Время ностальгии.
От редакции: Алексей Смертин играл на ЧМ-2002. Первый матч с Тунисом пропустил из-за травмы, а с Японией и Бельгией выходил в основе.
Смертин по-особенному вспоминает сборную и Олега Романцева. Там он серьезно прокачался, что помогло дальнейшей карьере в Европе.
Мы попросили Алексея вспомнить чемпионат мира и школу Романцева.
Как Смертину помогли освоиться в Англии спартаковские кружева?
Отец мечтал, чтобы мы с братом играли в «Спартаке». Уделял большое внимание нашей технике и дриблингу. Это помимо работы над несгибаемостью духа.
Я впервые столкнулся со «Спартаком» в 1998-м, когда играл за «Уралан». В Москве, на стадионе «Локомотив». Против нас – Титов, Цымбаларь, Аленичев, Тихонов. Матч получился равным: мы не забили пенальти и минимально проиграли – 0:1. Еще подумал: «Это что, тот «Спартак», который катком проходится по всем?»
В Элисте в ответном матче и вовсе победили – тоже 1:0. Мы с Кормильцевым соорудили победный гол, который забил Игнатьев. А наш вратарь Саморуков отразил пенальти на 90-й минуте от Титова. До сих пор помню, как люди сидели на деревьях и смотрели матч.
Футболисты «Спартака» жили в соседней гостинице, а после игры мы общались с Андреем Тихоновым. Он говорил: «У вас хорошая команда». На меня показывает – вот ты хороший игрок. На Кормильцева – и ты. Других тоже отмечал. Я подумал: «Ух ты, ничего себе оценили».
С Романцевым впервые встретился уже в сборной. Сразу поймал его мрачный взгляд исподлобья. После Семина было непривычно. Да, Палыч мог со слюной накричать, слюна могла даже попасть в тебя, но он отходчивый. Очень хорош с точки зрения коммуникации, чем и взял меня. Например, во время переговоров с «Локомотивом» приехал к нам с братом в Медведково и пообещал мне отдельную квартиру. Так вопрос с переходом и решился.
С Романцевым за все время я общался только один раз. Было и без слов понятно, в какой роли он меня видит. Как полузащитника Романцев меня не жаловал. Рассматривал человеком, который обладает оборонительными навыками и цепкостью, при этом может начинать атаки.
Тогда функции защитников ограничивались отбором мяча и пасом ближнему, а Романцев хотел, чтобы обострить и сделать разницу мог каждый. Нашел позицию, где я мог действовать по игроку, цепляться за мяч и играть на опережение, а еще двигать атаки и даже к ним подключаться. Это освобождало условного Титова – он мог сосредоточиться на чистом созидании.
У Романцева любой футболист вынужден играть в футбол, а не отсиживаться. Достаточно просто побывать в квадрате: мы играли четыре на четыре с одним нейтральным. Если одна команда была целиком из спартаковцев, другая просто бегала за ними и не могла отобрать мяч.
Если же оказываешься в четверке со спартаковцами, надо им соответствовать. Учишься думать быстрее и принимать решения до касания мяча. Уверен, в сборной в этом компоненте очень спрогрессировал. Навык применил уже на других скоростях в Англии. Да, там были не кружева, но скорости предлагались такие, что некогда возиться – надо мгновенно принимать решения.
Если заранее не придумал, что сделаешь с мячом дальше, то ты отыгранный элемент – просто вынесут. Во многом благодаря Романцеву влился в футбол, где не дают долго думать.
У меня вообще было две команды, выходя за которые чувствовал уверенность в победе. Не шапкозакидательскую расслабленность, а именно правильный настрой. «Челси» с Моуринью и сборная с Романцевым.
Чем Смертина впечатляли Кержаков и Сычев?
Сыграть на чемпионате мира – огромная радость. Особенно на фоне того, что и ЧМ-1998 пропустили, и Евро-2000.
Состав у нас был обкатанный, уверенно прошли отборочный турнир. Задача минимум – выйти из группы, другое даже не обсуждалось и не воспринималось.
Когда ты игрок, атмосферу чемпионата мира почти не чувствуешь. Жили на базе со своим поваром и толком не выезжали, проводили привычные тренировки и ели русскую еду. Разве что заполненный стадион создает чувство ажиотажа, но по-настоящему атмосферу чемпионата мира ощутил уже не как футболист. Например, в ЮАР-2010 или в Бразилии-2014. И особенно на ЧМ-2018 в России.
В Японии мы делили номер с Сашей Кержаковым. Мне было 27, а им с Димой Сычевым еще и 20 не исполнилось. Нравилось общаться: молодые, смышленые, уверенные, знали себе цену. Короче, отличались от моего поколения.
Я же начинал в барнаульском «Динамо» и знаю, что такое дедовщина. Мы, например, таскали мячи и другой инвентарь. Или взять поездки на Дальний Восток: опытные ребята закупают рыбу и икру на перепродажу, а ты их баулы тащишь. Я не к тому, что Кержаков и Сычев отказывались что-то носить. Просто времена другие – этим уже занимался персонал.
А Кержаков и Сычев, тот же Аршавин позже – раскованные, легкие, свободные. К опытным – с уважением, но без подобострастия. В какой-то степени меня поражала их уверенность. Она ведь и на поле переносилась.
Романцев заменил Смертина в решающей игре с Бельгией в первом тайме
Я пропускал первый матч с Тунисом – восстанавливался после травмы. С Японией вышел в старте: полный стадион, идеальный газон, чувствовалось мировое событие. Родители приехали – примерно знал, где мама с папой сидят и искал их взглядом на разминке.
Был легкий мандраж, но со стартовым свистком он ушел. Все вспоминают о судействе, но кроме пенальти на Семшове не помню, чтобы там были еще какие-то ошибки. Не чувствовал, что нас засуживают.
Все решалось в матче с Бельгией. Я тоже вышел в старте, но еще в первом тайме заменили на Сычева. Без травмы – просто не устроил Романцева по игре.
Как бы я ни обижался, замена была по делу. Романцев даже не посмотрел в мою сторону и руку не протянул – вероятно, понимал, что столкнемся взглядами, а взгляд у меня тогда был ненавистный. Никогда не меняли в первом тайме без травмы – да еще в решающей игре на чемпионате мира.
Впрочем, быстро остыл и принял замену. Я играл против Марка Вильмотса – партнера по «Бордо». И действовал осторожно – совсем не обострял. Отдавал назад, поперек, сохранял мяч – это было неэффективно, Романцеву не понравилось.
Потом со мной такое было в «Челси», когда Дрогба ждал разрезающие пасы, а я не давал – боялся ошибиться. А это не было бы ошибкой. Ошибка – не пытаться обострить. В «Портсмуте», «Фулхэме» и «Чарльтоне» играл смелее, а в «Челси» и сборной России случались периоды, когда просто действовал на сохранение.
Романцев перед тем матчем с Бельгией не мог решить, выпускать молодежь или довериться старой гвардии. Выпустил в итоге опытных – и, судя по ранним заменам, пожалел об этом.
На ЧМ-2002 третьим вратарем взяли Черчесова. Каким он был тогда?
Станислав Саламович каким был, таким и остается. Руководящим. С юмором, чувством достоинства и уверенностью в себе.
Он был в воротах в 1998-м – во время моего дебютного матча против Исландии (0:1). Тогда Ковтун забил в свои ворота, а меня удалили. Сижу в раздевалке, подходит Черчесов: «Ну что, молодой, хорошо дебютировал?»
Ничего не ответил – промолчал. Хотя вроде бы сыграл достойно. Бышовец мне тоже говорил: «Алексей, я тебе доверил место в составе, а ты чего?» При этом улыбался, не журил меня.
Черчесов очень достойно выходил из-под прессинга в раздевалке. Легионеры из чемпионатов Испании или Италии любили бросить ему: «Че ты там, играешь в своей Австрии?»
Стас отвечал: «Вы статистику посмотрите – у вас там по воротам один раз за игру бьют, а со мной три-четыре раза один на один выходят. Я постоянно в тонусе и постоянно в игре, это гораздо эффективнее».
Смертин на ЧМ-2002 впервые попробовал суши, но с тех пор не ел ни разу. Что случилось?
Еще до чемпионата мира была договоренность, что после турнира к нам приедет японский повар и приготовит суши. Тогда в Москве еще не было ресторанов японской кухни, суши и роллы никто толком не пробовал.
Помимо суши привезли саке – 15-градусный алкогольный напиток. Причем теплый, а не холодный. Я наелся суши и роллов, напился саке – и утро встретил в жутком состоянии. Организм не привык к такой пище, плюс еще и алкоголя много. Думаю, произошло сильное отправление. Хуже всех было Руслану Пименову, которого натурально трясло и над которым весь обратный полет стоял доктор Васильков.
Японская еда мне в моменте понравилась: необычные вкусы, необычные ощущения. Еще саке – тоже что-то новое. К сожалению, последствия от этого отбили желание есть роллы в принципе. Прошло уже почти 25 лет – с тех пор ни разу роллы и суши больше не ел. Когда их вижу, сразу рвотный рефлекс.
Если в Азии с семьей оказываемся в японских ресторанах, беру мисо-суп и водоросли.
Больше ничего не могу воспринимать.
Подписывайтесь на Смертина в Максе
«Подойдешь к ней – получишь 9 граммов». Смертин – об игре в Ленинске-Кузнецком в 90-е
Фото: Gettyimages.ru/Laurence Griffiths, Martin Rose/Bongarts, Gunnar Berning/Bongarts, Neal Simpson/EMPICS; РИА Новости/Владимир Федоренко, Владимир Родионов; East News/AP Photo/Itsuo Inouye, Kyodo via AP Images
Комментарии
Не думаю, что установка была такая от Романцева, просто все играли как-будто боялись. Во втором тайме забегали, но было уже поздно, вдобавок Нигматулин провалился
В тексте написано так, будто Сычев и Кержаков не знали, что такое дедовщина. В том же Зените был знаменитый защитник/опорник Лепехин, который закончил карьеры паре молодых звездочек Зенита,
а на тренировках мог играть откровенно в кость. В конце 90-х, начале 2000-х дедовщина также существовала, это с массовой закупкой легионеров, начиная с сезонов 2004-2005 деды стали постепенно сходить на нет. В этом уже не было смысла, когда приезжали дорогостоящие легионеры, и получается: своего молодого ты будешь "воспитывать", а легионера уже не воспитаешь, у него контракт.
За текст огромное спасибо!
И теперь понятно кто создал тренд затыкать Смертиным проблемные позиции в защите) Жаль, что это подхватили другие тренеры сборной и до конца карьеры так и не вернули в центр поля.
Это как Жиркова Хиддинк поставил в левые латерали и мы потеряли шикарного левого полузащитника, который отлично умел в атаку.
В каждом созыве были полузащитники на голову выше.
Игра, как и с Японией, была выигрышной
Вообще, напрасно столько критики льется до сих пор на то выступление, в целом, во всех трех матчах сборная выглядела нормально, скорее он повезло + судейство + неудачный выбор вратаря на турнир
И сборная была достаточно сильная
И группа - «Группа жизни»
Очень ждали этот чемпионат
Смотрел все матчи
И основной вопрос был к Романцеву: «Почему он не выпускал Сычева в старте?»
Как только Дмитрий выходил на поле, игра сразу менялась
Ну и в памяти погромы в Москве после матча с Японией и слёзы Сычева после проигрыша Бельгии