Блог СБГ-блог

«Слуцкий почти полгода платил мне зарплату из своего кармана». История игрока, который 15 лет ждал возвращения в РПЛ

Интервью Дорского, в котором почти нет тактики.

Про Дмитрия Андреева вы наверняка слышали две вещи:

• он играл в РПЛ до 38 лет (был капитаном «Оренбурга», который прошел с клубом все профессиональные лиги и которого поэтому слушались все);• между первым и вторым сезоном в высшей лиге он 15 лет играл в дивизионах, которые теперь называются ФНЛ и ПФЛ (это рекорд).

Путь в РПЛ был настолько долгим и непростым, что однажды Андреев на полгода завязал с футболом и работал грузчиком – в профессионалы его вытащила только энергетика Леонида Слуцкого.

В интервью Александру Дорскому Андреев рассказал классные истории не только о Слуцком, но и восстановлении в зимний перерыв. Думаете, это про пляж в Дубае или на Мальдивах? Ответ вас удивит. 

 

Во время игровой карьеры Андреев редко давал интервью. Конечно, его расспрашивали о дебюте за «Уралан» – Дмитрий отвечал, что он случился в домашней игре с «Зенитом». На самом деле еще до «Зенита» Андреев выходил на замену против «Сатурна» и «Торпедо». 

– Матч с «Зенитом» очень запомнился – тогда же не было специальных зон для разминки, поэтому готовились за воротами. Стоишь, тянешься, смотришь – невысокий парень финтит на скорости. Подзывают выйти на замену – говорят, выйду крайним защитником. Думаю: «Какой нафиг крайний защитник? Этот парень разорвет меня на скорости, нужно оставлять зазор». 

В общем, так я сыграл против Аршавина. 

Матч с «Торпедо» тоже запомнился: проигрывали 0:2, их тренировал Виталий Шевченко, который подтянул меня в главную команду «Уралана». «Лужники»! Я с Элисты-то выезжал только на турниры с молодежкой, а тут идешь мимо лавки на главном стадионе страны, Шевченко стоит – смотришь на него как на бога. Полное оцепенение. 

Против ЦСКА играл опорника – против Семака, который играл под нападающим. Конечно, это был страшный сон – меня отвозили.  

– «Уралан»-2000 – что это вообще такое? Я посмотрел состав: 8 югославов, 3 бразильца – адская смесь.

– У Кирсана Илюмжинова были глобальные планы, но он не управлял командой ежедневно. По финансам все было более-менее нормально. Помню, когда я еще играл в дубле, в комнату зашел Слава Царев с двумя сумками из-под бутс – обе наполнены деньгами. Я молодой – полторы тысячи долларов не мог пересчитать, а Царев зашел с такими сумками.  

В 2000-м было забавно: я, Ахрик Цвейба, Денис Спирин, Дима Семочко, Раду Ребежа, остальные – все иностранцы. Одного бразильца ставили играть по кому-то персонально, с «Локомотивом» его поставили против Лоськова, который тогда боролся за звание лучшего бомбардира. Заканчиваем первый тайм – 0:3, хет-трик Лоськова. Заходим в раздевалку: «Ты же должен был против него играть, что за ужас?»

– Результаты поражают: 0:2 с «Зенитом», 0:3 с «Ростсельмашем», 0:4 с «Аланией», 1:5 с ЦСКА, 0:9 с «Локомотивом», 0:1 с «Крыльями». И это подряд. Как после такого не сломаться?

– До этого я играл на КФК – приезжаешь, например, в Малгобек (Ингушетия – Sports.ru), забиваешь, а в тебя кидают камни. 

Играли в 20 километрах от Грозного, еще идет Чеченская война. Едем по дороге – вообще никого, одни БТР. Выходишь на поле – на трибунах какие-то люди с автоматами. Или Нарткала (Кабардино-Балкария – Sports.ru) – ни охраны, ничего. После такого попадаешь в высшую лигу – результат чуть отходит на второй план. Тем более понимал, что «Уралан» ничего хорошего не ждет, это просто был шанс для меня попробовать. 

Все катилось вниз, но это хороший опыт. 

– После вылета «Уралана» вы поехали по арендам. Почему?

– В первой лиге тренером назначили Яковенко. Что это такое? На сборах в 06:30 подъем, в 06:45 выпили какой-то коктейль – и пошли на тренировку. Час работаем, вокруг всего поля расставлены фишки, ты должен бежать, чтобы тебя не обогнали, ничего не сбить. Это ужас – просто выползаешь с поля.

В 10:45 фартлек (интервальная тренировка с произвольным набором темповых и восстановительных участков – Sports.ru), в 15:00 – тренировка на поле, жонглирования какие-то на бегу. И вечером тренажерка с бассейном. И так два месяца без выходных, только один раз можно было приехать женам. К таким нагрузкам я не был готов. 

После сбора вернулись в Элисту – вызывает президент: «Мне Яковенко сказал, что ты со стариками все сборы пробухал». Какой бухал? Когда шел мимо опытных игроков, даже не знал, поздороваются они за руку или нет. Или могли сидеть за столиком молодыми, а кто-нибудь из стариков подойти и сказать «Приятного подавиться». 

Возможно, я просто очень плохо выглядел после нагрузок Яковенко. В то время я был дохлым – помню, как почувствовал это, когда вызвали в сборную России по восьмидесятому году. Я перебивал поле за три удара, а другие ребята – за один.

На тот сбор Яковенко взял пять молодых игроков – меня и еще одного отцепили, а троих оставили. Они не вывезли – например, один из них все равно играл за нас на КФК и на ровном месте порвал кресты. Организм не выдержал. Поэтому, может, хорошо, что у меня все так сложилось. 

В 2001-м Андреева отправили в аренду в Жемчужину, а через год – в тульский «Арсенал». Оттуда Дмитрий внезапно уехал уже через полгода, после чего бросил футбол и пошел работать грузчиком. 

– Взгляды тренера «Арсенала» Валерия Третьякова я не понимал. У меня как у центрального защитника было две функции: вынести и сыграть головой после свечи от вратаря. Я головой бил так, что заработал сотрясение.

Плюс тогда же не было нормальных контрактов, а были схемы. Допустим, у тебя официально зарплата одна тысяча, а неофициально – пять. Сначала платили нормально, а потом стали выплачивать только официальную часть. 

В это же время у меня родилась дочка – меня к ней не отпустили, поэтому впервые увидел ее, когда ей было три месяца. 

Стадион, база, болельщики – класс, но из-за всего остального была депрессия. Позвонил жене: «Наверное, я поеду». Вернулся в Элисту, в «Арсенале» даже не сразу поняли, что я уехал. Звонят: «Ты где?» Все объяснил и сказал, что заканчиваю с футболом.

Звонили из других команд, но за эти полгода внутри меня скопилось столько негатива, что всем отказал. Стал помогать матери, у нее была оптовая база – считай, я работал грузчиком. Плюс играл за строительную компанию на чемпионат Калмыкии, двигался два-три раза в неделю для себя.

– Командой строительной компании сыграли против молодежки «Уралана», которую тогда принял Леонид Слуцкий. Причем его на игре не было. После нее ко мне подошел его помощник: «Ты кто? Сколько лет? Поедешь с нами на сборы?»

Я еще проходил по возрасту в дубль – так и погнал с ними на сбор в Гагры.

– Вы говорили: «Со Слуцким у меня поменялось представление о футболе». В чем? 

– Да во всем. Не знаю, откуда у него столько энергии, это какая-то внутренняя сила. Организация во всем – если про поле, то каждый четко знал свою роль. У Слуцкого я играл центрального защитника, опорника и крайнего защитника. Когда люди об этом узнают, спрашивают: «Да как, ты – и крайнего защитника?» Просто мне нужно было не носиться по всему флангу, а строго выполнять свои функции. В молодежном чемпионате-2003 мы заняли второе место, проиграли только «Динамо» Силкина.

При этом первый круг я пропустил. После зимних сборов Слуцкий оставил меня в команде, но у меня не было агента, поэтому всеми вопросами занимался человек из клуба. Он сказал: «У тебя будет зарплата 500, а я тебе сделаю 1000». Мне было все равно, главное – играть. С президентом что-то не сложилось, поэтому меня не заявили. Очень хорошо помню этот момент, когда Слуцкий подошел за день до первого тура: «Дим, извини, ты не играешь». Это был финиш: вернулся в футбол спустя полгода, прошел сборы с профессиональной командой – и не могу играть.

На месяц я выпал – опять ничего не хотел. Спасибо Слуцкому, он позвал обратно и пообещал заявить на второй круг. Почти полгода Слуцкий мне платил 12 тысяч рублей из своего кармана – я же был без контракта и просто тренировался.

После сезона Слуцкий собрал команду на банкет. Пел, танцевал, каждому посвятил стих. Захочешь – не сделаешь такое, это дар. 

Прямо на банкете Слуцкому позвонили. Смотрим – покраснел, вспотел, просит кофе. «Викторыч, что случилось?» Оказалось, ему позвонил Илюмжинов и срочно вызвал к себе. Вернулся через час: «Меня назначают тренером основы». 

Мне он честно сказал: «Ты едешь на сборы, а мы ищем тебе команду». На сборах играли с «Тереком» Ваита Талгаева – после матча Слуцкий сказал, что я понравился Талгаеву и он хочет меня забрать. У меня эйфория – думаю, что сейчас перейду в «Терек». Но всеми переходами в «Уралане» занимался определенный человек. Через несколько дней позвонил Слуцкий: «Дим, что-то там не получилось». 

Так я уехал в «Ладу». 

– «Лада», нижегородская «Волга», «Тюмень». Что было хорошего в этих периодах?

– Я пришел к выводу, что чем ниже финансовые возможности клуба, тем лучше человеческие отношения. 

В «Тюмень» меня позвал Сергей Подпалый – он меня приглашал еще в «Носту». В то же время у меня было предложение от «Волгаря» – мог после «Волги» остаться в ФНЛ. Подпалый звонит: «Я тебя звал из «Лады» и «Волги», третий раз отказываться уже нельзя». Мы сели с женой и решили, что спокойно поедем в Тюмень, без каких-то задач, а то постоянно что-то было нужно – то квартира, то машина. 

Подпалый сразу дал капитанскую повязку, играл, даже забивал – в общем, провел год как планировал. Потом пришло предложение из «Газовика» – и я приехал в Оренбург. 

Но тогда не было даже намека, что все сложится так хорошо. Понимал, что своим ходом в РПЛ уже не доберусь – только если пригласит какая-то команда оттуда.

Все изменилось с приходом Роберта Евдокимова. Правда, когда к нам приходил тогдашний президент клуба Василий Столыпин и говорил, что через два года мы будем играть в РПЛ, все посмеивались.

Евдокимов пришел весной 2012-го в переходный сезон – мы не смогли остаться в ФНЛ по дополнительным показателям. Дальше шли только вверх – за год вернулись в ФНЛ, дважды стали пятыми, а затем наконец вышли в РПЛ. 

– Когда вы узнали о рекордной серии – разнице между двумя матчами РПЛ в 15 лет и 261 день?

– В перерыве матча с «Ростовом» на флэш-интервью. Меня спросили: «Вы знаете о такой серии?» – «Ну, я знаю, что играл когда-то, да».   

Читал комментарии под новостью о рекорде. «Даже Хатико столько не ждал», – супер. Что есть, то есть – зато допер своим ходом.

Даже Евдокимов не знал. После игры подходит: «А мы тут считали, кто у нас с опытом игры в РПЛ. Двоих насчитали – Георгиев и Ойеволе. Ты третий – все не так плохо». 

– Самое яркое поздравление с возвращением в РПЛ? Слуцкий писал?

– Не хочется его лишний раз трогать, понятно, что у него куча знакомых и друзей. Первое время после ухода из «Уралана» поздравляли друг друга с праздниками, потом это пропало, но это нормально. 

Когда играли с ЦСКА, немного поговорили: «Молодец. Какие планы дальше?» Мимо проходил Ойеволе, спросил: «Леонид Викторович, как считаете, я же намного лучше Андреева? Я же отличаюсь?» – «Ты отличаешься, но только цветом кожи», – ответил Слуцкий. Конечно, все посмеялись

– После вылета из РПЛ и неудачного старта сезона-2017/18 в ФНЛ были мысли, что больше РПЛ не будет?

– В ФНЛ нашим тренером стал Темури Кецбая, у него был совсем другой подход к работе, чем у Евдокимова. При Евдокимове после тренировки я ходил на массаж, приезжал домой в два часа дня и валялся в кровати до следующего дня и тренировки, потому что все болело. При Кецбая мог пойти в торговый центр, погулять с ребенком. Возможно, поэтому в играх нас хватало на 50-60 минут.

Федотов – наш человек, потому что он был помощником Евдокимова. Он быстренько все вернул, и мы снова пошли наверх.

Осенью 2017-го Андреев получил, возможно, самую страшную травму в карьере. В матче со «Спартаком-2» он летел на мяч после розыгрыша стандарта у ворот соперника, забил гол, но в момент удара получил удар по лицу от Александра Лихачева.

Итог – скорая и перелом скуловой кости.

– Меня не вырубило. Показалось, что ударили в висок, а я еще и гол забил. Ко мне все побежали поздравлять, я кричу: «Парни, тихо». Игорь Удалый говорит: «Да все нормально, рассекли бровь тебе». А я понимаю, что нет. 

Когда ехал в скорой, думал, что помру. Поначалу вроде было не больно, но в скорой стало очень плохо, болела вся левая часть лица. В больнице сделали снимки, зашили.

Президент «Оренбурга» Владимир Кияев сказал, что могу делать операцию там, где захочу. В результате сделал операцию в Оренбурге – поставили металлическую пластину, подсаженную на восемь шурупов. 

– Весной вы говорили: «Потеплело, и один из шурупов заныл». Часто такие проблемы?

– Когда играешь до 39 лет, много где начинает поддавливать. Сегодня выходил из дома, и прихватило галик – потому что вчера тепло было, а сегодня подморозило

Колено поноет, поясница – это нормально. Никуда от этого не денется. 

– Каждый год вы ездите восстанавливаться в Кисловодск. Не самый очевидный выбор – как он возник?

– В «Оренбург» меня позвал Юрий Калякин – сначала он работал генеральным директором «Носты», потом здесь, а сейчас опять в «Носте». Мы как-то с ним разговаривали об отдыхе, и он объяснил – да, раз в год надо на море, но надо и в Кисловодск.

До «Оренбурга» я всегда играл на натуральных полях, а тут приехал на искусственное. Полгода не мог прийти в себя – то играл на обезболивающих, то еще что. Болел пояснично-крестцовый отдел.

Поехал в Кисловодск – грязи, магниты, очищение кишечника, глотание зонда, питье воды из источника. Вернулся – чувствую, что легкий, все хорошо, даже дышу по-другому 

– Что за грязи?

– Тамбуканские. Приходишь в комнату, раздеваешься и ложишься на кушетку –  сверху тебя закидывают грязью. Так лежишь 15 минут – не закутана только голова. Это профилактика для суставов и связок, особенно сильно, когда проходишь десятидневный курс.

Но два дня подряд грязи делать нельзя, потому что это серьезная нагрузка – их надо чередовать с радоновой ванной, в ней тоже лежишь 15 минут. 

– Получается, нужно приезжать на десять дней и по пять раз принимать грязи и радон?

– В идеале нужно ездить на 21 день, я езжу на 14 – по 7 грязи и радона. Если едешь не в Кисловодск, а в Железноводск, и там есть выходной, можно сгонять на термальный источник – вокруг снег, а ты в маслянистой воде под 40 градусов. 

– Зачем нужно ехать в Железноводск? 

– В Кисловодске и Железноводске два санатория – это сеть «Плаза». В Железноводске поспокойнее, поэтому сейчас езжу туда. В Кисловодск ездил первые два раза, а когда собирался приехать в третий, они закрыли бассейн на ремонт, поэтому сама «Плаза» предложила поехать в Железноводск.  

Сначала я был очень скептичен, у нас же есть убеждение, что на такой отдых надо ездить в Карловы Вары. Но все вышло очень здорово. 

Я езжу примерно в одно время зимой – конечно, с годами уже встречаешь знакомых. Познакомился с дедом – ему под 80, он только гуляет и пьет воду. У него нашли камень в почках, а на операцию врачи не решались. Три недели три раза в день пил воду из Славяновского источника и камни ушли – врачи чуть с ума не сошли от такого эффекта. 

– Какое у вас было самочувствие в конце прошлого сезона? Можно было продолжить игровую карьеру?

– Звонок был на зимних сборах. Обычно на них все отваливалось, я где-то даже пропускал. Тут же ничего не болело – мне 38 лет, а я бегу как конь и думаю: блин, что-то не то. 

Приехали из тепла и с натуральных полей в Оренбург – перед возобновлением РПЛ играем товарищеский матч с «Ностой». У меня начался спазм в икроножной – пропустил несколько игр. Восстановился, сыграл с «Динамо» – и на следующий день опять спазм. 

В 38 лет самое сложное – держать форму. Когда ты пропускаешь, возвращаешься и играешь, а потом опять пропускаешь две недели – это уже все. У меня были механические травмы, но мышечные травмы никогда не возникали так регулярно. Резерв закончился, так что нужно было закончить. 

– Главный совет молодым игрокам, чтобы доиграть до 37-38?

– Думаю, советы не нужны. Раньше не было возможности готовить себя к матчам, все шло как шло. Теперь есть реабилитологи, массажисты, дорогостоящее оборудование. Мне кажется, молодые ребята понимают, за что они играют, отношение к игре стало профессиональнее. Когда я был молодым, мы выходили на тренировку так: размялись, поработали и убежали. Сейчас ребята занимаются до тренировок, после них ходят на процедуры.  

Возможно, немного ушла душевность, но это про другое. 

– Что для вас самое непонятное в нынешней молодежи?

– Я женился в 18 лет – например, Козлов теоретически мог быть моим сыном, а мы играли вместе. Я водил ребят на спектакль «Любовь и голуби» – а они не знают, что это за фильм.

Раньше ты не знал, поздороваются ли с тобой старшие, а теперь молодые могут потравить Андрея Малых (31-летний правый защитник, в «Оренбурге» с 2010 года) – времена изменились. Наверное, это неплохо, но отличия серьезные – все стали мягче.

– Уже закончив игровую карьеру, подсказываете молодым? Например, Козлову?

– Да ему бесполезно, ха-ха. В прошлом сезоне он постоянно говорил: «Ты до меня докапываешься». Теперь: «Не заходи в раздевалку, ты уже не футболист». 

Бывает, обсуждаем игровые эпизоды. Я увидел статью о молодых российских защитниках, показал Козлову: «Смотри, это не я написал, но пишут то, о чем я тебе говорю». 

Думаю, Сава с возрастом меня поймет.

– С лета вы спортивный директор «Оренбурга». Какие у вас задачи? 

– Первое направление – целостность основной команды. Вместе с президентом, членами попечительского совета, главным тренером обсуждаем, кого нужно сохранить, с кем можно расстаться. Понятно, главное решение – за Федотовым (материал готовился до его отставки – Sports.ru), но у нас должно быть общее направление. 

Второе – детский футбол. У нас есть проблемы с инфраструктурой: нет манежа, мало искусственных полей. После выхода «Оренбурга» в РПЛ в городе футбольный бум: в школе занимаются 800 человек плюс есть 10 платных школ. 

Сейчас я столкнулся с этой проблемой – повел сына в школу «Оренбурга». Он ходит во второй класс – у них три группы по 31 человеку. Желающих – еще больше, но мы не можем всех взять, потому что у нас слабая инфраструктура. 

Нужно построить несколько полей, сделать хотя бы надувной манеж.

Третье – молодежная команда. Раньше в нее привозили много ребят со стороны, а мальчишки из школы «Оренбурга» теряли мотивацию, потому что не видели возможности роста. В команде 2002 года у нас осталось 7 человек. Не качественных, а всего 7 человек

Приезжие нужны, но они должны быть на голову сильнее местных. 

– Вы говорили: «Если бы мне сказали: «Хотел бы ты прожить по-другому?», я бы оставил все так же». Что, ни о чем не жалеете?

– Ошибки есть у всех, другой вопрос – какие уроки мы выносим из них. Я очень доволен своей жизнью.

Когда я сильно задеваю Козлова, у нас выходит забавный диалог:

– Сколько ты забил в РПЛ?

– А ты сколько?

– Я пока ноль, но я-то еще забью.

– Не факт, я же тоже так думал.

Пускай отсутствие голов в РПЛ будет единственным, о чем я жалею в жизни.

Открытое письмо Владимира Федотова: прощание с «Оренбургом», который он делал интересным даже с подбитым составом

Самый непопсовый молодой игрок РПЛ. Он нагло идет в обводку и живет на базе

Фото: РИА Новости/Антон Денисов, Виталий Тимкив, Рамиль Ситдиков; youtu.bebooking.comfcorenburg.ru

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья