4 мин.

Три чемпиона

6

2006-й, конец октября, поздний вечер. Сан-Паулу, стадион «Морумби».

По травяному газону в сопровождении группы самба-барабанщиков марширует стайка кариок…Стоп-стоп, вру, слово «марширует» тут абсолютно неуместно! Итак, в сопровождении ритмов самбы в свете прожекторов по футбольному полю в сторону сооруженного в его центре гигантского шатра движется само воплощение души бразильского народа. Молодые, безумно красивые и ужасно шоколадные девчонки выделывают своими обнаженными (практически) телами тако-о-е… Нет-нет, увольте! Словами этого не передать. Это надо увидеть, это надо почувствовать!.. Невероятно трудно удержаться от того, чтобы не пуститься впляс вместе с этими юными прелестницами – даже мне, почти пятидесятилетнему мужику. Это чудо, это волшебство, это магия, это невозможно удержать внутри, – и я ловлю на себе понимающий взгляд. Взгляд мальчишки, представьте себе, – из тех, кто уже осознал себя мужиком, но кому семейное воспитание пока не позволяет сильно углубляться в ЭТУ тему. И потому улыбка, блуждающая на лице у этого парня, кому-то, вероятно, может показаться даже глуповатой.

«У-у-ух!» – произносит Себастьян Феттель, выражая тем самым «все, что вы знали ОБ ЭТОМ, но о чем боялись спросить».

Мы уже общались днем в режиме интервью, и Феттель вполне отработал имидж старшего школьника, каковым он, собственно, тогда и был. «Дер Себ» приехал в Бразилию качестве резервного гонщика «БМВ», но и здесь, на вечеринке «Ред Булл» по случаю завершения гоночного сезона был, как вам всем известно, вполне своим. Впрочем, в этот вечер на стадионе «Морумби» своих и чужих не существовало: все были равны, все были участниками одной грандиозной тусовки под названием «Формула 1».

«А ты знаешь, что тут рядом памятное место?» – спросил я у Феттеля чуть позже, когда кариоки отправились (пере)одеваться, а пульсы рейва низвели до уровня стада всех остальных, невзирая на возраст, социальное положение, половую принадлежность и заслуги перед человечеством. В ответ Себ только пожал плечами. Конечно, он знает, кто такой Айртон Сенна, но в мае 1994-го, когда Волшебник погиб, Феттелю было всего 6, и потому трагедия, потрясшая миллионы, его практически не зацепила.

А вот Шумахера она коснулась непосредственно. 1994-й должен был стать годом его самоутверждения. Михаэль знал это с самого начала, ведь еще в 1992 году он осознал себя в гонках мужиком, и не стеснялся при случае наезжать на самых маститых: Проста, Бергера, Сенну.

В 1994-м Сенна получил супероружие, «Уильямс-Рено» FW16. Ален Прост уступил ему место в чемпионской по тем временам команде, хотя при желании мог и сам взять еще один титул, пятый, сравнявшись по их числу с Хуаном Фанхио. Однако великий Профессор предпочел уступить свое место Волшебнику, с которым у него были весьма непростые и очень тонкие отношения. Конечно, Прост понимал, что для Айртона, сгорающего от страсти к гонкам, это шанс сравняться по количеству титулов с ним, Простом, но великодушно предоставил ему этот шанс, совершенно не представляя, что тем самым включает отсчет последних месяцев жизни Айртона Сенны.

Это просто мистика какая-то! Только вдумайтесь в факты. Бразилия, 1-й этап 1994 года. Поул: Айртон Сенна, Шумахер второй. Гонка: Сенна сходит, Шумахер побеждает. Аида, 2-й этап. Поул: Айртон Сенна, Шумахер второй. Гонка: Сенну на старте выносит Ларини, Шумахер побеждает. Имола, 3-й этап. Поул: Айртон Сенна, Шумахер второй. Гонка… Ее итоги известны всем. Эта история болезненным шрамом осталась в сердце Великого и Ужасного. Победа в чистом бою над Волшебником должна была подчеркнуть его Величие – а вместо этого Шуми достался интеллигентный, но убогий Хилл, которого за уши тянула на трон ФИА. Михаэль выдержал все испытания и вырвал титул в стиле, который он считал характерным для своего кумира, Сенны. Вы помните: победа – все, ради нее все средства хороши! Айртон грешил этим, как известно, но Шумахер возвел его теорию в абсолют. Аделаида-94, Херес-97, Монако-2006 – это все выражение абсолютного превосходства, стремления к победе любой ценой, свойственного Сенне, в версии Михаэля Шумахера.

К сожалению, в Бразилии дотянуться до многократного было невозможно. Шумахер старательно избегал общения с прессой, а на официальных пресс-конференциях откровенно работал на какого-то непонятного дядю, избегая точных ответов на конкретно поставленные вопросы. Волею Луки ди Монтеземоло это была его последняя гонка в «Феррари», что означало: последняя в «Формуле-1». Говорят, Михаэль в те дни заглянул в район «Морумби», где на старом кладбище (в километре от стадиона) покоится бразильский Волшебник. ДОЛЖЕН БЫЛ заглянуть. Ведь даже став 7-кратным, он не затмил собой Айртона Сенну, который, в отличие от Михаэля, всегда – даже в самых неоднозначных гоночных и окологоночных ситуациях, – оставался человеком, увлеченным и ранимым. И я с удовольствием подмигиваю Феттелю в ответ на его улыбку: вперед, дружище! Мне этот парень всегда – еще с «Формулы-БМВ» и «Формулы-3», – казался достойным наследником Сенны. Не Шумахера.