Семья канадца из «Локомотива» – фермеры уже почти 100 лет
Выращивают золото Канады – канолу.
У нападающего «Локомотива» Байрона Фроуза очень типичная для легионера из Америки история появления в КХЛ. Он не был суперталантом в юниорах, и даже в сборную Канады U-18 его брали за умение играть на вбрасываниях и на пятаке. Байрон провел много лет в АХЛ, а в НХЛ не закрепился, хотя сменил пяток клубов. Когда Фроуз понял, что зарабатывать дома у него больше не получится, он отправился в Россию. В прошлом сезоне нападающий получил в Ярославле контракт на 55 миллионов рублей – без учета бонусов за победу в Кубке Гагарина. Это отличные деньги для 34-летнего игрока.
Для России намного интереснее выглядит история его семьи. Отец и братья Фроуза тоже играли в хоккей, но в Канаде их фамилия ассоциируется не столько со спортом, сколько с сельским хозяйством. Вот уже почти 100 лет на фермах Фроузов выращивают зерновые, овощные и бобовые культуры, а с середины 70-х и канолу.
Это специальная разновидность рапса, которую используют для производства пищевого масла, меда и кормов для животных. Канолу (сокращенно Canada oil low acid – канадское масло с низким содержанием кислоты) называют золотом прерий, но ее сравнивают с драгоценным металлом не только из-за яркого желтого цвета. Она приносит экономике Канады почти 44 миллиарда долларов в год и обеспечивает более 200 тысяч рабочих мест.
Дядя игрока «Локомотива» Джек – бывший президент Канадской ассоциации производителей канолы, а количество Фроузов, задействованных в разных отраслях сельского хозяйства, давно перевалило за несколько десятков.
Начало семейному бизнесу в 1935-м заложил Джейкоб Фроуз, а затем дело продолжили следующие поколения, в том числе отец Байрона – Джон. Он вспоминал, что мог неделями не ходить в школу, когда приходило время сборки урожая. Байрона тоже привлекали к работе на ферме, и если бы не хоккей, будущий обладатель Кубка Гагарина составил бы компанию своим родственникам, которые до сих пор занимаются сельским хозяйством.
«В детстве я не мог пройти отбор ни в одну команду. Когда хотел выступать в лиге ААА, приходилось играть за школу. Когда моих ровесников брали в юниорские лиги, я только получал шанс в AAA. Такая же история была после драфта. После одного сезона в АХЛ меня отправили в Лигу Восточного побережья. Но упорство, которое необходимо для работы на земле, готовит к любым трудностям и испытаниям», – рассказывал Фроуз для официального сайта NHLPA.
Байрон вырос в городке Винклер с населением меньше 10 тысяч человек. За время карьеры в НХЛ он поиграл в Торонто, Монреале и Вегасе, но остался простым парнем. «Это единственный вид пробок, который мне по душе», – писал он в социальных сетях под фотографией зерноуборочного комбайна.
«Если честно, мне никогда не нравились большие города. Ярославль очень хорошо мне подходит, в отличие, например, от Москвы. В целом, мне очень нравится в России. Собираюсь посмотреть здесь как можно больше интересных мест», – рассказывал он в интервью AllHockey.ru.
В декабре 2024-го в Ярославле у Байрона и его супруги Тэйл родилась дочь – это их третий ребенок. А еще в прошлом сезоне в Россию прилетал его отец, и он был в восторге от увиденного.
Бывший главный тренер «Локомотива» Игорь Никитин сразу предупреждал: Фроуз – не из тех легионеров, которые творят на льду чудеса, но такие, как он, могут дать команде даже больше, чем голы и результативные передачи. Например, опыт, лидерские качества, вовремя выигранное вбрасывание и закопанную с пятака шайбу в нужный момент. Байрон забил больше 20 голов в чемпионском сезоне «Локомотива», а в плей-офф выиграл 62% единоборств на точке.
«Где бы я ни играл, я все такой же парень из Винклера, которому повезло реализовать свои мечты», – говорил Фроуз прошлым летом по возвращении в Канаду.
В Ярославле изначально не планировали продлевать контракт с Байроном, но он согласился на понижение зарплаты и все же остался в команде. Его игра на точке очень помогла «Локо» в серии с «Авангардом», а в первой игре финала нападающий забил «Ак Барсу». Проблем с поиском нового клуба в России в межсезонье у Фроуза не будет. Если, конечно, он не захочет вернуться домой – растить золото в родной Манитобе.
Фото: РИА Новости/Владимир Астапкович; Gettyimages.ru/Sean Gallup, Sean Gallup
