Блог Воспитанник Sports.ru

Воспитанник «Зенита», который сломался в шаге от основы и уехал в слабые лиги, а потом нашел новую жизнь в Германии

Аршавин тогда приезжал на тренировки с «Макдональдсом».

В 2005 году 18-летний защитник Андрей Нагуманов подбирался к основе «Зенита», но перед матчем Кубка УЕФА с «Бешикташем» получил тяжелую травму мениска и вылетел. В основе «Зенита» он в итоге дебютировал только через год – Дик Адвокат выпустил его на 4 минуты в Кубке России. Дальше было падение: первый и второй дивизионы России, литовский «Жальгирис» и низшие лиги Германии, где Нагуманов живет до сих пор.

Сейчас Андрею 33. Павел Поляков разыскал его в Германии и узнал, как не затеряться после неудач и стать счастливым.

Играл в академии «Зенита», когда она была еще не очень: мячи получали на турнирах в Финляндии, бутсы расклеивались после одной тренировки

– Ты – ленинградец. Родители тоже коренные ленинградцы?

– Мама – коренная ленинградка, отец – из Харькова. Приехал учиться в Ленинград и так познакомился с мамой. Родители совершенно не связаны со спортом: папа работает в строительстве, мама в Роспотребнадзоре. Единственное, отец в юности занимался борьбой и самбо, но ничего командного не было. 

– Почему футбол?

 – Пробовали со старшим братом (год и восемь разница) всего понемножку: меня в плавание пытались отдать, а его определили в футбол. Понятно, что при такой разнице в возрасте меня всегда брали с собой забирать брата с тренировок, и как-то в футбол само собой затянуло. Родители отдали нас обоих в «Смену».

– Получается, футбол не был целью номер один?

– Цели вообще не было. В 90-е родители и не думали, что спортом можно хорошо зарабатывать или построить карьеру. Отдавали, чтобы у детей было хоть какое-то физическое развитие и они выплескивали энергию. Если бы рядом находилась секция баскетбола – отдали бы в баскетбол. Футбол не был мечтой родителей. 

– Как у брата карьера сложилась?

– Роман очень неплохо начал: играл в молодежной сборной России у Сабитова, потом подписал неплохой контракт с раменским «Сатурном», но там не пошло, его отдали в аренду в Новокузнецк. После этого карьера пошла на спад. Поиграл в первой лиге, съездил в Латвию и Литву, ну и в 25 лет закончил. Какое-то время, как отец, работал в строительстве, а три года назад отучился на машиниста метрополитена и сейчас работает в питерском метро. Работа нравится. Параллельно играет в любительских футбольных лигах, так что в этом плане всем доволен.

 

Братья Роман (слева) и Андрей Нагумановы (справа).

– Время в академии каким запомнилось?

– Время было отличное. Я 87-го года рождения, но поначалу тренировался и играл за 86-й год. Только когда мне исполнилось 12, меня перевели в 87-й год. Сейчас дела в академии идут намного лучше, чем тогда. В наше время экипировка была в ужасном состоянии: мячи, собранные или полученные на каких-то турнирах, типа Helsinki Cup. Помню, выдали бутсы, даже не могу сказать, что за фирма, но на первой же тренировке практически у всей команды они расклеились, отлетела подошва. За это главный тренер отчитал, что мы не умеем правильно бить по мячу. На следующую тренировку он надел эти бутсы – и они тоже разлетелись. Больше претензий к нам не было. 

Встретил удивительных партнеров: например, одноклассника, который закончил с футболом в 29 лет и стал священником

Юрий Роденков и Андрей Нагуманов на сборах в Испании.

– Футболисты любят давать друг другу прозвища. Какое было у тебя?

– Нага. Дружил с Юрой Лебедевым (провел один матч за основу «Зенита» против «Ростова» – Sports.ru), его называли Гага. Такая парочка – Нага и Гага. Самое смешное было у Руслана Мухамедзянова (проиграл конкуренцию в дубле «Зенита» Михаилу Кержакову и в 21 год завершил карьеру – Sports.ru) – Банан. Мы смеялись, что его так часто называют по кличке, что он даже забывает свое имя. 

– Почему Банан? 

– Его как-то Альберт Дзугуров – наш тренер (к сожалению, в 2006 году разбился на машине) – назвал Банан, типа: «Ты че как банан?». Так и приклеилось, долго не надо, чтобы ребята подхватили. 

– Кто из ровесников был топом в школе, но не раскрылся?

– На мой взгляд, по 86-му году было не так уж много сильных ребят. Могу назвать Юру Роденкова, Антона Брусникина, Макса Рогова, который даже в Премьер-лиге поиграл, Дима Ковальчук, но у него карьера совершенно не сложилась. А в моем 87-м – Олег Кожанов, но он в итоге поиграл немножко. Стас Тарасюк. Руслан Мухамедзянов работает в академии «Зенита». 

– Знаешь историю Юрия Роденкова? В 29 лет закончил с футболом и поступил в духовную семинарию, чтобы стать священником.

– С Юрой общаемся иногда. Мы с ним до 9-го класса вместе учились, он был круглым отличником. Пару лет назад высылал для детишек, с которыми он занимается футболом, гуманитарную помощь: вещи с нашей фирмы, вполне еще пригодные. 

Да, у него интересная история. Юра никогда не был особо верующим. Обычный парень, как и мы. Мог перекреститься перед игрой или в церковь сходить, не более того. Ездили с ним вместе на сбор с главной командой «Зенита» в 2006 году. Дик Адвокат его поселил в одном номере с Андреем Аршавиным, чтобы опыта набирался. 

Юра, не хочу его, конечно, обидеть, имел проблемы с дисциплиной, но я рад, что он это все преодолел и выбрал путь, делающий его счастливым. 

– Как нарушал?

– Выпивал, чего уж тут таить, проблемы с алкоголем были, но на тренировках выкладывался. Тут нужно выбирать: либо футбол, либо алкоголь.

– Сейчас к Юрию обращаются за советом?

– Я к нему за советом не обращался. К церкви негативно настроен, но не в плане религии, а как к организации. Юра – молодец! Много работает на благотворительность, помогает ребятам с заболеваниями.

«Зенит» середины нулевых: Аршавин приезжал на тренировку из «Макдональдса», а Денисов рубился в шахматы с банщиком

– «Зенит» давно не ассоциируется с клубом, в котором играют много воспитанников. Может, мешают тепличные условия: один раз попал в запас основы и становишься миллионером?

– Конечно. По своему времени помню: когда ходил под основой, условия были сумасшедшие. Все пошло после прихода Дика Адвоката. Запасные и те, кто не играл, получали премиальные наравне с основной. Тогда еще действовало правило, что один доморощенный игрок до 21 года должен быть в заявке. За игру, в которой не участвовал и тренер на тебя даже не рассчитывал, ты получал 3-4 своих зарплаты. Космос! 

Был у нас один игрок – Иван Лапин. Ходили слухи, что когда он попадал в заявку на матчи «Зенита» в Кубке УЕФА, то получал какие-то баснословные деньги. Все это портит. Здесь надо поглубже копнуть и понять: чего же не хватает молодым российским игрокам?

– Зарплата у дублера в 2006 году была плюс-минус 500 долларов?

– Минимальная зарплата – 200 долларов в месяц. Хорошие игроки дубля получали от 2 до 3 тысяч долларов, но в то время и доллар стоил в районе 30 рублей. Когда попали с первой командой на сборы и нам сказали, что нужно уходить в аренду, зарплата выросла в три раза. 

– Как-то Андрей Аршавин сказал: «Зачем мы правого защитника ищем, если у нас есть Нагуманов?».

– Андрей – пример для молодых. Общались мало, у них была своя тусовка. Сказал он это перед игрой с ЦСКА в 2006 году. Правый защитник (Павел Мареш – Sports.ru) сломался, а я тогда играл на этой позиции. Тренер не захотел меня ставить, поставили корейца (Хен Ен Мина – Sports.ru). В итоге он сыграл на достойном уровне. Короче, поставили того, у кого зарплата больше. 

Русские и молодые футболисты переодевались в банном комплексе, а легионеры – в главном здании базы. Запомнилось, что Шава очень часто на тренировку приезжал с «Макдональдсом»: кола, завтрак. Говорил: «Мне не мешает, сейчас за тренировку все сожгу».

Гарик Денисов – человек с удивительным характером и внутренним стержнем. Его любимая расслабуха – шахматы с банщиком. Пока партии три не сыграет, не успокоится. На тренировках Игорь постоянно рубился: всегда шел в жесткий стык с легионерами. Если леги шли в жесткий стык или с прямой ногой на молодого – боролись за свое место, – то Денисов объяснял, что в этой команде так играть нельзя.

– На стариков широко раскрытыми глазами смотрел?

– Еще бы. Недавно смотрел их по телевизору и равнялся на них, а тут тебя приглашают с первой командой лететь на Кубок УЕФА. Смотришь на уровень Аршавина, Кержакова – и становится не по себе, что в этой обойме крутишься. 

Меня поселили в одном номере с Эриком Хагеном. Утром просыпаюсь, а его нет. Сумок нет, номер чистый. Я в панике. Это самое страшное, что может быть для молодого игрока: опоздать на выезд. Стучусь к администратору, а он говорит: «Ты сильно храпел, Эрик ночью встал, пошел на ресепшн, взял другой номер. Сказал, что невозможно спать». Историю громко рассказали, и потом все меня подтравливали и смеялись. 

– Радимов строил молодых?

– Влад – импульсивный человек, но справедливый. У нас с ним совершенно хорошие отношения, даже пару раз заступался за меня, когда Крыжанац катился сзади. Если Влада пытался прокинуть между ног или жестко против него сыграл, тогда, конечно, мог получить в ответ. 

– Говорят, что Риксен во время кроссов бежал впереди всех, обгоняя молодежь?

– Очень интересный мужик был. Первая тренировка: он пришел, его представили, потренировался, после этого подошел к каждому и пожал руку, поблагодарил за тренировку. 

А впереди у нас всегда бежал Юра Роденков с Горшковым. Радимову это очень не нравилось, он говорил: «Одному 15 лет, другому – 50». 

Травма за 30 секунд до конца тренировки и загулы в «Толстом Фраере»

– Ты полетел в 2005 году с «Зенитом» играть в Кубке УЕФА, должен был выходить в основе против «Бешикташа». Но на предыгровой тренировке сломался. После этого шансов заиграть уже не было? 

– В то время выглядел очень достойно, не знаю, играл бы в стартовом составе или нет. На последней предыгровой тренировке играли в квадрат. За 30 секунд до ее завершения сделал длинный шаг, и хрустнул мениск – заклинило в суставе. Меня сразу же отправили в Санкт-Петербург, на операционный стол. 

– Сложно психологически восстановиться после такой травмы?

– Не то слово. Когда ты в одном шаге от дебюта в основной команде, а тебя отбрасывает на несколько шагов назад от мечты... В плане физического восстановления нужно было делать все по-другому: больше тренажерного зала, индивидуального восстановления, правильного питания. В психологическом плане тяжело – надо опять начинать с нуля. Когда меня отцепили от сборов и пришлось проходить сборы с дублем, в команду как раз пришел Дик Адвокат. Он просматривал дубль, там приметил меня и еще пару ребят. Получается: отбросило назад, но я снова дошел до первой команды.

– Почему, помотавшись по арендам, в итоге уехал в литовский «Жальгирис»?

– Сначала отправился в «Текстильщик» из Иваново к Анатолию Давыдову. Провел там год и поехал на просмотр в «Терек», но не сложилось. Подписал контракт со «Спортакадемклубом», его тренировал Константин Сарсания. Провел сезон, и Константин, видимо, не всем остался доволен. Были с моей стороны дисциплинарные проблемы с алкоголем. Пару раз после игры попадался. 

В первую очередь не прошел испытание медными трубами и деньгами. Позволяли себе довольно-таки часто после игры погулять, повеселиться. Были даже случаи, когда на утреннюю тренировку приходили не свежими.

Как-то играли в Новосибирске, а после игры зависли в ресторане. Полетели обратно, и тренерский штаб учуял запах перегара от нас. Такие моменты никого не красят.

Когда играл за дубль «Зенита», ходили по средам дополнительно тренироваться в университет промышленных технологий и дизайна. После тренировки шли в пивнушку на Кирпичном переулке – «Толстый Фраер», а оттуда в стриптиз-клуб MAXIMUS. 

Жаль, что не хватало более строгого отношения со стороны тренера, руководства, хотя сами должны думать, что мы делаем. Молодость, глупость, деньги, вседозволенность – гремучая смесь. Считаю, что наше поколение погубила именно эта проблема.

В итоге Сарсания не взял с собой в «Химки», и я вернулся в «Зенит-2». Поиграл за петербуржцев, в конце года получил травму – опять мениск оторвался. После долгого восстановления пригласили на просмотр в Израиль и в литовский «Жальгирис». 

В Литве провел лучшее время. Познакомился с потрясающими людьми, а такого отношения к игрокам нигде не встречал. Приехал 21 февраля, в день своего рождения, и первым делом спортивный директор и руководитель клуба повезли меня в ресторанчик: заказали торт, поставили свечу, поздравили. Понял, что «Жальгирис» – то место, где хочу остаться. Потому что люди, не зная человека, так поступают. Может такое произойти в России? Я не могу себе этого представить. 

Офигел от порядка на дорогах в Германии, общих смешанных бань и количества ферайнов (клубов по интересам)  

– Как родилась идея уехать в Германию?

– Мне было 19 лет, когда я познакомился с будущей женой – Ксенией, ей тогда было 17. Сама она из Германии, в 10 лет туда переехала. Познакомились банально: через интернет. Началось общение. Я играл в каких-то командах, она ко мне приезжала. Когда играл в Литве, мы начали жить вместе, но так как она уже получила образование, мы решили, что было бы здорово переехать жить в Германию, а мне – перейти в команду из третьей-четвертой лиги. 

Немножко не запланировано переехали – в зимний период, когда в Литве был перерыв. В Германии в зимнее трансферное окно мало команд усиливались, к тому же возникла проблема с видом на жительство, с документами. Все оформление заняло где-то полгода, пока я официально смог играть, жить и куда-то ездить на просмотры.

– Переезд – это обнуление. Было что терять?

– Неплохой контракт в «Жальгирисе». Мы играли в стыках Кубка УЕФА, чтобы попасть в группу. На тот момент была зарплата в районе 4 тысяч евро плюс премиальные, проживание дешевое. Как уже говорил, не на 100 процентов обдуманный шаг. Можно было сделать все намного качественнее и лучше. 

Первая проблема, с которой столкнулся – немецкий язык. Это довольно-таки тяжелый язык даже для тех, кто в совершенстве знает английский. Но мне изучение далось не сложно. За две-три недели учебы сдал первый экзамен на А1 – базовые знания языка. 

С менталитетом столкнулся, когда окунулся в рабочую атмосферу и начал тут жить. Если подвести черту, то разница в менталитете тут гигантская. 

– Например?

– Самое яркое впечатление – как люди ведут себя на дорогах. После Питера и Москвы было удивительно. Если поворот направо и стоит пробка, то никто не будет объезжать по свободному левому ряду, а потом вклиниваться.

Повергли в шок общие бани. Пошли первый раз с другом попариться. Сначала подумал, что не в ту раздевалку зашли, но друг быстренько объяснил, что тут общие смешанные бани и это считается нормальным. Немцы часто назначают встречи именно в бане. Бывают случаи, что сидят рядом c абсолютно голыми родственниками, коллегами по работе и общаются. Имеется в виду противоположный пол, что для русских абсолютный шок.

Поразило количество разных ферайнов – клубов по интересам. Представлены разные виды спорта: от какого-то дартса, стрельбы и плавания до футбола. Даже в моем городе – Эринген, с населением в 25 тысяч – есть всевозможные секции плюс небольшой стадион с хорошим полем, рядом – искусственное тренировочное. Во время ЧМ-2006 тут базировалась сборная Австралии, что говорит о кардинальном различии немецкой и российской инфраструктуры.

– Первый твой немецкий клуб – «Эринген». Что это такое? Какая лига?

– В первые полгода мне или жене нужен был бессрочный трудовой договор в какой-то фирме. Без этих документов не дали бы вид на жительство. Это как залог финансовой стабильности: что ты не просто эмигрируешь и планируешь жить на пособия. 

У тренера «Эрингена» (7-я немецкая лига) была своя фирма, и он устроил жену на работу. Быстро получили все документы, чтобы я играл, а летом попробовал силы в более серьезном клубе из 3-4-й лиги. 

– Футболисты с животом – в порядке вещей?

– Конечно. После профессионального клуба, где за лишний вес штрафуют – особенно жестко это делал Анатолий Давыдов в «Текстильщике», – тут увидел, что ребята играют кто в каком состоянии. В низших лигах все работают, и в таком темпе непросто следить за питанием. После тренировки пива попить – это для них ритуал. Я себя держу в форме: привык два раза в неделю на весы вставать, чтобы знать, в каком состоянии нахожусь. 

Тренируемся три раза в неделю. По деньгам – в районе 700-800 евро. Как вторая часть дохода – вполне неплохие деньги. 

Врачи запретили играть в футбол на профессиональном уровне. Пошел работать на склад

– В немецком подземелье есть звезды?

– Когда я играл в 6-й лиге, за команду «Бакнанг» выступал 18-летний Кевен Шлоттербек. Потом его взяли во вторую команду «Фрайбурга», а в прошлом году он дебютировал в Бундеслиге. Путь от шестой до первой лиги прошел за два года.  

Много доигрывающих звезд: например, Кевин Кураньи тренировался с клубом из шестой лиги, но контракт не подписал. 

– Почему не попробовал себя в команде посильнее? 

– Полгода поиграл за «Эринген» и перешел в команду из 5-й лиги – «Холленбах». Команда создана при фирме JAKO, производящей спортивную экипировку. Первую часть сезона шли на первом-втором месте, планировали выходить в 4-ю лигу. Дела шли неплохо, на меня даже приехали скауты смотреть из лиг выше, но в середине сезона получил пару неприятных травм, а потом снова начало опухать колено. Съездил в клинику в Штутгарте, где врачи сказали, что о профессиональном футболе можно забыть. Диагноз – гонартроз. Из спорта оставили только плавание и велосипед, а сильные нагрузки нельзя давать, так как колено может просто вылететь. Посоветовался с супругой и выбрал любительский футбол плюс искал достойную работу вне футбола.

Нашел себе любительский клуб – «Ильсхофен», который своим голом вывел в 5-ю лигу в сезоне-2017/18. Мы заняли второе место, играли стыковые матчи – и на 120-й минуте забил победный гол. Парни вышли в пятую, а я ушел играющим тренером в «Оберзонтхайм». Последние два года подрабатываю там тренером. Вышли вот в 7-ю лигу. Мне уже 33 года, понял, что интересно тренировать, какие-то знания молодым передать.

В следующем году планирую получить тренерскую лицензию. Недавно получил удостоверение судьи – это обязательное условие, чтобы начать учебу на тренера. 

– Куда устроился вне футбола?

– Работаю в спортивном онлайн-магазине, самом крупном в регионе. Одеваем клубы первой и второй Бундеслиги. Очень большая фирма, около 1500 работников. Я заместитель начальника отдела по закупкам и продажам, с коллегой делаю 50% от оборота всего магазина. Но начинал на складе, полтора года там проработал. Лишь потом выпал шанс проявить себя. Круто постоянно вариться в футболе. Коллектив молодой, практически все ребята из футбола. Вижу новинки от Nike, adidas, Puma за полгода до выхода коллекции. 

Уехать в Германию можно, но тяжело: надо быть на голову сильнее доморощенных игроков и приезжих африканцев

– Детский футбол в Германии – действительно космос?

– Структура немецкого футбола качественно продумана. Есть детская Бундеслига, Оберлига, Ландеслига. Бундеслига играется по всей Германии круглый год. Ребята по 16-17 лет из того же Эрингена могут подняться и играть против лучших академий – «Баварии», «Штутгарта», «Хоффенхайма».

– Подход тренеров к молодым игрокам отличается?

– Больше уделяют внимание тактике, дисциплине на поле, много теоретического анализа. Видел не только немецкие тренировки. Например, в Израиле игрок берет мяч, идет в обыгрыш до того момента, пока не потеряет, и никто ему ничего не скажет. Тут наоборот: пока защитники не сделают 6-7 касаний, они не играют вперед, то есть все стараются строить игру от дисциплины в обороне, а потом уже все остальное. 

– Как оставаться самодостаточным и счастливым, когда ты мог быть в супертопе, но сломался и начал жизнь заново?

– Карьера могла сложиться по-другому – более удачно. Главное понимать, что на футболе жизнь не заканчивается. Были игроки, которые избежали травм. Тот же Юра Лебедев стал чемпионом с «Зенитом» в 2007 году. Играл, но потом начались аренды. Сейчас он двигает, но где? В первой лиге? Наверное, это не то, к чему стремились мы с Юрой. Есть много интересных профессий и занятий. Самую главную роль играет твоя семья: жена, поддерживающая в трудную минуту, родители. 

Это огромная проблема не только в России, а вообще в мире: молодые ребята грузят себя высокими ожиданиями, но при этом они ничего для этого не делают, тренируются, как и все. Если чего-то хочешь достичь, надо прикладывать все усилия, а не ходить после тренировок расслабляться с пивом и посещать ночные клубы. Только правильное питание, тренировочный процесс. И делать больше, чем делают другие.

– Дай совет молодому парню, который сейчас неплох в ФНЛ или РПЛ и хотел бы попробовать уехать в Европу, но сомневается.

– Уехать в Германию можно, но тяжело. Из ФНЛ надо попасть сразу во вторую-третью лигу, чтобы иметь сопоставимый доход. В лигах пониже надо быть на голову сильнее, так как там много своих доморощенных игроков – и выбирают их. 

Я был на просмотре в четвертой лиге, там параллельно приезжали парни из молодежных команд Африки. Сравни молодого игрока из Африки, стучащегося в национальную сборную, и игрока из ФНЛ. Африканец, возможно, и зарплату меньше захочет. Конкуренция очень высокая. Футболисты со всего мира хотят сюда приехать и здесь играть, но не у многих это получается.

Если есть возможность – берите чемодан и уезжайте. Германия – интересная страна, в футбольном плане тут жить намного-намного приятнее.

Последние материалы блога: 

Душевный разговор с Губочаном: вспоминает посиделки на заднем дворике с Файзулиным, пробитую Левандовским голову и признается в любви к мотоспорту

Капитан «Валвейка» родился в Москве. Мама – русская, отец – дирижер, выступал с Селин Дион и до сих пор болеет за «Спартак»

Мой инстаграм: _pavlique  

Телеграм-канал: t-do.ru/vospitannik

Фото: facebook.com/tsvilshofenfussball/facebook.com/TSVObersontheim/facebook.com/TSVCrailsheimHerrenfussball/instagram.com/yura_rodenkov/instagram.com/andreyksy/; fc-zenit.ru

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья