Блог Заводной апельсин

Дурь – мой поводырь. Почему вместе с этой сборной России я буду до конца

Фото: Fotobank/Getty Images/Streeter Lecka

Олимпийские Игры, даже если проходят в не самом подходящем месте и стоят 50 миллиардов долларов, прекрасны по многим причинам. Например, они прекрасны тем, что дарят людям свободу самовыражения. Олимпийские недели – возможно, единственные за пару лет, когда можно свободно вторгаться в малознакомые и даже совсем не ведомые для тебя сферы, умничать и (если держать себя в руках) не выглядеть при этом полным болваном. Во-первых, потому что большинство олимпийских видов – это не самый популярный спорт, в них болваны более или менее все. Во-вторых, влияет олимпийский дурман: значительная часть отраслевого хардкора готова относиться к любительским репликам так же, как ямайские бобслеисты относятся к окружающему миру. Расслабленно.

Я использую сочинскую Олимпиаду, чтобы высказаться о хоккее – виде спорта, который бесконечно уважаю, но за которым не имею возможности следить так же, как за тем, что вернется с мучительных каникул сегодняшним вечером.

Для начала задам всем интересующимся два вопроса – таких же простых и наивных, как Евгений Плющенко на интервью телеканалу CNN.

Вопрос первый: после хоккейного турнира Олимпиады, стремительного и нажористого, вам и правда интересного смотреть чемпионаты мира? Вы с настоящими эмоциями переживаете тот турнир, где собираются игроки, не пригодившиеся лучшей хоккейной лиге – либо вообще, либо в этом конкретном сезоне? Попытался представить такой же жар при обсуждении состава участников Лиги Европы – по всем статьям второго дивизиона европейских кубков – и не смог. Президент ИИХФ Рене Фазель и его друзья, даже не пытаясь проводить эту предотпускную майскую зарядку реже/в другом составе, или очень плохие переговорщики, или обитают в пещере. Если бы из этой пещеры они хотя бы иногда выбирались, то знали: более девальвированного звания чемпиона планеты, чем в хоккее, в мировом спорте, кажется, нет.

Тот, кто начинает строчить гневный комментарий, какой же автор лопух, попробуйте за секунду ответить: кто в хоккее действующий чемпион мира? Окей. А кого они обыграли в финале?

Второй вопрос локальный и навеян развязкой матча Россия – США. Вы и правда считаете нормальным, что после третьей серии буллитов совершенно неважно кто бросает дальше? Я, конечно, не рассчитывал, что тут такая же длинная очередь пенальтистов, как в футболе (весь состав, который был на поле, вплоть до вратаря), но смотреть на Ти Джея Оши все же утомился. В субботу днем я включал телевизор, чтобы посмотреть на матч между двумя классными командами, а не на индивидуальную тренировку классного игрока, каким бы умельцем он ни был и какая бы подружка ни ждала его в Сент-Луисе.

Впрочем, это детали. Главное, хоть нас и учат обратному, не в них. Главное – в двух причинах, из-за которых за ту сборную, что прикатила в Сочи, я болею всей душой.

Причина #1

Пару недель назад одна из многочисленных детских колясок, разбросанных по моему балкону, потребовала ремонта. То ли от сырости, то ли от давности, то ли еще от чего одно из колес дало трещину. За комплектующими и заменой я поехал в колясочный сервис, спрятанный в гнилом торговом гетто между Аннино и МКАДом. Сервис был разбит в огромном магазине детских колясок, где деятельный русский мужик – очевидно, его владелец – и взялся помочь мне с ремонтом. Пока он искал сменную покрышку и тестировал камеры, я шастал по рядам и развлекал себя простым квизом: есть ли среди тысячи здешних колясок хотя бы одна российская? Италия, Польша, Британия, Япония… «Российских нет. Наши их делают, но получается дрянь», – наладив колесо, мужик помог мне завершить маркетинговый анализ.

Вернушись домой и утолив праздное любопытство гуглом и общением с многодетными друзьями, я убедился: действительно дрянь. С тем, что моя страна продолжает производить консервные банки вместо автомобилей, я с трудом, но смирился. Смириться с тем, что она по-прежнему не освоила такое несложное и такое востребованное производство, как детский транспорт, мне еще предстоит.

За то время, что нефть стоит больших денег, а Россия сидит на сырьевой игле, наше государство оглупело настолько, что все прочее производство – хоть экспортное, хоть на внутренний рынок – ее перестало интересовать. Со временем апатия перекинулась и на человеческие ресурсы, а пару лет назад добралась и до спорта. Увы, но производить атлетов, которые были бы востребованы настоящей спортивной экономикой, а не меценатством, мы почти перестали. В НБА нормально пристроен только Андрей Кириленко, заставший в Америке еще башни Всемирного торгового центра. Времена, когда сразу четыре русских игрока с разной степенью успеха гоняли в главном футбольном чемпионате планеты, остались в прошлом десятилетии. Все были выдавлены не только из Англии, но и просто из Европы. Самый страшный пример – Дмитрий Булыкин, глядя на которого еще прошлым летом, можно было быть уверенным: скорее Божена Рынска и ее сумочка будут замечены за столиком «Крошки картошки», чем Булыкин поменяет Европу на Нижний Новгород. Что в баскетболе, что в футболе наши люди возвращаются или не уезжают вовсе. Потому что дома деньги, сиськи и лимит. Скучновато на работе, конечно, но при наличии денег, сисек и лимита это вопрос решаемый.

Теперь мне легче понять, почему странный хоккеист Радулов так и не пригодился в НХЛ

Хоккей остается единственной спортивной отраслью, где мы продолжаем производить парней, востребованных миром. Парней, которые или в новогорских лесах, или в дыму уральских заводов осваивают ремесло и перелетают вместе с ним через океан. И не потому что больше не могут смотреть на леса и заводы, а потому что так вышло, что лучшая лига мира, где этим ремеслом можно распорядиться, устроена именно там.

Парней, которые живут в реальном, а не вымышленном мире. Реальный мир – это когда ты зарабатываешь 7,5 миллиона долларов в год, на каждый матч собирая по 20 тысяч болельщиков, две трети из которых кутают пузо в футболку с твоей фамилией. Вымышленный мир – это когда тебе на карту капают те же 7,5 миллиона в год, но на твою игру смотрят 4000 скучающих людей, заплативших за вход в древний армейский дворец по две сотни рублей.

Парней, которые не поменяли деньги на мечту. Не припомню материала, который мы собирали бы с такой же любовью: каждой его герой мог запросто оставаться в России, играть против «Югры», «Адмирала» и московского «Спартака», зато получать в два-два с половиной раза больше своего груженного налогами энхаэловского оклада.

Парней, которые живут далеко, но всегда готовы быть близко. Допускаю, что я просто не могу вспомнить случаи, когда русские легионеры нынешнего поколения (Малкин, Овечкин и другие) не приезжали в сборную по сомнительным причинам, но почему-то такие случаи не могут вспомнить и все хоккейные авторы Sports.ru. Как человек, который застал, как одни игроки футбольной сборной симулировали травмы при тренере Ярцеве, а другие отказывались приезжать к тренеру Хиддинку на чемпионат Европы, я обожаю слушать истории о преданности русских хоккеистов. Например, Александра Овечкина, который примчал на прошлогодний чемпионат мира с травмой, чтобы отыграть всего два матча, получить от американцев и поехать домой.

Понятно, что в нынешней сборной России есть разные люди: скажем, после группового турнира Олимпиады мне гораздо легче понимать, почему странный хоккеист Радулов сейчас не играет в НХЛ и почему многим приходится заставлять себя за него болеть. Но все равно концентрация тех, кто остается людьми, несмотря на всемирную известность, огромные зарплаты и великодержавный пресс, здесь в разы выше, чем в той команде, за которую мы имеем привычку болеть в более теплое время года.

Причина #2

В той вони, что рассеяла по миру не засчитанная шайба Федора Тютина, было почти невозможно находиться без средств спецзащиты. Особенно тяжело мне давалась заметка коллеги Пономаренко в понедельничном «Советском спорте». Не знаю, что произошло с уважаемой мною газетой во время Олимпиады, но риторика некоторых материалов завораживает: «У России украли победу. У всех на глаза. Внаглую», – это самый старт текста; «Облапошили, как лохов на ярмарке», – вывод одной из смысловых глав.

Впрочем, надеть противогаз стоило специально для того, чтобы добраться до реакции тех, кого «облапошили» и «обокрали». Ни Александр Овечкин, ни Павел Дацюк, ни Илья Ковальчук, ни Евгений Малкин – а каждый из них получал слово – ничего не сказали про судейский заговор или борзость американского вратаря; как минимум один из них (Ковальчук) признал, что шайбу отменили по всем правилам. Самую развернутую реплику себе позволил Вячеслав Войнов:

– Могу точно сказать, что Куик сделал это специально. Я же с ним играю в «Лос-Анджелесе». Это его стиль, его фишка. И это не к нему вопрос. Он просто старается принести пользу своей команде. Арбитры следить должны.

– Получается, что Куик украл у России победу?

– На самом деле надо просто забивать больше голов. Реализовывать свои моменты. Чтоб никто обокрасть нас не смог. Мы сейчас, как машина, набираем ход. Считайте, что в этом матче был сбой.

Понятно, что сегодняшняя сборная России уступает по составу своему главному сопернику – Канаде. Понятно, что ею руководит очень догматичный и не самый стрессоустойчивый тренер, уже наблюдающий за игрой тем же встревоженным взглядом, которым мы ищем выход на стыковочный рейс в незнакомом аэропорту. Понятно, что мы чудовищно разыгрываем большинство. Понятно, что с разбросанных по раздевалке айфонов коллегам прилетают тревожные инсайды («У нас ад какой-то»). Понятно, что наша победа на этой Олимпиаде будет если не чудом, то большой сенсацией.

Все это понятно и все это меня решительно не волнует. Меня волнует, что есть Россия, которая снова дуреет без всякой причины, и есть настоящие мужчины, которые этой дури не поддаются даже в минуты бурного эмоционального всплеска.

Пока хотя бы один из этих мужчин будет играть в сборной моей страны, я буду с ней до самого конца.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья