«Я хотел больше, чем он». Отец Бублика – о давлении на сына из-за тенниса

Станислав Бублик рассказал, почему хотел сделать сына теннисистом.

– Александр рассказывал, что он, сколько себя помнит, всегда хотел стать теннисистом и был уверен, что станет. А вы как это помните? 

– Я помню его многократно повторявшиеся слова: «Батя, ты хочешь, чтобы я играл в теннис больше, чем я сам».

– Но это не значит, что он не хотел. Это может значить, что вы хотели очень сильно. 

– Я хотел больше, чем он. Поэтому у него, по сути, не было выбора. С его 10-11 лет, когда я стал работать старшим тренером в академии, он жил со мной. Через четыре-пять лет я перешел на другую работу, и он опять жил со мной, и там не было воздействия мамы на процесс. Так что, если с 11 до 20 лет он практически фултайм был со мной, то, конечно, у него в голове была выстроена схема: теннис – это приоритет, им надо заниматься и заниматься профессионально. 

– А его нужно было заставлять работать?

– Всегда.

– А как понять, когда заставить, а когда лучше отпустить?

– Когда Саша рос, в России всегда было очень много детей, которые играли лучше него. И намного лучше. А сейчас мы их не знаем, потому что их отпустили.

Плюс я такой человек, которого легко зацепить. Пример. Сидели мы как-то с друзьями-одноклассниками у меня в кафе пили пиво. И бегал Сашка шестилетний с ракеткой по кафе. Они меня спросили: «А что ты хочешь от него в теннисе?» А они пловцы – у меня был спортивный класс в школе. Я говорю: «Ну как минимум сборная России». Они очень сильно посмеялись и сказали: «Мальчик из города Гатчина в сборной России по теннису – ты серьезно?»

Меня тогда это зацепило, и в 11 лет он уже был игроком сборной России. Меня всегда задевали слова, что я чего-то не могу. И я всячески корячился, чтобы доказать, что могу.

– Александр еще говорил, что провел детство в достатке и ни в чем не нуждался, потому что вы занимались бизнесом. Что вы делали?

– Это 90-е годы, так что были и поездки в Китай и Польшу, места на рынке. Потом кафе. Но 98 год обрушил все, ничего не осталось. Саше был один год, так что он этого не помнит. Я остался ни с чем, все обвалилось, остались огромные долги под огромные проценты. Я три-четыре года из этого выбирался. Продолжал работать тренером – хоть какая-то копеечка, – сказал Бублик-старший в интервью Спортсу’’.

«Понимаю, что сын со мной общаться не будет». Большой разговор с отцом Бублика

«На меня смотреть не надо, я плохой пример для детей». Правила жизни Александра Бублика