Каким был первый трофей «Зенита» в истории? 11 человек без замен весь турнир
И безумный полуфинал со «Спартаком».
«Зенит» рвется к двенадцатому чемпионству в истории. Еще лет 20 назад титулы можно было пересчитать по пальцам. Главными считались золото 1984-го, победа в Кубке России-1999 и триумф 1944-го. Тогда в разгар Великой Отечественной войны, вскоре после снятия блокады Ленинграда, «Зенит» вырвал победу в финале Кубка СССР.
Команда провела все матчи одним составом без замен, а битва со «Спартаком» в полуфинале растянулась на 240 минут.
До войны «Зенит» был в тени московских клубов. В 1938-м команда стала 14-й
Главный довоенный клуб Ленинграда – «Динамо». Команда входила в мощное всесоюзное спортивное общество под патронажем НКВД и стабильно выступала в сильнейшей советской лиге. Чемпионат СССР впервые провели весной 1936-го (в том году был еще осенний розыгрыш). В дебютном сезоне ленинградские динамовцы стали шестыми из семи. Результат посредственный, но «Сталинец» (так в тот момент назывался «Зенит») вообще играл этажом ниже – в группе «Б».
Это была типичная для того времени команда при крупном предприятии – Ленинградском металлическом заводе (ЛМЗ). В высший дивизион она перескочила только в 1938-м – и то благодаря реформе чемпионата, когда обе группы объединили. Лига разрослась до 26 команд, чтобы вскоре снова поделиться на две. И «Сталинец» финишировал 14-м, то есть вновь должен был вылететь, но административным решением сохранил место в элите, где доминировали московские клубы – титул делили «Спартак» и «Динамо».
Зато в Кубке «Сталинец» однажды навязал борьбу столичным командам. В розыгрыше 1939-го (тогда турнир проходил по системе весна-осень) ленинградцы были в шаге от трофея. Путь к финалу сегодня смотрится как парад вождизма и тавтологии. В 1/32 финала «Сталинец» обыграл «Трактор» из Сталинграда, затем дожал «Сталь» из Днепропетровска, следом обыграл «Авангард» из Краматорска, в четвертьфинале – «Динамо» из Сталинабада, а в предпоследнем раунде – ташкентское «Динамо». Правда, решающий матч забрал «Спартак» – 3:1.
Но уже в следующем розыгрыше ленинградцы дожали. Только ждать его пришлось долго. Кубок-1940 не состоялся из-за перегруженного календаря, а сезон-1941 сорвала война. Лишь в 1944-м турнир возобновили. К тому моменту «Сталинец» уже назывался «Зенитом».
Розыгрыш Кубка-1944 стартовал в конце июля – фронт пролегал в 150 км от Ленинграда
После переименования «Зенит» был по-прежнему прикреплен к ЛМЗ. Предприятие работало даже в годы блокады. На Урал отправили лишь часть производств и конструкторское бюро. Лучших футболистов перевели в штат Государственного оптико-механического завода. Игроки и тренеры работали в тылу на оборонных предприятиях, среди них – тренер Константин Лемешев, вратарь Леонид Иванов и другие будущие герои Кубка СССР. В 1943-м футболистов перевели в Подмосковье, команда даже заявилась на чемпионат Москвы, где стала шестой.
В феврале-марте 1944-го зенитовцы вернулись в Ленинград. Блокаду уже сняли, Красная армия захватила стратегическую инициативу, и на этом фоне началась подготовка к первому после перерыва чемпионату страны. Сверстали календарь: первые матчи ждали уже весной, команды отправились на сборы на Юг, «Зенит» готовился к сезону в Сухуми. Но чемпионат оказался слишком сложным и дорогим, поэтому советское футбольное руководство отказалось от него в пользу более скоротечного Кубка.
Участники определялись административно. Искали клубы, которые не распались за годы войны. К тому же часть советской территории еще контролировали немцы. Например, Минск освободили только 3 июля. В итоге на 1/16 финала заявили такие пары: «Динамо» (Тбилиси) – «Динамо» (Ереван), «Зенит» (Ленинград) – «Динамо» (Москва), «Зенит» (Таганрог) – «Динамо» (Баку), «Крылья Советов» (Куйбышев) – «Локомотив» (Москва), «Стахановец» (Сталино) – «Динамо‑2» (Москва), ЦДКА (Москва) – «Трактор» (Сталинград), «Зенит» (Свердловск) – «Динамо» (Ленинград), «Трактор» (Челябинск) – ДКА (Новосибирск). Во втором раунде добавились еще команды ивановское «Динамо, горьковское «Торпедо» и другие.
В 1/16 финала организаторы делали сетку максимально удобной логистически, чтобы сократить переезды. Времени на турнир отвели немного – всего месяц. Впрочем, все предусмотреть не вышло. Ереванское «Динамо» на встречу с тбилисскими одноклубниками не явилось, армянской команде засчитали техническое поражение. А вот москвичи в Ленинград поехали. «Зенит» принимал гостей на стадионе «Динамо», где за два года до той встречи прошли знаменитые блокадные матчи. Война по-прежнему была очень близко. Матч прошел 30 июля, спустя четыре дня после освобождения Нарвы. То есть фронт пролегал в 150-200 км от Ленинграда. Судил ту игру эвакуированный таллинец – Эльмар Саар, бывший игрок и главный тренер сборной довоенной независимой Эстонии.
О самом матче с московским «Динамо» мы знаем не так много, но лучше всего атмосферу игры передал вратарь «Зенита» Леонид Иванов.
«Война уже подходила к концу. Но следы войны, голода, разрухи, перенесенных страданий были еще слишком свежи, – писал голкипер в автобиографии «В воротах «Зенита». – Трудно было найти ленинградскую семью, в которой кто-нибудь не погиб на фронте или в самом городе от голода, от бомбежек. И трудно было в 1944-м увидеть улыбку на лице ленинградца. Но даже в страшные военные и блокадные годы ленинградцы не забыли, не разлюбили футбол. Мы убедились в этом в день нашего кубкового матча. Тысячи мужчин, женщин, детей заполнили трибуны стадиона, и еще сотни за воротами стадиона тщетно «ловили» лишний билетик. Трамваев тогда было мало, и ходили они не всегда регулярно, из многих районов города можно было попасть на Крестовский остров только пешком, но истинных болельщиков это остановить не могло».
По словам Иванова, главный тренер «Зенита» Константин Лемешев дал лаконичную установку: играть спокойно, вступать в борьбу на всех участках поля и мешать динамовцам принимать мяч. Это сработало. На 20-й минуте Виктор Бодров забил с пенальти, во втором тайме отличились Алексей Яблочкин и Борис Левин-Коган. Под конец Алексей Пшеничный забил в свои. 3:1 – «Зенит» прошел дальше.
1/8 финала – и снова «Динамо». Формально тоже московское (его заявили на турнир как «Динамо»-2), хотя на деле многие игроки до войны представляли минское, и в Беларусь они еще не вернулись. Встреча прошла в Москве без голов. По правилам полагалась переигровка, ее назначили уже на следующий день. Героем второго матча стал Алексей Ларионов, забивший единственный мяч в конце первого тайма.
Дальше неделя отдыха и домашний матч против очередного «Динамо». На этот раз – бакинского. И его победили с минимальным счетом. Вообще, команде приходилось экономить силы. Лемешев не ротировал состав, весь турнир отыграли 11 футболистов без замен.
«Ворота защищал Леня Иванов, – вспоминал нападающий Борис Левин-Коган в 1990-е. – Отличный вратарь и прекрасный человек. Мы с ним дружили много лет. Леонид сильно играл на линии, а вот выходить из ворот не очень любил. Крайние защитники были хороши – Коля Копус и Леша Пшеничный, в центре защиты играл Иван Куренков, наш капитан. Он был небольшого роста, и физически ему было тяжело противостоять высоким, мощным нападающим, но парень был бесстрашный, никому не уступал. В полузащите Виктор Бодров и Алексей Яблочкин. В нападении – я на правом крае, Коля Смирнов и Алексей Ларионов – инсайды, в центре грозный Борис Чучелов и левый крайний Сережа Сальников».
Полуфинал со «Спартаком» – главная драма турнира. Два незабитых пенальти, дополнительное время и переигровка
К полуфиналу проходных соперников в Кубке не осталось. 20 августа ЦДКА непросто прошел «Торпедо» – 3:2. Спустя два дня «Спартак» принимал «Зенит». Ленинградцы – против команды Константина Квашнина. Именно он тренировал «Зенит» годом ранее, когда команда в эвакуации заявилась на чемпионат Москвы. И именно Квашнин привел из «Спартака» молодого форварда Сергея Сальникова. Тренер остался в Москве, а вот нападающий продолжил играть за «Зенит».
К третьему раунду соперник подрастерял форму: в четвертьфинале с трудом обыграл малоизвестную команду авиационного училища. Первый тайм прошел без голов, хотя лучший шанс был у спартаковца Георгия Глазкова. На 20-й минуте уже знакомый нам Саар назначил пенальти.
«Глазков не торопится, – писал Иванов. – Чего ему торопиться, пусть вратарь понервничает. Разбегается, по замаху вроде будет бить в правый угол... Я прыгнул, но мяча даже не коснулся. Лежу на земле. На трибунах шум и свист. Не похоже что-то на забитый гол. Краем глаза ищу мяч. Не видно. Я встал и увидел сконфуженного Глазкова. Схватившись за голову, он уходит к центру поля. Мяч вообще не попал в ворота и улетел куда-то далеко, на трибуны».
Во втором тайме счет открыл Сальников. «Спартак» почти сразу ответил и даже вышел вперед, но «Зенит» вовремя сравнял. 2:2 после 90 минут. Судья назначил дополнительное время, и на 117-й – снова пенальти. Теперь уже в ворота хозяев. «В этой ситуации мой коллега Леонтьев нервничает куда больше, чем я в первом тайме, – вспоминал Иванов. – Если тогда у нас еще оставался шанс отыграться, то теперь уже сделать ничего будет нельзя. Вряд ли кто-нибудь на стадионе верил, что «Спартак» еще может спастись. Не верил в это и Леонтьев, маявшийся посредине ворот. Глухой удар, и... Есть, наверно, какая-то высшая футбольная справедливость! Бодров, так же как в первом тайме Глазков, не попадает в ворота».
При равенстве счета после дополнительного времени тогда назначалась переигровка. «Отдохнуть не успевали, питание было скудное, хотя для военного времени хорошее, – рассказывал Левин-Коган. – Удивительно, что физически мы подготовились лучше соперников – в жару играли на приличных скоростях. Это и позволило дожать красно-белых во второй игре».
Дожимать снова пришлось в дополнительное время – в основное команды не забили. Но на 97-й Чучелов оформил победный – головой с передачи Сальникова. «Зенит» победил в полуфинале длиной 240 минут.
ЦДКА был уверен в победе – для футболистов якобы заранее накрыли столы. «Зенит» перевернул матч за 10 минут
Пара ЦДКА – «Зенит» – не самая очевидная для финала Кубка тех лет. Казалось, ленинградцы и так прыгнули выше головы. Их соперники до войны считались в лучшем случае середняками. И все же в Ленинграде верили в победу, Иванов вспоминал, что им в гостиницу приходили сотни писем и телеграмм от болельщиков. Кстати, Левин-Коган, говоря о месте, где поселилась команда перед финалом, упомянул и другую историю.
«Мы жили вместе с армейцами в гостинице ЦДКА, – рассказывал нападающий. – Еще в шутку ее называли казармой. Туда можно было два батальона загнать. Всей командой разместились в одной комнате. Накануне игры нас поджидал сюрприз. Прямо с фронта прибыл известный в довоенные годы судья Николай Усов и устроил ночью «представление». Выпил лишнего, выхватил пистолет и в одних кальсонах бегал по этажам».
С гостиницей связана еще одна легенда: Сальников забыл там бутсы. По словам Иванова, Сальников спешно возвращался за ними на «Уиллисе», одном из американских внедорожников, которые массово поступали в СССР по программе ленд-лиза в годы войны. Впрочем, Левин-Коган позже в интервью опровергал – ничего Сальников не забывал.
Руководство ЦДКА не сомневалось в победе, ведь команда легко прошла все этапы и избежала утомительных переигровок. В клубе даже якобы заранее накрыли столы, чтобы отпраздновать победу. И по первому тайму казалось, что такая поспешность абсолютно оправдана.
Защитники «Зенита» играли против солнца, а нападающие ЦДКА были быстрее и техничнее. Перед матчем Лемешев объяснял команде, что соперник опасен прежде всего при игре в короткий пас. Но противопоставить этой манере ленинградцы ничего не могли. «Я все чаще и чаще вступаю в игру, – описывал финал Иванов. – Отбиваю мяч, сильно пробитый Щербатенко, на угловой, перехватываю опасную продольную передачу Гринина. Кружево пасов армейцы сочетают с мощными ударами по воротам. Такая игра чрезвычайно опасна для вратаря: не успеваешь следить за мячом. На трибунах – несмолкаемый гул».
На 35-й Алексей Гринин открыл счет – ЦДКА повел. «Гол в наши ворота вышел совершенно нелепый, – сокрушался позже Яблочкин. – Гринин обыграл Пшеничного и с угла входил в штрафную. Я пошел на подстраховку. Удар! Я подставляю ногу. Дуплет! И траектория какая-то совершенно вопреки законам физики. Мяч полетел кверху и за спиной абсолютно правильно выбравшего место у передней штанги Иванова опустился в дальнем углу ворот. Не подставь я ногу, гола, возможно, и не было бы».
В перерыве Лемешев настаивал: надо ускорить темп и точнее навешивать, пользуясь тем, что «Зенит» сыграет по ветру. Правда, в начале второго тайма мало что поменялось, моменты в штрафной хозяев почти не возникали. Лишь постепенно инициатива переходила к гостям. И чуть ли не первый опасный момент закончился голом. На 58-й Левин-Коган прорвался к воротам ЦДКА, скинул Чучелову, тот оторвался от защитника и сравнял счет.
Спустя 10 минут – еще одна разящая атака. Смирнов отдал на ход Бодрову, удар заблокировал защитник, но на добивании первым был Сальников. 2:1 – «Зенит» быстро перевернул игру. За оставшиеся 20 минут хозяева ничего не создали и лишь чудом не пропустили третий.
Так «Зенит» забрал Кубок. «Честно говоря, мы верили в эту победу после выигрыша у московского «Динамо», но все равно безмерно были счастливы», – рассказывал Иванов. Правда, у Яблочкина остались совсем другие воспоминания: «После финального свистка все еще не мог поверить, что мы выиграли, и лихорадочно думал, на что же ЦДКА может подать протест, мысленно перебирая в памяти отдельные эпизоды».
Первый трофей стал грандиозным событием для Ленинграда. Финал с трибуны стадиона «Динамо» смотрел композитор Дмитрий Шостакович – специально приехал в Москву на игру. Он вел футбольные заметки, следил за чемпионатом и общался с тренером Лемешевым. А сразу после матча поздравил команду с победой в раздевалке. Дома футболистов тоже встречали как героев. Еще бы, из 11 игроков победного состава 10 родились в Ленинграде (лишь Сальников – в Краснодаре).
«Просто была гордость за наш великий город, за ленинградцев, выстоявших в суровые годы блокады, – рассказывал Левин-Коган. – Всех ребят наградили медалью «За трудовую доблесть». Банкет устроили. В честь кубковой победы на фабрике имени Клары Цеткин даже выпустили папиросы «Зенит».
Правда, успех команда не закрепила. Это был по-прежнему небольшой по меркам Советского Союза футбольный клуб без больших покровителей и со скромными возможностями. Победный состав сохранить не удалось. Сергей Сальников в 1946-м вернулся в «Спартак». Туда же через два года перешел Борис Чучелов. Алексей Ларионов и Виктор Бодров вскоре завершили карьеру. В клубе серьезно задержались Борис Левин-Коган (до 1951-го) и Леонид Иванов (до 1956-го). Тренер Лемешев ушел в 1945-м, но через три года вернулся и поработал с командой до самой смерти в 1950-м – ему стало плохо прямо во время матча. Через несколько дней он скончался.
В 1945-м возобновился чемпионат. «Зенит» стал пятым и за последующие годы закрепил за статус середняка. Следующую победу пришлось ждать ровно 40 лет: в 1984-м ленинградцы выиграли золото советского чемпионата.
Фото: ФК «Зенит»
"из 11 игроков победного состава 10 родились в Ленинграде (лишь Сальников – в Краснодаре)"
Кстати, картина очень похожая на золото-84. Там тоже команда на 90% была собрана из уроженцев Ленинграда и области. Это даже по советским меркам уникальные достижения. Такой вот ленинградский Атлетик.
Раз уж ветерана Семака упомянул, вспомни и Зырянова. Любому московскому клубу вполне по силам было брать тогда их обоих - только хрен бы они там после заиграли так, как в Зените.
Далее же у тебя - список эталонных паспортистов, заключивших контракт всей жизни, после чего забивших на всё. Так что не думаю, что при другом раскладе Новосельцев с Набиуллиным стали бы звёздами мирового уровня, как тот же Погребняк, например. Не было характера у ребят, это не купишь.
А в Зените — взяли, чтоб другим не достался. Или как в случае с Могилевцем — воспитали, чтоб другим не достался.