helluo librorum
Блог

Робби Фаулер. Моя футбольная жизнь: 10. Футбол возвращается домой (В один прекрасный день... )

***

Благодарности и пролог

    1. Ливерпуль (Дом)
    2. Роберт Райдер
    3. Тренировочные дни
    4. Прорываясь дальше
    5. Лондон зовет
    6. Перемены
    7. Обретение Бога
    8. Оригинальная банда Гуччи
    9. Вызов в сборную
    10. Футбол возвращается домой (В один прекрасный день... )
    11. Плата за пенальти
    12. У знал?
    13. Делая невозможное (Часть первая)
    14. Угасание нового рассвета
    15. Несбыточная мечта
    16. У отпускает Бога?
    17. Лидс, Лидс, Лидс!
    18. Мы все живем в доме Робби Фаулера
    19. Второе пришествие Бога
    20. Небесные Одиннадцать
    21. Держи голову высоко
    22. Последняя работа
    23. Получение тренерских лицензий
    24. «Ливерпуль» — третье пришествие
    25. Делая невозможное (Часть вторая)
    26. Магия Мадрида

Сноска: иду дальше

***

Мы все еще делали свои предположения насчет Евро’96. В глубине души я знал, что мне не вытеснить Алана Ширера или Тедди Шерингэма, хотя Ширер пребывал в длительном безголевом состоянии, которое, по его меркам, начинало граничить с кризисом. Он провел 12 матчей, не забив за сборную Англии, но Эль Тел держал себя в руках, продолжая демонстрировать веру и продолжал выбирать Алана и Тедди в качестве его первого ударного партнера. Вопрос был скорее в том, кто присоединится к ним в команде. В конце концов Терри Венейблсу пришлось выбирать между опытом и хитростью Питера Бердсли и необузданным талантом и мастерством забивать голы вашего покорного слуги. Мне ответили согласием и я был в восторге.

Макка и Джейми Реднапп уже получили известие, что они будут в команде, и теперь я присоединюсь к своим приятелям на самом большом соревновании за последние годы. Побывав некоторое время в расположении сборной Англии и где-то около нее, я начал чувствовать себя частью семьи, и, по правде говоря, я был бы выпотрошен, если бы меня не выбрали. Мне нравился тренерский штаб — Брайан Робсон и, в частности, Тед Бакстон были для меня тренерами высочайшего класса. И мне очень понравился подход Венейблса к управлению игроками. Как и у всех великих тренеров, у него была своя стальная сторона. Прошлым летом была своего рода репетиция Евро’96, скромный мини-турнир под названием Кубок Umbro с участием сборных Англии, Бразилии, Японии и Швеции, который проходил на нескольких стадионах, включая Гудисон Парк и Элланд Роуд. При всем желании, турнир не смог захватить воображение болельщиков, и большинство игр были сыграны на полупустых стадионах. Тем не менее, я не думаю, что Венейблс когда-либо простил Полу Инсу его отказ от участия в турнире — он, конечно, никогда больше не выступал за сборную Англии под руководством Терри (прим.перевод.: на самом деле, Пол Инс сыграл во всех матчах англичан на том турнире, кроме четвертьфинала с испанцами, который он пропускал из-за перебора желтых карточек, а тренером той сборной был тот же Венейблс. Так что Робби в этом плане что-то запамятовал).

Тем не менее, несмотря на всю свою бескомпромиссность и жесткость, Венейблс был блестящим тактиком, отлично сосредотачивался на мелких деталях, которые могли бы иметь значение, и знал, как по-максимуму использовать каждого игрока. Терри быстро соображал, кому, возможно, нужна рука на плече и ободряющее словечко на ухо. Он также был великолепен с мотивационной стороной управления — он мог заставить тебя чувствовать себя лучшим в мире, даже если ты только лишь сидел на скамейке запасных. Но прежде всего он доверялся тебе. Большинство сегодняшних тренеров — и я считаю себя одним из них — захотят знать, что ты ешь, следишь ли ты за собой и так далее. Но Терри обращался с тобой, как со взрослым, и оставлял все на твое усмотрение — сколько тебе нужно спать или что ты делаешь между тренировками. Это оказалось особенно уместным в случае некоего Пола Гаскойна, эдакого черта из табакерки, который выглядел так, как будто нуждался в почти 24-часовой круглосуточной няне! Честно говоря, Газза был единственным в своем роде — уникальный талант с концентрацией внимания комара. Я любил его, но был рад, что нам не приходится иметь с ним дело круглый год.

Тем временем истерия вокруг Евро’96 достигла апогея. Каждая газета, каждая заправочная станция, каждый супермаркет раздавали Трех львов и прочие товары в стиле «Лев — Голиаф» (прим.перевод.: королевский герб Англии и талисман турнира, соответственно). На боковых зеркалах каждой машины развевались флаги Св.Георгия (прим.перевод.: флаг Англии, красный крест на белом фоне), дома перекрашивали или украшали английской атрибутикой. Нация сходила с ума от футбола, и футбол возвращался домой. Венейблс и ФА решили вывести команду из этой скороварки, отправив нас на предматчевые сборы в Китай и Гонконг. Это идея прекрасна сработала. Газза был, как всегда, гиперактивен, втягивал нас в свои дела, но в то же время очаровывал своими беспрерывными шутками и болтовней. Мы сыграли пару выставочных матчей, я получил еще одно место в стартовом составе, и соответственно еще одну игру в зачет, в матче против сборной Китая, и все мы чувствовали себя хорошо, расслабились и рвались вперед. Терри сказал нам, что мы все можем пойти на нашу последнюю гулянку — помощник тренера Брайан Робсон последует за нами позже, чтобы убедиться, что все не слишком выйдет из-под контроля. Но послание было таким: «Расслабьтесь, наслаждайтесь жизнью — надежды и мечты нации ждут своего часа, когда мы вернемся домой.»

Мы пошли в Гонконгский бар, который был хорошо известен — печально известен, на самом деле — своей фирменной достопримечательностью, Креслом Дантиста. Клиенты, обычно это были высокопоставленные банкиры или профессионалы, празднующие свой уход на пенсию или повышение по службе, пристегивались ремнями к стулу и выпивали по глотку до тех пор, пока чисто физически больше не могли пить. Газза был в своей стихии, подталкивая нас всех принять вызов Кресла Дантиста. Странная правда о той ночи, учитывая то, как она была предана огласке, заключается в том, насколько она была скучной. Ну, ладно, это не совсем так – до нас была группа студентов, выпускники праздновали окончание своей академической карьеры, разрывая свои студенческие мантии. Мы копировали их, делая нашу собственную футбольную версию — разрывая футболки друг друга на полосы — ради смеха. Это звучит немного глупо в ретроспективе, но на тот момент, когда вы все начинаете объединяться в команду и то большое товарищество, которое образовывается среди игроков, действительно выходит на первый план, именно так все и происходит. Это потеха и все к ней присоединяются.

В следующее мгновение Газза уже сидел в Кресле Дантиста, и огромная, липкая ухмылка осветила его лицо, когда мы с Маккой разливали напитки по его широко раскрытому рту. Я даже не помню, чтобы там был фотограф, мы все так смеялись. Затем Газза зашел слишком далеко, сорвав с Брайана Робсона рубашку, и не успели мы опомниться, как попойка была остановлена, счет оплачен, и мы всей гурьбой отправились обратно в постель, ни особенно пьяные, но и не полностью трезвые.

На следующее утро начался настоящий ад. В баре была пресса, и печально известная фотография меня, Макки и Газзы в Кресле Дантиста была во всех домашних новостях. По общему признанию, это выглядело не очень хорошо — великие футбольные герои Англии в рваных футболках, принявшие свою задачу близко к сердцу, напившись возмутительно в стельку, или именно так всем казалось с фотографий. Особенно меня огорчало то, что Терри Венейблс считал, будто мы предали доверие, которое он нам оказал. Я могу винить свою молодость, я могу спорить о том, что все было не так плохо, как казалось, пока так не сложились звезды, но правда в том, что пойти и напиться в Гонконге, вероятно, не было самым умным способом подготовиться к крупному турниру, вопрос закрыт.

У нас не оставалось никаких сомнений в том, что нам придется все доказывать на поле, что мы так и не смогли сделать. Стартовый матч против Швейцарии 8 июня оказался гораздо сложнее, чем казался на бумаге. К счастью, в первом тайме Алан Ширер сбил свою голевую порчу отличнейшим голом, но Швейцария удивила нас своими техническими способностями, играя разнообразными пасами вразрез и слишком легко проходя мимо наших крайних защитников. Один игрок, в частности, Куби Тюркйылмаз, представлял собой постоянную угрозу, и именно он выскочил прямо в конце матча, заставив сыграть рукой Стюарта Пирса, когда тот бил по воротам. Сам Тюркйылмаз и забил пенальти в ворота Дэвида Симэна, оставив у нас ощущение, что мы проиграли игру. К счастью, две другие команды в нашей группе, Шотландия и Голландия, сыграли в унылую ничью 0:0 на Вилла Парк, так что все четыре команды были в равных условиях после первого матча.

После, Голландия обыграла Швейцарию со счетом 2:0, а это означало, что у нас не было места для маневра. Мы абсолютно точно должны были выиграть нашу следующую игру — против Старого врага, сборной Шотландии. И снова этот матч был прям на тоненького. Сборная Шотландии показала себя с наилучшей стороны и отдала игре все, что только можно было из себя выжать в мелодраматическом первом тайме. Макка поменялся флангами с Дарреном Андертоном во втором тайме и начал задавать жару шотландской обороне, но игра была перевернута с ног на голову сумасшедшим периодом, который, казалось, промелькнул в мгновение ока.

Сначала, Макка отдал пас Гари Невиллу на свободное пространство, чей кросс был встречен ударом головой Алана Ширера: 1:0 в пользу сборной Англии на приятном солнышке Уэмбли. Затем кросс слева нашел Тедди Шерингэма совсем одного в штрафной площади. Он все сделал правильно, сильно направил мяч низом, но каким-то образом Энди Горам добрался до мяча и отвел угрозу. При счете 2:0 игра была бы окончена. Вместо этого Шотландия пошла на другой конец поля, и теперь настала очередь Дэвида Симэна проявить героизм, парируя громовой удар Гордона Дьюри, когда вся их команда — и их болельщики — уже начали праздновать равенство в счете. Мгновение спустя Дьюри повернулся в штрафной, и Тони Адамс в подкате ударил того по лодыжке. Пенальти. Бить взялся Гари Макаллистер (сносная шевелюра, намек на расческу в средней ее части), который никогда не промахивался. Он ударил по мячу достаточно хорошо — настолько сильно, что сэйв Дэвида Симэна отправил мяч высоко над перекладиной, что тот вылетел за пределы поля.

Все еще 1:0 в пользу Англии.

Почва была подготовлена для того, чтобы Газза искупил свою вину, что он и сделал в типично возмутительном стиле. В следующей же атаке Дэвид Платт запустил неуклюжий пас на ход Гаскойна. Одним балетным движением — честно говоря, исполнил это Газза, но это был чистый балет Джорди (прим.перевод.: популярная театральная студия) — он подбросил мяч вверх и над последним защитником, боком обошел самого игрока и ударил. Менее чем за минуту мы перешли от еще одной более вероятной ничьей к победе в игре на стиле, и Пол Гаскойн был в восторге! Он свернул за ворота, широко раскинув руки, как самолет, а затем лег на спину, широко раскрыв рот, когда его товарищи по команде отыграли заново сцену в Кресле Дантиста. Как бы мне хотелось быть там с ними, участвовать в нашем искуплении. Как бы то ни было, я сидел на скамейке запасных.

Когда началось празднование, ньюкасловский приятель Газзы Брайан Робсон толкнул локтем Терри Венейблса и сказал: «Вот дурачила!» Они оба хохотали до упаду.

Кампания сборной Англии на Евро’96 была запущена и продолжалась. Я действительно вышел во время следующей игре, воссоединение со многими из ребят из той сборной Голландии, которую мы обыграли на школьном уровне, три года назад. Очевидно, магия Фаулера снова сказалась, и мы закончили групповой этап победителями в группе, обыграв Голландию со счетом 4:1. В следующую субботу мы сыграли в четвертьфинале против Испании. Хотя Испания всегда имела очень слаженную команду, она была далеко не на том уровне, что в последние годы, когда она неизменно была одной из лучших в мире, по крайней мере, в течение последнего десятилетия. С нарастающим импульсом и силой всей страны, подгоняющей и двигающей нас вперед, мы входили в эту игру как явные фавориты. Однако, во всяком случае, нам повезло, что мы добрались до дополнительного времени, так как у Испании была очень хорошая возможность заработать пенальти, от которого отмахнулся рефери. В этот момент наступил мой личный момент гордости, когда меня пригласили на вечеринку под названием Евро’96 в качестве замены Тедди Шерингэма, который отдал всего себя и был — не стоит придавать этому большое значение — измотан.

Обе команды были утомлены, и с приближением серии пенальти я, вероятно, слишком сильно старался добиться немедленного эффекта. Ни одна из сторон не создала много моментов и игра перешла в серию пенальти. Из всей нашей подготовки и тренировок мы знали, кто будет первые пятеро пенальтистов и в каком порядке они пойдут — за одним заметным исключением. Тедди Шерингэм всегда брался бить пятый удар, а его заменили. Терри Венейблс неторопливо подошел ко мне, обнял за плечи и сказал: «Скажи «нет», если ты не хочешь, никто не будет думать о тебе хуже, это все из-за...»

Я сказал: «Да».

«Ты еще совсем ребенок, так что если у тебя есть хоть капля сомнения...»

«ДА!»

«Эй. Робби, ты уверен?»

«Я ХОЧУ этого! Попробуйте меня остановить...»

И я отошел от него в ту маленькую группу избранных, которые были немного отделены от остальной части команды — тех, на чьих плечах теперь покоились надежды нации. Хотя в то время я этого еще не знал, мне предстояло вступить в длительный круговорот судьбы, в котором мне суждено было стать Почти что героем. В серии пенальти с Испанией я должен был пробивать последний пенальти.

Фернандо Йерро смазал первый же удар испанцев, Алан Ширер чуть не прорвал сетку своим ударом, Испания забила свой второй... если бы все дошло до последнего удара, то мне бы пришлось пробивать решающий, потенциально победный удар. Мы забили, они забили, мы забили, они забили. При счете 3:3 Газза вышел вперед, чтобы совершить четвертый удар — и забил. Потом была очередь Мигеля Надаля пробивать пятый пенальти за Испанию. Если бы он забил, то победа бы зависела от меня.

Я не мог решить, взволнован я или напуган. Я никогда, никогда не страдал от нервов; моя техника всегда есть и всегда состояла в том, чтобы визуализировать результат. Представьте себе, что вратарь ныряет в одну сторону, а мяч летит по другую сторону сетки. И все же, каким-то образом, там, в центральном круге Уэмбли, в моем сознании возник другой образ — я с головой в руках, испанцы, спешащие обнять своего вратаря. Но даже там, в этом сценарии, это не было бы абсолютным концом — это просто означало, что я упустил свой шанс стать героем страны, и я действительно, действительно хотел быть героем. А кто не хочет? Когда Надаль установил мяч, я вышел из своего корыта негатива и вернулся к воображению, куда я собираюсь послать мяч и как он пролетит мимо их вратаря, как комета, как я просто буду стоять там с поднятыми руками, ожидая, когда мои товарищи по команде нагрянут и поглотят меня, как я возглавлю атаку на Дэйва Симэна... который, когда я посмотрел вверх, упал, как ястреб на мышь, и отбил хорошо пробитый пенальти Надаля. Значит, так тому и быть. Симэн был нашим героем, а мне придется подождать.

И ждать и ждать, как оказалось. Синдром Почти героя продолжал наступать. В финале Кубка Лиги 2001 года против «Бирмингема» мой классический первый гол выглядел решающим и победным, вплоть до последней минуты, когда Энди Джонсон забил ответный уравнивающий счет гол и украл мою возможность войти в фольклор. Это снова произошло в финале Кубка УЕФА против «Депортиво» из Алавеса — вплоть до финальных моментов игры мой маленький красивый гол был разницей между командами. Так и виделись написанные заголовки — «Рейнская ракета от Робби выигрывает Кубок для грозных красных» — когда Джорди Кройфф сумел обойти нашу защиту и кивнул головой, забивая еще один сравнивающий счет гол, отправив игру в дополнительное время. Мы все знаем, что произошло дальше. Не поймите меня неправильно, важен результат и кубки, и я наполовину шучу о желании быть записанным в учебники истории как главный творец этих побед — за исключением того, что большинство футболистов под гипнозом должны были бы признать, что мы все мечтаем быть героем дня. Я был в нескольких секундах от того, чтобы Дортмунд стал Финалом имени Робби Фаулера, который теперь стал, конечно же, Финалом имени Гари Мака [Макаллистера]. Снова и снова это происходило со мной, причем серия пенальти против Испании была только началом.

Англия вылетела в полуфинал от сборной Германии — естественно в результате серии пенальти. Терри Венейблс покинул свой пост почти сразу после турнира, и его место занял Гленн Ходдл. Я отправился в запоздалый отпуск и размышлял о еще одном хорошем сезоне с 35 голами — более чем приличный улов. Я снова выиграл звание Молодого игрока года и закрепился в составе сборной Англии, но меня это не устраивало. Глубоко внутри я горел желанием получить еще больше трофеев, добавив их к той медали Кубка Лиги, которую я выиграл в своем первом полном сезоне.

Та многообещающая молодая команда, которая была у нас в «Ливерпуле», уже начала взрослеть. Раши достиг той стадии, на которой все мы были, когда он чувствовал, что может предложить команде больше, нежели просто быть эпизодическим игроком, согревающим скамейку запасных. Он покидал клуб ради нового вызова в «Лидсе». Ронни Уилан тоже ушел, и теперь наша юная сущность должна была принять вызов. Мы показали, что мы победили «Ман Юнайтед» — на самом деле, мы можем победить кого угодно, в наш день.

Теперь мы должны были делать это Наш День намного, намного чаще и найти постоянство, чтобы выполнять это на регулярной основе. Все, начиная с председателя, Дэвида Мура, и кончая учениками и администраторами по экипировке, знали, что победа в Лиге снова была нашим главным приоритетом. Прошло уже шесть лет с тех пор, как мы выиграли ее, и, что еще хуже, «Манчестер Юнайтед» выиграл три из последних четырех титулов. Несмотря на то, что мы были далеко, далеко впереди них, имея 18 чемпионских титулов, у «Юнайтед» теперь тоже стало двузначное число титулов — пришло время снова оторваться от них.

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья