android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30@Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьdeleteinfoCombined ShapeИскатьsports_on_siteplususeric_avatar_placeholderusersview
Блог Blogg на паркете

Как 20 лет назад «Лейкерс» выкрали Шака у «Орландо»

Оригинал – CBS Sports, Джоэл Корри

Агент Шакила О’Нила вспоминает, почему центровой решил оставить «Мэджик» и как попал в Лос-Анджелес.

20 лет назад 24-летний Шакил О’Нил, готовый стать одной из самых доминирующих сил в истории НБА, покинул «Орландо Мэджик» и перешел в «Лос-Анджелес Лейкерс». Оглядываясь назад, можно сказать, что это было самое важное подписание свободного агента в истории. В любом виде спорта. Никогда до и никогда после решение одного свободного агента не рушило одну потенциальную династию, одновременно рождая другую, и даже этим трудно оценить все влияние того момента. В день, когда Шак переехал в Лос-Анджелес, весь ландшафт НБА сместился сильным толчком, который ощущается до сих пор.

И я все еще не могу поверить, что это произошло.

Тогда, в 1996-м, я был консультантом у агента Шакила – Леонарда Армато, моего бывшего начальника, от которого я ушел, чтобы организовать свое агентство. Эта должность консультанта давала мне место в первом ряду на самых неумелых переговорах команды НБА с игроком, которые я когда-либо видел в своей 16-летней агентской карьере. «Орландо» ни в коем случае не должно было потерять О’Нила. Все было сложено в их пользу.

Все, кроме одного очень специфичного, очень неожиданного изменения в Коллективном соглашении, и это было все, что нужно было «Лейкерс», чтобы утянуть Шака благодаря, вероятно, самой гениальной чистке платежной ведомости, которая когда-либо случалась в НБА. Но об этом мы еще поговорим.

А сейчас сосредоточимся на «Мэджик», потому что именно они проиграли те переговоры, и, черт побери, проиграли их по-крупному. Я присутствовал при всем этом. На встречах. При звонках. У меня до сих пор хранятся многие документы. И я до сих пор качаю головой, когда смотрю на них.

alt«Мэджик» сразу совершают ошибку

Изначально практически все наши разговоры были сфокусированы на том, что Шак останется в «Орландо». Как уже говорилось, они просто могли предложить Шаку больше, чем кто-то еще, не просто ключи от создания династии с потенциальным холл-оф-феймером Пенни Хардуэем, но более конкретно и, возможно, более важно: они могли дать ему больше всего денег.

В 1996 году не существовало понятия «максимальная зарплата» в CBA. Был потолок зарплат – 24,3 млн, если быть точным – но никаких максималок и никакого налога на роскошь (все это появилось после локаута 1998 года). Это было важно. «Орландо» владело правами Берда на Шака и, благодаря этому, способно было превысить потолок при переподписании игрока, в то время как остальным нужно было втиснуть его под потолок, что в большинстве сценарием означало полное перелопачивание состава. А значит, «Мэджик» могли дать Шаку пустой чек (и это даже не ввело бы их в зону налога на роскошь, как сейчас) и, думаю, завергить все переговоры еще до их начала.

Но они этого не сделали. Вместо этого, они решили поторговаться. Это даже было оскорбительно.

Некоторые аспекты свободного агентства Шака я помню, словно они произошли вчера, и один из них – первое предложение команды: 54 млн на четыре года, без конкретики по отдельным сезонам. Это было намного ниже 105-миллионных, семилетних контрактов, которые получили Алонзо Моурнинг и Джувэн Ховард – заметно уступающие Шаку игроки – от «Майами» и «Вашингтона», соответственно.

Но это было даже не худшей частью предложения «Мэджик». Окей, ладно, они давали 13,5 млн в год без возможности досрочного расторжения, а Шак хотел что-то ближе к 20 млн и право стать свободным агентом вновь через три года. Это было плохое предложение, но не впервой сторонам было торговаться в стартовых переговорах. Более неприятной частью истории, которую я никогда не забуду, было то, как «Мэджик» в попытке создать какое-то преимущество в торгах, стали критиковать защиту и работу О’Нила на щитах.

Вы смеетесь?

Когда у тебя есть игрок калибра Шака, парня, который в свои четыре первых сезона в НБА уже выиграл титул новичка года, стал самым результативным игроком сезона, трижды попал в символическую сборную, был вторым в гонке за MVP и вывел «Орландо» в финал НБА после победы над Майклом Джорданом, не упоминая уже о привычке делать вот такое…

…ты должен твердить ему, что он величайшая штука в мире. Ты прогнешься, чтобы заключить с ним контракт. И вместо этого «Мэджик» решили, что сейчас подходящий момент, чтобы покритиковать важные элементы игры Шака?

И пускай Шак делал в среднем больше подборов за четыре года в «Орландо» (12,5), чем за восемь – в «Лейкерс» (11,8), речь даже не об этом. Речь о самом принципе. Факторе уважения. Вы можете представить, чтобы «Тандер» приехали на свою встречу с Кевином Дюрэнтом и заявили ему: «Да, Кевин, ты отличный бомбардир и все такое, но вот насчет владения мячом и защиты…»

Это полный бред. Но именно такой тон переговоров «Мэджик» и установили. «Орландо» как будто не ценило то, что у Шака был определяющий всю команду талант, хотя именно он и изменил их клуб. Класс свободных агентов 1996 года был полон звезд: будущие члены Зала славы Джордан, Моурнинг, Дикембе Мутомбо, Реджи Миллер, Гэри Пэйтон и Деннис Родман выходили на рынок – но именно О’Нил считался всеми главным призом.

В то время преобладающей чемпионской формулой НБА считалась такая: если у тебя нет Джордана, тебе нужен доминирующий центровой, и О’Нила признавали Уилтом Чемберленом своего времени, который еще даже не раскрыл всего своего потенциала. Он был в руках у «Мэджик», был центром многообещающего контендера, а они считали его наличие чем-то самим собой разумеющимся. Предложили ему дешевый контракт. Сомневались в его умениях.

В каком-то смысле «Орландо» позиционировало себя как врага Шака, а не организацию, которая была на его стороне, даже заявив при первых переговорах, что им нужно сохранить финансовую гибкость, чтобы через пару лет переподписать Пенни Хардуэя. Этим они словно сказали нашей команде, что подписание Шака не было для них приоритетом. Примерно в этот момент мы начали обдумывать альтернативные варианты, кроме вариантов соглашения с «Мэджик». Моей основной задачей было найти потенциальных претендентов на Шака и отыскать в CBA зацепки, которые бы могли сработать в пользу О’Нила.

Идея была следующей: нужно идентифицировать команды, которые могут освободить хотя бы 9 млн под потоклом зарплат без разрушения команды, чтобы предложить Шаку семилетний контракт на 100 млн, которые можно было бы досрочно разорвать через три года, когда у Шака появятся права Берда и он сможет получить финансовую выгоду из своей очевидно растущей ценности. Кроме того, если он покидал Орландо, предпочтение отдавалось крупным рынком. Было не так много команд, подходящих под все эти критерии. Вот какой список мы собрали:

«Нью-Йорк Никс»: с самого начало это был слабый вариант, поскольку зависел от желания и возможности «Никс» обменять Патрика Юинга. «Никс» также боролись за Джордана, который вскоре переподписался с «Буллз» на годичный контракт за 30 млн долларов. Рынок нам подходил, но расставание с Юингом никогда всерьез не рассматривалось. А когда они подписали свободного агента Аллана Хьюстона за 56 млн на 7 лет, ситуация с платежкой уже была неразрешимой. Никаких серьезных переговоров даже не материализовалось.

«Детройт Пистонс»: «Детройт» был привлекательным вариантом из-за Гранта Хилла, лучшего новичка НБА-95, который к тому моменту уже попал в сборную сезона. В команде также был готов раскрыться Аллан Хьюстон, и идея поставить Шака в команду к такому лидеру, как Хилл, и такому снайперу, как Хьюстон, была привлекательной. Но когда Хьюстон отправился в «Никс», идеальный сценарий ушел вместе с ним. Кроме того, сами «Пистонс» не особо проявляли интерес в подписании Шака, честно говоря. «Детройт» выбывал.

«Майами Хит»: у «Хит» была самая гибкая ситуация с составом и с платежной ведомостью, но необходимым был отказ от прав на свободного агента Моурнинга, чтобы убрать 150%-ный кэпхолд его прошлой зарплаты из платежки. Моурнинг стал барометром всех наших переговоров. Он был вторым номером драфта-1992, сразу за О’Нилом, и их карьеры с того момента навсегда были связаны. Иногда люди ставят этих двух бигменов в один ряд, но Моурнинг не был игроком уровня Шака. Когда «Хит» подписали Моурнинга на уже упоминавшийся семилетний 105-миллионный контракт, они этим не только лишили себя всякого шанса получить О’Нила, но и дали нам ориентир, по которому мы могли определить собственную цену Шака на рынке.

Мы не имели права найти Шаку контракт хотя бы на цент меньше, чем у Моурнинга. На самом деле, Армато был непреклонен в том, что О’Нил должен получить намного больше Моурнинга, поскольку вообще не воспринимал его, как соперника Шаку.

«Атланта Хокс»: Хотя «Атланты» не было в нашем первоначальном списке, «Хоукс» быстро превратились в жизнеспособный сценарий, когда я вместе с одним из своих коллег созвонился с нынешним президентом «Лос-Анджелес Доджерс» Стэном Кастеном по поводу интереса клуба к Шаку. Кастен на тот момент был президентом «Хокс» и бейсбольных «Атланта Брэйвз». Он намекнул, что слияние телекомпаний владельца «Хокс» Теда Тернера (CNN и т.д.) c Time Warner могло бы создать дополнительные финансовые выгоды для Шака.

С баскетбольной точки зрения он воспринимал Шака как недостающее звено для чемпионских амбиций «Атланты» и был готов предложить контракт на семь лет со средней зарплатой где-то в районе 10-15 млн. Впрочем, он не собирался для этого рушить команду.

Сейчас это звучит смешно, но в 1996 году Кастен считал, что Муки Блэйлок и Кристиан Лэйттнер были фундаментом его клуба. Он не собирался их менять. Также в команде нужно было оставить двоих из группы, в которой были Стэйси Огмон, Алан Хендерсон, Грант Лонг, а кроме того, необходимо было сохранить свободного агента Стива Смита. В этом и таилась загвоздка. После подсчетов оказывалось, что Смит, игрок уровня Матча всех звезд, был лишним. Нам не нравилась идея с уходом Смита. В итоге «Атланта», ставшая отличным запасным вариантом, совсем выпала из обсуждения после подписания пятилетнего контракта на 50 млн с Дикембе Мутомбо.

Итак, «Орландо» медлило. Большинство других вариантов отпадало. Лишь одна команда оставалась реальной угрозой для «Мэджик». И нужен был «идеальный шторм», чтобы все сложилось, но этот шторм как раз рождался.

На сцену выходят Джерри Уэст и «Лейкерс»

Первый шаг, который сделали «Лейкерс» в попытках встать в очередь за Шаком, был, вероятно, важнейшим обменом в день драфта со времень обмена прав на Билла Расселла из «Сент-Луиса» в «Бостон». В целях ослабления платежки и освобождения свободного места под потолком «Лейкерс» отправил ветерана и любимца публики центрового Владе Диваца в «Шарлотт Хорнетс», и это не только принесло им 18-летнего Кобе Брайанта, но и 3,3 млн дополнительного места под потолком. Задним умом мы называем это одним из главных «стилов» в истории НБА. «Лейкерс» сэкономили деньги на том, что получили баскетболиста, который войдет в топ-10 лучших игроков в истории.

Теперь «Лейкерс» стали настоящей угрозой – возможно самой большой угрозой, ведь Шак очевидно был заинтересован в том, чтобы стать частью такой великой франшизы. На следующий день после моей беседы с «Хокс» Армато устроил нам брифинг с Джерри Уэстом, который сделал формальное предложение в 95,5 млн на семь с лет с опцией выхода на рынок свободных агентов через три года.

«Лейкерс» были заинтересованы в том, чтобы оформить сделку как можно скорее, чтобы затем переподписать Элдена Кэмпбелла. Права Берда на Кэмпбелла означали, что у «Лейкерс» есть возможность превысить потолок его переподписанием, но сделать то же самое с Шаком они не могли – значит, нужно было сначала вписать Шака под потолок, а затем добавить зарплату Кэмпбелла. И все же Армато отказался от первого предложения в 95,5 млн на семь лет. Это было лучшим имеющимся на тот момент вариантом, но все же хуже, чем контракт Моурнинга, а значит, недостаточно.

Тогда Уэст сказал, что готов обменять Джорджа Линча на драфт-пик, чтобы улучшить свое предложение. Все это время он рекламировал «Лейкерс», делая упор на то, что история команды всегда была связана с доминирующими центровыми (Джордж Майкан, Уилт, Карим Абдул-Джаббар), что у клуба были победные традиции и что он сам приложил руку к созданию чемпионских команд. У них были Эдди Джонс, Седрик Себаллос, Ник Ван Эксель и Брайант – это была многообещающая молодая команда, которая только что закончила сезон с 53 победами. ЛАЛ становились фаворитами.

alt

«Мэджик» все торгуются

В это же время «Мэджик» занимались примерно тем же, что мы недавно увидели в «Майами Хит» и их переговорах с Дуэйном Уэйдом, – не давали то, чего заслуживал Шак и что отражало его ценность для франшизы, а только реагировали на предложения других клубов. В данный момент карьеры Уэйд даже близко не соответствует уровню Шака-96, но то, как проходили переговоры, очень схоже. Пассивный подход «Хит» стоил им Уэйда. И примерно такое же ощущение возникало в ситуации «Орландо» и Шака.

Вместо того, чтобы сразу повысить свое предложение после контрактов Джордана, Ховарда и Моурнинга, «Орландо» зашевелилось только после того, как «Лейкерс» обменяли Линча и Энтони Пилера в «Ванкувер Гриззлиз» и освободили еще больше места на Шака. «Мэджик» предложили Армато два варианта: четырехлетний контракт на 64 млн (что было уже лучше, чем первоначальное предложение в 54 млн) или семилетняя сделка на 109 млн, в которой была опция расторжения через четыре года, а не три, как хотелось Шаку.

Честно говоря, это сбило нас с толку. Мы все чесали затылки, не понимая, почему до сих пор, имея огромные шансы потерять своего франчайз-игрока, «Орландо» так упорно торговались по поводу лишнего года в контракте. Мы только что увидели, как «Буллз» дали своему лидеру контракт на 1 год, который был где-то на 6 млн больше, чем весь потолок зарплат. Шак не был Майклом Джорданом (никто им не был), но он точно воспринимался всеми как следующая великая суперзвезда. Как нам казалось, после предложения «Лейкерс» «Мэджик» обязаны были вскочить и выгнать всех конкурентов, что они и должны были сделать с самого начала. И все бы закончилось.

Но снова они не стали этого делать. Они не хотели давать 20 млн в год в долгосрочном контракте. Они придирались к опции досрочного расторжения. Они даже хотели предложить холостую зарплату в виде трудно достижимых бонусов, например, процент со штрафной линии выше 60% в сезоне, чего Шак за всю свою карьеру добился лишь однажды. В итоге упрямство решило их собственную печальную судьбу.

Как раз в это время последний гвоздь был забит в крышку гроба «Мэджик».

Опрос

Будем справедливы к «Мэджик» – Шак просил деньги не на орешки. На тот момент в лиге было всего два 100-миллионых контракта, Ховард и Моурнинг. Двадцать миллионов в год, которые он просил от «Мэджик» (от них он ожидал большего, поскольку у них были его права Берда), составляли более 82% от потолка зарплат в 1996. Это очень много. Для сравнения, Майк Конли из «Гриззлиз» этим летом подписал самый большой контракт в истории НБА на 153 млн на пять лет, но это составит лишь около 30% от потолка в первый сезон.

Кроме того, нужно помнить, что в тот момент общее мнение болельщиков состояло в том, что игроки получают слишком много денег. В 1995 году был короткий локаут, испортивший восприятие лиги публикой, и между обычным фанатом и суперзвездами было определенное разобщение, со временем сошедшее на нет до такой степени, что я бы сказал, сейчас люди поддерживают зарплаты суперзвезд или, по крайней мере, безразличны к ним, потому что понимают, какие доходы они генерируют для лиги. Но в 1996 году идея получать сто миллионов баксов за то, чтобы играть в баскетбол, звучала нелепо.

Играясь на этих чувствах публики, газета Orlando Sentinel провела опрос, спрашивая, заслуживает ли Шак контракта на 115 млн. В тот момент можно было задать такой вопрос о любом игроке НБА, вероятно даже включая Джордана, и болельщики ответили бы «нет». И, конечно, более 90% опрошенных посчитали, что Шак не стоит таких денег.

Опрос совпал с приездом «Дрим-Тим II» в Орландо, где сборная проводила финальную подготовку к Олимпиаде, и Шак был в ярости. Теперь не только команда по сути объявила ему, что он не стоит денег, которые получают игроки хуже него, а еще и фанаты твердили ему то же самое.

Человеческий фактор в переговорах зачастую теряется в разговорах о деньгах. Спортсмены – тоже реальные люди, и хотят, чтобы их ценили по достоинству. С самого начала «Мэджик» не сделали практически ничего, чтобы Шак это почувствовал. В то же время «Лейкерс», во многом благодаря неожиданному изменению в CBA, о котором я упоминал в самом начале, были рады показать Шаку всю любовь и деньги, которые он и хотел, и заслуживал.

Рождение династии

«Лейкерс» в действительно сильно рисковали, откладывая все остальные планы на лето в ожидании решения Шака. Один за одним из запасные планы рушились. Дэйл Дэвис был главным вариантом в случае отказа Шака, но он остался в «Индиане» на 7 лет за 43 млн, потому что устал ждать. Мутомбо, другая альтернатива, больше не был доступен. Крис Гэтлинг ушел с рынка, подписав пятилетнее соглашение с «Даллас Мэверикс» на 22 млн.

«Лейкерс» сделали запрос по Деннису Родману, который еще не продлился с «Буллз», но до реальных переговоров не дошло. Другими вариантами были Брайан Уильямс (в дальнейшем известный как Бизон Деле) и два защитноориентированных центровых: Эрвин Джонсон, который в итоге получил 18 на 7 от «Наггетс», и Джим МакИлвэйн, подписавший семилетний, 33,7-миллионный контракт с «Сиэтл Суперсоникс».

К счастью для «Лейкерс», «План А» сработал.

alt

Как только официально прошел обмен Линча и Пилера в «Ванкувер», Уэст сразу поднял предложение «Лейкерс» до 120 млн на 7 лет с выходом из контракта через три года. Когда «Орландо» узнало об этом, оно в последний момент попыталось улучшить свое предложение путем лучшего распределения денег по сезонам, но они потеряли всякие имевшиеся ранее преимущества, которых в реальности было и не так много, как им казалось. Их не было с тех пор, как внезапно изменились правила подписания свободных агентов после подписания Шаком его первого контракта в августе 1992 года.

Понимаете, до 1995 года правила говорили, что игрок становился неограниченно свободным агентом лишь после двух исполненных контрактов и не раньше четвертого года в лиге. Только тогда он мог подписаться с любой командой, а его прежняя не имела возможности повторить любое предложение и оставить его у себя. Но Коллективное соглашение, родившееся после локаута 1995 года, убрало институт ограниченных свободных агентов в первый и последний раз.

После локаута-1998 CBA вернулся к своим прежним правилам, регулирующим свободных агентов, но вот в то короткое трехлетнее окно, и только в это трехлетнее окно, каждый свободный агент был неограниченно свободным.

Другими словами, будь Шак, с его стажем в четыре года и с одним лишь заверешнным контрактом, свободным агентом в текущем году, или в 1994, или в 1998, или в 1999, или 2000, или в любой другой момент в истории, кроме как в то трехлетнее окно, у «Мэджик» оставалась бы возможность повторить то 120-миллионное предложение ЛАЛ – что они, несмотря на все свои ошибки, обязательно сделали бы.

Но в 1996 такой возможности у них не было. Если Шак хотел подписать контракт с «Лейкерс», «Орландо» ничего не могло с этим поделать. Армато во время Олимпиады лично отправился в Атланту, чтобы обсудить все предложения с Шаком.

Я не присутствовал при тех разговорах, но мне сказали, что «Орландо» постоянно реагировало на предложения «Лейкерс» вместо того, чтобы самим делать упреждающие шаги. Это, вместе с обидой Шака, вызванной опросом Sentinel, склонило чашу весов в пользу «Лейкерс». Даже возможность «Мэджик» выплатить Шаку больше в первые годы контракта и отсутствие подоходного налога во Флориде, в то время как калифорнийский был заоблачным, отошло на задний план того, как «Орландо» отнеслось к переговорам.

Шак не собирался использовать предложение ЛАЛ, чтобы получить рычаг в переговорах с «Мэджик». Он был готов закончить весь этот процесс и подписаться с «Лейкерс». Через пару дней, перед самым стартом Олимпийских игр, прошла пресс-конференция, на которой объявили о переходе. НБА больше не была прежней.

С тех пор я часто задумывался обо всех волновых эффектах этого перехода, которые можно ощутить до сих пор. Подумайте обо всем, что поменялось бы, останься Шак в «Орландо» – я убежден, что он так бы и поступил, учитывая, какие у них были перспективы с еще здоровых Хардуэем, Ником Андерсоном, Деннисом Скотт и недавно переподписанным Хорасом Грантом (5 лет, 50 млн), если бы «Мэджик» не пытались так вопиюще торговаться с Шаком.

Например, «Лейкерс» ни за что не стали бы династией без Шака, вне зависимости от возможной продуктивности Кобе. Фил Джексон вряд ли перебрался бы в Лос-Анджелес, где он завоевал еще пять колец, – ведь возможность применить свое треугольное нападение в системе с доминирующем большим, которого у него никогда не было в «Чикаго», было главной причиной, по которой он согласился взяться за эту работу в «Лейкерс».

Кобе, при всем своем величии, вряд ли бы взять пять колец в своей карьере. По крайней мере, не в «Лейкерс». Кто знает, сколько бы он вообще остался в Лос-Анджелесе. Его наследие могло бы строиться в другом городе. Вероятно, он бы вернулся домой в Филадельфию. Наверное, тогда «Сиксерз» не пришлось бы танковать, «Процесс» не был бы запущен, изменился бы порядок лотереи драфта, игроки попадали в другие команды – и вот лига, которую мы видим сегодня, перевернута с ног на голову. И это только один сценарий, их сотни.

К примеру, кто может предсказать, какой отличной командой могло бы стать «Орландо». Да, карьеру Пенни испортили травмы, но у них все равно было окно, чтобы стать великим клубом. Возможно, они бы оспорили верховенство «Буллз» на востоке. В 1998 году «Чикаго» было наиболее уязвимым, и если бы колени Пенни выдержали, и если бы Джордан не смог повторить «три-пит», закончил бы карьеру всего с пятью кольцами – возможно, его не воспринимали бы как единственно лучшего игрока в истории, а ставили бы на одну ступень с Мэджиком Джонсоном.

В то же время «Сан-Антонио Сперс», проигравшее три серии плей-офф Шаку и «Лейкерс» в первой половине нулевых, имели бы гораздо лучшие шансы на то, чтобы выйти в Финал несколько лет подряд, если бы О’Нил оставался в Восточной конференции. Возможно, «Сперс»-«Мэджик» стало бы главным противостоянием НБА при здоровом Пенни. Несложно представить, как эти две команды боролись бы за превосходство в лиге, учитывая, каким слабым был восток после второго ухода Джордана. Но можно и предположить, что «Мэджик» развалились бы из-за трений между Шаком и Пенни, похожих на те, что мы видели между Шаком и Кобе.

Что ж, в эту кроличью нору можно лезть очень глубоко, и все сценарии будут звучать обоснованно. Переход Шака в ЛАЛ резко изменил облик НБА, нынешний и будущий. Возможно, через 20 лет мы так же будем оценивать решение Кевина Дюрэнта покинуть «Оклахому-Сити».

Действительно, ситуация Дюрэнта является отличной параллелью с ситуацией Шака в 1996. В «Оклахоме» Дюрэнт, как и Шак в «Орландо», был близок к титулу. Он один раз играл в финале, но уступил, достиг огромных уровней личного успеха, становился лидером лиги по результативности, стал лицом франшизы с маленького рынка и имел звездного разыгрывающего в роли помощника.

И в итоге уехал в роскошную калифорнийскую команду, в которой Джерри Уэст обещал ему чемпионство.

Каждый раз, как я вижу звезду, уходящую из своей команды на рынок свободных агентов, я думаю о Шаке в 1996 году. Я думаю о династии, которая образовалась, и о той, которая так и не родилась. Я думаю о Кобе и Филе, о Джордане и Данкане и о том окне в Коллективном соглашении, которое открыло будущее – или, если мы говорим об «Орландо», закрыло его. Я думаю обо всём этом и каждый раз вспоминаю, как «Мэджик» говорят Шаку, что он должен подбирать лучше, и тот дурацкий опрос, и тихо качаю головой, понимая, как просто можно было всего избежать.

Автор – Джоэл Корри, бывший спортивный агент, работавший в ManagementPlusEntertainment и представлявший интересы Шакила О’Нила, Хакима Оладжувона и легенды НФЛ Ронни Лотта.

Автор

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы