Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Алекс Фергюсон: «Больше не молюсь»

    В эксклюзивном интервью The Times отметивший в минувшую субботу 50-летие своей футбольной карьеры тренер «Манчестер Юнайтед» открестился от ярлыка «забияки», поведал о своих страхах, объяснил, зачем «Реалу» на самом деле понадобился Хайнце, сравнил 72-летнего президента ФИФА с африканскими диктаторами и раскрыл другие секреты.

    Алекс Фергюсон: «Больше не молюсь»
    Алекс Фергюсон: «Больше не молюсь»

    У сэра Алекса целый букет сильных качеств. Одно из них – когда дело табак (а 22 мая в 1.34 ночи в «Лужниках» так и было), тренер «Манчестер Юнайтед» сохраняет нечеловеческую способность излучать ауру непобедимости.

    Насколько невозмутимым он выглядел на бровке «Камп Ноу» девять лет назад в своем первом финале Лиги чемпионов, когда его команда к началу компенсированного времени проигрывала «Баварии» 0:1, настолько же Фергюсон являл собой олицетворение буддистского спокойствия перед исполнением 11-метрового Джоном Терри, который мог принести «Челси» вожделенный трофей одним ударом.

    У сэра Алекса целый букет сильных качеств

    – Это спокойствие основывалось на непоколебимой уверенности в благополучном исходе?

    – Нет, я думал, что мы проиграли, – качает головой Фергюсон, словно до сих пор не веря в произошедшее. – Я думал, что уже все…

    – Но вы выглядели так уверенно, словно бросали вызов.

    – Да, это так. Но когда они били предпоследний пенальти, я сжал руки и стал молиться. Ван дер Сар едва не отбил. Поэтому когда мяч влетел в ворота, я сказал себе: «Больше не молись». Знаете, в своем первом кубковом финале я был тренером «Абердина», мы вели 1:0, но в заключительные две минуты добавленного времени «Рейнджерс» забили два гола… Тогда я тоже помолился и с тех пор зарекся больше этого не делать.

    Сейчас Фергюсона трудно вызвать на откровение. Пресс-конференции с его участием скоротечны, черный список журналистов пополняется с комической регулярностью, эксклюзивные интервью – такая же редкость, как трофеи «Манчестер Сити». Но все хотят гораздо большего. Тем выше честь, когда величайший британский тренер современности, если не всех времен, снисходит к просьбе приоткрыть «бортовой журнал» своей жизни.

    – Одно из наиболее часто предъявляемых вам обвинений заключается в том, что вы задира. Согласны с таким «иском»?

    – Абсолютно не согласен. Как-то раз я справлялся о значении этого слова в словаре, и, насколько помню, «задира» – это тот, кто затевает ссору с более слабым. Если же взять тех, с кем я за свою тренерскую карьеру вступал в конфронтацию (а в раздевалке доводилось скандалить с очень разными людьми), то в целом они были гораздо сильнее меня. Так что никакой я не задира.

    Сейчас Фергюсона трудно вызвать на откровение

    – Хорошо. А вообще, кто-нибудь или что-нибудь может вас испугать?

    – Гм… Была парочка футболистов, которые… – Фергюсон осекся. – Страх вообще странная штука, не находите? Думаю, он появляется во время вождения автомобиля. При оживленном движении и быстрой езде.

    Ну и ну! Образ Фергюсона, дрожащего за рулем своей Audi A8, когда мимо с ревом проносятся машины, представляется с трудом. Теперь понятно, почему он, как правило, нанимает водителя.

    – Но кто-нибудь наверняка вселял в вас ужас?

    – Защитник «Селтика» Джон Макнейми в основном. Когда я позвонил ему и сказал, что именно его имел в виду в своей автобиографии, он чуть не умер от смеха. Страшный был тип.

    Визитной карточкой Макнейми стал один из матчей на «Сейнт-Джеймс Парк» в конце 60-х. Начало игры, хавбек «Челси» Алан Берчналл пускается в слаломный проход на правом фланге. Макнейми, тогдашний вожак «Ньюкасла», велит крайнему защитнику поменяться местами и так жестко встречает Берчналла, что вместе с ним оказывается на беговой дорожке. «Сынок, еще раз заглянешь на нашу территорию – получишь по полной!» – склонившись над бедной жертвой, грозно рычит Макнейми. Оборону «Челси» Берчналл больше не беспокоил.

    Еще одним раздражителем Фергюсона минувшим летом невольно стал Луис Фелипе Сколари. Если кому-то невдомек, почему за более чем 30-летний срок сэру Алексу до сих пор не наскучила тренерская работа, ответ кроется в его реакции на предсезонный материал в Racing Post, поставившей нового рулевого «Челси» выше шотландца.

    – В той статье все в один голос предрекали чемпионство «Челси», – возмущается Фергюсон. – А главным козырем «синих» один «анализатор» назвал Сколари, «запугать которого мне не удастся». По его мнению, Венгер, Моуринью и Грант «меня не переваривали». При этом газета констатировала: заявив, что возрастная команда не способна выиграть золото, я «наехал» на «Челси». Но это полный бред, я никогда такого не говорил! Я сказал, что от возрастной команды не стоит ждать большого прогресса. Но «Челси» в прошлом сезоне показывал такую игру, что для победы ему и не нужно было особо прогрессировать. Кроме того, тот же автор написал, что Сколари лучше меня как тренер. Я не настолько самонадеян, чтобы утверждать обратное. Возможно, Сколари и лучше. Но какой здравомыслящий журналист может написать такое про тренера, никогда прежде в Англии не работавшего? Между тем в послужном списке тренера Сколари уже где-то 17 команд.

    Еще одним раздражителем Фергюсона минувшим летом невольно стал Луис Фелипе Сколари

    Быть может, стремление к успеху частично переросло в потребность быть любимым, но голос сына глазвегианского судостроителя, наверное, никогда в этом не признается. Фергюсон вырос в одной из съемных квартир Гована и среди того же западношотландского рабочего люда, к которому принадлежали Мэтт Басби, Билл Шенкли и Джок Стин.

    – Что же такого в этом уголке света, что там рождаются такие великие тренеры?

    – На западе Шотландии, думаю, совсем иной климат.

    – Иная культура?

    – Иные, я бы даже сказал, неумолимые, климатические условия. Там мокро, сыро. Вам когда-нибудь доводилось стоять февральским утром на краю фрейзербургской гавани? Такая красотища! Во Фрейзербурге холодно, зато сухо. Помню, как в разгар зимы, когда я работал инструментальщиком и цеховым старостой на фабрике пишущих машинок, по утрам первым делом трогал сталь. Пальцы тотчас примерзали и, отнимая их, сдиралась кожа. И эти люди умудрялись строить лучшие в мире корабли! Все это может показаться излишне романтизированным, но на самом деле такие вещи в закалке характера играют большую роль.

    – И что они придают?

    – Решимость. Сразу вспоминаются шахтеры, такие люди, как Стин и Шенкли. Однажды Стин произнес нечто потрясающее. В середине 80-х, во время забастовки шахтеров, по дороге в Глазго нам повстречались штрейкбрехеры, привозившие уголь из Бельгии. Дав знак остановиться, старина Джок посмотрел им прямо в глаза и сказал: «Надеюсь, вы гордитесь собой. Вы ведь людей обворовываете». Никто из них не проронил ни слова. Чуть позже он мне сказал: «Позорище-то какое… Спускаешься в шахту на глубину мили – мгла кромешная. Рядом напарник, которого совсем не знаешь. Но именно он в этот момент – твой самый лучший друг…» Такие вещи оставляют в характере неизгладимый отпечаток.

    Слушая такого Фергюсона, нельзя не задаться вопросом, как ему удается терпеть выкрутасы футболистов нынешнего поколения. Вероятно, такие крепкие орешки, как Криштиану Роналду и Эрик Кантона, привлекают тренера «красных дьяволов» именно тем, что жизнь на южном берегу Клайда им абсолютно неведома. Фергюсон прекрасно понимает мотивы, по которым португалец летом хотел перейти в «Реал», но от шпилек в адрес испанского клуба и Зеппа Блаттера, сравнившего положение Роналду на «Олд Траффорд» с рабством, удержаться не в силах.

    Тридцать первого декабря Фергюсону стукнет 67, и он уже пообещал покинуть тренерский пост «МЮ» по окончании следующего сезона

    – Блаттер, полагаю, дошел до точки. Над ним все смеются. Виноват ли в этом преклонный возраст – не знаю. Но с людьми, облеченными властью, такое бывает. С африканскими диктаторами, например.

    – Хотите сравнить Блаттера с Робертом Мугабе?

    – Нет, это было бы смешно. Я имею в виду, что, будучи высшим должностным лицом, он сделал уже столько нелепых заявлений, что может серьезно подорвать свой авторитет. Его комментарий произвел эффект разорвавшейся бомбы, но спустя год после празднования 200-летия отмены рабства иначе и быть не могло.

    – Водевиль в исполнении «Реала» разочаровал вас еще больше?

    – Здесь другая ситуация, которая напрашивалась и сюрпризом не стала. Когда за год до этого мы продали в «Реал» Габриэля Хайнце, мы знали, что так и произойдет, потому что Роналду и аргентинец были очень близки. Расчет «галактикос» я понял сразу. Не думаю, что Хайнце (хороший, кстати, игрок) был им нужен. Конечной целью было приобретение Роналду. А самое омерзительное в этой истории то, что «Реал» – любимое дитя генерала Франко – до установления в Испании демократии имел возможность покупать кого угодно и что угодно.

    Тридцать первого декабря Фергюсону стукнет 67, и он уже пообещал покинуть тренерский пост «МЮ» по окончании следующего сезона. Не самая приятная перспектива, но сэр Алекс уверен: передача власти пройдет гладко.

    – Проблем не будет. Фундамент заложен. Традиции, боевой дух – крепки. Но отвечать за все я не могу. Вообще, странная штука со мной происходит: чем старше становлюсь, тем больше боюсь завершения карьеры. Но час, когда придется освободить свое кресло для кого-то другого, неизбежен.

    – И кому оно достанется – очень важно, не так ли?

    – Так. Надеюсь, выдающейся личности. Потому что работа эта, поверьте, не из легких.

    – Ваш преемник должен быть таким же выдающимся, как вы?

    – Нет. Такую работу нельзя проделать дважды. И это хорошо.

    А теперь попробуйте сказать то же самое болельщикам «Юнайтед».

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы