«Мамочка, мы – чемпионы!»
Самое время вспомнить легендарную фразу Сотиля.
Уго Алехандро Сотиль Йерена (Ика, Перу, 1949) – автор одной из самых запоминающихся фраз для нескольких поколений болельщиков «Барсы»: той самой «Мамочка, мы – чемпионы!» («Mamita, campeonamos!»), произнесённой 7 апреля 1974-го, когда «Барселона» сумела прервать 14-летнюю чемпионскую засуху.
Окружённый журналистами, «Чоло» воспользовался телефоном, висевшим на стене стадиона «Эль Молинон» в Хихоне, чтобы разбудить маму (в Перу было три часа ночи) и сообщить ей новость: «Барса» стала чемпионом Испании. В Каталонии в это время тысячи людей выходили на улицы праздновать победу.
Уго никогда не был обычным человеком – вне футбола он всегда удивлял также, как удивлял защитников своим почти магическим стилем игры. Его всегда окружал ореол загадочности. Например, когда речь заходила о его возрасте, ведь многие перуанцы утверждают, что на самом деле он родился в 1946-м, а не 49-м. Или когда вспоминают его страсть к ночной жизни.
Если о нём говорят меньше, чем он заслуживает, то лишь потому, что той командой руководил величайший революционер в истории «Барсы» – Йохан Кройф. Сотиль понимает, почему о Кройффе говорят больше. Более того, он назвал одного из своих сыновей Йоханом.
Пятьдесят два года назад «Барса» переживала кройффистскую революцию – с тем самым чемпионством, первым с 1960-го. Это были тяжёлые времена: клуб прошёл путь от открытия «Камп Ноу» до долгов; от финала Кубка европейских чемпионов до необходимости продавать игроков, попутно выигрывая Кубки ярмарок на радость болельщикам. И это были годы, совпавшие с европейским триумфом мадридского «Реала».
Годы страданий, которые, казалось, могли закончиться с приходом президента Агусти Монталя, обещавшего титулы и большие трансферы – такие, как переход Сотиля. И, конечно же, Кройффа.
«У нас уже была очень хорошая команда, но приход Йохана позволил нам сделать качественный скачок. Соперники стали смотреть на нас иначе, а у него была эта особая победная харизма. Все мы начали играть гораздо лучше», – вспоминал Хуан Мануэль Асенси, полузащитник той команды.
Началась золотая эпоха, кульминацией которой станет знаменитая победа 0:5 на «Сантьяго Бернабеу».
«Это был лучший день. Люди встречали нас на улицах Барселоны так, будто мы были героями. Помню, когда я забил свой гол, хотел отпраздновать его криком, но Кройфф сказал мне вести себя спокойно, не провоцировать, ведь мы играем в Мадриде. Я и не хотел никого провоцировать, просто был счастлив, но всё же сдержался», – вспоминал перуанец.
«Сотиль тоже был ключевой фигурой. Его постоянно били, именно на нём часто фолили, а Кройфф этим пользовался. Это был весёлый человек, которого невозможно было не любить», – говорил Асенси.
«Барселона» выдала беспроигрышную серию, которая привела к той самой победе над «Спортингом» (2:4) и чемпионству. «Мне хотелось разделить этот момент с мамой. Даже сегодня люди помнят эту фразу. Когда я возвращался в Барселону, её всё ещё вспоминали», – ностальгировал Сотиль в 2024-м, незадолго до смерти.
Те, кто видел игру Сотиля, не забывают его. Он тоже стал символом эпохи после своего перехода в 1973-м – как раз тогда, когда испанский футбол снова открыл двери иностранцам после многих лет запрета.
Более того, именно он стал первым легионером после снятия ограничений. За «Барсу» Уго провёл 36 матчей и забил 12 голов.
Игрок великолепной сборной Перу, выступавшей на чемпионате мира-1970 (аргентинцы тогда не сумели пройти отбор), Сотиль дебютировал на Кубке Гампера-73, уже покорив сердца тысяч людей в Лиме – городе, где он вырос в бедном районе и прославился в составе «Депортиво Мунисипаль», клуба, с которым поднялся из второго дивизиона в первый.
«Барса», следившая за Теофило Кубильясом – главной звездой перуанского футбола, – в итоге решила сделать ставку именно на Сотиля. Более того, тренер Ринус Михелс лично приезжал в Перу вместе с Жозепом Марией Мингельей, чтобы посмотреть Кубильяса вживую, однако они решили, что Сотиль, более крепкий физически, лучше выдержит фолы и жёсткость испанской лиги тех лет.
«Гранада» играла очень грубо. Хорошо это помню: у них были жёсткие уругвайцы и аргентинцы. Но вообще в каждом матче приходилось получать по ногам», – признавался Сотиль.
Его роль в той чемпионской «Барсе» убедила руководство клуба оформить ему испанское гражданство, чтобы освободить легионерский слот для Йохана Нескенса. Однако обещание быстрого получения гражданства, данное руководством Агусти Монталя, так и не было выполнено, и в эпоху, когда в команде могли быть только два иностранца, Сотиль провёл весь сезон 1974/75 вне заявки, играя только в товарищеских матчах.
Любопытно, как быстро он прошёл путь от ада к раю: именно в 1975-м Уго забил гол, принёсший Перу победу в Кубке Америки, в матче против Колумбии. Это был самый особенный гол в его карьере, даже важнее того мяча при «маните» на «Бернабеу».
Когда ему наконец снова разрешили играть, он уже потерял игровой ритм, а вокруг ходили слухи, будто он слишком сильно увлёкся ночной жизнью Барселоны, разъезжая по городу на купленном им жёлтом Ferrari.
«Он был отличным человеком, но не привык к деньгам и тратил их очень быстро. Часто ходил в клуб Las Vegas на улице Арибау, где выступал Мончо», – вспоминал несколько лет назад Мингелья в интервью ARA.
«Обо мне много чего говорили, многое преувеличивали. Ошибался ли я? Да. Я был молод и хотел жить полной жизнью, но далеко не всё из этого правда. У меня остались прекрасные воспоминания о той Барселоне – о людях и о ночной жизни; естественно, хотелось развлекаться», – признаётся Сотиль.
После двух очень слабых сезонов в 1977-м он вернулся в Лиму, подписав контракт с «Альянсой», где снова стал чемпионом страны и вновь обрёл радость от футбола.
Хотя в Барселоне у него был лишь один по-настоящему звёздный год, Сотиль никогда не забывал ни Барселону, ни Каталонию.
«Я до сих пор ем паэлью и хлеб с томатами, если есть возможность», – подводит итог Уго.
Источник: Diario ARA
Фото: FC Barcelona, EFE
