Блог Тупое околоспортивное название

Интуиция зон. Общие точки романа «Изнанка крысы» и современной НБА

[00.

Идея, лежащая в основе этого текста, пришла ко мне года полтора, наверное, назад. Сначала не хватало чётко её сформулировать, потом – дать ей старт. Потом я набросал черновик, но он оставался разрозненными кусками. Я видел связь, но понимал, что не вижу, как её внятно показать вам. Похоже, пока так и не увидел, но не дописывать этот текст мне надоело. Поэтому я более-менее привёл его в порядок и публикую здесь. Пусть он красуется изящным недостроем типа романов Франца Кафки, «Гаргапонианы» Константина Вагинова, скульптуры «Берёзка» Анны Голубкиной... Или там Собора святого семейства, или музыки Мусоргского, что кому ближе, короче, сами выберите. WARNING: картиночек будет мало]

0.

В 2017 году вышло произведение Романа Михайлова «Изнанка крысы», которое я заметил в списке номинированных на премию «Национальный бестселлер» и очень удивился, прочтя аннотацию. Прочтя само произведение, удивился ещё больше. Оно мне очень понравилось. Но такие странные книги национальными бестселлерами не становятся, подумал я.

И ошибся. Книгу раскупали будь здоров, автор, до того известный в основном в узких кругах, стал известен в широких. Недавно вышла книга его рассказов, которую снова, по словам журналистов, сметают с книжных прилавков.

Однажды я обратил внимание, что в «Изнанке крысы» видное место занимают размышления о зонах и перемещении между ними. И в этих странных, где-то жутковатых, а где-то упоротых конструкциях я увидел принцип, который можно применить и к размышлению о современной НБА. Точнее, о том, как там строится командная игра в плане перемещения игроков по зонам на площадке.

[Примечание: взятые в кавычки абзацы – цитаты из книги «Изнанка крысы», где нет ни слова о баскетболе]

1.

Баскетбол сейчас (скорее всего, и не только сейчас) – это во многом игра на обнаружение лучшей зоны площадки для нахождения в ней в данный момент. Хорошо бы получить пас под кольцом, оставшись там в одиночестве и завершив взаимодействие лёгким лэй-апом или жгучим данком. Но чтобы эта зона в ту секунду открылась, чтобы был смысл в неё войти, надо в предшествующие несколько секунд посетить ещё несколько. Занять начальную позицию для розыгрыша комбинации, потом двинуться по череде определённых зон (тем, которые тренеры, рисовавшие комбинацию на планшете, считают лучшими).

«Под вечер началось. Гигантский тоннель, люди в масках, стоящие вдоль стены, скорее всего, это внутренность змеи, ползущей в сторону холода-тепла. Бархатные зоны, склизкие зоны, пыльные зоны. Скоро наступит точка, после которой не будет возможности мыслить качества, останется лишь передвижение по сгусткам-интенсивностям».

Казалось бы: не надо тут особо думать, выучи все зоны и перемещения между ними, соблюдай установленный комбинациями порядок да и всё. Ха-ха! Если бы порядок всегда бил класс, НБА бы не смотрели столько людей. А класс – это в том числе чутьё. Недостаточно выучить комбинации. Надобна интуиция.

«Есть игры, в которых память является решающим фактором, игроку нужно помнить вышедшие из игры карты, чтобы ориентироваться в скрытой колоде, есть игры, где память не играет особой роли, важнее ощущение настоящего и интуиция будущего».

Игрок может сымпровизировать и пойти в ту зону, которой не было в плане, но куда интуиция его тянет прямо сейчас. И это вдруг окажется лучшим решением из возможных. Это часто работает при борьбе за подбор, особенно в нападении. Замечал это не только в НБА на примере каких-нибудь Джимми Батлера или Уилла Бартона (лидеров сезона 19/20 по подборам в нападении среди «маленьких»), но даже в наших любительских играх. Казалось бы, зачем я, будучи 175 сантиметров ростом, иду после броска партнёра куда-то под щит, где тусуются люди под 190? Однако мяч приходит ко мне в обход рук этих гигантов, я легко беру подбор и добавляю два очка в кольцо. Сработало ощущение настоящего. Сработала интуиция зон.

«Скорее всего, Б. видел туманности, дымовые области, зоны проникновений. Отсюда можно нападать, отсюда нельзя — дальше дым. Этот пустырь и есть изнанка лестницы, — закрываешь глаза и видишь перемещающиеся силуэты».

2.

«Тот, кто живет в этом доме, может день и ночь наблюдать за грудами индустриальной памяти. <...> За годы раскладов вполне может проявиться интуиция зон. Сразу будет чувствоваться иная плотность. Разрушение текста, психики, пространства, и залежи «того» — остатки, хранящие воспоминания о прошлом».

Конечно, интуиция – это ещё и продукт опыта. Поэтому мы говорим: «сыграл на опыте». Как говорил Андрей Кириленко году в 2012: я просто знаю, что надо делать на площадке, а чего не надо, и то, чего не надо, стараюсь не делать. Тысячи аналогичных ситуаций, пройденных за карьеру, развивают интуицию. У решения прийти в конкретную зону может не быть иного обоснования – установки тренера, очевидной несогласованности защиты – кроме интуиции бывалого бойца. Возможно, это неосознаваемое воспоминание о том, что когда-то такая авантюра уже удалась, может получиться и сейчас. Возможно, это умение спровоцировать принципиально новую ситуацию.

«Сколько сгинувших, превратившихся в мельтешащие пыльные паттерны, лижущие свои отражения. Сколько выброшенных на окраины падальщиков, наблюдающих из пустоты за этой пыльной дрожью, готовых в мгновение наброситься и поглотить. Они оставляют за собой копоть, по которой видно историю их удовлетворений. Это крыса запуталась, организация контекстов запуталась».

И наоборот, игрок может стать рабом своих закостеневших установок. Мол, вот всегда так играли, и нормально было, не учи отца в зоны открываться. Примеры подобного вы наверняка встречали не раз вне баскетбола. У меня вот был такой начальник: крутой, с кучей достижений и наград, но считающий, что правильный способ работать лишь один – его. Интуиция его ещё работала, но уже далеко не всегда. Увы, главного редактора газеты и директора фирмы некем менять, ведь менять может только он сам. А закостеневшего игрока в НБА заменить очень легко, кандидатов выше крыши. Что и происходит в последние годы, когда даже качественные игроки нападения (а изредка и гении защиты) оказываются не нужны ни единой команде – если они запутались в истории своих удовлетворений, в былых победах, если истово лижут свои отражения.

3.

«Где здесь порождающие грамматики, методы формирования, принципы роста-развития языка как организма? Начало: разделение серых и черных, проявление щелей, зон, ландшафта, места будущего текста; возможность существования текста. Что необходимо положить на границу, чтобы пресечь скопление?»

Если бы не было понятия о зонах и о том, как с ними обращаться, все бы толпой бегали за мячом, как в средневековом прототипе футбола. Ведь отобрать мяч – главная цель защиты, так давайте сделаем это скорее! Накинемся впятером на разыгрывающего соперника – и кирдык. Но не выйдет. Партнёры грамотно расположатся на площадке, разыгрывающий избавится от мяча, и в итоге защита получит лёгкие очки в своё кольцо. Принцип зон – один из основополагающих в баскетболе, это глубинный принцип игры.

Это не значит, что трактовка зонального принципа остаётся неизменной. Вы и сами видите, как в последние годы сначала все сошли с ума от идеи спейсинга, а теперь опять вдруг вернулась медленная игра в посту. Причём одно и другое сосуществуют. И одно, и другое вызывают непонимание адептов противоположной концепции. Молодые и продвинутые фанаты недоумевают, когда мяч отдают в пост, а там кто-то толкается жопой. Олдскульные ветераны брюзжат, когда на площадке «все бегут, летят и скачут».

«Последние полгода изменили понимание. Возникли темные ямы-колодцы, в которые пришлось погружаться по неясным причинам. <...> Мир оттуда виделся лишенным привычных смыслов, занятым ненужными заботами, — это были состояния ощущения себя кусками пульсирующей пустоты, но это были погружения не в Никуда, там вполне чувствовалась своеобразная жизнь. <...> И слева, и справа возможны желтые зоны — места, куда не проникает всеобщее растекание, места, находящиеся вне иерархий, проклятые или спрятанные, или забытые, или оставленные. Там ютится невесть кто, они ущербны и в правом, и в левом смысле, в правом смысле они ниже всякого говна, а в левом — недееспособные субъекты, носители ненужных заболеваний. Для правых они — мерзость, которую надо истребить, для левых — никчемность, вызывающая жалость. Cтало ясно, что так сшивается крыса с пустотой внутри, которая может лопнуть в любой момент, даже до помещения на мерцающую решетку. С другой стороны, пустую крысу легче выворачивать наизнанку. <...> Полученный кусок тела крысы нельзя склеить с чем угодно, это ритмический пазл, сопоставление должно вестись в разных слоях, даже в тех, которые стерты. Паттерны сочатся из Ночи, как дождь. Крыса, наполненная спазмами».

«Сестра рассказывала о движении по шероховатой местности, по дорогам без пометок и дорожных знаков, по запущенному грунту, размытому дождями, по тропам, на которых легко увязнуть. Это перебивается гладкими рельефами, по которым скользишь как по льду, не задумываясь».

Казалось бы, толкотня в посту – тёмная яма прошлого, и мы её переросли, но она оказалась живее и по-новому определяет взаимодействие с зонами на площадке. Метафора туманна и рассыпчата, но вот в таких «жёлтых», как выразился Михайлов, зонах и идёт игра сейчас. Что-то не всегда понятное, не настолько надёжное, иногда по-опасному вязкое, иногда слишком хрупкое и приводящее к провалу. Но зато это даёт шанс вывернуть игру наизнанку и добиться победы в неблагоприятных условиях.

Но одновременно и невозможно просто взять и перестать вообще грузить мяч в пост центровым, отказаться от старых систем нападения и защиты etc. Эволюция не так работает. Вот и получается, что игра ведётся в разных «слоях»: рассыпчатом новейшем, возникающим на наших глазах, и гладком старом, стопроцентное следование которому вряд ли приведёт к успеху. Равновесия фактически нет, лигу трясёт, как непохмелившегося алкаша поутру у ларька, и я считаю «наполненность спазмами» очень подходящих образом для современной НБА.

3.

«Лакуны. О лакунах мы думать не привыкли. Если происходит разрыв, кутающий психическое в себя, нет интуиции по восстановлению где-то «за». <...> Там иная интенсивность. Для обнаружения и соотнесения узора необходима провокация».

Да, чтобы забить мяч, защиту обычно необходимо спровоцировать на ошибку. Провокацией может стать заслон или серия заслонов, резкое врывание в район штрафной линии и так далее. Действительно, если просто раскидывать мяч по зонам, против организованной защиты ничего не добиться. Нужна провокация.

Но провокацию можно понимать и шире. Тренеры, чувствующие разрыв в ткани баскетбола, который можно заполнить новым игровым узором – разве на них поначалу не смотрят как на провокаторов? Похоже, они там с ума сошли, обкурились, угорают над нами etc. Но потом вдруг из их экспериментов рождается новое качество – и мы уже говорим о них как о волевых новаторах, сломивших доминанты мышления.

«Она рассказывала, как из минимальных принципов симметрий проявляется действие <...> «проявление» случается как волевой акт, а эта воля — то, что внутри субъекта. Пространственно-грамматические образования как импульсы воли. Если Б. говорит о блуждающем паттерне, который может быть частью орнамента или набора знаков. И расставляет ловушки, чтобы его поймать. Создает условия, чтобы он случился внутри орнамента».

Конечно, тренерам тяжело. Работа и так нервная, а экспериментовать, вызывая непонимание всех вокруг, нервно в квадрате. Вроде как легче копировать привычные схемы (необязательно старые, можно подсматривать и у современников), надеясь, что кривая вывезет хотя бы в равную концовку, а потом лидер попадёт решающий бросок.

«Пространство щедро, его можно легко копипастить, лишь слегка изменяя интонации <...> Надеюсь, я не сделаю то же самое, не сконструирую текст из того, о чем не имею никакого представления, используя готовые фрагменты. Определенно, у меня есть ощущение символизма и структуры, и есть возможность интуитивно конструировать текст, проходя по лабиринту в случайном направлении».

К моей радости, есть люди, которым это не по нраву. Они чуют лакуны, которые можно заполнить новым качеством. Благодаря этому баскетбол – как и литература, и музыка, и любое искусство (в котором, по словам некоторых – ха-ха! – «ничего нового не придумать»), и любая другая сфера человеческой деятельности – продолжит меняться и дарить нам что-то новое. Мысль, идущую дальше, не поймать.

«Смогу уйти даже из зеркала, скрыться в разведанных заранее зонах, человеческая сущность — это совсем не то отражение, они клюют иную субъектность, хотят прыгнуть сзади на шею, впиться, высосать сладкое дыхание из ума. На самом деле, они не поймают меня».

Источники фотографий: https://twitter.com/ponelprinel/status/1004787697104408576; https://twitter.com/spank_me_pls/status/1118778582120173568; richmondmagazine.com; jumpball.ru.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья