Футбольные клубы гораааздо дешевле франшиз НФЛ и НБА. Почему?
Разбор Игоря Сергеева.
Важная деталь свежего рейтинга самых дорогих спортивных команд мира – минимум футбола на вершине списка. «Реал» за год потерял 8 позиций, упав на 20-е место. При этом оценочная стоимость клуба даже подросла на 2% – с 6,6 до 6,75 млрд долларов.
В топ-50 футбол занимает лишь четыре строки: плюс «МЮ» (24-й), «Барса» (42-я) и «Ливерпуль» (48-й). Из рейтинга вывалились «Сити», «Бавария» и «ПСЖ».
Полное доминирование клубов из североамериканских профессиональных лиг!
А откуда берутся эти оценки?
Forbes оценивает выручку (коммерция, ТВ-доходы) и чистые активы (собственный капитал минус чистый долг), а также экономические показатели домашней арены (матчдэй, активность вне игровых дней), но не стоимость самой стадионной недвижимости.
Издание изучает данные о последних сделках по продаже клубов, консультируется с руководителями команд и лиг, владельцами клубов, инвесторами и прочими представителями индустрии.
Итак, что происходит с футболом? Топчется на месте, тогда как американский медиарынок растет
50 самых дорогих команд суммарно оцениваются более чем в 353 млрд долларов (в среднем по 7,1 млрд каждая), что на 22% больше, чем годом ранее. Самое мощное представительство – у американского футбола (НФЛ): 30 из 32 команд лиги входят в топ-50. Оставшиеся две также на подходе – «Нью-Орлеан Сэйнтс» оценивается в 5,3 млрд долларов, «Цинциннати Бенгалс» в 5,25 млрд. Команды НФЛ только за год добавили в среднем 25% к стоимости, за три года – 59%.
В рейтинге сразу 12 франшиз НБА, средняя стоимость которых за три года подскочила на 87%.
Для сравнения: оценка 20 самых дорогих европейских футбольных клубов за аналогичный период выросла на 24%, за 2025-й – всего на 5 %.
Десять лет назад мадридский «Реал» стоил дороже «Даллас Ковбойз» (3,26 против 3,2 млрд долларов), сейчас – почти вдвое дешевле.
У всего этого есть вполне объективные причины.
Для оценки стоимости спортивных команд применяется мультипликатор дохода – коэффициент, который в первую очередь зависит от экономической привлекательности лиги.
Например, средний доход франшиз НБА и НФЛ за последнее десятилетие вырос на 141% и 91% соответственно.
В футболе такого нет и близко: даже суперуспешный в своем классе «Реал» показал за тот же период лишь 50-процентный рост по выручке. Очевидно, средний футбольный показатель еще меньше.
Именно из-за мультипликатора при сопоставимых доходах (у «Даллас Ковбойз» и «Реала» выручка в 1,2 млрд долларов) команды из разных видов спорта оцениваются по-разному.
На мультипликатор влияет каждая сделка по продаже франшиз или клубов. После одной сделки корректируется оценка стоимости всех команд в классе.
Например, миллиардер Стив Балмер купил «Лос-Анджелес Клипперс» за 2 млрд долларов в 2014 году, когда Forbes оценивал клуб в 575 млн. Через год средняя оценка франшиз НБА выросла с 634 млн до 1,2 млрд долларов, а мультипликатор выручки – с 4,2 до 7,2.
Так, недавняя продажа миноритарной доли «Нью-Йорк Джайентс» (1 млрд долларов за долю 10%) позволила Forbes переоценить франшизу c 7,3 до 10,1 млрд долларов.
Сегодня мультипликатор НБА составляет 12,9, что почти в три раза больше, чем 10 лет назад. Это отражение не только роста выручки лиги, но также стабильность и перспективы роста. При расчете стоимости франшиз НФЛ их выручку умножают на десять, а вот в футболе средний мультипликатор сравнительно низкий – 5,1.
Причина в том, что продажа футбольных клубов не провоцирует серьезную переоценку рынка. Во-первых, тот же «Реал» или «Барсу» просто невозможно купить, они являются некоммерческими организациями и принадлежат членам клубов (сосьос).
Хотя желающие есть. В декабре сообщалось, что наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед ибн Салман готов предложить 11,7 млрд долларов (10 млрд евро) за «Барсу», что явно увеличило бы оценку всего футбольного рынка. Но для смены организационной формы (равно возможности продажи) нужно получить согласие сосьос. В такое развитие верится с трудом.
Во-вторых, покупатели не готовы переплачивать. Так, при покупке 25% акций «МЮ» Джимом Рэтклиффом в 2024 году клуб оценили в 5,4 млрд долларов. При этом Forbes упорно считает, что «МЮ» дороже – 6 млрд долларов на момент продажи доли, 6,6 млрд – сейчас.
Во многом эта сдержанность на рынке футбольных клубов обусловлена оценкой медиарынка. Североамериканские ТВ-контракты растут гораздо стремительнее.
В прошлом году НБА заключила 11-летнее соглашение на 6,9 млрд долларов в год, НФЛ будет получать по 10 млрд до 2033 года. В европейском футболе же наблюдается стагнация медиадоходов.
Еще одно различие: в европейских футбольных лигах ТВ-доходы сильно зависят от популярности (количество трансляций) и итоговой позиции клуба (прогрессивная шкала), а в североамериканских лигах выручку делят равномерно.
Так, в 2024 году каждая франшиза НФЛ получила по 432,6 млн долларов национальных доходов от медиаправ лиги, спонсорства, мероприятий, лицензирования и других видов бизнеса. При этом североамериканские клубы могут дополнительно зарабатывать, продавая права на телевизионные и радиопередачи на местном уровне.
Франшизы НБА концентрируются в крупных мегаполисах, где стоимость недвижимости, возможности корпоративного спонсорства и база состоятельных владельцев сезонных абонементов создают естественные преимущества. Оценка стоимости «Нью-Йорк Никс» в 9,75 млрд долларов, несмотря на десятилетия без турнирных успехов, подчеркивает важность локации в баскетболе.
Надежная модель распределения доходов в НФЛ и НБА гарантирует, что даже команды с небольшими рынками получают выгоду от национальных медиаконтрактов. Это создает эффект прилива, где рост в масштабах всей лиги дает буст всем франшизам.
Структурные различия между европейскими футбольными и американскими спортивными лигами также имеют значение. Система повышения и понижения в классе создает неопределенность, с которой американские владельцы франшиз никогда не сталкиваются. Один неудачный сезон может привести к понижению в дивизион, сокрушительному падению доходов и стоимости клуба. Даже невыход в еврокубки существенно влияет на финансовую оценку клуба. Закрытая система американских лиг гарантирует стабильность.
Проблемы экономической привлекательности футбола объясняются несколькими взаимосвязанными факторами, у которых один корень – замедление экономического роста всего континента.
Например, новый суперконтракт АПЛ на внутренние ТВ-права хоть и является рекордным по общей сумме (6,75 млрд фунтов или 9,1 млрд долларов), но по среднему доходу в год был цикл успешнее – предпандемийный (2016-2019), когда АПЛ получала от британских вещателей 1,78 млрд фунтов (2,4 млрд долларов) за сезон против свежих 1,69 млрд (2,28 млрд).
При этом АПЛ – лидер футбольного медиарынка с огромным запасом. Лига утверждает что ее играми интересуется 37% мирового населения, а матчи показывают в 189 странах мира. В футболе больше интереса только к чемпионату мира (51%).
В других (даже топовых) лигах ситуация гораздо хуже – падение или минимальный рост, что фактически стагнация с учетом инфляции.
Почему такая разница в стоимости ТВ-прав?
Кроме макроэкономических европейских проблем, на стоимость прав влияет изобилие медийных предложений на рынке, где лиги вынуждены жестко конкурировать за аудиторию. Упрощенно: футбола стало очень много.
Так, относительно небольшое количество игр НФЛ (17 за сезон для каждого клуба плюс до 4 в плей-офф) создает дефицит и повышает спрос. Малое количество игр легче упаковать в прайм-тайм на крупных телеканалах и стриминговых платформах – в самые дорогие временные слоты. Так матчи привлекают большую аудиторию по всей стране, что важно для продажи рекламы.
НФЛ показывает фантастические телевизионные рейтинги: на матчи лиги пришлось 72 из 100 самых просматриваемых телепередач в США в 2024 году. В среднем НФЛ в прошлом сезоне смотрели 17,5 млн человек, а Супербоул стал самой просматриваемой трансляцией 2024 года с 123,7 млн зрителей.
Сравним.
Трансляции НБА собирают также приличную аудиторию с учетом, что здесь клубы проводят по 82 матча в регулярке. К плей-офф интерес растет – в 2025 году один матч в среднем смотрели 4,88 млн человек, а седьмой матч серии «Денвера» против «Оклахомы» – 6,34 млн зрителей.
Согласно новому отчету компании Ampere Analysis, расходы вещателей на трансляции спортивных событий в США за последнее десятилетие выросли на 122 %, что значительно выше динамики по всей телевизионной индустрии (плюс 24 %). Сейчас на спортивные события приходится 14% общего дохода национального телевидения по сравнению с 8% десять лет назад.
Телевещатели готовы платить, потому что прямые трансляции спортивных событий относятся к немногим видам программ, которые вызывают повышенный интерес у рекламодателей.
В Европе обратная ситуация: с 2019-го по 2025 год доходы от спортивного телевидения опередили расходы на трансляции в Англии, Германии, Испании, Италии и Франции. То есть вещатели стали зарабатывать на футболе больше, чем футбол – на трансляциях.
Поэтому АПЛ переключается с европейских рынков на другие и делает особенный акцент на том, что за последние три сезона аудитория лиги в США выросла на 13%, в Китае – на 49%, Индии – на 75%. Это три первые страны по населению, в которых суммарно проживает около 3 млрд человек. Сейчас АПЛ – крупнейший экспортер телевизионных прав в Великобритании (2,3 млрд долларов), что почти соответствует совокупному показателю остального телевизионного сектора королевства (2,4 млрд долларов).
Точка роста у футбола есть, но конкуренция – бешеная. И простым увеличением количества турниров ее не выиграть.
Телеграм-канал Игоря Сергеева – еще больше про деньги и не только
Фото: Gettyimages.ru/Ron Jenkins, Sean M. Haffey, Angel Martinez, Soobum Im, Lachlan Cunningham
Не фанат НФЛ, но там каждый матч имеет ценность и может сломать сезон.
Ответ прост. В НБА 30 команд, в НФЛ 32. А в футболе в одной только высшей лиге каждой страны по 18-20 команд. Далее первые и вторые лиги. Будь на весь европейский футбол 30 команд, то цены бы значительно опережали всякие НФЛ и НБА.
Только кому это нужно? Задача ведь не в том что бы обогнать по стоимость баскетбольные и амфутовские команды, задача устроить интересное соревнование для болельщиков. И в этом плане устройство футбола с открытыми лигами и разными турнирами справляется значительно лучше.