О чём говорят мужчины
Блог

«Гильермо Джонс каждый день за медом приходил»

Этой зимой в Жуковке открылась «Академия Бокса Флойда Мейвезера» – первый проект американского боксера в России в рамках нового бренда TMT Russia. Блог «Железные люди» встретился с главным тренером клуба Александром Белобровым и поговорил с ним про возрождение традиций советской боксерской школы, проблемы детского бокса и индивидуальные тренировки с Сергеем Бадюком.

– Тебя как зовут?

– Коля, – отвечает маленький мальчик.

– Николаша! Значит, смотри. Сейчас у нас 12 раундов вольного бокса. Шесть раундов со мной, шесть – с моим помощником. Выдержишь – значит, мы тебя берем к себе тренироваться.

Глаза мальчика выдают страх, который он явно не хочет показывать перед приведшим его на тренировку отцом. Тренер выдерживает драматическую паузу, после которой хлопает Колю по плечу и добавляет:

– Да ладно тебе, я шучу! Начинайте разминаться и приготовься: ноги у тебя сегодня поработают, уууух!

После этого он поворачивается ко мне:

– Обожаю так начинать тренировки с пришедшими ребятами.

***

– Еще совсем недавно тут все было в стройке, стоял один ринг, но строители очень хорошо и быстро сработали.

- В чем главная особенность этого клуба?

– Новизна, в том числе всего оборудования – раз. Патриархальный ринг – два. На нем боксировали Денис Лебедев, Александр Поветкин, Флойд Мейвезер устанавливал на нем результат по самой массовой тренировке в истории бокса.

- В чем заключается специфика тренировок?

– С маленькими детьми – игровая форма, без спарринов, с теми кто постарше – ставим школу бокса. Самое главное у взрослых: услышать цель занятий. Или человек просто хочет поставить удар, или хочет окрепнуть, или вообще хочет выступить на соревнованиях. Часто просят поработать над техникой. И тут первым делом мы работаем над ногами, потому что я всегда говорю: театр начинается с вешалки, а бокс – с ног.

- Что-то из тренировочного процесса Мейвезера было перенесено в методики этого зала?

– Конечно, что-то у него подсмотрели во время его визита в Москву, но, вы знаете, история нашего бокса очень богата и мы хотим популяризировать ее. Советская школа – челнок, передвижение, джеб. Мы с 80-х годов забыли, что такое передняя рука. Нет изюминки, мы потеряли наш любительский бокс. Нужно это возвращать! На многих соревнованиях мы были лидерами именно благодаря этому. Когда к нам с мастер-классом приезжал Сережа Ковалев, я задал ему вопрос, где его так научили боксировать именно левой рукой, ведь он множество боев закончил ей. Ответил, что в Челябинске – тренер их заставлял все комбинации заканчивать именно левой!

- Что нужно сделать, чтобы вернуть детско-юношеский бокс на прежний уровень, когда система функционировала как конвейер и регулярно выдавала ярких боксеров и чемпионов?

– Очень важный момент – психология. Одной из наших главных задач мы видим привлечение и удержание в спорте как можно большего количества детей. За многие годы мы потеряли не одно поколение. Недавно провели турнир «Боевая ничья»: независимо от того, как ребята боксировали, мы объявляли ничью, об этом было сказано в самом начале. Понимаете, когда маленькие мальчишки выходят в ринг, они уже победители. Все были в восторге! Как-то мне попалась методическая книжка: «Подготовка польской и советской сборной». В 70-80-х годах у них был большой подъем бокса, и в числе причин там были указаны соревнования, в которых не объявлялись победители. Получили практику и пошли дальше. Никому не обидно, но ребята остаются в боксе.

- В случае проигрыша очень многие ломаются?

– Конечно. Представьте, пришел мальчик, с ним – вся семья и родные, а ему руку после боя не поднимают. Сколько случаев у меня было, когда после этого они говорили, что больше в зал не придут! Нам нужно ломать стереотипы, о чем верно говорил Саша Поветкин, что бокс – это опасно и обязательно нос будет сломан.

- С какими сложностями чаще всего сталкиваетесь в работе с детьми?

– Самое главное – приучить ребенка к труду. Многие сейчас очень домашние, обласканные. Иногда бывает сложно вытащить ребят из этого состояния, но это уже искусство тренера. Нужно постоянно давать что-то новое, чтобы глаза горели. Почти у всех моих учеников есть дневники. После каждой тренировки мы его заполняем, какие были сделаны ошибки, чтобы они остались в голове. И на следующей тренировке уже работаем именно над этим.

***

- Как вы оказались в боксе?

– У нас был небольшой шахтерский городишка на Украине, и в нем было три вида спорта: борьба, бокс и штанга. Мне много доставалось во дворе, я был злой и худенький. Поэтому, конечно, выбрал бокс. Мне тогда было 9 лет, а в секцию принимали с 10, пришлось немного наврать тренеру – взяли. Стал тренироваться, мне очень понравилось. После 9 класса уехал в техникум физической культуры, получил образование и потом оставили меня в спортроте. За эти 5 лет я выполнил норматив мастера спорта СССР и так меня постепенно затянула тренерская работа.

- Выполнение норматива – основная планка и цель?

– Да, я себе таковую поставил в самом начале. Я детям всегда говорю, что нужно метиться в Луну: даже если промахнетесь, останетесь среди звезд. Нужно ставить большую планку! Чемпион мира, чемпион Европы и так далее. Когда поставил планку – ты дойдешь до нее, но не выше.

- Как проходила служба?

– Нас часто освобождали на месяц-два и мы уезжали на сборы в Карпаты, где очень мощно прибавляли! Утром подъем, построение, пробежка минут 30-40, потом перекусили-передохнули и первая тренировка: или игровая, или боевая. В зависимости от этого и вечерняя тренировка. Мы возвращались и были на 2-3 головы выше тех сверстников, которых не могли догнать раньше!

- В каком возрасте и почему вы перешли на тренерскую деятельность?

– После физкультурного техникума я закончил еще и кулинарный, так получилось…

- Почему именно кулинарный?

– Собрался семейный совет, на котором мне сказали: Саш, нужно быть более самостоятельным, давай, выбери что-то такое, чтобы это могло тебя прокормить. И я решил уйти в море, поваром. Закончил кулинарное с отличием и уехал в Мурманск. Годик-полтора походил в море, но стало укачивать… Понял, что не мое. Поэтому с 85-го года я перешел на тренерскую работу. Мне изначально многие говорили: зачем тебе это море, иди тренером! А нет, я настаивал. Хотелось страны повидать…

- Нравилось в море?

– Да, своя романтика.

- Какое было коронное блюдо в вашем исполнении?

– Курочка на соли! Сейчас расскажу: берется курица, ее не нужно ни солить, ни перчить. Кладешь грудкой кверху, внутрь чернослив, яблочки небольшие и чеснок. Все это зашивается, раскладывается пачка соли и курочку кладем сверху. На 45 минут в духовку – вкус обалденный! Директор приходил, всегда просил пару штучек сделать ему.

- С переходом на тренерскую деятельность пришлось забыть о собственных выступлениях?

– Нет-нет! Мне удалось сочетать это. Часто командой ездили в Финляндию. Свой последний бой я провел в 96-м году, стал вторым на международном турнире. Но люблю постоять в парах до сих пор! Нравится смотреть за тем, как у клиентов глаза загораются. Случай был, когда ко мне Сережа Бадюк пришел, он тогда к бою на Fight Nights готовился. Пришел, говорит: «Егорыч, поставь руки». Они у него работали, но хотел большего, как Федор Емельяненко чтобы. А он тогда еще вес гонял, на соревнования по бодибилдингу. Подготовка к одному и второму его невероятно выматывала, чуть ли не засыпал тут! А я как-то подсмотрел одно упражнение у женской сборной России: связываются два пояса и спортсмены работают в ближнем бою. Говорю: «Сереж, у меня есть одно очень интересное упражнение». Я хотел вытащить его из этого состояния. Привязал его к себе и быстренько начал наносить удары, смотрю, он разозлился, глаза загорелись и понеслась! После этого пошел еще 5 раундов на снарядах отработал!

- Какой бой в вашей карьере запомнился больше всего?

– Это был 77-й год, я боксировал с Виктором Мирошниченко. Он потом еще стал третьим на Олимпиаде в Москве. Мой тренер мне сказал, что если я выиграю этот поединок, то могу попасть на Игры. Был равный бой, но… Он был с Донецка, а это была Мекка бокса и при прочих равных победы отдавались спортсменам из этого города.

- Из-за предвзятости вы не попали на Олимпиаду?

– Можно и так сказать, но я потом плотно следил за ним, было приятно, что он попал на Олимпиаду и только из-за рассечения стал третьим.

- Было обидно, что не выступили на домашних Играх?

– Конечно… Но знаете, я же поставил себе планку – мастер спорта. Поставил бы выше – пошел к ней. Все мысли материальны, и все зависит от первоначальной.

- Лучший момент в тренерской карьере?

– Это был 93-й год, чемпионат мира в Будапеште. Я готовил Алмаза Гисмеева, в последствии многократного чемпиона мира. Поехали мы на мировое первенство. В сборной России не было переводчика, и у нас никто венгерского не знал. Заходим в зал, а старший тренер кричит: Саша, вас на ринг уже вызывают, быстро идите! А там уже стоял афроамериканец… Алмаз был даже не разогретый, выскочил на ринг и моментально принялся боксировать. Нанес удар, прошел вскользь и у соперника открылось рассечение. Алмаз выиграл, но у него прихватило шею – не успел же размяться. А нам в самом начале турнира раздали мазь, тогда только появляться начала – Финалгон. Думаю, дай его намажу перед финалом. Стоим в раздевалочке, я выдавил побольше мази на руку, добротно так, и начал по спине втирать. «Егорыч, горит! Давай стирать!», – прокричал Гисмеев. Начали стирать, а если холодным полотенцем – то становится еще хуже! В общем, опять он не размялся, выбежал на ринг, спина вся краснющая, и трижды отправил оппонента в нокдаун, лишь бы поскорее закончилось это!

- Самый неприятный момент в карьере?

– Увы, тоже связано с Алмазом. Мы разошлись, он стал депутатом. Может, была чуть звездная болезнь, может, где-то чуть я был не прав. Администрация города подарила мне квартиру, а ему – машину. Из-за этого начались неувязки между нами. Мэр города посмотрел документы, а Алмаз тогда сам жил в трехкомнатной квартире. Я сказал ему, что в квартире отказано, зато машину дадут, за лучший результат. Мне – как тренеру – однокомнатную квартиру. Тогда и появилась первая трещина, из-за чего в итоге и разошлись.

***

- За время существования «Академия бокса» привезла в Москву множество звезд. Самая яркая история, связанная с одной из них?

– 2013-й год, к нам в преддверии боя с Денисом Лебедевым приехал Гильермо Джонс. А нас попечитель Федерации бокса – Бирюков Алексей Павлович – снабжал медом с пасеки в Курской области. Всегда под рингом в «Академии» стояло по 2-3 бочки с медом, 40-литровые. И вот команда Джонса пришла в зал, с громкой музыкой разминаются, тренируются. У нас традиция есть: угощать всех чаем. Я их спрашиваю: tea? Они сначала отказались, а я говорю секунду, давайте покажу кое-что. Поднимаю настил ринга и там стоят эти бочки, они столько в жизни не видели! Потом каждый день с баночками приходили, мед просили.

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные