«Мы не игрушка, которую можно купить». Гренландцы на Олимпиаде бунтуют против Трампа
Укалек Астри Слеттемарк была на разрыв в микст-зоне после индивидуальной гонки в биатлоне.
Дело не в фантастическом выступлении – 24-летняя спортсменка стала только 52-й. Дело в том, что она родом из Нуука – столицы Гренландии. На этой Олимпиаде представляет Данию, поскольку гренландцы не признаны МОК.
Повышенный интерес к Слеттемарк понятен: президент США Дональд Трамп прямым текстом говорит, что хочет присоединить остров к Америке. Несмотря на протесты самих жителей.
Вот все и спрашивают Укалек Астри, что она думает по поводу происходящих геополитических событий.
«Уеду в Данию или Норвегию». Слеттермарк уверяет, что никогда не выступит за США
– Выступать на Олимпиаде – нечто особенное. Рада, что мы вместе с Данией на этом празднике.
Но вообще надеюсь, что однажды смогу выступить под флагом своей страны. Это было бы невероятно. Я обожаю Гренландию. И вот даже сейчас у меня комбенизон Дании, но перчатки – чисто гренландские. Таких больше не найти. Каждый у нас знает, откуда я на самом деле.
– Есть вероятность, что на следующей Олимпиаде вам придется выступать за США.
– Ни за что! Нет-нет. Если произойдет худшее, я перееду в Данию или Норвегию. Никогда не побегу под американским флагом. Трамп говорит про какие-то миллионы – это просто нелепо.
– Шутили ли вы с американскими биатлонистами на этот счет?
– Их мнение лучше узнать у них самих, но большинство спортсменов США нас поддерживает.
«Что мы можем сделать? Ничего. Только ждать»
Неподалеку от стрельбища 5-6 человек растянули огромный гренландский флаг.
Никто из организаторов против не был.
Несколько фотографов бросили позиции и рванули снимать что-то потенциально важное. Я проходил мимо и решил, что не познакомиться с активистами будет неправильно. Оказалось, это высшее спортивное руководство Гренландии.
С одним из них, президентом спортивных федераций страны Клаусом Эриком Нильсеном, мы и поговорили.
– Для нас важно напомнить всему миру, что есть такая страна. И что мы – на Олимпийских играх. Да, у нас датские аккредитации. Но вот рядом со мной руководители спорта Гренландии. Мы пришли поддержать наших атлетов.
– Насколько вас беспокоят слова Трампа о Гренландии?
– Пусть болтает.
– Считаете, вхождение в состав США невозможным?
– Да все возможно. Я хотел бы сказать: нет. Но никогда не говори никогда. Насколько я понимаю, сейчас идет какое-то обсуждение между Гренландией, США и Данией. Мне известно только это.
– Трамп говорил, что готов заплатить каждому жителю Гренландии по миллиону долларов.
– Для меня это вообще ничего не значит.
– А если бы миллиард?
– Деньги тут вообще не решают. Мы на острове не мыслим в категории здесь и сейчас. Нам надо думать о будущем, о детях. Мы не игрушка, которую сегодня можно купить, а завтра продать. Деньги есть деньги, я все понимаю. Но деньги – это еще не все.
– Что будете делать, если Трамп и Дания договорятся?
– А что мы можем сделать? Ничего. Только ждать. Я реально смотрю на вещи.
– Но вы хотите не стать частью кого-то, а, наоборот, выступать на Олимпийских играх как независимое государство.
– Это наша мечта. Мы работаем над этим. Но нам нужно стать членом МОК. А для этого нужно еще много чего сделать. Маленькими шагами идем в эту сторону. Вы не представляете, как я бы хотел увидеть гренландских спортсменов на Олимпийских играх под флагом нашей страны. Верю, что однажды это произойдет.
Фото: Gettyimages/Harry How / Staff, Samuel Corum / Stringer, Alexander Hassenstein / Staff
Второй надрывно кричал: "Людоед идёт к Грассу!".
Третий предупреждал: «Узурпатор вошел в Гренобль».
Четвёртый бесстрастно заявлял: "Бонапарт занял Лион".
Пятый кратко извещал: "Наполеон приближается к Фонтенбло".
Наконец, шестой захлёбывался от почтительного восторга: "Его императорское величество ожидается сегодня в своем верном Париже".