Новости с Канваса
Блог

Рок-Н-рольщик советского бокса

   Жизнь Виктора Агеева может стать историей для остросюжетного фильма. От увлечения спортом после серьезного сотрясения головного мозга и многочисленных переломов в 7 лет, до должности президента федерации профессионального бокса России и члена исполкома WBA. Творческий подход к тренировочному процессу под руководством легендарного советского тренера Владимира Фроловича Конькова. Драка в ресторане «Лира» с последующим исключением из сборной перед Олимпиадой в Мехико. Тюремный срок. Известный советский писатель Василий Аксенов задал Виктору вопрос: «Почему вы так часто участвует в потасовках на улицах? » Ответ стал крылатой фразой на долгое время: «А вы, писатель, могли бы не писать?

Начало

  Бокс должен был стать последним видом спорта, куда по рекомендации врачей мог пойти  Виктор. Ужасное падение в пролёт между этажами с переломами и травмой головного мозга не стало преградой для дворового мальчугана.

 Попробовав свои силы во многих видах спорта, в 14 лет Агеев записался в секцию Владимира Фроловича Конькова. Под руководством опытного тренера Виктор смог раскрыть свой талант. Импровизация в ринге стала визитной карточкой дуэта. Владимир позволял своему ученику использовать нестандартные ходы в бою. С опущенными вниз руками Агеев выиграет чемпионат Европы и станет одним из ярчайших нокаутеров на предолимпийских играх в Мехико. Но до знаковых моментов должны пройти годы усердной работы.

Педагог от Бога

   Владимир Коньков - герой Велико Отечественной войны, обладатель ордена второй степени за заслуги перед Отечеством, награждён медалями за «Боевые заслуги» и «Оборону Москвы». Человек, переживший две зимы в лесах под Смоленском. Владимир состоял в партизанском диверсионном отряде. В тылу врага Коньков выполнял самые рискованные задания. Подрывал мосты, уничтожал боевые расчеты противника, налаживал средства связи между дивизиями.

   Конец войны Владимир встретил в госпитале, работая над реабилитацией раненных бойцов. Так его наградило руководство за холодные зимы под «Смоленщиной». В послевоенное время Владимир Фролович вернулся к тренерской деятельности в одну из спортивных школ Ленинградского района Москвы.   К специалисту с серьезным жизненным опытом за плечами попадает будущий «Рок-Н-рольщик»  советского бокса -  Виктор Агеев.         

Импровизация в ринге

   Коньков творчески подходил к тренировочному процессу. Перед  выполнением упражнений боксеры слушали джаз. Чувствовали ритм музыки.  От танцев переходили на медленный бег. Так начиналась разминка. Скорость передвижения была основой школы Владимира Фроловича. Постоянная взрывная работа на ноги. Прыжки с двадцати килограммовыми блинами по рингу.

  Феноменальная скорость ног Виктора позволяла в поединках держать руки опущенными. Действия соперников были видны, словно для Агеева включали замедленную съемку. Боксер мог, играючи, похлопать оппонента по плечу, после сайд стэпа. Зрители ценили неподражаемый стиль. Агеев стал советским Рой Джонсом, отошедшим от канонов бокса.

Взлет карьеры

  Виктор с легкостью побеждает на первом для себя первенстве Москвы.  В 22 года выигрывает чемпионат СССР. В 1965 становится  первыми номером сборной и едет на Чемпионат Европы в Берлин. Дебют на международной арене приносит золото. Сборная СССР занимает первое общекомандное место, выиграв 8 медалей высшей пробы из 10. Владимир Степашкин, Валерий Попенченко - имена чемпионов Европы в Берлине, впоследствии ставшие легендами советского бокса.

   Через два года в Риме Агеев повторил свой успех. Финальный поединок чемпионата Европы 1967, так и не состоялся. Польский тренер Феликс Штамм решил поберечь своего ученика: «Я мальчика снимаю. Витя мои поздравления». Агеев получил кубок лучшего боксера турнира, несмотря на отсутствие главного боя.

 

   Карьера боксера стремительно шла вверх. Виктор четырежды выигрывал чемпионат СССР. Поединки с Борисом Лагутиным стали самыми ожидаемыми противостояниями в Союзе. Встреча двух кардинально разных стилей.  

  Вышколенный бокс Лагутина, словно он работал по учебнику. Каждое движение отточено до миллиметра. Математический подход к ведению боя. Против сумасшедшей импровизации Агеева. Соперники попадали с головой в омут, не в силах просчитать  действия Виктора. Боксер мог в каждую секунду поединка нанести сокрушительный удар из опущенных вниз рук.

   Бойцы встречались четырежды. Серия поединков закончилась вничью. Самым запоминающимся для зрителей стало заключительное противостояние 1967 года в «Зеленом театре». Вокруг ринга не было ни единого свободного места. Зрители залезали на высокие деревья в парке, откуда можно  было увидеть поединок. Если в СССР был бы профессиональный бокс, то из этого противостояния можно было сделать фееричное шоу. Московский  истеблишмент не мог пропустить данное событие. Имена боксеров знали от окраин рабочих кварталов, до интеллигентных центральных дворов. 

 

Противостояние в «Зеленом театре»

  Агеев подошёл к бою абсолютно растренированным. Для сгонки веса он употреблял английскую соль в огромных количествах. Перед самым началом поединка бойца мучили сильные желудочные спазмы. Лагутин мог закончить противостояние одним акцентированным попаданием в корпус. Но кто об этом знал?

  Виктор с первых секунд удивил зрителей закрытой стойкой. Он выдал свою неподготовленность под грамотный план на бой. Лагутин был в растерянности, ожидая от противника привычной манеры ведения поединка. Первый раунд  был за Агеевым. Но сил на продолжение боя почти не осталось. «Все, сдох!»: сказал Виктор своему секунданту. Оптимистичный ответ из угла немного прибавил ему сил:  « С ума сошел? Ты выигрываешь!»

 Лагутин начал второй раунд бомбардировками с дальней дистанции. Избиение полуживого Агеева продолжалось на протяжении всех трёх минут. Рефери Владимир Енгибарян остановил бы девять из десяти подобных поединков, но в ринге был лучший боксёр континента. Празднество второго золота чемпионата Европы Виктор затянул на долгие два месяца. Двери лучших московских ресторанов были открыты для самого популярного в союзе боксера. За безмерное удовольствие пришлось расплачиваться в ринге.   Агеев вышел на третий раунд на морально волевых качествах. Картина боя не изменилась. Борис продолжал расстреливать своего оппонента с дальней дистанции. Клинч стал спасением для любителя светской жизни. Лагутин ошибочно поверил, что победа за ним. Потеряв концентрацию, он пропустил жесткий удар по печени на выходе из клинча. Для Агеева попадание стало переломным моментом в бою. Боксер почувствовал вкус победы и на радость публике в излюбленной манере забрал концовку встречи.

  Судьи отдали первый и третий раунд в пользу Агеева. Спорное решение. Мнение зрителей разделилось ровно пополам. Изнеможенный Виктор с разбитым лицом стоял за кулисами, долго приходя в себя.

Драка в ресторане «Лира»

  В 1968 году Агеев готовился к Олимпиаде в Мехико. На предсезонных сборах он был на пике своей формы. Безоговорочный первый номер средней весовой категории. Руководство команды списало возрастного Лагутина в запас. Виктор со своим другом Васюшкиным решили отметить поездку на заключительные сборы перед Олимпиадой.

  Кафе «Лира» на Пушкинской площади было культовым местом в Москве. «Машина времени» посветила одноименную песню легендарному заведению. Ресторан, куда вечерами стекала столичная богема. Агеев и Васюшкин были тут частыми гостями. 

  «Сидели вечером в кафе «Лира». Отдыхали, выпивали. Вокруг народ ухоженный - место по тем временам считалось приличным. А у нас с Васюшкиным вид был довольно простой. Некоторым товарищам не понравились. Они сделали нам замечание. Решили разобраться на улице за углом. Пришлось руками помахать. Да только противники оказались работниками МИДа- тут же вызвали милицию» - описывает произошедший инцидент сам Агеев.

  По другим данным Виктор со своим другом разбивали выпитые рюмки об пол. Им сделали замечания сотрудники МИДАа. Конфликт перерос в драку на улице. Кто остался с побоями, а кто с заявлением, вопрос сугубо риторический. Боксеры пытались уладить ситуацию на следующий день, но двери МИДовских квартир были закрыты. Агеева и тяжеловеса Васюшкина исключили из сборной СССР. От тюремного срока спасли офицерское звание и заслуги перед ЦСКА.

   На Олимпиаду в Мехико поехал запасной Лагутин и выиграл для себя вторую золотую медаль.

Тюремный срок

  Спустя три года Агееву суждено было оказаться в тюрьме. Вспоминаются его слова:  « А вы, писатель, могли бы не писать ? »  Снова престижный ресторан «Метрополь». Опять драка. На этот раз с милиционером. Виктор вышел из заведения за сигаретами, а вернулся в Москву спустя пять лет. Сам Агеев описывал конфликт подобным образом:

«Я в ресторане „Метрополя" сигареты забыл и хотел вернуться. А в то время в подобные заведения попасть было трудно, пускали не всех. Милиционер увидел, что я сквозь народ ко входу протискиваюсь, вот и решил, что без очереди лезу. И сколько я ему ни втолковывал, в чем дело, он продолжал докапываться… Ну и довел… Я ответил… Тяжелый случай. У него – переломы, сотрясения…»

  Во время отбывания наказания у Виктора умирает отец. Руководство колонии отказало заключенному в посещение похорон. Агеев решил самовольно покинуть тюрьму, но был задержан. Находчивый боксер симулировал травму головы и оказался в госпитале. Но наказание избежать не получилось. Следователь, ведущий дело, оказался в прошлом неудавшимся борцом. Он добавил к сроку Виктора несколько лет. Возращение в столицу произошло в 1975 году.

  Агеев был лишен Московской прописки, но её помог восстановить друг Иосиф Кобзон, сам в молодости занимавшийся боксом в Днепропетровске.

Встреча c Али

  В 1978 году Мухаммед Али посетил СССР.  В аэропорту его встречала толпа журналистов и его старый знакомый Виктор Агеев. В 1965 году советская сборная приезжала в США на международный турнир. Именно там, произошла первая встреча боксеров. Али был удивлен техническими навыками Виктора. С тех пор между бойцами завязались приятельские отношения.

  Али решил разыграть Виктора. Перед самым рукопожатием Мухаммед встал в стойку и провел импровизированную атаку. Агеев молниеносно отреагировал, попав в тайминг, и остановил свой кулак в миллиметре от подбородка величайшего на все времена. Виктор не растерял своих рефлексов, несмотря на пятилетний срок за спиной.

Жизнь в каждом вздохе

   Виктор Агеев был, поистине, «Рок-Н-рольщиком» советского бокса. Любовь к появившемуся во времена оттепели джазу. Безудержное веселье в лучших Московских ресторанах. Потасовки на ночных улицах столицы. Исключение из сборной за драку с трехкратным чемпионом СССР Владимиром Мусалимовым. Пять лет, проведенных в неволе. Побег из тюрьмы. Агеев единственный советский спортсмен, получивший аудиенцию у Папы Римского после чемпионата Европы 1967 . Полная контрастов жизнь человека, любящего каждое мгновение. 

    Однажды  на вопрос западных журналистов, чем он занимается в свободное время, Агеев ответил: «Ворую!»  Боксера сразу вызвали в КГБ. Строгий выговор  чекистов Виктор проигнорировал. Он отказывался подчиняться системе. Кто  мог в Советском Союзе покинуть колонию, несмотря на запрет администрации? Только человек со свободной душой. 

  Публика любила Агеева. Всегда интересно следить  за яркой личностью, попадающей в неприятности. Виктору прощали все, когда он выходил на бой. Свою внутреннюю свободу боксер переносил в ринг. Импровизация была его жизненным кредо. Вначале девяностых Виктор Петрович создал профессиональную федерацию бокса. Стал членом исполкома WBA. Начался новый этап жизни, где за свободу мысли, уже никто не мог посадить.

 

 

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья