Денис Пузырев надел броник под футболку.
Мексика давно имеет репутацию опасного места, где реальная власть в отдельных районах принадлежит не государству, а организованной преступности. Наркокартели уже сорок лет ведут войну с полицией и между собой на большей части территории Мексики. C 2006 года, когда правительство Мексики объявило о начале вооруженной борьбы с наркокартелями, в этой войне погибли 463 тысячи человек. Еще 130 тысяч человек считаются пропавшими без вести.
В крупнейших городах страны, в том числе в Мехико, Монтеррее и Гвадалахаре, где проходят матчи ЧМ-2026, правительство более-менее контролирует обстановку. Но на время проведения ЧМ в Мексике вводится план «Кукулькан» – стратегия по координации действий силовых ведомств для защиты безопасности туристов, которые приедут в Мексику на футбол. В рамках этого плана улицы трех городов будут патрулировать 100 тысяч сотрудников полиции. Например, в Мехико десятки полицейских, вооруженных автоматами и щитами, круглосуточно охраняют площадь Эль Сокало с главной фан-зоной.
При этом полиция говорит, что особой опасности для туристов картели не представляют: их основные силы и зоны боевых действий расположены вдали от мегаполисов, а с точки зрения их бизнеса иностранные туристы для них не потенциальные жертвы, а источники заработка. Крупные картели крышуют отели и рестораны для состоятельных иностранцев, предоставляя им нелегальные услуги – от наркотиков до проституток.
Но для самой страны существование могущественных картелей – болезненная и нерешаемая проблема. Картели, как раковые метастазы, проникли во все сферы мексиканского общества – в бизнес, политику и даже в футбол.
Мексиканская футбольная лига Liga MX имеет репутацию одной из самых благополучных в Западном полушарии. Там платят высокие зарплаты и неохотно продают молодежь в европейские клубы. Для сравнения: в этом сезоне только 17 мексиканских игроков выступали за клубы в европейских лигах, а, например, колумбийцев в Европе – около 200, включая 35 игроков в топ-5 лиг. Дело не только в больших ценниках на мексиканские таланты: сами молодые мексиканские футболисты часто предпочитают золотую клетку на родине жесткой конкуренции в Европе.
И в благополучии местных клубов часто замешаны связи с наркокартелями. Вот несколько резонансных историй, которые удалось расследовать.
Рафаэль Маркес под санкциями на чемпионате мира
16 июня 2018 года журналисты, которые снимали открытую часть тренировки сборной Мексики на базе в Новогорске перед стартовой игрой мексиканцев на ЧМ-2018, заметили одну, казалось, малозначительную деталь. Пока все игроки сборной и члены тренерского штаба ходили в специальных разминочных футболках с логотипами Мексиканской федерации футбола и его главного спонсора Coca-Cola, капитан и легенда сборной Мексики 39-летний Рафаэль Маркес занимался в обычной белой футболке без спонсорских лого.
От человека, который привез Мексику на пятый чемпионат мира как капитан, не ожидаешь такого бунта. Оказалось, отдельная тренировочная форма без логотипа подготовлена для Рафы по рекомендации юристов Мексиканской федерации футбола. А те действовали в соответствии с рекомендациями коллег из ФИФА.
И футболками дело не ограничивалось. В отношении мексиканского капитана на чемпионате мира действовал целый список непубличных ограничений. Он не мог путешествовать самолетами американских авиакомпаний, не мог селиться в отелях, которыми управляли американские гостиничные сети (например, Hilton или Ritz-Carlton), не мог давать телевизионных интервью на фоне стандартного пресс-волла с логотипами спонсоров ФИФА.
А еще журналисты узнали, что у Маркеса при любом перформансе на поле не было шанса получить награду Man of the Match – потому что спонсором награды выступал американский бренд пива Budweiser.
За что ему все это? За год до старта чемпионата мира Рафаэль Маркес попал в санкционный список Министерства финансов США как лицо, подозреваемое в связях с мексиканскими наркокартелями. Официального обвинения не было, но режим санкций подразумевал, что американским компаниям запрещено вступать с Маркесом в любые коммерческие отношения. Даже если речь идет просто о билете на самолет или бронировании гостиничного номера.
В Мексике обвинения Маркеса в связях с мафией вызвали шок. Ведь на тот момент Рафа – не просто титан, который дважды выигрывал Лигу Чемпионов, а человеком с безупречной репутацией. В 2005-м он создал фонд, который финансировал программы социальной адаптации для детей из бедных семей по всей Мексике при помощи спорта. Маркес говорил: вовлекая детей из неблагополучных районов в занятия футболом, он дает им шанс не пополнить ряды криминальных группировок. Многие в Мексике считали: после завершения футбольной карьеры Рафа станет главой футбольной федерации, а затем, возможно, пойдет и в политику. С таким уровнем народной любви и признания – любые должности не фантастика..
И вот фамилия Маркес всплыла в расследовании, которое проводило Управление по борьбе с наркотиками США. В центре этого расследования была фигура Рауля Флореса Эрнандеса по прозвищу Эль Тио – Дядюшка. Дядюшка Эрнандес не из числа крупных наркоторговцев,. но у него был особый смежный бизнес: с начала 1980-х он отмывал деньги наркокартелей – порой даже враждующих между собой..
Эрнандес создавал большое количество легальных компаний в разных сферах бизнеса – от торговли автомобилями до организации концертов – и закачивал в них деньги наркоторговцев. Для конспирации он во многих случаях прибегал к услугам номинальных владельцев, чтобы по бумагам никто не мог проследить связи. Американские следователи четыре года распутывали эту схему на 42 фирмы.
Одной из таких компаний была Club Deportivo Morumbi A.C. – юрлицо скромного футбольного клуба «Геррерос Аутлан», из второго и третьего дивизионов. До 2008 года Эрнандес значился в документах как президент клуба. А владельцами зарегистрированы Рафаэль Маркес, который в это время выступал за «Барселону», и его партнер по сборной Мексики полузащитник Мигель Сепеда, который провел всю карьеру на родине. В 2008-м, когда делами Рауля Флореса Эрнандеса впервые всерьез занялась полиция, «Геррерос Аутлан» просто исчез. В мексиканских футбольных лигах владельцы команд имеют право продавать свое место в лиге другим заинтересованным клубам, что владельцы «Геррерос» и сделали. В сезоне 2009 года их место во втором дивизионе занял клуб «Депортиво де Оро» из того же города, но уже с другими владельцами.
Сам Рафа Маркес отрицал все обвинения в связях его клуба-актива с легализатором криминального капитала.Но вскоре в прессу попала еще одна история, которая связывает имя Маркеса и дела Эрнандеса. Одним из социальных проектов Маркеса в Мексике должен был стать большой детский футбольный центр в штате Халиско. Том самом, где жил наркоторговец Эрнандес и играла команда «Геррерос Аутлан». Маркес лично презентовал его в 2008 году, пообещав вложить в строительство 300 миллионов песо (около 30 млн долларов). Помимо футбольной инфраструктуры там планировались отель, офисный центр и несколько магазинов (кстати, по факту сейчас там довольно невзрачная футбольная школа на пустыре с искусственными полями, которые арендует академия клуба «Тигрес»).
Исследуя историю этого проекта, следователи обнаружили: участок в 7,8 га для строительства академии куплен в 2007-м году за 5 миллионов 450 тысяч песо (около 500 тысяч долларов), а покупателями в земельном реестре значились Роза Алисия Альварес – мать Маркеса – и все тот же Эрнандес. Спустя два года, уже после официального запуска проекта, Эрнандес продал долю земли Мигелю Сепеде – партнеру Маркеса во владении «Геррерос Аутлан». А тот сразу перепродал ее маме Маркеса Розе Алисии.
Разумеется, само по себе участие в бизнесе, где твой партнер – бандит, еще не считается преступлением, если не доказано, что этот бизнес создан специально для отмывания преступных денег. И Рафа Маркес придерживался именно такой версии: да, компаниями владел, но кто такой Дядюшка Эрнандес – понятия не имел. Хотя в родном штате Эрнандеса, провинциальном Халиско, все прекрасно знали, на чем именно делает деньги этот человек. В случае Рафы Маркеса доказать, что он сознательно участвовал в отмывании денег от торговли наркотиков, в итоге не получилось: в 2021-м адвокаты футболиста добились снятия с него американских санкций.
Сам дядюшка Эрнандес не выкарабкался: в 2017-м он был экстрадирован в США и предстал перед судом. В январе 2024 года суд округа Колумбия в Вашингтоне признал 71-летнего Рауля Флореса Эрнандеса виновным в участии в организованной группе, которая за 40 лет деятельности переправила в США десятки тонн наркотиков. Суд доказал, что Эрнандес использовал свои компании не только для отмывания денег, но и для оформления фиктивных операций, которые прикрывали поставки для картеля Синалоа – самой большой и жестокой организации наркоторговцев в Мексике.
Дядюшка получил 21 год тюрьмы и штраф в 280 миллионов долларов. Рафаэль Маркес в том 2018-м закончил карьеру игрока. На домашний ЧМ-2026 он готовит Мексику уже как помощник главного тренера.
Убийство Арельяно Феликса и его главный свидетель-футболист
18 октября 2013 года мексиканские новостные агентства сообщили о стрельбе в люксовом отеле «Марбелья» в курортном местечке Лос-Кабос в штате Нижняя Калифорния. И это неожиданно – Лос-Кабос имел репутацию роскошного и безопасного места, где никогда не бывает криминальных разборок.
В результате стрельбы в «Марбелье» погиб 63-летний Франсиско Арельяно Феликс. Он был основателем и боссом картеля Тихуана – одного из самых кровавых и отмороженных в истории мексиканского криминала.По горячим следам полиция узнала, что Арельяно Феликс организовал в банкетном зале гостиницы закрытую вечеринку в честь дня рождения. Обстоятельства его убийства оставались неясными – обслуживающий персонал ничего не видел, а присутствовавшие на вечеринке гости сразу после инцидента разъехались в неизвестных направлениях. Никаких камер в ресторане и на парковке тоже не было. И все же зацепка нашлась – официанты опознали одного из гостей праздника.
Это был Харед Борхетти – один из самых знаменитых форвардов в истории мексиканского футбола. Второй лучший бомбардир в истории сборной.
Борхетти вызвали в полицию, где тот не стал скрывать, что был близким другом убитого. И помог полиции восстановить картину происшедшего.
Но сначала остановимся на фигуре убитого наркоторговца.
Франсиско Арельяно Феликс был старшим из семи братьев в небогатой семье из городка Куллакан в штате Синалоа. Как и многие сверстники, он зарабатывал торговлей контрабандными товарами, которые ввозили через границу с США – алкоголем, одеждой, косметикой. Граница между Мексикой и США протяженностью более 3 тысяч километров долгие годы была почти прозрачной – настоящий рай для контрабандистов и преступников, которые скрываются от правосудия.
Основными товарами, которые шли из Мексики в США, были дешевые сигареты. Но расклад драматично изменился в начале 1980-х, когда американские спецслужбы пресекли маршрут через Багамские острова во Флориду, по которому колумбийские картели ввозили наркотики в США. Колумбийцы искали новый маршрут поставок и вышли на мексиканцев, которые десятилетиями занимались контрабандой и знали, как обойти все пограничные посты.
Поначалу роль мексиканцев сводилась только к логистике. Но потом всю контрабанду колумбийского кокаина подмял под себя Мигель Гальярдо – полицейский в отставке, который устроился на работу личным телохранителем губернатора штата Синалоа. Благодаря этой работе у него были связи в кругах политиков штата и в местной полиции.
Он объединил разрозненные группировки контрабандистов и выставил колумбийцам новые правила: теперь за перевозку наркотиков берут не деньги, а товар – до 50% от партии. Так картель Гвадалахара, который возглавил Гальярдо, имел собственные обороты в размере около 5 миллиардов долларов в год. Деньги, заработанные на контрабанде наркотиков, Гальярдо тратил в том числе на укрепление собственной частной армии, нанимая в нее кадровых военных и полицейских. А его правой рукой, точнее руками, стали братья Арельяно Феликс, которые приходились ему племянниками. Ведь родственные узы – самые надежные.
В 1989-м Гальярдо арестовали американцы, приговорив к 40 годам тюрьмы, и картель Гвадалахара распался на четыре отдельных группировки, которые договорились поделить границу на зоны ответственности. Братьям Арельяно Феликс достался город Тихуана в штате Нижняя Калифорния – историческая столица мексиканских контрабандистов. Чтобы взять город под личный контроль, братья провели почти военную операцию, за неделю убив всех конкурентов из числа лидеров местных кланов.
Мирный договор с другими картелями длился недолго. В начале 1990-х между картелями Синалоа и Тихуана началась кровопролитная война, жертвами которой часто становились случайные мирные жители. Самый резонансный случай произошел 24 мая 1993-го. Киллеры братьев Арельяно Феликс уже несколько дней охотились за лидером Синалоа Хоакином Гузманом по прозвищу Эль Чапо (Коротышка). Тот был неуловим, и руководитель операции Рамон Арельяно уже думал скомандовать отбой, как вдруг к нему поступила информация, что Эль Чапо на следующий день приедет в аэропорт Гвадалахары на белом Mercury Grand Marquis с тонированными стеклами.
И когда в обозначенное время рядом с парковкой аэропорта действительно появился белый «Маркиз», боевики клана Арельяно открыли по нему шквальный огонь. Однако внутри был не Эль Чапо, а кардинал католической церкви Хуан Хесус Поссадас Окампо, который боролся с картелями и планировал передать руководству страны список высокопоставленных чиновников, связанных с наркоторговлей.
Сразу после этого правительство занялось уничтожением картеля – последовали массовые аресты. Франсиско Арельяно Феликса задержали и экстрадировали в США, где он получил лишь шесть лет: прокуроры смогли доказать только один эпизод с его участием. Франсиско отсидел лишь полтора, вышел досрочно и вернулся на родину.
И теперь старался не привлекать внимания: поселился в Лос-Кабосе и выдавал себя за музыкального продюсера, пока убийца не нашел его в самом безопасном месте Мексики.
Возвращаясь к показаниям Хареда Борхетти:
«Вечеринка была в самом разгаре, собралось около 80 гостей. На сцене выступала группа El Mariachi de Los Cabos. Я сидел за столом с супругой погибшего Росио дель Кармен и ее 12-летней дочерью. В какой-то момент в зал зашел человек в наряде клоуна – в синем костюме, рыжем парике и с накладным красным носом. Я не обратил на него внимания: возможно, это аниматор для кого-то из присутствовавших детей. Клоун подошел на расстояние метра к дону Франсиско, достал из кармана пистолет и выстрелил. Когда дон Франсиско упал, клоун сделал еще несколько выстрелов. В зале началась паника, и убийца воспользовался этим, уйдя через черный ход.
Убийца так и не пойман. По мнению следствия, организатором был Хосе Гамбоа – лидер элитного отряда киллеров картеля Синалоа. В качестве мотива – знак для всего криминального мира Мексики, что картель Синалоа не прощает обид даже двадцатилетней давности.
Пабло Эскобар и другие колумбийские бандиты был первым, кто замарал футбол связями с картелям
Выше мы уже разбирали, что криминал в Латинской Америке использует футбол для отмыва преступных доходов. На самом деле, из-за особенностей футбольной среды это вообще одна из любимых сфер таких подставных схем.
Во-первых, там есть доходы от продажи билетов. Во многих странах Латинской Америки билеты на игры до недавних времен покупали за наличные на входе. Сколько в реальности поступило денег в кассу – никто не отследит. А в отчетности можно указать любую более-менее реалистичную сумму.
Трансферы игроков – тоже бизнес в серой зоне. Клубы, связанные с мафией, могут завышать суммы трансферов, легализуя на этом криминальные доходы. Такая же схема связана с выплатами комиссий агентам или завышенных зарплат самим игрокам. Еще одна возможность – строительство и реконструкция футбольной инфраструктуры. А есть еще доходы, связанные с игорным бизнесом и воздействием на результат.
Первым, кто начал использовать футбол для отмывания денег от наркоторговли, был Пабло Эскобар. Считается, что идею с футболом ему подсказал брат Роберто Эскобар, который занимался в преступной империи бухгалтерией. Когда доходы наркокартеля выросли настолько, что привычные инструменты для отмывания денег в виде баров, ресторанов и автосервисов уже не справлялись с растущим потоком черного нала.
В середине 1980-х Эскобар приобрел клуб «Атлетико Насиональ» из родного Медельина. По бумагам он не имел к клубу никакого отношения, но все в Колумбии знали, на чьи деньги скромный клуб начал скупать ведущих игроков и превратился в одного из сильнейших в Южной Америке. «Внедрение этих денег позволило нам привлечь великих иностранных игроков, – рассказывал тренер «Атлетико Насьональ» Франциско Матурана. – Это также удержало наших лучших игроков от ухода. Наш уровень игры поднялся. Многие открыто говорили, что все это происходит на деньги Пабло, но никто не мог ничего доказать».
Примеру Эскобара последовали и другие колумбийские наркобароны. Партнер Эскобара по Медельинскому картелю Хосе Гача купил «Мильонариос» из Боготы, его главный противник из картеля Кали Мигель Родригес Орехуэла – «Америку де Кали». С преступными группировками связались и «Унион Магдалена», «Санта Фе», «Депортиво Индепендьенте Медельин». Чемпионат Колумбии конца 1980-х – начала 1990-х вошел в историю как Наркофутбол.
Апофеозом Наркофутбола стала победа «Атлетико Насьональ» в Кубке Либертадорес 1989 года – первая в истории колумбийского футбола. Многие до сих пор уверены, что Эскобар просто купил трофей.
«Мы вместе с помощниками Абелем Ньекко и Хуаном Бавой поужинали и пошли спать, – вспоминал вечер перед полуфинальной игрой между «Атлетико» и уругвайским «Данубио» аргентинский арбитр Карлос Эспосито. – Перед сном я заказал в номер воды. Но вместо девушки, которая должна принести мне бутылку, к нам в номер ворвались четыре человека с оружием. Перед нами поставили сумку с 200 тысячами долларов и сказали: это подарок для нас, если «Атлетико» завтра победит.
Они приставили пистолет к голове Ньекко, а голова Бавы находилась лишь в нескольких сантиметрах от дула. Это была огромная сумма, но мы отказались. Сказали, что собираемся выполнить работу честно. Они ответили: «Хорошо, но лучше, чтобы победил «Атлетико». Ваша жизнь здесь ничего не стоит». Они разгромили всю комнату, и мы остались даже без телефона. Мы так и не смогли заснуть. За полгода до этого случая я бросил курить, но в ту ночь я закурил снова».
«Атлетико» победил 6:0.
Главаря картеля Синалоа выдал любитель петушиных боев и футбольных клубов
Но вернемся в Мексику.
В январе 2016 года мексиканская полиция арестовала лидера картеля Синалоа Хаокина Гусмана по прозвищу Эль Чапо. Его подвело тщеславие: находясь в бегах, он организовал съемки фильма о самом себе, и так информация о его местонахождении оказалась у полиции. Само задержание напоминало сцену из остросюжетного фильма: в мотеле, где он остановился, его блокировали бойцы из элитного подразделения морской пехоты, но Эль Чапо выбрался из окружения через ливневую канализацию. Там за ним устроили погоню, и он вернулся на поверхность. Угрожая пистолетом, Эль Чапо захватил первую попавшуюся легковушку и попытался оторваться, но его перемещения по трассе отслеживали с вертолетов. Погоня на износ длилась шесть часов.
Арест Эль Чапо ничего не гарантировал – до этого он уже дважды сбегал из самых охраняемых тюрем Мексики. В последний раз он делал это с помощью полуторакилометрового тоннеля. Чтобы был понятен масштаб операции: это был не узкий лаз под землей – внутри Эль Чапо передвигался на специально подготовленном для него мотоцикле.
Но в этот раз президент Мексики Энрике Пенья Ньето поклялся, что Эль Чапо не уйдет. И действительно, спустя год самого могущественного наркобарона страны экстрадировали в США, где в 2018-м начался судебный процесс, за которым следили по обе стороны границы.
Одним из свидетелей в суде стал арестованный еще в 2014-м Тирсо Мартинес Санчес, который отвечал в картеле Синалоа за транспортировку наркотиков. Во время допроса в суде Санчеса спросили, куда он инвестировал заработанные на поставках наркотиков деньги. «Я все потратил, делая ставки на петухов и лошадей, а еще на недвижимость, машины, дома, вечеринки и женщин», – ответил Санчес. Но добавил, что были и удачные инвестиции. В начале нулевых он начал скупать мексиканские футбольные клубы.
Всего ему принадлежало три клуба второго дивизиона – «Венадос де Юкатан», «Ирапуато», «Ла Пьедад» – и клуб высшей мексиканской лиги «Керетаро». В Мексике факт подобного владения не стал сенсацией – но впервые такая информация была открыто обнародована в суде. Санчес пояснил: «Венедос де Юкатан» он продал в 2004 году, заработав на сделке 4 млн долларов, а от остальных избавился в 2006-м. Якобы на него вышли представители мексиканской федерации, которые узнали о полицейском расследовании против него и сами предложили ему выкупить оставшиеся клубы за 10 млн долларов, чтобы избежать публичного скандала.
Суд учел свидетельские показания Санчеса, который в мексиканской прессе получил после этого прозвище Эль Футболиста, и приговорил его к семи годам тюрьмы. Его босс Эль Чапо снисхождения не заслужил – в феврале 2019 года он был приговорен к пожизненному заключению без права пересмотра и конфискации имущества на сумму 12 млрд долларов.
Как президент мексиканских наркоклубов купил испанский «Эльче»
По подсчетам мексиканских журналистов, даже сейчас, после череды таких сенсационных судов и раскрытых схем, как минимум семь мексиканских футбольных клубов находятся под контролем владельцев, связанных с оборотом наркотиков.
Уже после приговора Гусману мексиканское дело неожиданно всплыло в Испании. В 2019 году владельцем испанского клуба «Эльче» стал аргентинский бизнесмен Кристиан Брагарник. Брагарник – загадочная личность. Он не любит общаться с прессой и редко дает интервью. На момент покупки испанские медиа знали лишь, что он влиятельный у себя на родине футбольный агент. Но один момент в скудной публичной биографии нового хозяина «Эльче» насторожил журналистов. Брагарник начал карьеру в большом футболе, когда неожиданно стал президентом мексиканского «Керетаро» – того самого клуба, который принадлежал наркоторговцу по кличке Эль Футболиста из прошлой главы.
Даты тоже совпадали. У журналистов возникли вопросы: каким образом не имевший опыта футбольной работы аргентинец оказался руководителем мексиканского клуба, который существовал на деньги наркомафии?
Брагарнику пришлось отвечать. И история футбольного восхождения в его изложении оказалась поразительной. Вот она.
В конце 1990-х он мечтал об игровой карьере в своем любимом клубе «Велес Сарсфилд». Но в реальности заиграть выше четвертого дивизиона так и не смог, поэтому в 26 лет завершил спортивную карьеру, открыл салон видеопроката в пригороде Буэнос-Айреса и поступил на юридический факультет университета.
Посетителей в видео прокате было немного, и Брагарник нашел хобби для скучных смен за кассой – записывал на кассеты нарезки острых моментов и голов из футбольных матчей. Как-то один из постоянных клиентов салона – футболист дубля «Арсенала» – но не лондонского даже не тульского, а аргентинского из второй лиги – Мариано Монррой рассказал Брагарнику, что хотел бы сменить клуб, но у него нет агента. Кристиан нашел решение: Монррой записывал свои игры на видео. Брагарник брал у него пленки и делал ролики с хайлайтами. Затем через знакомого в мексиканском футболе он разослал эти кассеты с Монрроем по адресам различных клубов.
И это сработало. В клубе «Ирапуато» так впечатлились, что подписали аргентинского ноунейма за 400 тысяч долларов. А самому Брагарнику вообще предложили работу, откуда он вскоре заслужил повышение в «Керетаро» из высшего дивизиона. Ведь как мы помним, оба клуба принадлежали одному владельцу. Брагарник начинал в качестве аналитика с зарплатой 10 тысяч долларов в месяц, но вскоре поднялся до должности президента клуба.
Когда наркоторговец по прозвищу Эль Футболиста вышел из бизнеса, Брагарник отправился на родину, но вскоре вернулся в Мексику. На этот раз в Тихуану, где познакомился с владельцем местного клуба из вышки. Хозяином «Тихуаны» был мексиканский магнат Хорхе Анк, который назначил аргентинца не только руководителем футбольного клуба, но и финансовым советником собственной компании «Кальенте» – холдинга по управлению ипподромами и казино.
Но вскоре Анк угодил в тюрьму как фигурант расследования, организованного американскими спецслужбами, которые подозревали Анка в отмывании денег. В доме Анка прошел обыск, в ходе которого обнаружили 88 единиц незарегистрированного оружия. Правда, после двух недель Анка выпустили на свободу – нашлись высокие покровители, ведь он был крупным спонсором правящей в Мексике Институционально-революционной партии. Дело замяли.
К Брагарнику у следователей претензий не было. «Он работал по 14 часов в сутки, – рассказывал испанским журналистам близкий друг Кристиана. – Ему приходилось иметь дело с миллиардерами, которые ценили его в том числе и за то, что он никогда не спрашивал, откуда берутся деньги. Он не имел к этому никакого отношения – просто занимался футболом».
Работа в мексиканском чемпионате позволила Брагарнику обрасти связями, и в 2016-м он провернул важнейший для своей карьеры трансфер – продал из мексиканского клуба «Америка» в аргентинский «Бока Хуниорс» нападающего Бенедетто за 5 млн долларов. Отказался от стандартной агентской комиссии в 7%, но договорился, что получит 10% от каждой последующей продажи футболиста. В 2019-м Бенедетто за 14 млн евро перешел в «Марсель», а Брагарник положил на личный счет полтора миллиона долларов.
На прямой вопрос журналиста издания La Nacion о связях с мексиканскими наркоторговцами Брагарник ответил: «Мы живем в то время, когда трудно поверить, что кто-то преуспевает благодаря упорному труду. Всегда легче сказать, что у тебя все хорошо, потому что ты сделал что-то грязное или уродливое. Конечно, у меня были отношения со многими людьми. Возможно, кто-то из них был в чем-то замешан. Но я просто был не в курсе. Ваша проблема в другом: когда вы слышите слово «Тихуана», вы сразу думаете о торговцах наркотиками, потому что об этом много пишут. Но на самом деле Тихуана – просто отличный город, в котором есть прекрасная футбольная команда».
Фото: IMAGO/Francisco Macia/Global Look Press; commons.wikimedia.org/DEA; Gettyimages.ru/Mike Stobe, Aaron M. Sprecher, Amilcar Orfali
Комментарии
Не представляю как эту заразу можно победить. А пока там двоевластие - государство и картели. И начинать национальную бойню никто не будет.
Васьянов говорил, что мексиканские режиссёры умудряются выбивать огромные бюджеты на чисто авторское, сложное кино, которое в современном Голливуде больше никто так не снимает. Настолько дорогое и масштабное, что он сравнил его с кино XX века.
Дескать, Альфонсо Куарон, Алехандро Иньярриту, Гильермо дель Торо получают от студий по 100–200 мил. на проекты без франшиз и супергероев, и снимают, что хотят, а не что требует продюсеры и фокус-группы.
Вот и вопрос... а от студий ли?)
В Мексике государственные официальные институты - суд, исполнительная, законодательная, власть, полиция - существуют номинально.
В стране всем заправляют картели, то есть бандитские группировки, которые поделили страну.
В Мексике нет, от слова совсем, безопасности. ВООБЩЕ.
Любого человека могут выкрасть, убить, растворить в кислоте, и т.д.
Знаю одну лигу с точно такими же схемами, ну только источник средств немного другой )))