Блог Stream of Consciousness

«Я могла бы кататься еще 8-10 лет». Лена Ильиных – о дружбе с Липницкой, партнерах и будущем

Четыре года назад казалось, что спортивная карьера Елены Ильиных идет на взлет – золото Сочи-2014 в командных соревнованиях, бронза – в личных.

Но потом случилось расставание с партнером Никитой Кацалаповым, не самый удачный перезапуск карьеры с Русланом Жиганшиным и Антоном Шибневым; наконец, открытие своей Академии.

Ильиных редко дает интервью российским СМИ – но поговорила с Inside Skating. Мы перевели ее важные слова.

– В августе 2017-го ты готовила новые программы вместе с Антоном Шибневым. Давай перенесемся в тот момент?

– Я думаю, что нужно начать даже немножко раньше. Еще с самого детства меня учили никогда не сдаваться. 

И сейчас я до сих пор на льду, я не могу жить без своего спорта. После разрыва с Жиганшиным я не знала, что делать. Я изучала английский и маркетинг, хотела уехать в Барселону. Уже когда я сдала все экзамены, и меня готовы были взять в университет, я поняла, что мне все это будет не интересно. Потому что спорт – моя жизнь, я не могу представить себя без фигурного катания. Я попыталась тренировать, и именно так началось мое партнерство с Антоном Шибневым. 

Я слышала, что он больше не катается со своей партнершей и попросила его помочь мне с одной парой, с которой я работала. Это была пара дочери Этери Тутберидзе Дианы Девис. Мне было намного проще показывать им шаги вместе с партнером, поэтому я и пригласила Антона. И тогда он сказал: «Давай попробуем кататься вместе». Я знала, что это не самая лучшая идея, но мое сердце принадлежало фигурному катанию, поэтому я сказала себе: «Иди и катайся. Пробуй. Хотя бы попытайся что-то сделать». Но... Не получилось. 

Мы подготовили программы, выступили на соревнованиях... Мы хотели поехать и на чемпионат России, но тогда я поняла, что у нас ничего не получается. Так что я прекратила все это. Да, на этот раз инициатива была моей.

– Потому что предстояло очень много работы или...?

– Нет, просто это был не тот уровень. Не тот уровень, на котором я хотела быть. Потому что я готова была кататься еще лет восемь. У меня есть на это силы и... Я никогда не забуду момент, когда я вернулась на лед после Сочи. Я чувствовала себя так, будто я богиня этого льда! Не в том смысле, что я считала себя королевой или вроде того, просто я чувствовала, что могу сделать абсолютно все, что скажет мне тренер, что я могу импровизировать, как захочу, что я открыта для всего! И еще я чувствовала уверенность в том, что я делаю. Но такое ощущение было у меня всего один раз в жизни – после Сочи.

Я думаю, для любого спортсмена очень важно чувствовать уверенность, ощущать, что ты можешь сделать все! Все! И что ты хочешь еще больше, больше, больше! И в такой момент я на самом деле поняла, как все работает в фигурном катании. Вот почему я сказала, что была готова кататься еще восемь лет или даже десять... Я была готова работать, и у меня были силы на долгие годы вперед.

– Но откуда взялись эти силы, ты сама понимаешь?

– Я не знаю, но, возможно, они появились после того, как я увидела, насколько сильно за нас болели на Олимпиаде. Как все в нас верили, а мы наконец-то взяли медали. За нашу карьеру мы выигрывали много медалей, но всего этого было недостаточно или просто что-то шло не так... Даже сейчас, когда я смотрю на наши прокаты в Сочи-2014, то думаю: «О, вот тут бы еще добавить! И вот тут немножко!» Но тогда, сразу после Олимпиады, мне казалось, что мои коньки сами едут по льду, что они могут сделать все – любые твиззлы, танцы и все остальное! И я не знаю точно, откуда появились эти ощущения. Может, изнутри меня. Но они были прекрасны, и я никогда их не забуду.

– И когда ты снова встала в пару прошлым летом, многие люди очень обрадовались тому, что ты продолжишь кататься. Жаль, что ничего не вышло.

– Да, но как я уже сказала – я еще не закончила с фигурным катанием. Я не закончила. Я еще не закрыла главу фигурного катания и не думаю, что когда-нибудь закрою. Потому что это моя жизнь, мой спорт, который я люблю. Я люблю все, чем занимаюсь. И я рада тому, что я делаю. Сейчас я передаю детям опыт, навыки и энергию. И я всегда буду на льду, потому что не представляю жизни без него.

– Но ты все еще ищешь варианты для продолжения карьеры?

– Нет, не ищу. Не ищу. И больше не хочу искать. Может быть, кто-то поищет за меня? А может просто пришло время перевернуть страницу, я не знаю. Я надеюсь, что бог благословит мой тренерский путь. Посмотрим, что из этого выйдет. Но я не представляю жизни без фигурного катания, я не могу сказать, что я с ним закончила.

– Что касается твоей Академии. Ты всегда держала эту идею в уме или это произошло спонтанно?

– Нет, эта идея была у меня где-то еще за год до того, как я попыталась кататься с Антоном. Идея создания Академии, поездок по всей России с тренировочными летними лагерями, мастер-классами. И о поездках по миру я тоже думала. И вот перед Новым годом я поехала на шоу в Санкт-Петербург вместе с Максимом Мирошкиным. Мы ехали в поезде около пяти часов, я рассказала Максиму про идею, а оказалось, что он тоже об этом думает! 

Мы очень много говорили с ним об этом, анализировали с разных сторон – что мы хотим сделать, как мы все это видим, как все начать. Потом я позвонила юристу, чтобы он сделал все чисто, легально и вообще прекрасно. Потому что я не хотела делать так: «Ок, я олимпийская чемпионка, я просто пойду, возьму денег и будь что будет». Нет, мы хотели сделать действительно хороший проект.

Мы дали друг другу «пять» и незамедлительно начали работать. А когда вернулись с шоу, то поделились идеей с Юлей Липницкой. Потому что, во-первых, я ее просто люблю. А во-вторых, ей тоже много чего хотелось рассказать и показать. Я просто подумала, что мы будем отличной командой, так что стала ждать от нее ответа. Хотя мы боялись, что она скажет «нет». И мы так обрадовались, когда она позвонила на следующий день и сказала: «Ок, я готова! Давайте работать!» Мы были счастливы, что она с нами.

Мы начали работать и организовали наш первый лагерь около Москвы. Там было несколько детей и немного взрослых. Другими словами – людей собралось не так много. Но уже сейчас у нас все расписано на год вперед. Честно говоря, мы сами в шоке. Как нам удалось добиться такого за полгода? В смысле, мы знали, над чем работаем и никому не звонили, но вот люди начали названивать нам где-то через два месяца после создания Академии. И сейчас у нас все забито на год вперед – мы поедем в Норвегию, Японию, Америку, Канаду, Мексику, Францию и во многие города России тоже.

– Но в чем суть вашей школы? Вы будете проводить только тренировочные лагеря? Или планируете где-то осесть?

– Да, сейчас мы занимаемся лагерями. Сейчас всем это интересно. Но и базу мы тоже планируем создать, но пока посмотрим, как будут складываться дела. Потому что идей и амбиций у нас много, но торопиться мы не хотим. Так что все планы пока останутся с нами – мы  еще не хотим ими делиться. Но да, наша школа – это не только лагеря. Она будет... чем-то большим. Мы очень амбициозные люди! 

– С кем вы больше работаете – с теми, кто только учится или с более продвинутыми фигуристами?

– Мы можем обучать разные категории спортсменов. У нас отличная команда, в которой есть специалисты любого типа и профиля. И это здорово. Мы подстраиваемся под любую группу, с которой работаем. 

– Кто еще работает в вашей Академии?

– У нас есть Егор Битков и еще несколько специалистов. Мы часто проводим встречи, говорим им что делать, какие у них обязанности. Мы знаем этих людей, так что понимаем, что доверяем наших учеников хорошим специалистам. Потому что у нас уже три или четыре школы с нашими именами в разных городах России. Мы создаем их там, где фигурное катание не очень популярно.

– Значит в вашей Академии есть мини-школы?

– Да, мини-школы! Это была идея Максима, а я ее поддержала, потому что к нам в лагеря приезжает столько талантливых фигуристов, но они не всегда могут переезжать вместе с нами. Я знаю, насколько моей маме было трудно в свое время переехать в Россию и платить тренерам. Это были большие деньги. Не все родители могут переехать в Россию или переехать из провинции в Москву или Санкт-Петербург. Именно поэтому мы хотим, чтобы наши тренеры работали в небольших городах по всей России. И мы тоже в эти города приезжали время от времени.

Это еще одна причина, по которой мы ездим по всей России с нашими тренировочными лагерями. Мы хотим находить талантливых людей, узнавать, где они готовы работать. Может, не все из них станут великими фигуристами, но я думаю, что этот опыт все равно будет полезен им даже в обычной жизни. Фигурное катание, как и любой другой спорт, делает людей более сильными и открытыми.

– А что именно ты даешь ученикам? А Юлия с Максимом?

– Аааа, это секрет! Конечно, все мы что-то даем. Но я не могу разделять это, потому что мы на самом деле одна команда. Иногда Юля просит меня показать, как готовиться к прыжку или как разогреться перед стартом. А еще я делаю хорошие вращения. Иногда она очень ласкова с детьми, иногда я, а порой мы обе на всех орем! Но мы все – одна команда. Каждый тренировочный лагерь у нас не похож один на другой. Еще я показываю детям дорожки шагов, движения тела, навыки катания. Да все показываю, на самом деле!

– У тебя с Липницкой такая крепкая дружба. Можешь рассказать ее историю? Когда вы познакомились?

– Я не помню точно год, но это случилось на чемпионате России. Я тогда даже не знала, что мы станем с ней подругами. Мне тогда просто показалось... Что я увидела ангела! В то же время она уже тогда выглядела очень сильным человеком с большим сердцем. Тогда она была еще ребенком, а я немного постарше. 

Но я помню, как смотрела тогда ее выступление и говорила: «Поглядите, она прекрасна!» А потом я пришла в раздевалку и попросила ее сфотографироваться со мной. Она была такой мааааааленькой! Но согласилась, и так у нас появилась первая милая совместная фотография. Мне было тогда около 16, а ей 12. Но она была прекрасна уже тогда.

Не скажу, что после этого мы стали лучшими подругами, но спустя годы, даже если мы были далеко, выступали на разных соревнованиях, не могли поговорить из-за нехватки времени – я всегда чувствовала ее поддержку. То есть не было такого, что мы всегда ходили рядом. У нее были заботы, своя жизнь, которая была тяжелой... У меня тоже были проблемы. Но мы всегда поддерживали друг друга, в любой ситуации. И если ей было плохо, то она всегда писала мне сообщения, а я всегда отвечала. Мы знали, что даже если далеко друг от друга, то мы все равно близки. Я даже точно не знаю, когда эта дружба появилась в нашей жизни, но сейчас мы с Юлей очень много общаемся.

– Вернемся к Академии. Вы назвалии ее «Академией чемпионов», потому что вы сами чемпионы? Или потому что вы хотите, чтобы ваши ученики стали чемпионами?

– Да! Да, именно этого мы хотим! Но, когда мы придумывали название, мы все же опасались, что люди неправильно его поймут. Подумают: «Аааа, они говорят, что они чемпионы...» Но нет, это все для детей! Мы хотим, чтобы после обучения они получили сертификаты «Академии чемпионов». Им нужен менталитет чемпионов! И не обязательно в фигурном катании – чемпионом можно быть в жизни или где-то еще. Потому что быть чемпионом – это не значит завоевывать медали, а трудиться, общаться с людьми. Все то, что пригодится в жизни. Так что я думаю, что у нас в Академии многому можно научиться.

– Но Максим Мирошкин не хотел, чтобы его имя было в названии школы?

– Ооо, мы-то очень хотели, чтобы его имя было в названии, и первая версия его включала. Но он сказал: «Я не хочу. Вы чемпионы, а я нет». Но это только пока! Он настоящий чемпион! И прекрасный тренер! Он хорошо знает, как нужно работать с детьми. Мы с Юлией тоже учимся у него очень многому. Он просто рожден быть тренером. Он прекрасный организатор.

И я не знаю, должна ли я это говорить... Но, как вы вероятно знаете, у Максима была травма. Поэтому люди стали говорить, что он завершил карьеру. Но это не так. Он ничего не завершал. И я думаю, что работа с детьми – тоже очень хороший урок для него. Потому что когда ты пытаешься учить детей, то и сам растешь. 

Я думаю, что он стал лучше как человек, как фигурист и... Он вернется. Я думаю, что продолжит кататься. Он очень талантлив. Он всегда говорит: «Я хочу выступать и в парном катании, и в танцах на льду. Я хочу смешать их». Он даже кое-чему учился у меня перед операцией. И я тогда сказала: «Тебе нужно вернуться. Ты не можешь уйти, потому что слишком хорош».

Так что посмотрим, как все сложится, все в его руках, но мы правда хотим, чтобы он вернулся на лед. Надеюсь, у него все хорошо будет с ногой. Сейчас ему не нужно никуда торопиться и восстанавливаться после операции. Но, надеюсь, что он вернется, и в нашей Академии станет на одного олимпийского чемпиона больше!

– А какой ты видишь себя в будущем? 

– Я определенно вижу себя в фигурном катании. Как я уже говорила, у меня очень много идей. Но я точно останусь в спорте. Я могу сказать, что мне нравится тренировать. В этом году я была в Китае, где вместе с Мишей Ге ставила программы парам и танцевальным дуэтам. И это было потрясающе. Было очень здорово заниматься этим, помогать тем ребятам. Еще мне нравится заниматься хореографией, но наши идеи для Академии немного больше, чем просто тренерство и постановка программ. Я не могу все рассказать прямо сейчас, но мы очень много работаем.

– Оглядываясь назад на свою карьеру, ты довольна всем, чего достигла?

– Мммм... 50 на 50, думаю. Наша история с Никитой Кацалаповым... это история. У нас были медали, и никто у нас их не отнимет. И я думаю, что золото и бронза Олимпиады – это хорошо, хоть спортсменам всегда всего мало. И, конечно, я счастлива, что у меня была такая нлава в жизни. Но еще это немного грустно, потому что... Наверное, я упустила какой-то шанс.

Но я не такой человек, который будет сидеть и плакать по прошлому. Я очень рада за Никиту и его новую партнершу (Викторию Синицину – Sports.ru), я правда за них болею. Они мне очень нравятся – как они смотрятся вместе, как катаются. Я до сих пор считаю, что Никита – лучший партнер в мире! А еще мне нравится, как много работает Виктория. У них есть свой стиль и сейчас, думаю, их дуэт один из самых сильных в мире. Я буду за них болеть. И на следующей Олимпиаде тоже.

Конечно, грустные моменты тоже были, и я могу бесконечно о них рассказывать, но это все история! Мы в хороших отношениях с Никитой. Не скажу, что мы лучшие друзья, но мы всегда поддерживаем друг друга. Он знает о нашей Академии, я рассказывала ему. Он поддержал эту идею и даже приехал однажды на мастер-класс.

– И когда он приехал, люди наверное подумали, что вы...

– Люди любят поговорить! Они видят что-то, и у них уже тысяча вариантов того, что может быть или как это могло бы быть. Вот почему я не так часто даю интервью. Но возвращаюсь к вопросу... Конечно, было много всего, что я хотела реализовать на льду. Надеюсь, что у меня еще будет шанс показать, что я способна на большее. Но я не тот человек, который сидит и думает: «А что было бы, если бы...» Я хочу всегда двигаться вперед, но не бездумно. Я уже сделала одно поспешное решение, и мне оно не понравилось. Это про дуэт с Шибневым. Иногда нужно все обдумывать. Не просто любить все, что ты делаешь, но и анализировать это. 

Посмотрим, куда все это приведет. У меня амбициозные планы, я открыта ко всем возможностям в жизни и я оооооочень люблю фигурное катание!

Источник – Inside Skating

Фото: globallookpress.com/Pau Barrena, Koji Aoki, David G. Mcintyre; Instagram/academy_ilinykh_lipnitskaya, blackswanei

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья