Выигранный воздух
Блог
Трибуна

«Говорю, что позвоню Путину, он вас всех по полной программе». Жизнь русского легионера во Франции

От редакции Sports.ru: вы читаете блог «Выигранный воздух» – официальный блог «Радио Зенит». Поддержите его плюсами, подписками и комментариями, чтобы интересные сюжеты о петербургском спорте чаще появлялись в вашей ленте.

На связь с нашей радиостанцией по Zoom вышел экс-хоккеист СКА, а ныне нападающий хоккейного клуба «Шамони» Андрей Рычагов (в 12 играх чемпионата 38-летний форвард набрал 15 очков и является лучшим бомбардиром команды – Sports.ru). Пообщались с ним о особенностях хоккея во Франции.

- Как тебя вообще занесло во Францию? Признайся честно, ты просто захотел пожить в одном из самых живописных мест в Европе?

- Скажу еще честнее. Я изначально хотел пожить в еще более красивом месте – в Биаррице. Рядом с ним находится город Англе, в котором есть хоккейная команда, выступающая во французской лиге. Но смысл в том, что оба этих населенных пункта находятся на берегу шикарного океана. То есть арена находится прямо на пляже! Я большой любитель активного водного отдыха. Хотел повторить за Павлом Буре. Он рассказывал, что когда жил во Флориде, тренировался, а потом сразу, в шортиках, шел на пляж. Великие хоккеисты глупостей не говорят! Поэтому решил последовать его примеру.

У нас были переговоры, достаточно успешные, но все понимают нынешнюю ситуацию. Генеральный менеджер мне сказал: «Андрей, у нас будет встреча акционеров, они все решат». Параллельно я вел переговоры с «Шамони». Они были мной заинтересованы, но я ждал ответа он «Англе». В итоге мне позвонили оттуда и признались, что в этом сезоне у них не хватит на меня денег. Я расстроился – не смогу жить у океана! Жизнь жестянка, понимаете? Достаточно долго общался еще с российскими клубами, но в итоге не сумел остаться на родине. Ну ничего, значит, судьба ведет меня в горы. Стал читать про Шамони, все понравилось, поэтому в итоге и договорился с местной командой. Все завертелось, договорились о контракте, стал получать визу.  

- В одном из интервью ты сказал, что важным требованием для тебя было наличие большой двуспальной кровати. Это в тебе говорит боль от выступления в ВХЛ, где много переездов с не самыми лучшими гостиницами?

- Да нет, дело не в переездах. Здесь нет такого большого количества перемещений. К тому же, когда живешь в гостинице, проблем с кроватью нет – они, как правило, большие. Но если касаться «Шамони», то я объяснил им свою позицию так: «Мне не 15 лет, мне нужно восстанавливаться, спать с комфортом! К тому же я не один живу». Сон – важная штука. Они все поняли, пообещали сделать все в лучшем виде. Так и оказалось.

- Сборная Франции худо-бедно выступает на чемпионатах мира, Стефан Да Коста уже несколько лет выступает в России, но про французскую лигу мы практически ничего не знаем. Расскажи нам о структуре внутреннего первенства. Мы знаем, что лига носит имя Луи Магнуса, который организовал в Париже первую хоккейную федерацию. Как там все устроено?

- Я не знаю… Даже про Магнуса ничего не знал. Вы настоящие профессионалы, не то что я, любитель. Обязуюсь все прочитать о французском хоккее! Но сам формат турнира очень простой. В чемпионате участвует 12 команд. Все играют со всеми по 4 раза, дважды дома, дважды на выезде. Из-за нынешней ситуации, этот сезон решили провести в укороченном формате – 22 матча у каждой команды. После регулярного сезона 8 команд играют классический плей-офф. Правда, в первом раунде вроде бы до трех побед, а дальше до четырех. Не помню, если честно, играют ли 4 низшие команды плей-аут, чтобы сохранить прописку в высшем дивизионе. Я в это не углублялся, потому что даже не рассматривал попадание в этот пул. Сейчас ситуация такая – 22 игры, а плей-офф проводиться не будет. В принципе, все логично и просто.

- А кто вообще играет в чемпионате, кроме французов? Играют ли другие русские хоккеисты?

- Да – трое вроде бы. Есть Андрей Есипов. Он выступает во Франции уже давно – лет 7-8 и играет в паре вместе со своим сыном! Они оба защитники. Еще Игнат Зельченко есть, правда, он в очень слабой команде находится. Здесь есть правило – в заявке команды должно быть 11 французов. Поэтому в нашей команде, например, все остальные позиции заняты иностранцами. Есть несколько французских финнов с двойным гражданством. Еще два канадца, американец, словенец, словацкий вратарь и два финна.

- Один российский хоккеист, игравший во Франции, рассказывал, как однажды его команда, ведя после двух периодов, начала праздновать победу в раздевалке. Там действительно все так «на расслабоне»?

- Отчасти да. Здесь просто присутствует необученность игроков. На мой взгляд, они просто не умеют достигать результата. Во всяком случае, так обстоят дела в моей команде.  Уверен, что команды из топ-3, у которых есть большие спонсоры, серьезные зарплаты, которые постоянно берут титулы, имеют выстроенную систему. Если бы выстроить такую систему в «Шамони»… Игроков просто нужно научить. В принципе, они слушаются. У меня в звене играет канадец и француз. Я им сказал: «Если будете слушаться – все будет хорошо. Будете идиотничать – будет плохо».

Они все поняли, они слушаются. В команде они самые результативные, если не считать меня, конечно. Если бы они реализовывали хотя бы треть того, что я им создаю, то были бы мы в списке лучших бомбардиров лиги. Ну не важно. В этом есть проблема. Вот ведешь ты 2:0 после первого периода. Уже радуешься, думаешь, что победа в кармане. После того, как я прошел школу игры с Петром Ильичом Воробьевым, понимаешь, что 2:0 уже не отпустишь. Ну максимум, одну шайбы в меньшинстве пропустишь. Здесь: бам – первая, бам – вторая, хи-хи – третья в меньшинстве, ха-ха – четвертая. В итоге заканчиваешь игру 2:5 и не понимаешь, что вообще произошло.

Вот недавно вели 3:1, за полторы минуты до конца второго периода. Я бегаю по скамейке и ору: «Выносите из зоны через стекло». Они отвечают: «Да, конечно, сейчас сделаем». Выходят и пропускают дичайшую контратаку за 30 секунд до конца периода. 2 чужих хоккеиста едут на наши ворота, их встречают четверо наших. Спустя секунды почему-то соперники уже катятся вдвоем в одного. Ба-бах! 3:2.

- Продолжим тебя знакомить с командой, за которую ты выступаешь. Знаешь ли ты, что в Шамони прошел финал второго в истории Чемпионата Франции, кроме того, в этом коллективе вырос лучший нападающий во истории французского хоккея – Филипп Бозон?

- Знаю! Его именем назван местный спортивный центр. Большой комплекс, в котором можно заниматься 12 видами спорта. Важное место для Шамони в целом. Тут же еще проходила Олимпиада в 30-ых годах. Сам клуб «Шамони» 30 раз становился чемпионом. Это добавляет шарма. Я понимаю, что нахожусь в самом именитом хоккейном клубе Франции.

- Как вообще во Французский хоккей попадают легионеры? Мы ведь понимаем, что их чемпионат далеко не самый сильный в Европе. Они приезжают завершать карьеру?

- Здесь есть возможность сделать толчок. Например, к нам приехал финн. Он не смог себя проявить, своеобразный у него характер. Зато сейчас он выступает в первой финской лиге. Кого-то позвали в лигу DEL2 – второй по силе чемпионат Германии. Здесь, на самом деле, достаточно много интересных игроков, которые при должном развитии могли бы стать качественными хоккеистами. Здесь много возможностей для спортсменов, причем не только французских. Здесь можно себя проявить, набрать много очков. Рядом же австрийская лига, Швейцария, Германия, Альпийская лига… Все следят друг за другом. Если кто-то «выстреливает», то почему бы его не взять. Можно выбирать команду! Даже ориентироваться на то, где ты хочешь пожить.

- Когда, в таком случае, ты посмотришь на обратную сторону Монблана из Швейцарии?

- Когда откроют границу, тогда можно будет туда сгонять. Здесь просто есть определенные сложности, которые я бы мог легко преодолеть в России. Но здесь же Европа, все должно быть по правилам… Хотя, если честно, никто тут правила не соблюдает, по большому счету.

 
 
 
View this post on Instagram

A post shared by Андрей (@rychagoff)

- Вспомни какого-нибудь хоккеиста из твоей команды или из чемпионата, у которого действительно есть потенциал. Был ли кто-то, кто на голову выше французского чемпионата?

- Хотел сказать, что видел одного такого, когда в зеркало смотрел… Могу сказать откровенно. Крайний нападающий моего звена – Фабьен Казарин. Я прикалываюсь над ним. Говорю, что он русский, потому что фамилия у него русская. Он молодец, он слушается. Его привлекли в сборную Франции. Очень рад за него, я ведь тоже постарался, чтобы он стал вторым бомбардиром в команде. Я ему постоянно говорю, чтобы он работал. Он ведь молод, может и дальше расти. Есть и другие талантливые ребята в нашем составе. Но проблема в другом. Есть какие-то личные вещи, которые не позволяют им развиваться, да и они не особо хотят, на мой взгляд.

Если говорить про другие команды, то никто сильно не впечатляет. Даже наоборот, задаюсь вопросом «Что вы вообще здесь делаете…». Вообще, как мне кажется, если взять защитника из третьей пары какой-нибудь самой слабой команды ВХЛ, то он не то что не хуже, он будет лучше большинства местных игроков! Сможет играть во второй, а то и в первой связке! Здесь больше веселья, чем результата.

- Как во Франции обстоят дела с заполняемостью трибун? Много людей ходят на матчи?

- Затрудняюсь ответить, потому что первые матчи мы проводили, когда еще были зрители. Сейчас трибуны пустые, поэтому во Франции не хотят играть плей-офф. Очень многие команды, особенно богатые, кормятся за счет того, что собирают полный дворец. Это приносит деньги. Например, вход стоит 11 евро. Собираются тысячи человек – это деньги и достаточно неплохие. Но сейчас, к сожалению, без зрителей. Когда я приехал в сентябре, у нас были несколько игр, народ был. Приходили люди, которые стучали, кричали. Они живут либо в самом городе, либо в округе. Здесь много маленьких городков. Но, как мне рассказали ребята, конечно, в курортный горнолыжный сезон, который длится с начала декабря по май, яблоку негде упасть. Люди стоят в очереди, чтобы попасть на хоккей. Их не пускают, потому что все битком.

Конечно, я понимаю атмосферу, когда люди накатались, а потом в восемь часов вечера идут на хоккей. Почему так поздно? Потому что до шести люди катаются, потом подъемники закрываются. Все идут в шале, ресторан, кушать фондю, устрицы и другую ерунду, пить шампанское. Соответственно, после этого надо развлечься. Они идут на хоккей, чтобы проораться, поразвлекаться, хапнуть адреналина. Ребята мне рассказывают, а я думаю: «Нифига, как круто! И в самом городе, и на хоккее атмосфера сумасшедшая». Но, к моему огромному сожалению, вирус не дает познать это в полной степени, потому что сейчас играем без зрителей. Разрешают прийти только функционерам.

- А курорт-то работает?

- Нет. Ну как он работает? Честно скажу, я побывал в райских условиях ровно полтора месяца. Потом все закрыли: СПА, все рестораны, развлечения вокруг. То есть это было доступно. Мне, как члену команды, разрешалось ходить бесплатно или за маленькую сумму. Но 23 октября, как в фильме, наступил судный день и все закрыли. Локдаун. Какие-то рестораны работают только на вынос еды. Подъемники все закрыты. Падает шикарный снег. Великолепно, но все закрыто. Туристы приезжали под Новый год, но – это слезы. Сюда приезжает столько народу, что ходить просто невозможно. В универсаме, я так называю местные супермаркеты, очередь стоит в кассу. Как минимум полчаса приходится потратить в очереди. Сейчас такого даже близко нет.

 
 
 
View this post on Instagram

A post shared by Андрей (@rychagoff)

- Назови самый интересный выезд, на котором тебе удалось побывать?

- С самым крутым выездом вас не обрадую, потому что делаю ставку на выезд к той команде, в которую хотел попасть. С ней мы будем  играть в марте. У меня большие планы. Это будет именно Биаррица. Там будет два города – Бордо – прекрасное место, и Биаррица – тоже прекрасное место. Пока еще изучаю. Дворец? Приехали в один город, а там, чтоб вы понимали, нет стекла на одном из бортов. Например, борт, где сидят судьи, стекло есть, а где игроки, его вообще нет.

- Проблемы с пластиком?

- Да. Я говорю: «Минуточку, а если решу выбросить шайбу из зоны по дальнему стеклу, она же …». То есть линия ворот доходит до борта, там еще полтора-два метра и стекло заканчивается. Как так? А вот так. Конечно, интересный дворец.

- А в целом уровень инфраструктуры во Франции какой?

-  Терпимо. Понятно, что это не раздевалки в КХЛ и даже не в ВХЛ, но учитывая популярность хоккея во Франции – меня все устраивает. Раздевалки нормальные: тепло, уютно, комфортно.

- Тебя сложно чем-то удивить после того, как ты колесил в ВХЛ?

- Да, но рассказывают ребята, что в том же румынском чемпионате очень тяжко. Не стирают ничего … Здесь же такого даже близко нет ничего подобного.

- Стирают?

- Да. Ну, может быть, массажиста личного нет.

- Кошмар. Как ты там вообще живешь?

- К нам приходит массажист. Он пишет в нашу группу, что приходит. Делается очередь из пяти-шести человек и он массирует кого надо. То же самое касается физиотерапевта и остеопата. Не на что пожаловаться.

- Хорошо. Тренеры встречались с необычным подходом, внешностью?

- Нет. К сожалению, в нашей команде тренер очень слабый. Самый слабый тренер, с которым я работал.

- После турнира по армрестлингу?

- Нет. В хоккейном плане, если честно. Наверно, не очень хорошо так говорить о тренере, но если мы затронули эту тему, то многие вещи, которые он пытается донести до команды – мне непонятно, зачем они нужны. Они не имеют никакого смысла. Существуют серьезные проблемы с работой системы, организацией игры в обороне, в меньшинстве. Я пришел к нему, показываю, что вот так играет ЦСКА – лучшая команда в КХЛ по игре в меньшинстве. Посмотрите на их тренировку. И я понимаю, что он, глядя на все это, не очень понимает, что происходит. Я думаю: «Блин, я ставлю его в неловкое положение». Я показываю, а он не сможет это объяснить ребятам.

- Но потом выходишь на улицу, смотришь на потрясающие пейзажи и понимаешь, что не зря приехал?

- Я спокоен. Признаюсь, первые два-три месяца было тяжело. Я кипел по-жесткому. Все дико, что люди чего-то не умеют, того-то не делают. Это вообще идиотизм полнейший! Как такое возможно? С другой стороны, думаю, я приехал в команду, которая весь сезон занимала первое место в Восточном дивизионе, сильнейшая команда высшей лиги. Ну что ты хочешь? На что рассчитываешь? Сборная Франции с трудом попадает на чемпионат мира. Последний раз играла в группе А со сборной России. Ты что ожидаешь? Постоянно общаюсь с родителями. Они меня успокаивают. А я говорю: «Да я не могу по-другому». Как игрок я создан для того, чтобы делать результат. Я заточен под это. Я приехал для того, чтобы делать результат, а мне не дают, потому что там дичь полнейшая творится. Мне говорят: «Либо ты бери факел в руки и меняй систему, либо успокойся и наслаждайся жизнью».

- Самобытная французская лига затормозила прогресс 38-летнего российского хоккеиста.

- Отчасти.

- Недавно в соцсетях ты высказывал недовольство моментом, связанным со вбрасыванием, с судейством. Расскажи истории, связанные с общением с арбитром. Арбитрам тоже приходится что-то объяснять во время матча?

- Для меня вбрасывание остается самой большой проблемой. В соцсетях я представил ее в смехотворной форме. Есть правила, но, возможно, я не знаю французский регламент. В России команда гостей всегда ставит клюшку не лед первой, допустим, на центральном вбрасывании. В зоне обороны ты тоже должен поставить клюшку первым. Затем ставит клюшку атакующий игрок, дается пауза, чтобы все правильно поставили клюшки, а потом судья бросает шайбу.

Здесь судья может бросить шайбу, когда ему захочется. Этот момент я жестко показал. Мы забили гол. После гола нужно сыграть надежно, чтобы снова вернуться в игру. Я стою на вбрасывании, думаю: «Сейчас я выиграю вбрасывание, закину шайбочку, поддавим, сменимся и все будет круто». И тут я стою, готовлюсь, потому что это реально важное вбрасывание, а судья просто берет и кидает шайбу. Я даже клюшку не успел поставить на лед! Естественно, я на всех языках мира начинаю ему высказывать, что ты делаешь? Это осталось за кадром, но он побежал со мной разбираться: «Ты что орешь?». «Я ору? Вы уважайте игроков!». Он говорит: «Ты должен реагировать». Я отвечаю: «Есть правило». Я это высказываю третий раз. Два раза одному и тому же судье. И один раз на одном из первых видео. Вбрасывание было в зоне обороны. Произошло то же самое. Я говорю: «Ты м#### Ты что делаешь? Нормально брось шайбу. Нам чуть гол не забили из-за тебя».

- Тонкая французская душа.

- Да, такие моменты приводят меня в достаточно эмоциональное состояние. Я даже здесь не удержался.

- В твоих соцсетях постоянно натыкаешься на сумасшедшие виды гор. Как в такой атмосфере можно думать о работе? Поэтому и концентрации нет у местных хоккеистов, потому что все это расслабляет?

- Не знаю. Говорю за себя. Меня не расслабляет. Это просто очень приятное дополнение. Когда выходишь из дворца, солнце светит на горы, они отражаются. Действительно – невероятная красота. С утра выходишь на тренировку, и уже приходится надевать солнцезащитные очки, потому что снег светится и все очень красиво. Шамони находится на гористой местности. Облака буквально висят над тобой, набегают. В субботу было интересное погодное явление, которое не видел никогда в жизни. С Сахары прилетел песчаный вихрь.

Проснулся утром, выхожу на кухню, а у меня за окнами все желтое. Думаю: «Ядерный взрыв, что ли, произошел? Офигеть! Что происходит? Вот и все. Конец». Начал читать. Оказалось, что в Сахаре была песчаная буря. Взвесь этих частиц долетела до Франции. В Петербурге такие моменты сто процентов не увидишь. Конечно, впечатляет, но на профессионализм мой, концентрацию – никак не отражается. Это приятное дополнение. На французских игроков, может быть, влияет. Я послушал рассказы о том, как они проводили время, когда был туристический сезон и куча народу веселого. Не понимаю, как они в плей-офф попадали?

- Какие у тебя вообще взаимоотношение с одноклубниками?

- Мне очень нравится атмосфера в «Шамони». Среди ребят нет «подленьких» – все честные, играют в хоккей по-мужски. Порой они заводятся, много эмоций. Но в плане общения все очень приятные. Понятно, что иностранцы в большей степени общаются между собой. Я большего всего разговариваю с американцем, который живет напротив меня. Любые темы можем затронуть в разговоре. В том числе и политические подколы проскакивают. Я их всех посылаю в ГУЛАГ, говорю, что позвоню Путину, он вас всех по полной программе! Они хихикают, боятся, все как обычно. А французы спокойные. Они вообще ничего не знают, политикой не интересуются. Я как прихожу к ним и спрашиваю: «Что у вас в Париже происходит? Что это за протесты?». А он говорят: «Мы не знаем. Черт его знает, что там происходит».

- Удается ли тебе оттуда следить за своими бывшими командами?

- Естественно за всеми стараюсь следить. За «СКА-Неву» переживаю. Привык их видеть на верхних позициях, там много молодых игроков, которые делали свои первые шаги, когда я там выступал. Сейчас они уже стали лидерами, но пока не получается у них закрепиться в восьмерке. У тюменского «Рубина» тоже не все так просто. Они пропустили несколько матчей, теперь у них будет много игр в очень сжатый срок. Иногда смотрю матчи этих команд или обзоры. Уже подмечаю, кого можно будет забрать сюда на следующий год…

Фото: globallookpress.com/Walter Bibikow; pionniers-chamonix.com

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья