «Прикамье» на 500 мест был как «Мэдисон Сквер Гарден».

Вячеслав Шушаков: Закамск считался этаким спортивным районом города Перми. До появления баскетбола он был известен своими боксерами, борцами и дзюдоистами. В общем, без знакомых туда лучше не соваться. Мы быстро со всеми подружились. Хотя иногда проблемы возникали. Ведь девушек и дискотеки никто не отменял. А в Закамске только дай повод подраться. Помню, один из наших игроков увел даму у борца. Между ребятами вспыхнул конфликт — сцепились прямо на танцполе. Потом, правда, успокоились. Понятно, что для этого пришлось посидеть и выпить мировую. Да уж, веселое было время! Все молодые и холостые. Дискотеки, студенческие общаги, тусовки. Нескольким парням клуб снимал пятикомнатную квартиру в Закамске. Мы там часто «зависали» едва ли не всей командой. Какой смысл ехать в город после вечерней тренировки, когда на следующее утро опять идти в зал?..

Форвард «Урал-Грейта» Михаил Дмитриев: Закамск был суровым районом. Вроде всего 30 километров от центра города, но в те годы при отсутствии мостов и хорошей дороги он являлся далеким и обособленным. Главная достопримечательность — пороховой завод, на котором работали большинство местных жителей. До появления баскетбола здесь развивали боевые виды спорта — борьбу и бокс. Команду «Урал-Грейт» поначалу восприняли настороженно. Однако нам удалось завоевать симпатии. Причем еще до того, как мы начали играть и побеждать. Дело было в День города, 12 июня. На центральной площади собралось много народа, играла музыка. А тут мы всей командой вышли прогуляться. Нас увидел диджей и решил представить — мол, с нами баскетболисты, которые будут играть в Закамске. Все на нас посмотрели — ноль реакции. И вдруг зазвучала «Макарена», главный хит того лета. А мы с ребятами недавно приехали из Египта (путевки туда — подарок от руководства клуба после первого сезона), и вот ведь случай — как раз научились танцевать макарену у тамошних аниматоров! Теперь представьте картину: десяток двухметровых парней встают в ряд и начинают заученные движения в такт этой популярной песне. В общем, произвели настоящий фурор! Можно сказать, именно с «Макарены» началась любовь Закамска к баскетбольной команде «Урал-Грейт».

И пришел Белов

Одним солнечным летним днем 1999 года Евгений Пермяков, креативный директор, шоумен и ведущий домашних матчей «Урал-Грейта», прогуливался с женой и дочкой по центру Перми. Вдруг дорогу им перегородил автомобиль. Из окна машины высунулся Сергей Кущенко и закричал: «Женя, мы подписали Белова!»

Пермяков, как и любой другой сотрудник клуба, игрок или болельщик команды, оказавшийся в этот момент на его месте, Кущенко не поверил. Первая мысль: розыгрыш. Великий Сергей Белов — легенда баскетбола, главный герой финала Олимпиады-1972 (20 очков в драматичном матче с американцами), единственный представитель этого вида спорта, зажигавший огонь на церемонии открытия летних Игр, наконец, знаменитый и успешный тренер (сборная России под его руководством дважды подряд, в 1994 и 1998 годах, завоевывала «серебро» чемпионата мира) — будет работать в Перми?! Да быть такого не может!

Оказалось — может!

Сергей Кущенко: После фиаско на финише последнего сезона стало очевидно: в клубе назрели перемены. Понятно, что нам надо было искать нового главного тренера. Но о Белове я не думал. Почему? Считал, что это слишком большая величина для Перми. А потом приезжаю на очередной исполком РФБ, сижу с ним за одним столом, возьми да и спроси: «Сергей Саныч, не хотите к нам в Пермь, попробовать?» Он мне с ходу отвечает: «Чего-то ты долго ко мне идешь. Я давно готов». И все!

Форвард «Урал-Грейта» Андрей Шейко: В сезоне 1998/99 Белов частенько приезжал в Пермь, ходил на матчи «Урал-Грейта». Но никто из нас и подумать не мог, что он станет главным тренером команды. Когда Кущенко сообщил об этом, ему не сразу поверили. Сам Сергей Белов будет работать у нас?.. Да ладно!

Михаил Дмитриев: В клуб пришел человек-легенда. Многие из нас раньше видели его только по телевизору и на фотографиях в журналах. Одна из таких фотографий, на которой Сергей Белов бросал мяч в кольцо в фирменном прыжке, висела у меня дома над кроватью. И вот он приходит в «Урал-Грейт», начинает тренировочный процесс, что-то нам говорит и подсказывает… Невероятно! Авторитет у Сергея Александровича, конечно, был непререкаемый. Помню те свои ощущения: когда Белов о чем-то просил, ни о каких возражениях и сомнениях в правильности его слов не могло быть и речи. Ты просто говорил «да, сэр!» — и бежал выполнять. Причем это касалось не только нас, игроков. У Белова учились все, включая руководителей клуба и самого Кущенко.

Форвард «Урал-Грейта» Александр Башминов: Уровень личности главного тренера, если сравнивать с тем же Гооге, был совсем другой. Колоссальный. Для всех ребят — и молодых, и опытных — Белов являлся непререкаемым авторитетом. Спорить или вступить в полемику с Сергеем Александровичем? Да даже посмотреть на него как-то не так было опасно для жизни. (Ну, не для жизни, естественно, а как минимум для твоего игрового времени.) Белов привил команде запредельный уровень мотивации. Заставил поверить в то, что мы можем быть на самой вершине, поверить в себя.

Тренер «Урал-Грейта» Владимир Полуянов: Сергей Саныч — это герой, спустившийся к нам со спортивного олимпа небожитель. Считаю его своим первым тренером, потому что я учился у него. По тем публикациям в журналах и книгах, в которых Белов рассказывал о баскетболе. Он пришел в команду и сразу обозначил: в нападении будем играть так, защиту построим так. Помню предсезонную стадию подготовки. Саныч смотрел на игроков, оставшихся с предыдущего сезона, и делал диагностику — кто потянет и готов идти дальше с нами. Не все подошли под этот уровень. Пришлось перекраивать состав, появились новые ребята, иностранцы. Белов обозначил нам курс на чемпионство. ЦСКА? Вечных чемпионов не бывает — эта мысль, предчувствие штурма вершины постепенно проникали в головы игроков и работников клуба. Благодаря Санычу и Вальдасу Хомичюсу, еще одному человеку, для которого существовало только первое место.

Чика

Сергей Чикалкин. Он же — Чика. Лучший баскетболист России в чемпионском для «Урал-Грейта» сезоне 2000/01 — и этим все сказано.

До перехода в «Урал-Грейт», в 1999 году, Чикалкин не был ноунеймом. Его уже знали и ценили — как отличного снайпера, способного своими бросками решить судьбу матча. Шутка ли: к тому моменту он уже являлся трехкратным призером чемпионата (две «бронзы» в «Самаре» и «серебро» в саратовском «Автодоре»). Однако именно в Перми Чика стал тем, кем он стал. Игроком топ-уровня. Любимцем публики. Лучшим. И он сам это отлично знает.

А ведь всего этого могло и не случиться…

— В сезоне 1998/99 я играл в Саратове, но бахнул финансовый кризис, курс рубля упал по отношению к доллару раз в пять и начались проблем с зарплатой, — вспоминает Сергей Чикалкин. — В общем, остался без клуба. А найти новый никак не удавалось. Все лето я занимался индивидуально в родной Самаре да ходил на рыбалку. Уже подумывал сделать паузу в карьере — пропустить сезон. Вдруг — звонок от Кущенко: «Серега, не хочешь ли поиграть за „Урал-Грейт“? Беру тебе билеты в Пермь — собирайся, если готов». Ну, я и собрался. Потом выяснилось, что это пермские ребята, Пегушин и Шейко, с которыми мы в том году играли за студенческую сборную на Универсиаде, рекомендовали обратить на меня внимание. Подняли мою статистику. Белов — он только пришел главным в «Урал-Грейт», — наверное, ее оценил, вспомнил игрока Чикалкина и сказал: надо брать.

— Мы его смотрели, знали и понимали, что это хороший «шутер», — подтверждает Сергей Кущенко. — Да, можно сказать, что оказались в нужный момент в нужное время — пригласили в «Урал-Грейт», когда Сергей находился на распутье, без команды. В результате звезды сошлись.

Чикалкин приехал и остался в Перми на два года. Самых успешных и счастливых в его спортивной карьере. Он искренне полюбил клуб, город, местных жителей. И эта любовь была взаимной.

— В Перми меня поразили люди, — продолжает Чикалкин. — Да, город казался мрачноватым — особенно зимой, когда снег идет без остановки, минус 30 и очень рано темнеет на улице. Но вот местные жители с их особым менталитетом, гостеприимством сразу располагали. Очень большая разница, например, с Поволжьем. Помню, только приехал в Пермь, вышел прогуляться и спросил у первого встречного — мол, как пройти туда-то? В большинстве других российских городов тебе бы просто указали дорогу рукой — двигай в ту сторону. А тут человек говорит: «Давайте я вас доведу, потому что сами там не пройдете, заблудитесь». Причем это был не единичный случай — позже я неоднократно сталкивался с таким отношением пермяков даже к незнакомым людям.

Пермь и «Урал-Грейт» вынесли Сергея Чикалкина на баскетбольный олимп. Произошло это во многом благодаря гению, профессиональному чутью Сергея Белова. Авторитетный тренер и великий в прошлом игрок, сделавший сам себя таким через ежедневный изнурительный труд, увидел в Чикалкине искру — тот талант, который оставалось развить, направить в нужное русло. Чика принял требования Белова. Тренер и игрок нашли друг друга.

— Чика как игрок сделан Сергеем Александровичем Беловым. От и до, — убежден Кущенко. — Саныч просто внушил ему, баскетболисту с хорошими данными, что если он будет выполнять указания Белова, а главное — понимать, что это помогает, то результат придет. Что в итоге и произошло в Перми. Сергей Чикалкин вырос в топового игрока. В уникального снайпера с феноменальным броском.

— Чика очень классный человек. Он любил играть в баскетбол, но когда приехал в Пермь, ему казалось, что это можно делать одному, — вспоминает второй тренер «Урал-Грейта» Вальдемарас Хомичюс. — Белову и команде потребовалось время, чтобы игрок понял, чего от него хотят. Чике не очень нравилось работать со штангой. Помню, во время турне по Америке у нас с ним произошел конфликт по этому поводу. Он отказывался идти в тренажерный зал перед игрой, ссылаясь на долгий переезд. В итоге все же согласился, а затем набрал больше 40 очков в матче с топовой университетской командой. После этого случая Сергей занятия со штангой уже не пропускал. Ведь когда дом стоит на хорошем фундаменте, он не трещит. Чика осознал, что сильные ноги откроют ему больше возможностей и дадут уверенность в самой игре.

— На протяжении всей своей спортивной карьеры я не вылезал из тренажерного зала, —  говорит Чикалкин. — Понимал, что всегда должен быть готов физически — мои ноги должны «звенеть», только тогда могу играть на хорошем уровне. Поэтому никогда не отлынивал от работы в «тренажерке» и оставался дополнительно побросать после игровой тренировки. Стремился быть в идеальное форме, в стартовой пятерке. Полагаю, Саныч увидел во мне себя в его баскетбольные годы. Мы быстро нашли общий язык, можно сказать, симпатизировали друг другу.

***

В первом же сезоне, набрав форму, Чикалкин заявил о себе как об одном из лидеров команды. Он стал ее главной опцией в нападении, завершая большинство атак. 30 очков самарского снайпера во втором полуфинальном матче с УНИКСом в Казани подарили пермякам первые в истории клуба финал и медали чемпионата России.

— Оказавшись в Перми у тренера Белова, в напряженной рабочей обстановке и наэлектризованной баскетбольной атмосфере, Чика начал расти как игрок буквально на глазах, — говорит Кущенко. — Все это увидели еще в первом сезоне. Программа, которую ему предложил Саныч, работала, а сам он получал кайф от того, что делал на площадке. Чикалкина не надо было уговаривать пойти в тренажерный зал. Он шел туда первым — поприседать со штангой, поделать все эти упражнения на ноги.

— Первый год в «Урал-Грейте» лично для меня выдался очень тяжелым, — вспоминает Чикалкин. — Состав у нас был послабее, чем в следующем, чемпионском сезоне, нагрузка на лидеров выпадала приличная. Помню, играл почти без замен и во время матчей показывал Санычу, что, мол, все — задыхаюсь, набегался. Саныч меня не менял, а брал тайм-аут, чтобы я просто посидел, отдохнул. Так и выкручивались.

— Чикалкину потребовалось время для того, чтобы въехать в эту беловскую систему и внутреннюю атмосферу команды, — продолжает тренер «Урал-Грейта» Владимир Полуянов. — Он делал свое дело день за днем, поднимаясь все выше, и в результате нашел свое место, стал подлинным лидером. Пришел к этому прежде всего через труд. Из зала уходил последний. Привычная картина — закончилась тренировка, Серега говорит мне: «Борисыч, останься — подай-ка мне „полтяшечку“». И давай добивать привычную бросковую норму — со всеми этими «степ бэками», уходами вправо и влево, падениями. Чика до автоматизма отрабатывал свои коронки, чтобы потом демонстрировать их в игре.

Пик его карьеры — сезон 2000/01. «Урал-Грейт» с появлением таких топовых игроков, как Сергей Панов, Михаил Михайлов и Уилли Бэртон, превратился в чемпионскую команду, и Чикалкин был ее самой яркой звездой. Не поленился подсчитать: в 29 из 48 сыгранных в «золотом» сезоне матчей он набирал 20 и более очков! А в шести встречах ему удалось покорить гроссмейстерский 30-очковый рубеж.

Ну и как здесь не вспомнить финал чемпионата NEBL с «Жальгирисом». Это был невероятный перформанс Чикалкина, если хотите — театр одного актера: 38 очков (12 из 18 попаданий, включая 5 из 6 трехочковых) за 37 проведенных на паркете минут!

— Да, та игра в Перми, наверное, самое сильное воспоминание, — соглашается Чикалкин. — «Урал-Грейт» выиграл свой первый серьезный титул, причем, на международном уровне, а я в том матче с «Жальгирисом» едва не набрал 40 очков. Что я кушал накануне?! Честно говоря, не знаю, что тогда со мной произошло — просто не мог промахнуться. Хочу найти запись игры, внимательно пересмотреть. Был момент где-то за минуту до конца, когда я забил трехочковый метров с восьми-девяти. Атака только началась, но меня почему-то переклинило — решил, что заканчивается время на владение. Я потерялся в пространстве, прыгнул вперед, не успев осознать, как далеко от кольца нахожусь, и — бросил. Но, видимо, кураж уже был такой, что и этот мяч залетел!

Этот сумасшедший бросок в кольцо «Жальгириса» — не уникальный для игрока случай. Он умел удивлять болельщиков и шокировать соперников (а заодно и партнеров по команде) подобными трюками. В этом весь Чика. За такие невероятные, ни на кого не похожие по манере исполнения броски им восхищались не только в Перми.

— Порой со мной случались такие ненормальные вещи, которые я сам потом не мог объяснить, — говорит Чикалкин. — Я словно находился под гипнозом, не осознавал, что делаю. Из этой же серии мой бросок в Казани в концовке третьей игры финала. Мы ведь побеждали, скамейка начала праздновать чемпионство, и правильно было бы постучать мячом в пол до финальной сирены. Но я зачем-то бросил, едва перейдя центральную линию площадки… И ведь как у меня бывало: бросая в таком состоянии «несознанки», ты вроде не прилагаешь больших усилий и не ожидаешь, что попадешь, но так получалось, что я практически всегда попадал. Как?.. Почему?.. Не знаю.

— Его бросок много раз спасал команду и наши матчи, — вторит Хомичюс. — Уникальная техника исполнения! Признаться, даже не знаю, с кем из снайперов, которых я когда-либо видел, можно сравнить Чику — никто так не бросал мяч в кольцо. А самое главное — еще и попадал!

— Можно сказать, что с ним на площадке команда защищалась вчетвером, а атаковала вшестером, — считает форвард «Урал-Грейта» Андрей Шейко. — Защиты у Чики, объективно говоря, не было, но мы с пониманием к этому относились. Ведь все с лихвой компенсировала его игра в нападении. Обычная ситуация: не знаешь, что делать с мячом, — кидай в Чику, он решит. До сих пор перед глазами фирменный бросок Сереги. Не пойми какая техника, мяч лежал не на пальцах, а на ладошке — он его облизывал, как бильярдный шар. Но бросал — и попадал!

— Он сам не заметил, когда стал таким крутым, когда ему начали доверять эти важные броски, — говорит Кущенко. — Тяжело — отдайте Чике и уйдите все. Он раскачает оппонента, подпрыгнет на своих мощных, как я шутил — конькобежных ногах, перевисит всех в воздухе и выбросит мяч с длинной кисти точно в кольцо. Наш Майкл Джордан. Правда, в отличие от Джордана, Чика не пришел к этому результату сам. Он, повторюсь, «продукт» именно тренера Белова. То, как сложилась карьера Сергея после «Урал-Грейта» — довольно успешно, но уже без тех сумасшедших оценок, — подтверждает мои слова.

Чика — настоящий шоумен. Рубаха-парень, душа компании, любимец женщин. Из-за своей внешности, а конкретно — бритой головы, одно время партнеры по «Урал-Грейту» и сборной России прозвали его Бартезом. Уж очень он был похож на знаменитого французского футбольного вратаря. Чике такое сравнение льстило. Футбол он любил и любит. Хоть и не настолько сильно, как баскетбол и… рыбалку.

— Чика — весельчак, — резюмирует Кущенко. — Всегда с улыбкой, всегда соберет у себя в комнате компанию — поиграть в картишки, рассказать про любимую рыбалку. Перед каждым сбором просил: «Валентиныч, только давайте выберем отель, чтобы рядом море, озеро или какой-нибудь водоем!

Война

10 декабря в Перми во Дворце спорта «Молот» состоялась первая в сезоне очная встреча «Урал-Грейта» и ЦСКА. Противостояние этих клубов достигло своего апогея, переросло в нечто больше, чем просто баскетбол, игру главных претендентов на чемпионский титул. Это была война. На площадке и за ее пределами. Пленных не брали.

Военные действия вспыхнули еще в межсезонье из-за истории с Пановым. Дальше ситуация только накалялась, и вердикт РФБ в пользу игрока и «Урал-Грейта» не разрешил конфликт клубов — напротив.

Враждовали не только руководители, офисы и — непосредственно на паркете — игроки с тренерами. Болельщики и журналисты тоже подкидывали патроны в костер. Взрывы от него прилетали в них самих. Мне довелось стать свидетелем такой истории, вроде бы и комичной, но едва не закончившейся трагично для одного коллеги. Заинтригованы?

Дело было накануне памятного «Финала четырех» NEBL — праздника баскетбола в Перми (подробнее о нем читайте в следующей главе), омраченного решением тогдашних управленцев ЦСКА отправить на турнир второй состав команды. В самолете на пути к хлебосольным организаторам в нашей дружной журналистской компании оказался один скандально известный (в определенных кругах) мастер словесности. Ему как раз предстояло комментировать матчи на телеканале «Рен-ТВ». Находясь в состоянии подпития (по-другому журналисты раньше не летали), он довольно резко высказался в адрес Александра Яковлевича Гомельского: мол, такой праздник испортили по вине этой баскетбольной легенды и по совместительству президента армейского клуба.

На беду коллеги аккурат перед ним сидел и бодрствовал солидного вида мужчина, для которого Александр Яковлевич был как отец родной. Мужчина, потом выяснилось, оказался очень непростым. Наш комментатор понял это уже после приземления. Сложно сказать, что на него подействовало более отрезвляюще — серия оплеух или кортеж из машин, подруливших к трапу самолета для встречи московского гостя. Вердикт в адрес обидчика Гомельского звучал четко и ясно: ты не жилец. Помнится, Андрею Ватутину пришлось приложить максимум усилий, пустив в ход все свое обаяние и дар переговорщика, чтобы отменить похороны незадачливого коллеги. Тот же старался не выходить из гостиничного номера, а отработав матч, умчал прочь из Перми ночным проходящим читинским поездом.

«Урал-Грейт» на личности не переходил и Александра Яковлевича уважал. Но ходил по грани. Боевые листки, афиши, майки с подколами в адрес ЦСКА, кричалки болельщиков — все это накаляло атмосферу вокруг матчей.

Сергей Кущенко: Не стану отрицать, мы сами осознанно разогревали ситуацию перед матчами с ЦСКА. Эта накачка позволяла еще сильнее эмоционально завести команду: если игрок находился в хорошей функциональной форме, то превращался просто в монстра на площадке! При этом, конечно, нужно иметь холодную голову. Для этого у нас был тренер Белов. Но антураж, разогрев в преддверии игр, действительно, поддерживался на максимальном уровне. Одна из встреч с ЦСКА совпала по срокам с традиционным летним стритболом, который проводил клуб «Урал-Грейт». Мы с друзьями заявились на турнир командой под названием «ПротивоЦСКовцы». Майки с этой надписью вызывали у людей бешеный интерес — помню, отдал свою за какое-то неимоверное количество пива.

Представитель московского офиса «Урал-Грейта» Андрей Ватутин: Это была настоящая война. Но, говоря об этом сейчас, я улыбаюсь. Те вещи, которые мы делали — майки с надписями 5:1 (счет личных встреч команд перед плей-офф. — Прим. авт.), кричалки болельщиков и прочие способы унизить, вывести из себя соперника, кажутся мне смешными. На мой взгляд, все это выглядит глупо, потому что тем самым ты еще больше настраиваешь на матч против тебя. Даешь команде соперника дополнительную мотивацию. Но тогда мы были искренними в своих заблуждениях. ЦСКА являлся для нас «империей зла» и казалось, что эти элементы психологической войны — нагнетание истерии, раздразнивание в прессе — необходимы для победы. Сегодня, оглядываясь назад и основываясь на личном опыте, считаю, что это неправильно. Надо спокойно делать свое дело, и результат придет.

Сергей Кущенко: Нет, не считаю, что мы перегибали палку в отношении ЦСКА. Эта вражда пошла не от Перми, а от них. После сезона 1999/2000 армейский клуб стал немножечко проседать, терять позиции. Отсюда — административные подножки. История с несуществующим контрактом Панова, второй состав на «Финале четырех» NEBL и категоричный отказ переносить запланированную через сутки после турнира игру в российской лиге… Да, мы злили соперника, но эти эмоции тогда играли на руку «Урал-Грейту». Психологический перевес после первых побед над ЦСКА был на нашей стороне. Грех не воспользоваться. Что мы и делали, причем очень эффективно. Нам не надо было заходить к игрокам в раздевалку и говорить какие-то мотивационные слова. Все было настолько понятно — даты этих матчей обводили кружочком в календаре, команда их знала и ждала. Практически каждый матч с армейцами в том сезоне — как финал. Вместе с тем мы готовились к весне, когда предстояла решающая схватка.

Защитник «Урал-Грейта» Алексей Пегушин: Вспоминая те наши матчи, эти сумасшедшие зарубы на паркете, и сравнивая с тем, как играют сегодня, скажу, что баскетбол стал «женским» — в режиме «лайт». Ушла вся контактность, борьба, жесткость. Никого не хочу обидеть, но раньше, забивая сверху в непосредственной близости с соперником, тебе еще надо было подумать — как я приземлюсь и смогу ли вообще это сделать. Подбирая мяч, приходилось именно защищать его — иначе с руками оторвут. Люди якобы играли в мяч, а на самом деле — били в тело. Удар в борьбе — это еще не фол.

В этом, чемпионском сезоне «Урал-Грейт» проведет с ЦСКА восемь матчей — шесть в чемпионате России и два в NEBL. Каждая игра — отдельная, непохожая на предыдущую история. Будто эпизод из крутого сериала, который не отпускает тебя и пробивает на эмоции. В третьей и четвертой главах книги благодаря репортажам и послематчевым интервью, сохранившимся в архивах издания «Спорт-Экспресс», вы снова вспомните или впервые для себя откроете: как это было.

Противостояние «Урал-Грейт» — ЦСКА в сезоне 2000/01 — классика российского баскетбола. Навсегда.

Сергей Чикалкин: Сложно выделить какой-то из наших матчей с ЦСКА. Каждый из них являлся особенным, к каждому готовились с одинаковым настроем — с желанием отдать все силы ради победы. Если с иным соперником можно было позволить себе расслабиться, сыграть не на максимуме, то про ЦСКА так не скажешь. Здесь выходили как на последний бой, даже после того, как выиграли у них несколько матчей подряд. Помню, перед одной из игр в Перми у меня заболела нога — дала знать травма. В тот момент не думал о последствиях, потому что очень боялся подвести команду. Сделали массаж, заморозку, и я вышел на площадку. Отыграл на адреналине, набрал очков 30.

Форвард «Урал-Грейта» Сергей Панов: Конечно, чувствовался этот адреналин и общий ажиотаж вокруг наших матчей с ЦСКА. Мы понимали, что хотим и можем достичь большого результата. Но здесь была не только наша заслуга, но и самих соперников, которые потихонечку разваливались. Еще перед сезоном, на стадии формирования команды — после назначение главным тренером Валеры Тихоненко и приглашения некоторых игроков — стало ясно, что ЦСКА уже не такой страшный монстр.

Сергей Кущенко: В разгар баскетбольной войны «Урал-Грейта» с ЦСКА на один из матчей в Пермь приехал Александр Яковлевич Гомельский. Чтобы как-то понизить градус отношений я попросил его обратиться с приветствием к болельщикам. Объявляют Гомельского — и многотысячный «Молот» начинает свистеть, не дает возможности сказать. Пришлось выходить самому, просить проявить уважение к великому тренеру. Зал успокоился, Александр Яковлевич сказал хорошие слова. А заодно разрядил обстановку и всех нас насмешил, когда назвал пермяков «пермячами». Впрочем, началась игра и война продолжилась — на площадке.

Пожизненный абонемент, культурный шок, «Грейт-фрукт» и «Падонки»

Первое организованное и шумное сообщество фанатов «Урал-Грейта» образовалось в Закамске. По мере развития клуба разрасталась и аудитория болельщиков. Свою роль в этом сыграл и Интернет — его эволюция и продвижение привели к возникновению на гостевой книге клубного сайта новых сообществ. В их числе — так называемые «Падонки» и «Грейт-фрукт». Первые — самые отвязные и веселые в фанатской тусовке, вторые — более воспитанные, интеллигентные ребята, которые не просто любили баскетбол, а сами регулярно в него играли («Падонки» редко собирались побросать мяч — в основном они выпивали).

Со временем все познакомились не только в Сети, но и офлайн, у болельщиков появились свои культовые места в городе, например бар «Крутые ступени». А главное — они беззаветно любили «Урал-Грейт». Эти парни и девчонки составляли тот самый кричащий, дудящий и бьющий в барабаны фан-сектор на домашних матчах команды в «Молоте».

Болельщик команды Антон Ботов: Это случилось в 1996 году, «Урал-Грейт» уже играл в Закамске, и Сергей Кущенко, с которым мы хорошо общались — оба увлекались музыкой, работали диджеями, — пригласил нашу компанию ребят на матч: мол, помогите, создайте движуху. Никто из нас толком не разбирался в баскетболе, но мы все равно пришли поддержать команду. Нам понравилось. Так возникло некое сообщество людей, полюбивших игру и «Урал-Грейт». Постепенно этот ближний круг знакомых стал расти, подходили ребята со стороны, начались выезды в другие города. Помню, на одном из первых из них, в Саратове на матче с «Автодором», мы так активно болели, что в перерыве подошли сотрудники милиции и сказали, что губернатор области Аяцков требует сидеть спокойно, иначе всех выгонят из зала.

Ведущий на домашних матчах Александр Гриценко: Фан-зона — это отдельная, большая веха в биографии «Урал-Грейта». Туда входили абсолютно разные люди. Это были и бизнесмены, и офисные менеджеры, и совершенно простые люди. Всех их объединил баскет в какую-то добрую, заботящуюся друг о друге семью. Да, многие поначалу не понимали нюансов и правил игры — слишком стремительно, динамично все развивается на площадке. Если в футболе или хоккее ты стопку бахнул после гола и расслабился, то здесь в таком темпе, отмечая каждый заброшенный мяч, можно очень быстро накидаться.

Болельщик команды Сергей Богуславский: Мы с женой регулярно ходили на домашние матчи команды. Один из таких походов наша семья запомнила на всю жизнь. Дело было в январе 1999 года, еще при тренере Гооге. Играли с черемховским «Шахтером», билеты купили практически под самый потолок «Молота» — сами-то студенты, денег особо не водилось. Супруга Лена находилась на девятом месяце и через пару недель, по оценкам врачей, должна была рожать. Но, видимо, она так перенервничала на трибунах, что пришлось ехать в роддом едва ли не сразу после матча. На следующий день у нас родился сын Олег. Эту историю я написал на гостевой «Урал-Грейта», после чего меня разыскал пресс-атташе Женя Пермяков и сообщил, что клуб… хочет подарить нам пожизненный абонемент на домашние матчи команды! Вручали уже в следующем сезоне, в торжественной обстановке. Помню, ребенок страшно боялся атмосферы семитысячного «Молота» и от издаваемого болельщиками шума начинал плакать. Когда нас пригласили на паркет, специально чтобы успокоить сына, дали ему соску со сладким компотом. Это был первый и единственный случай с пожизненным «вездеходом» на игры «Урал-Грейта». Часто ли им пользовались? Конечно! Сын практически с пеленок ходил с нами на баскетбол. У него было свое пожизненное место в секторе D — ну, и нам пришлось приобретать абонементы с местами рядом.

За годы истории «Урал-Грейта» сформировался феномен пермского болельщика. Это большое сообщество людей, очень преданных своей команде и баскетболу, а кроме того, людей квалифицированных, грамотных и корректных. Неудивительно, что Пермь стала любимой и самой успешной домашней площадкой для сборной России, которая выиграла здесь все свои матчи! Влияние местных болельщиков на результат было очевидно и в первом чемпионском сезоне «Урал-Грейта».

Алексей Пегушин: Наши болельщики, безусловно, влияли на игру и результат. Даже на решения тренерского штаба. Часто бывало — сидишь на «банке», команда играет и все идет по плану, но тут переполненный «Молот» начинает орать: «Пегу! Пегу!» Люди хотели видеть своих, пермских игроков — меня, Массу, Славу. У Белова, конечно, имелось свое видение, однако куда деваться, когда весь зал орет? Саныч поменжуется да и выпустит на площадку.

Александр Гриценко: Атмосфера вокруг команды, общение игроков с болельщиками — особая история. Никогда не было так, что одни — короли «поляны», где-то сверху, а другие — далеко внизу, на трибунах. Ничего подобного! Все чувствовали себя частью одной большой команды, баскетбольной семьи. Парни из «Урал-Грейта», те же Кущенко или Хомичюс, могли запросто прийти к нашим фанам в бар, посидеть и обсудить матч, ответить на вопросы. Коммуникация клуба с болельщиками была постоянной. Мы оперативно реагировали на их просьбы (барабаны, дудки, флаги, плакаты — что угодно), а они с готовностью велись на любые наши идеи. Так, на одном из матчей придумали им танцевальный номер. Это был культурный шок, когда вместо группы поддержки на площадку выбежали взрослые пузатые мужики! 

Антон Ботов: Игроки команды — и звездные парни, которые пришли позднее, и тем более свои, пермские — всегда хорошо контактировали с болельщиками, понимали, что мы заодно, вместе. Нас приглашали на мероприятия клуба, мы запросто общались в неформальной обстановке. Да что там говорить! Один из игроков «Урал-Грейта» на таких посиделках в баре познакомился с девушкой из нашей болельщицкой тусовки. Теперь они муж и жена, у них двое замечательных детей.

***

Отдельная тема – выезды болельщиков «Урал-Грейта» в другие города. Они начинались спонтанно, еще во времена Закамска, и превратились в организованную историю при поддержке клуба. Пермь, в свою очередь, стала баскетбольным центром притяжения для фанатов со всей страны. Люди специально приезжали на домашние матчи «Урал-Грейта» — брали отпуска, останавливались в гостиницах или у родственников. На одной из топовых игр в «Молоте» насчитали болельщиков из 18 российских городов — от Кирова до Омска!

Для самих пермяков наиболее памятным, можно сказать, знаковым местом являлся зал УСК ЦСКА. Выезды в Москву — это всегда драйв, приключение.

Болельщик команды, впоследствии — сотрудник офиса клуба Александр Попов: Какое-то время мы ходили на игры разрозненно — знали друг друга только по никам в гостевой книге клубного сайта. Впервые познакомились вживую перед финалом плей-офф с ЦСКА. В том, самом первом при Белове. Кто-то из армейских ультрас написал в гостевой: «Вы готовы драться?» На что мудрый Сергей Богуславский ответил: «Зачем драться, когда можно решить наш спор на баскетбольной площадке». Последовала реакция: «А что, так можно было?» Завязалась переписка с группой адекватных болельщиков ЦСКА, и мы договорились провести в Москве свой товарищеский матч. Помню, перед отъездом на финал экстренно собрались на тренировку в зале Политехнического университета, увидели друг друга в лицо. Уровень подготовки у людей, понятно, был разный. Но желания и драйва полно. Так и сплотились, сдружились. Поехали на первый большой выезд в Москву, сыграли с армейскими фанами — то ли вничью, то ли совсем немного уступили, уже забыл. Но главное — образовалась эта группа фанатов «Урал-Грейта». Мы искренне любили баскетбол и активно общалась не только между собой, но и с болельщиками из других клубов — того же ЦСКА, УНИКСа, «Самары».

Сергей Богуславский: Хорошо помню первый выезд в Москву на матч с ЦСКА. Мы кинули клич, купили билеты и помчали. Набралось тогда человек 20. Никто друг друга не знал, познакомились уже в поезде. Как оказалось, это было только начало. Фан-клуб «Урал-Грейта» увеличивался с каждой последующей поездкой. В чемпионском сезоне 2000/01 на полуфинал с ЦСКА нас приехало уже двести человек. Это было нечто феерическое! В такие моменты понимаешь, что есть настоящий коллектив единомышленников. 

***

Сообщество фанов «Урал-Грейта» росло с каждым годом, и в сезоне-2000/01 достигло внушительного размера. На матчи в Москву и Казань выезжали по два автобуса или один-два вагона с болельщиками. Люди бросали все свои дела, брали отгулы на работе, отпрашивались у семей. Сутки туда — игра — потом сутки обратно… Не скажу, что это подвиг, но что-то героическое в этом есть (©). При этом никаких аналогий с футболом — все проходило мирно, на позитиве. Болельщики из Перми и других городов дружили между собой. Обязательно встречались, культурно выпивали перед матчем, братались и болели каждый за свою команду. А после — опять общались, опять культурно выпивали.

Александр Попов: Особенно, конечно, запомнились поездки в Москву на битвы с ЦСКА и в Казань на чемпионские финалы с УНИКСом. В них рождался этот коллектив единомышленников — разных людей, которых объединила одна команда и любовь к игре. Много было всяких историй. Появилась эта поговорка «До моста — три тоста» — как раз укладывались перед дальней дорогой. Не все, скажем так, выдерживали такой темп. Случались очень смешные курьезы. Как-то перед очередным выездом народ присел в культовом в те годы для болельщиков заведении «Крутые ступени». Дело было в пятницу, посетители и столы объединились. Выпили, дружно погрузились в автобус. Утром, когда подъезжали в Казани, один человек проснулся и вдруг спросил: «Где я? Мне бы домой сейчас». Пришлось ему объяснить, что это невозможно. Вот так этот мужчина, который, как выяснилось, просто заглянул в бар в пятницу вечером, неожиданно для себя съездил поболеть за «Урал-Грейт»…

Комета «Урал-Грейт»

В процессе работы над книгой долго я не мог определиться с ее названием. Пока не встретился с Алексеем Пегушиным. Как заметил Кущенко, без таких персонажей не бывает крутых команд. Харизматичный лидер и «несносный ребенок» в составе «Урал-Грейта», ныне — серьезного вида функционер, один из руководителей Ассоциации «Калий-Баскет». Для того чтобы поговорить о клубе и людях, которые определили его карьеру и судьбу, он преодолел на машине почти две сотни километров — от Березников, где сегодня живет и работает, до центра Перми.

В конце нашей двухчасовой беседы Пега (обращаться к нему по имени-отчеству — Алексей Юрьевич — не смог себя заставить, да он бы и сам очень удивился такому повороту) вдруг произнес: «„Урал-Грейт“ — это комета. Смотри, придумал тебе название для книги».

И правда: сравнение с кометой — небольшим небесным телом (она же — «хвостатая звезда»), — очень подходит для «Урал-Грейта». Баскетбольный клуб из Перми, подобно яркой комете, прилетел и осветил пространство вокруг себя: изменил отношение людей к игре баскетбол и спорту как зрелищу, спровоцировав настоящий бум в целом регионе.

Алексей Пегушин: «Урал-Грейт» — это комета. Она прилетела к нам на какой-то короткий срок, сделала круг и улетела, оставив после себя яркий след. Комета по имени «Урал-Грейт» изменила жизнь многих людей, осветила ее и указала ориентир, мотивировав на успех. Сегодня, по прошествии уже многих лет, часто слышу: «А помнишь?.. А как наши?.. Ну, до „Урал-Грейта“ там далеко!» Люди помнят и благодарны судьбе за этот счастливый миг, что был у них в жизни. Конечно, хотелось бы, чтобы эта комета прилетела к нам опять, на новом витке. Но очевидно, что для России, для нашего баскетбола клуб «Урал-Грейт» — явление уникальное. Повторить тот эффект, атмосферу и эмоции будет сложно.

Сергей Кущенко: К слову «комета» в определении такого явления, как «Урал-Грейт», можно добавить еще одно — «революция». Эта революция была именно в том, что мы сделали. Начиная с первых шагов по организации матчей, спортивного зрелища на новом уровне и заканчивая тем всплеском интереса к игре, который произошел в нашей стране. Считаю, во многом благодаря «Урал-Грейту» в российский баскетбол пришли серьезные инвестиции, что положительно отразилось и на национальной сборной, которая в 2007 году под руководством Дэвида Блатта впервые стала чемпионом Европы. Если говорить о Перми, то, как однажды справедливо заметили журналисты Sport Illustrated, мы локально победили в своем городе политические виды спорта, державшие главные позиции со времен Советского Союза, — футбол и хоккей. Вот вам и та самая революция по имени «Урал-Грейт» в отдельно взятой Перми.

Защитник «Урал-Грейта» Томас Пачесас: Думаю, что клуб «Урал-Грейт» сделал невозможное. В России больше не было такого места, кроме Перми, где на баскетболе заполнялся огромный дворец спорта. Да раньше и залов таких не было, никому не приходило в голову играть на больших аренах. А здесь — семитысячный «Молот» битком! Именно это является главным результатом «Урал-Грейта». Где-то на Урале, далеко от Москвы, люди так полюбили не самую популярную в России игру. Сергей Кущенко и его окружение сумели заразить местных жителей баскетболом, показав, что нет ничего невозможного — все зависит от амбиций и желания человека. Да, можно набрать хорошую команду — игроков, тренеров. Но мы же не наемники — приехали и уехали. Тот результат, который случился в Перми, сделали люди, которые там живут. Они заставили обратить внимание на команду и политиков, и большой бизнес. Губернатор и мэр не могли не реагировать, не участвовать в этом процессе, видя, как радуется народ, а «Камкабель», став главным спонсором клуба, очень помог в финансовом плане. Все это звенья одной цепи, которая в итоге вытянула «Урал-Грейт» на вершину.

Андрей Ватутин: В чем секрет «Урал-Грейта»? Фанатизм. Сам я не люблю фанатиков, считаю, что это достаточно ограниченные люди, которые идут по коридору и не видят поворотов направо или налево. Но, как показывает история, именно такие люди, когда их тысячи, меняют мир. Что и произошло в Перми с «Урал-Грейтом». Кущенко сумел, нашел возможность заразить этим фанатизмом столько народу! И вот эта идея — обыграть ЦСКА и прервать его гегемонию в чемпионате — стала драйвером для целого города и региона. Более массового и сумасшедшего празднования в истории российского баскетбола, чем в 2001 году, когда команда вернулась в Пермь из Казани с первым титулом чемпиона страны, не было. И, наверное, не скоро еще будет.

Сергей Панов: «Урал-Грейт», безусловно, оставил свой след в истории. Почему у него получилось? Сработали все необходимые факторы, запустившие процесс высокого уровня на всех ступенях — на площадке, в тренировочном процессе, в офисе. Пермский клуб стал первооткрывателем во многих направлениях, и эти его профессиональные шаги (те же предматчевые шоу или, что тоже было впервые, полеты чартерными рейсами) повторяются до сих пор. Но я не видел, чтобы кто-то сделал лучше и интереснее — сколько бы ни пытались повторить, какие бы средства ни вкладывались. Нет того полета души.

Сергей Кущенко: «Урал-Грейт» — это люди. Вот секрет феномена. Все, кто работал в клубе — игроки, тренеры, сотрудники офиса, — были готовы многим жертвовать ради него, буквально жили и горели этим. Да, все начиналось как хобби, увлечение. Но в результате сложилось сообщество этих сумасшедших людей, которые захотели большего. Не просто играть, а выиграть. Стать лучшими в России. Сделали это в 2001-м. Показалось мало. Повторили в 2002-м. Увы, это был максимум. Однако полет нашей кометы оказался таким ярким! Она осветила дорогу многим людям, командам. Наследие этой кометы, ее «кусочки» мы видим сегодня в том же ЦСКА, краснодарском «Локо», «Нижнем Новгороде»… Ну, и конечно, Пермь. Здесь-то знают правильный ответ на вопрос: «Кто лучше всех играет в баскетбол?»

Фото: Алексей Иванов, из архива ПБК «Урал-Грейт»

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные