Мы разговаривали с Дарьей Соколовой около года назад. У того интервью был тяжелый заголовок:
Даша рассказывала, как в 20 лет во время беговой тренировки на сборе в Киргизии попала под КАМАЗ. И из перспективной спортсменки, участника сборной Санкт-Петербурга по триатлону превратилась в инвалида.
Тогда меня поразило, что, несмотря ни на что, она была полна оптимизма и строила планы. Главной ее мечтой стало попадание на Паралимпиаду – раз уж с Олимпиадой не получилось.
Почти сразу после выхода из больницы Соколова начала тренировки в плавании. Это казалось идеей скорее для самоуспокоения: какой спорт, если несколько месяцев назад получила жуткую травму, а сейчас едва держишься на протезах?
Но Даша все делала параллельно: училась новой жизни и заново искала себя в спорте. Сложнейшее протезирование и плавание, в котором теперь все стало иначе.
И вот Дарья Соколова – чемпионка России, призер международных соревнований по паралимпийскому плаванию. Одна из главных надежд на Паралимпиаду-2028.
«Мешал страх». Как Соколова осваивала протезы
– Из чего сейчас состоит твоя жизнь?
– Готовлюсь к чемпионату мира, который будет следующим летом. До него еще чемпионат России, тоже очень ответственно. Вроде бы времени достаточно, но и задачи у меня амбициозные.
– Когда ты начала соревноваться в плавании?
– Первый старт – чемпионат Санкт-Петербурга, он был примерно в ноябре 2025-го. Получается, травму я получила в декабре 2024-го, из больницы выписалась весной 2025-го. И так как плавать начала прямо сразу, очень хотела уже где-нибудь выступить. Такого долгого перерыва без стартов у меня давно не было.
Все получилось хорошо, я выиграла, была очень довольна. Для меня сегодняшней это уже не очень быстрые секунды, но на тот момент главным было убедиться, что я могу прогрессировать.
– Получается, ты начала плавать почти сразу после травмы?
– Я даже в первые дни после аварии была уверена, что спорт не брошу, потому что не смогу без него жить.
Еще в больнице начала ходить в зал. И это помогало: когда отвлекаешься, боль не такая сильная. Мне предлагали вернуться в триатлон, но я изначально не хотела. Наверное, из-за аварии с ним теперь связаны плохие мысли.
А с плавания я начинала, это мой первый вид спорта, и вообще я очень люблю воду. Сразу поняла, что теперь хочу тренироваться именно в бассейне.
– Как ты училась плавать в новом теле?
– Меня поддержал первый тренер – Алексей Геннадьевич Серебрянский. Я тогда лежала в больнице и со всеми переписывалась, потому что голосом с трудом могла разговаривать, слишком больно было.
И вот он написал, что ждет меня на тренировке. А я буквально на четвертый день после аварии ответила: «Ждите, у вас будет еще один паралимпийский спортсмен». Причем сейчас этого уже не помню, но в переписке все осталось.
Я очень боялась впервые залезать в воду. Казалось, что вообще не смогу плыть и утону. Но как ни странно, ощущения не сильно изменились. Плыву – а как будто бы все как раньше! Ну, немного иначе, но не принципиально.
Алексей Геннадьевич видел и тренировал меня как обычного человека, только без ног. Уже потом мы поняли, что паралимпийское плавание – совсем другое. И там нужно подключать другие мышцы, нужна другая подготовка.
Именно поэтому я в итоге сменила тренера и сейчас работаю с Татьяной Борисовной Сайчик, у нее большой опыт именно в паралимпийском плавании. Мы вместе недавно, но уверена, что добьемся хороших результатов.
– Параллельно с плаванием ты же осваивала протезы? Выходит, тренировалась почти круглосуточно?
– Ну, я утром плавала, потом протезирование, вечером опять плавала.
График был непростой, но мне нравилось. На протезирование ехала с удовольствием, даже хотела побыстрей отплавать тренировку, чтобы туда попасть.
Со мной работали отличные реабилитологи, это было очень непросто физически, но интересно. Мне хотелось поскорей учиться ходить. И эта цель меня заряжала, а уж когда стало получаться – то прям кайф!
– Сложно было подобрать протезы?
– Самое сложное – подобрать приемную гильзу, это место, куда вставляется нога.
Тут как с обувью: можно купить самые классные ботинки, но если они где-то натирают или жмут, то ты вряд ли будешь в них ходить. Так же и у меня: классный бионический протез, но пока мы с протезистом не сделали так, чтобы мне было удобно, ничего не получалось.
– Как ты училась заново ходить?
– Именно ходить было несложно, так как я была физически хорошо подготовлена. Cкорее мешал страх. Я уже примерно через месяц стала ходить без костылей. Тут главным было слушать реабилитолога и не торопить события. Многим кажется, что это все мелочи, встал и пошел. Но из мелочей и строится результат.
Сложно было освоить лестницы, научиться перешагивать препятствия, ходить по песку. Например, я недавно ездила в отпуск и там по пляжу ходила уверенно. Оказалось очень удобно!
«Никогда не знаешь, с кем придется соревноваться». Паралимпийский спорт изнутри
– В паралимпийском плавании у тебя сразу пошли результаты?
– В марте на чемпионате России я стала третьей на 400 м кролем. Летом выиграла чемпионат страны, отобралась на чемпионат Европы, но туда поехать не смогла, так как у меня не было международной классификации.
Вместо этого меня отправили на Кубок мира в Мексику за классификацией.
– Как это происходит?
– В этом, наверное, вся загвоздка паралимпийского плавания. Получение класса – очень субъективный процесс. Например, внутри России я в основном соревнуюсь с девочками с ДЦП, потому что ампутантов мало.
Выглядит это так: комиссия из трех человек, сначала меня осмотрели и измерили на суше, потом пошли на воду. В бассейне просили полежать, поработать ногами, сделать поворот и так далее. За каждый элемент выставили баллы, потом по сумме баллов распределяют спортсменок по классам.
– Можно же не сильно стараться, получить меньше баллов и попасть в более тяжелый класс.
– Конечно, те, у кого не все однозначно, как у меня, обычно так и делают. Но мне посоветовали об этом не задуматься. Есть такой момент, что никогда не знаешь, с кем придется соревноваться. Но от меня ничего не зависит, какой смысл об этом переживать?
– Конкуренция в паралимпийском плавании меньше, чем в обычном?
– Заметно меньше. Но сильные спортсменки все равно есть, и это мотивирует.
– Есть девушки, которые, как ты, пришли из олимпийского спорта?
– Нет, в основном все с рождения паралимпийцы. У многих ДЦП или генетические заболевания. Людей из обычного спорта очень мало.
– Кубок мира в Мексике – первые международные соревнования в твоей жизни?
– Да, и это было очень круто! Трибуны полные, трансляция, диктор – все как положено. Мы были в российской форме, с флагом, просто восторг. Безумно хочется это повторить.
– Успела погулять по Мексике?
– Нас было 7 спортсменов и 4 тренера. Везде ходили вместе, по одиночке нас особо не отпускали.
Отель шикарный, автобусы до бассейна и обратно – все было супер! Но погулять в выходной успела только по торговому центру.
– Как тебя встретили другие паралимпийцы? Наверняка были не особо рады, что появилась ты и теперь отбираешь у них медали?
– В Мексике я такого не ощущала, потому что конкуренток еще не всех знаю. Но на российских стартах чувствовалось напряжение. Косые взгляды тоже замечала.
Но мне все равно, пусть думают что хотят. Может, я бы тоже так реагировала, если бы появился новенький и составлял мне конкуренцию.
– На что ты живешь? Ты получаешь зарплату как спортсменка?
– Меня включили в основной состав сборной России, но зарплата будет только с января, так положено.
С оплатой протезирования мне помогает фонд «Орион». Они оплатили протезы, на которых я сейчас хожу, а недавно помогли и со специальными протезами для купания. В них можно мыться, заходить в море.
Дело в том, что мне по страховке положен сертификат на определенную сумму, но она маленькая, на хорошие протезы не хватало. Фонд добавил, а еще мне обещали и беговые протезы!
– Беговые протезы – значит, все-таки думаешь о триатлоне?
– Нееет! В триатлон меня много раз звали, но не хочу. Мне просто интересно попробовать снова бегать. А еще мне сказали, что бег на протезах очень прокачивает мышцы кора. А мне это необходимо для плавания.
Как перестала стесняться
– У тебя много красивых фотосессий. Как ты их придумываешь?
– Обычно фотографы сами зовут. Ну, или если мы куда-то идем с подружками, тоже любим пофотографироваться в красивых местах.
– Ты не скрываешь протезы. У тебя не было комплексов?
– Именно выкладывать фото я никогда не боялась. Даже если пишут в комментариях что-то плохое, мне все равно, не обращаю внимания.
Раньше только стеснялась выходить на улицу в шортах. Казалось, что на меня все смотрят. Но после отдыха поняла, что стесняться нечего. Если на улице и подходят, то говорят приятные, хорошие слова.
Мне кажется, что скрывать протезы – это глупо. Я, наоборот, хочу показать людям, что и на протезах можно интересно жить.
– Мужского внимания хватает?
– Конечно. Главное – как я себя ощущаю. Если я себя воспринимаю как красивую девушку, такую же, как все – так и другие будут ко мне относиться. Все идет изнутри.
– Ты недавно ездила отдыхать, куда?
– Мы с подругой, с которой с 7 лет вместе занимались плаванием, стабильно раз в году куда-то выбираемся. В этот раз решили в Египет. В основном загорали, купались, наслаждались ничегонеделаньем…
– Протезы накладывают какие-то ограничения?
– Особо нет. Мы ставили лежак прямо у воды, поэтому я снимала протезы и сразу залезала в море. Именно плавать в протезах нежелательно. Но по пляжу я ходила в них.
Многие подходили, говорили, какая я молодец, что они мной гордятся. Почему-то принимали меня за иностранку и заговаривали по-английски. А когда я говорила, что из России, начинали восхищаться еще больше.
«Процентов на 80 я приняла, что как раньше уже не будет»
– Паралимпиада в Лос-Анджелесе – главная цель?
– Конечно. Даже когда с тренером обсуждаем, она говорит так: «Это старт, к которому мы готовимся». То есть вариант не отобраться или не попасть туда даже не обсуждается.
Если все получится, это будут главные соревнования в моей жизни. Потому что если объективно смотреть на вещи, отобраться на Олимпиаду в триатлоне для меня было невозможно. Зато теперь у меня есть другая, абсолютно реальная мечта.
– Насколько ты сейчас довольна своей жизнью по 10-балльной шкале?
– Наверное, на 9. 10 из 10 будет, когда смогу реализоваться в спорте.
– Что главное в тебе изменилось за прошедшие полтора года после аварии?
– Я стала проще ко всему относиться, прекратила переживать по мелочам, научилась ценить то, что со мной происходит. Что ни делается – к лучшему, я правда так думаю. Значит, так должно было случиться.
– Тебе не бывает грустно, когда пересматриваешь старые фотки или видео?
– Бывает. Больше всего пугает осознание, что как раньше уже никогда не будет. Вот с этим тяжелее всего смириться. Но, думаю, процентов на 80 я уже приняла.
Фото: instagram.com/sokol_d01; instagram.com/ys_fotobest; instagram.com/vasilishinaaa ; rustriathlon.ru; kfis.gov.spb.ru; instagram.com/copame_oficial/; instagram.com/ortokosmos
Комментарии
героине успехов во всем
Вон, Амбра Сабатини попала в паралимпийский бег из обычного. Делает это её менее великой, а её драму на Олимпиаде слабее? Нет.
Даша же навряд ли целенаправленно готовилась к Параолимпиаде, и на общих условиях борется за попадание.