Блог Министерство образования

Федор Симиниди, «Кызыл-Жар»: «Cовременный футбол — это бизнес. На нем можно и нужно зарабатывать»

Игровая карьера профессионального футболиста Федора Симиниди завершилась шесть лет назад. За это время он успел поработать менеджером нескольких казахстанских клубов, и в настоящий момент утвердился в должности спортивного директора петропавловского «Кызылжара». О специфике местного футбола, планах его преобразования и развития, форс-мажоре, связанном с пандемией коронавируса, а также об учебе на факультете «Менеджмент в игровых видах спорта», который Федор окончил в 2017 году, он рассказал в интервью сайту RMA.

Федор Симиниди (фото из личного архива)

Федор, поскольку вы, насколько я знаю, в прошлом профессиональный футболист, разговор мы неизбежно начинаем с игровой карьеры...

Да... Действительно, в футболе я с детства, в первую секцию меня привел старший брат. Что касается профессиональной карьеры, то она в общей сложности длилась десять лет.

За это время я много где поиграл: армейскую службу прошел в алма-атинском ЦСКА, потом были такие клубы как «Казахмыс», «Каспий», «Иртыш» павлодарский — в его составе я даже в Лиге Европы поучаствовал.

Ну и последний в карьере сезон — 2013/14 — провел в «Астане 1964»...

Федор Симиниди в играх за «Иртыш» (верхнее фото, источник: sports.kz) и «Астану» (нижнее, источник: lada.kz)

Закончили рано?

В 29 лет.

Травмы?

Да. Достаточно обычная для футбола история...

Как в тот момент представляли себе дальнейшую жизнь? Образование у вас было?

Образование было. Пока играл, успел параллельно окончить казахстанскую Академию спорта и туризма. Что качается планов на жизнь...

С футболом расставаться я точно не собирался. С другой стороны, тренером себя не видел. Вообще не мое.

А что ваше?

Тогда думал: может быть, селекционером стану. Для начала поработал в карагандинском «Шахтере», неофициально. Просто помогал как мог и параллельно присматривался — как там офис работает, как спортивный директор, селекционная служба...

Пробыл там до августа 2015 года. Потом получил предложение стать начальником команды «Кайсар» из Кызылорды, а в январе 2016-го меня позвали спортивным директором в проект под названием «Алтай».

Это Восточный Казахстан. Там клуб создавался формально путем слияния двух старых, с советской еще историей команд, но на деле — практически с нуля.

Кстати, именно в это время я учился в RMA, и диплом, который в итоге написал, был сделан целиком и полностью на «алтайском» материале. Назывался: «Концепция развития футбольного клуба в условиях ограниченных ресурсов».

Федор Симиниди во воемя защиты диплома на факультете «Менеджмент в игровых видах спорта» (фото: RMA)

Какие задачи перед вами тогда стояли?

Задача ставилась амбициозная — быстрый выход в Премьер-лигу, и, надо сказать, она была выполнена: в Первой лиге мы в том сезоне заняли второе место, победили в переходном матче, то есть по части спортивной все складывалось удачно.

Но потом начались трения с Федерацией футбола, с местным акиматом...

С кем?

С акиматом. Аким — это все равно что по-русски «мэр», «глава муниципального округа». В общем — местная власть...

А какого рода трения?

Если коротко говорить, то трудности возникли с дальнейшим финансированием и, соответственно, с сертификацией клуба на уровне Премьер-лиги.

Команда, несмотря на повышение в классе, в ней так и не стартовала, а мы с коллегами, что называется, отошли в сторону: просто поняли, что в таких условиях дальше работать бесполезно.

Я в итоге в марте 2017 года оказался в футбольном клубе «Окжетпес» из Кокчетава. А с 2018 года работаю в «Кызылжаре» — сначала техническим директором был, сейчас — спортивный.

Правда, там еще небольшой перерыв случился, в 2019-м с июня по декабрь я возглавлял Профсоюз футболистов Казахстана, но в итоге вернулся в клуб. Меня клубная работа всегда больше привлекала, чем какая-либо другая.

Знаете, Федор, мы тут в России не слишком хорошо себе представляем, что такое в принципе казахстанский футбол, для нас это все-таки некая экзотика. Можете нас на этот счет вкратце просветить? Самые необходимые факты...

Ну, если говорить о Премьер-лиге, то у нас на данный момент в ней выступают 11 команд. Было двенадцать, но «Иртыш», один из самых наших титулованных и старых клубов, недавно с турнира снялся из-за финансовых проблем...

Играем в три круга, чемпионат проводится по системе «весна-осень», как в Советском союзе было...

Сколько в Чемпионате Казахстана клубов частных, а сколько государственных?

У нас из одиннадцати команд, наверное, только «Кайрат» можно стопроцентно назвать частным, он принадлежит господину Боранбаеву, крупному бизнесмену.

Иногда частной называют еще «Астану», шестикратного чемпиона Казахстана, но у них основной спонсор — акционерное общество «Самрук-Казына», где контрольный пакет все равно у государства.

ФК «Астана» — чемпион Казахстана по футболу 2019 (фото: официальный сайт клуба)

Так что они, наверное, больше похожи на ваш «Зенит», который я не уверен, что можно частным назвать...

А что касается остальных команд казахстанской Премьер-лиги, то они все так или иначе находятся на бюджетном финасировании. Мой нынешний клуб, «Кызылжар», не исключение.

Какой у вас бюджет и как он соотносится с бюджетами других клубов Премьер-лиги?

Какие-то определенные цифры я могу называть только применительно к «Кызылжару». Наш годовой бюджет — меньше миллиарда тенге, чтобы было понятнее — около 3 миллионов долларов, и это — самый скромный бюджет, если говорить о командах Премьер-лиги.

Меньше нас на данный момент не тратит никто.

Сколько зарабатывают футболисты «Кызылжара» и как их зарплаты выглядят на фоне контрактов игроков других клубов?

Опять-таки: про другие клубы точно не скажу, хотя знаю, что в лиге есть игроки с зарплатами и под миллион и за миллион долларов в год.

Сами посудите: если «Кайрат» сейчас подписал Вагнера Лава, вряд ли он согласился на командировку в Казахстан за какое-то совсем уж скромное вознаграждение.

Вагнер Лав — нападающий алма-атинского «Кайрата» (фото: официальный сайт клуба)

Что касается нас, то мы ни о чем подобном даже мечтать не можем: в «Кызылжаре» месячная зарплата футболиста это 3,5 — максимум 4,5 тысячи долларов в месяц.

Такой маленький бюджет и скромные зарплаты, видимо, накладывают отпечаток на методы формирования состава...

Разумеется. Покупать игроков, пусть даже за небольшие деньги, мы себе позволить не можем. Берем только свободных агентов. Плюс, конечно, стараемся делать ставку на собственных воспитанников.В клубе есть школа, там на данный момент занимаются 350 детей и подростков. И 10-11 выпускников этой школы у нас сейчас привлекаются к основе.

А как в Казахстане обстоит дело с лимитом легионеров?

У нас футболисты из стран ЕврАзЭС — то есть из России, Белоруссии, Армении и Киргизии — легионерами не считаются. А что касается других иностранцев, то их в заявке может быть не больше восьми, а на поле одновременно — не больше шести.

В «Кызылжаре» легионеры есть?

Да. Как раз восемь человек. У нас играют ребята из Сербии, Литвы, Украины, Грузии, Кот’д’Ивуара, Гамбии. Грузин и украинец третий год уже в команде. Но все они, повторюсь, приходили к нам свободными агентами.  

Какие задачи на сезон стоят перед клубом?

Мы в 2018 году вылетели из Премьер-лиги, в 2019-м — вернулись. Учитывая наши финансовые возможности, задача формулируется просто и ясно — сохранить место в высшем дивизионе.

Другое дело, что сейчас с самим чемпионатом нет никакой ясности. Он прерывался дважды, сначала в марте, потом — в июле, команды в нынешнем сезоне успели сыграть только по 3-4 матча.

Готовились возобновить розыгрыш 3 августа, был утвержден план рестарта в единой локации — в Алма-Ате, что-то вроде доигровки НБА в Орландо, но сейчас все опять перенеслось на неопределенный срок.

ФК «Кызылжар», предсезонное фото 2020/21 (источник: официальный сайт клуба)

Как команда переживает этот непростой период?

Нормально. Индивидуальные тренировки игроки не прекращали, когда разрешали заниматься малыми группами — занимались малыми группами.

Хочу сказать большое спасибо всем ребятам. Прежде всего легионерам — мы никого не отпускали, три месяца карантина они провели с командой, из-за этого многие семьи свои с января-февраля не видели, и — ни от кого ни единой жалобы.

То же самое можно и о зарплатах сказать: нам пришлось их на период приостановления чемпионата на 25 процентов урезать, но никакого ропота и здесь не было. Все все поняли и приняли. Форс-мажор есть форс-мажор.

Скажите, а все-таки какие-то собственные заработки у «Кызылжара» есть, помимо тех денег, что выделяет клубу местная власть? Сколько, например, вы зарабатываете на продаже билетов, абонементов? На телевизионном контракте?

На билетах и абонементах мы ничего не зарабатываем просто потому, что у нас ни того, ни другого нет. Вход на игры «Кызылжара» — бесплатный.

Почему?

Потому что среди представителей местной власти преобладает мнение, что футбол — это социальный проект.

Хорошо. А телевизионный контракт?

А телевизионного контакта у казахстанской Премьер-лиги до самого недавнего времени в принципе не было.

Только накануне нынешнего сезона наша Федерация подписала соглашение с букмекерской компанией «Олимп Бет» — она стала официальным спонсором трансляций на общедоступном канале «КазСпорт».

В общем, в конце года, видимо, какие-то деньги мы от телевизионщиков получим. Какие — сейчас сказать сложно.

А вообще насколько велик в Петропавловске интерес к футболу? Сколько матчи «Кызылжара» собирают зрителей?

Смотря какие матчи. Когда в 2018 году мы играли в «вышке» и к нам приезжали «Кайрат», «Астана» это всегда был полный стадион. А так, на обычные игры — стабильно половина.

Город у нас небольшой, около 200 тысяч населения, но если таблицу футбольной посещаемости в целом по Казахстану составлять, мы там будем в верхней части.

А полный стадион это сколько? И что вообще ваш стадион собой представляет?

Наш стадион называется «Карасай», он у нас старый, 1956 года постройки. Вместимость — 8 тысяч человек.

Стадион «Карасай» (фото из открытых источников)

Естественно, в сравнении с современными спортивными сооружениями, например, с российскими стадионами, построенными к чемпионату мира, он, что называется, не смотрится.

Но главная наша проблема даже не в этом, а в том, что этот стадион не принадлежит клубу и им не управляется. Это — собственность все того же акимата.

Скажите, а вот что касается того, что футбол это социальный проект. Вы же сами эту точку зрения не разделяете?

Так в том-то и дело! Я считаю, и я эту точку зрения отстаивал и отстаиваю, в том числе перед нашими властными структурами, что современный футбол — это бизнес. На нем можно и нужно зарабатывать.

И именно поэтому наш план на ближайшее время состоит в том, чтобы перевести управление стадионом из ведения акимата в ведение футбольного клуба.

Тогда мы сможем и брать деньги — пусть сначала совсем небольшие — за вход, и организовать там кейтеринг, какие-то маркетинговые активности, акции, концерты, конкурсы для зрителей...

С другой стороны: не опасаетесь, что люди, за долгие годы привыкшие к бесплатному футболу, платить не захотят и ходить на стадион перестанут?

Ну, это уже будет зависеть от нас. Если нам удастся подтянуть достойных партнеров, спонсоров, если мы сможем организовать хорошую рекламу, продемонстрировать, что у нас здорово, интересно, весело, вкусно, модно, то, я думаю, никто никуда не уйдет, а, скорее всего, наша аудитория еще и расширится.

Вообще: почему за поход в театр, в кино, в цирк платить нужно, и ни у кого это никаких сомнений не вызывает, а футбол в этом плане должен оставаться каким-то странным исключением?

Вопрос законный, но удастся ли вам переубедить ваших спонсоров во власти?

Да, я чувствую, я уверен, что мы эту ситуацию до конца доведем, я вижу, что люди в акимате к нам начинают всерьез прислушиваться, вполне возможно, если бы не нынешняя пандемия, мы бы уже с ними договорились...

Впрочем, подвижки все равно есть, на данный момент можно быть уверенным в том, что стадион в ближайшее время будет реконструирован.

Запланировано оборудование поля подогревом, строительство козырьков над обеими трибунами, в общем — мы придадим «Карасаю» более современный, более комфортный вид, что в будущем должно поспособствовать его успешной коммерческой эксплуатации.

Напоследок, пожалуйста, несколько слов об RMA. Как вы оказались в бизнес-школе? Что думаете о программе обучения? Оправдались ли ваши ожидания?

В RMA я поступил в общем-то на безальтернативной основе: в Казахстане учебных программ в области спортивного менеджмента тогда вообще не было, а в России они хоть и есть, но я их, честно говоря, серьезными конкурентами вашей бизнес-школы не считаю.

Если конкретно говорить о том, кто мне вас посоветовал, то это был мой друг Андрей Карпович, бывший капитан сборной Казахстана, а сейчас — главный тренер «Окжетпеса». Он в RMA отучился на несколько лет раньше, так что рекомендовал вас абсолютно компетентно, со знанием дела.

Андрей Карпович — главный тренер «Окжетпеса» (фото: prosports.kz)

К слову, нас, выпускников бизнес-школы, которые работают в клубах кахастанской Премьер-лиги, теперь уже трое. Помимо Андрея и меня это еще и Санжар Сейтказинов — его совсем недавно назначили директором «Каспия» из Актау.

Что касается того, оправдались ли мои ожидания... Ну, конечно, оправдались. Абсолютно. И от основного курса, и от стажировки в Германии, в которой мне довелось поучаствовать в 2018 году.

Германия, 2018. Федор Симиниди на стадионах дортмудской «Боруссии» (верхнее фото) и «Шальке 04» (нижнее), из личного архива

Вообще, огромное спасибо всем, кто меня здесь терпел, Кириллу Эдуардовичу — в первую очередь. Я ведь, к сожалению, в плане посещаемости занятий был небезупречен, кое-что, хотя и немного, все-таки пропустил: работал в «Алтае», не мог постоянно находиться в Москве...

Вообще, тот год, что я учился, я практически целиком провел в перелетах между Россией и Казахстаном. И не жалею.

Так что сейчас, если кто-то спросит моего совета, как я в свое время спросил его у Карповича, я смело порекомендую бизнес-школу, как место, где человек получит те знания и навыки в сфере спортивного менеджмента, которые ему наверняка реально пригодятся.

Беседовал Петр БРАНТОВ

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья