«Не входи, Саш, в состояние безумия, дай мне тебя вывезти». Бойкова и Козловский в «Методе Тутберидзе»
Новый эпизод сериала Okko «Метод Тутберидзе» посвящен парникам Александре Бойковой и Дмитрию Козловскому.
Зачем им четверной выброс? Кто лучший парный тренер в мире? И как в подготовке участвует Тутберидзе?
Все ответы – здесь.
«Любовь – это чувство, которое должно случиться. У нас с Сашей сложилось так, как сложилось»
Начинаем с реплик Бойковой и Козловского о фигурном катании – сразу видно, что настрой у пары серьезный.
Козловский: «Фигурное катание имеет очень отличительную черту, в отличие от многих других видов спорта, особенно игровых – мы должны быть абсолютными. Вот у нас есть три минуты короткой программы, четыре минуты произвольной программы – и в это время мы должны быть идеальными, чтобы побеждать».
Бойкова: «Когда ты приходишь в этот вид спорта, ты должен понимать, что ты здесь не один, здесь очень много людей, в том числе – твоих соперников. И тут уж кто выживет».
Козловский: «Это не какой-то кружок – это очень жесткая, конкурентная среда».
Бойкова: «Это сложно, красиво, вдохновенно. Это все-таки искусство больше, нежели спорт. В парном катании – это про отношения, это история двух людей, а может, дальше больше, чем просто двух. Это путь, это жизнь».
Август-2025 – подготовка к сезону в разгаре.
Пара встречается утром на парковке катка, Козловский восклицает: «Это что за красотуля? Красивая идет вообще, на дефиле пришла».
Но тут же объясняют – дружба не обязана перерастать в любовь.
Бойкова: «Мы с Димой отличные друзья. Даже больше, чем друзья, в том плане, что мы друг для друга как брат и сестра. Шесть дней в неделю мы точно проводим лицом к лицу, одиннадцать месяцев в году мы постоянно друг друга видим, и, наверное, если бы мы встречались, то было бы очень тяжело».
Козловский: «Любовь – это чувство, которое должно случиться. У нас с Сашей сложилось так, как у нас сложилось».
Дальше – пример их отношений. Козловский показывает безотказный метод, как утешать партнершу, если она не в настроении.
«Вот так вот подходишь к ней. Она такая недовольная, злая, может, даже чуть агрессивная. А ты вот так аккуратно ей «пуньк» делаешь и все – она сразу добреет».
Бойкова: «В парном катании очень сложно найти своего партнера. Если ты за карьеру вообще его нашел – повезло, ты молодец!»
Но для них парное катание – это в первую очередь работа.
Козловский: «Эротичный ли это вид спорта? Я в данном контексте никогда не думал, всегда воспринимал это как некую деятельность, некую работу».
Бойкова: «Для меня это не эротично. Для меня более эротично выглядят танцы на льду. Ты уже не акробатику какую-то выполняешь, а у тебя уже все завязано на отношениях между мужчиной и женщиной».
Козловский: «Саша для меня это все-таки не какой-то мешок с картошкой. Саша для меня не какой-то инструмент, а все равно живой организм».
Бойкова: «Ну да, тебя партнер держит за ляжку, держит за талию. Но это твоя работа. Когда я пришла в пары, мне надо было научиться делать поддержки, некоторые не получались с первого раза. Один раз я полетела вниз головой, но Дима поймал меня за штаны. Я осталась без трусов и без штанов. Зато с целой головой.
Мне повезло нереально, что мы с Димой совпали сразу, с первого раза, и вот уже девять лет мы катаемся вместе. Часто шутим на тему того, что столько в браке не живут, сколько мы катаемся вместе».
Козловский: «Мы сразу нашли друг друга, у нас сразу сложилось понимание той общей цели, к которой мы идем».
Тихонов даже не попрощался, но ему на смену пришел «лучший тренер в мире»
Переезжаем на лед – Дмитрий с ходу объясняет, как тяжело быть спортсменом: «В большом спорте самых высоких достижений ничего приятного нет – это важно понимать. Это одни сплошные мучения и издевательства, причем над своим организмом. Это тренировки, которые крайне тяжелые, это сумасшедшее давление, это психологический стресс. Невозможно в этом состоянии постоянно кайфовать».
На льду пара накатывает короткую программу под «Убить Билла».
Козловский: «Я считаю, что программа «Убить Билла» – наверное, самая яркая короткая программа пары Бойковой и Козловского за их карьеру на текущий момент».
Тут же экспресс-разбор от Станислава Морозова: «Я оттуда смотрел – опять плечо провалил!»
А как Морозов стал их тренером?
Рассказывает Этери Тутберидзе: «Перед тем, как ребятам в этом сезоне уже нужно было выезжать на сборы, которые были запланированы заранее, буквально за день Леша (Алексей Тихонов – Спортс’’) присылает СМС, что, к сожалению, он с нами работать не будет.
Я начала быстро копаться в голове, выкопала Станислава Морозова, с которым предварительно когда-то там два года назад был разговор. И вот вызвонили. Спасибо огромное, что он в секунду согласился».
Алексей Тихонов, который несколько сезонов работал с Бойковой и Козловским, летом перешел в академию Татьяны Навки.
Бойкова: «В первый момент было неприятно, что Алексей не написал нам, не позвонил и не сказал. Я поплакала немножко, расстроилась – вроде хорошие, близкие отношения были с человеком».
Тутберидзе: «Я его спросила: ты же понимаешь, что ребят бросил? А он говорит: а что, я должен свою жизнь планировать под ребят?»
Козловский: «Что касается этой фразы про планирование жизни – я в этом плане очень спокоен. Я могу сказать, что мы с Сашей никого из своих специалистов, из тех людей, с которыми двигались вместе к нашим спортивным достижениям, никогда не обманывали».
Тутберидзе: «Тем более, слухи о том, что он переходит, были заранее. Мы просто увидели его в списках тренеров школы Навки намного заранее. Позвонили и спросили: это что? Он сказал: не-не, если бы что-то было, то вы бы узнали первыми. Ну вот потом через месяц мы это узнали. Один день оставался до вылета на сборы».
Козловский считает, что с Морозовым им повезло: «Станислав Морозов для меня – определенный феномен. Вообще, вся его история абсолютно феноменальна, я не понимаю, как может так получиться.
Человек очень долго был вне большого спорта, но Станислав Морозов, я об этом заявляю абсолютно официально и с уверенностью, а я работал с разными тренерами и специалистами – это лучший тренер парного катания в мире. Лучше просто нет».
Тутберидзе согласна: «Пока мне очень нравится, как он с ними работает. Я думаю: спасибо тебе большое. И Алексею Тихонову спасибо огромное, потому что иначе бы мы на него не вышли».
Как и Бойкова: «Я могу сказать, что у меня это первый тренер, который настолько живет делом фигурного катания, что даже иногда страшно за человека становится, потому что он думает о нем 24 на 7».
Сам Морозов не отрицает – некоторые идеи для программ Александры и Дмитрия ему даже приходят во сне: «Я из-за этого спать не могу! Смотрю: так, 2 ночи, надо засыпать. Проходит секунд 20, и ты понимаешь, что опять о чем-то думаешь. Ты опять: так, спать, спать. И снова через 20 секунд: а если вот так сделать или вот так поехать?»
Козловский: «Возможно, к грядущему сезону, к грядущему олимпийскому циклу у Станислава Морозова есть уже какой-то блокнотик, с которым он спит под подушкой и куда записывает свои идеи и ночные видения.
Мы обязательно потом его об этом спросим. Можем начать отдельную рубрику: сновидения Стаса».
Опасный четверной выброс – это мотивация без Олимпиады
Одна из главных тем сезона – четверной выброс. Как Саша и Дима на него решились?
Бойкова: «Для меня прикол в том, что меня лишили шанса поехать на Олимпиаду. Я работала эти четыре года – давайте не будем прикидываться дураками – ради этого соревнования. И тут резко в мае приходит новость о том, что мы никуда не едем. И у меня была апатия большая. Но я понимала, что мне нужен какой-то стимул, чтобы кататься дальше. И этим стимулом стал четверной выброс».
Козловский: «В основном, безусловно, это идея Саши. Здесь за нее можно только порадоваться, поддержать, потому что это действительно требует очень серьезного характера и настоящего мужества, чтобы идти на этот элемент».
Небольшая размолвка на тренировке – Бойковой не нравится, как работает Козловский.
Бойкова: Я не могу, когда ты так прыгаешь! Ты сейчас не пошел прыгать ко мне!
Морозов: Ты сейчас хочешь четверной пойти делать после каскада?
Бойкова: Да!
Козловский: Нет, давайте не слушать (неразборчиво).
Бойкова: Тогда сделай еще раз каскад со мной!
Козловский: А ты можешь не истерить, а нормально говорить?
Бойкова: Ты со мной не прыгаешь! Ты сказал, что будешь прыгать, а ты не прыгаешь со мной.
Саша объясняет эмоции: «Часто на тренировках, когда он (четверной выброс) не получался, Станислав и Дима говорили: ну чего, давай сделаем риттбергер и успокоимся. А я для себя понимала, что кататься не хочу, если я не делаю этот элемент.
Потому что для меня эта была первая и самая главная цель в этом сезоне – сделать этот элемент на соревнованиях. Ту мечту у меня отобрали, скажем так, эту мечту у меня отобрать никто не может, потому что ее делаю я».
Морозов: «Она начала: «Вот, у нас никаких регалий нет, я никто, я хочу хоть чем-то отличаться». Я говорю: «Саш, че ты какие-то глупости говоришь?» Говорю: «Вы чемпионы Европы, вы призеры чемпионата мира, вы были на Олимпиаде, да 4-е. Ну хочешь эти четыре – давай крутить. Просто это очень опасный элемент. Хочется тебе – давай, но только не надо нервничать, надо спокойно кататься».
Когда на тренировке срывают поддержку, Бойкова опять в слезах: «Дима, я никогда не расслабляюсь в поддержках, как я могу сделать позицию, если у меня вот так рука – куда я лягу? Почему сразу на меня надо наезжать? Почему я-то сразу виновата?»
Бойкова: «Я очень-очень хочу выиграть в паре с Димой Олимпиаду. Конечно, я хочу выиграть чемпионат мира. Если говорить про спорт – для меня это немножко потешить свое тщеславие, понять, что я чего-то стою, что я в этом мире добилась чего-то – и я крутая, я классная.
Для меня подтверждением этой теории будет золотая медаль. Не одна, а несколько – хорошо, разных – отлично. Но для меня это важно».
Парень Бойковой остался в Петербурге, Козловский не распространяется о личном
Далее ребята рассказывают, как проводят выходной. Александра посвящает свободный день учебе – с уроками английского помогает домашний питомец.
Дмитрий – встречается с друзьями, готовит для них ужин с блюдами индийской кухни.
Бойкова о питании: «Когда я перешла в парное катание, уже каталась два года, у меня вес пополз вверх. И я не могла ничего с этим сделать. Я сидела на жестких диетах, вплоть до того, что могла съедать одно яблоко в день и все равно поправляться. В переходный возраст я и бегала в пленке, и чего только ни делала. Мне кажется, все через это проходят в таких видах спорта, как художественная гимнастика, фигурное катание, в балетном искусстве – то, что связано с эстетикой»
Когда задают вопрос об отношениях, Козловский отшучивается тем, что не хватает времени, а вот Бойкова делится: «Я в отношениях, просто уже достаточно долгих. Я со своим человеком в районе 4-5 лет уже вместе. Просто он живет в Петербурге, поэтому в принципе мне время ни на кого тратить и не надо. У меня почти все друзья живут в Петербурге, поэтому в Москве я по работе».
Козловский: «На данном этапе жизни, если мы не будем переходить на какие-то глобальные аспекты, мне бы, конечно, хотелось вернуться на международную арену. А своими мечтами на жизнь я делиться не буду. Это мое личное и сокровенное».
Бойкова: «Жизнь вне фигурного катания есть. Но, наверное, пока ты готов отдавать максимум себя, своего времени и здоровья, этой части жизни, то этим надо пользоваться. Потому что спорт может закончиться в любой момент. И пока он есть, надо выжимать максимум».
Перед чемпионатом России Александра получила травму, Морозов запрещал кататься
За 18 дней до ЧР Бойкова рассказывает о повреждении ноги:
«Я раскатывала новые коньки, натерла ногу, туда попала инфекция, она поразила связки и голень. Потому что у спортсменов из-за нагрузок связки немножко слабоваты, сустав у меня тоже не очень хороший – не первой свежести, из-за этого инфекция засела в этом месте.
Оттуда ее сложнее выгнать как раз из-за того, что это место немножко израсходованное из своих ресурсов. Прыгать можно, главное, чтобы конек не сдавливал. Мне механически нельзя воздействовать на нее».
По словам Александры, отличие взрослого спорта в том, что здесь важно не столько умение перебороть себя физически, сколько морально.
Включается Даниил Глейхенгауз: «Профессиональный спорт – это вообще не про здоровье. Любой профессиональный вид спорта – это про то, что тело человека стачивается. В любом случае, к какому-то возрасту любой спортсмен, занимающийся разными спорта, имеет определенный набор хронических травм. У кого-то болят колени, у кого-то больная спина – и до конца жизни она болит. И в самолете уже летать не нравится долго».
Морозов отговаривает Бойкову выходить на лед в течение недели: «У меня то же самое было с ногой, один в один. Только мне ногу разрезали в конце. Ну прокатались, да, она лед постоянно держит, снег. Сейчас колоть что-то начали. И нога опухла, побаливает. Не криминально болит, но только начнет ботинок давить – опять может это все начаться».
Дмитрий катает программу один. Морозов в восторге: Ты че, с ней кататься так не можешь? Что тебе мешает?
Козловский: Так она мне мешает, я всегда же говорил.
Морозов: Ты вообще по-другому едешь.
Козловский: Так я говорю: она едет своим темпом, я не понимаю, что мне делать. Вы понимаете теперь, в ком проблема? Ее снимите крупным планом – посмотрите, ей стыдно!
Бойкова: Мне не стыдно, ха-ха.
До чемпионата России 10 дней – сложные тренировки продолжаются.
Бойкова: «Часто мы с Димой гнались за титулами чемпионов мира, олимпийских чемпионов. Но сейчас такая реальность, что это невозможно».
Козловский: «И это определенная трагедия. Это абсолютная несправедливость. И я бы даже сказал, что это предательство по отношению к конкретному виду спорта со стороны людей, которые отвечали за принятие этих решений. Фактически они помножили на ноль наши 20-летние старания и помножили на ноль пик нашей карьеры».
Бойкова: «У меня есть большая цель – это выполнить четверной выброс на соревнованиях. Меня многие считают сумасшедшей, говорят, что это не оправдано, это травмоопасно, это того не стоит, разница в баллах маленькая. Но это вот такая маленькая мечта и цель, которая меня держит на плаву. Благодаря ней я хочу кататься, за нее я готова бороться».
Тренировка. Опять Александра жалуется, что не попадает в темп с Козловским: Почему я под него должна подстраиваться? Мне крутить, мне выезжать!
Морозов не выдерживает: Каждый день одно и то же.
Бойкова: «Да, у нас случился очень большой эмоциональный срыв, когда уже даже Станислав хотел уйти со льда. И я после тренировки была буквально в истерике. Дима понимал, что ему нужно успокоиться, чтобы успокоить меня. Причина? Боль. Я терплю боль 24 на 7, это тяжело. Плюс физическая нагрузка на это накладывается, плюс соревнования – тоже стресс. Это все дает такой ком огромный снежный, что в один момент он просто разрывается».
Опять тренировка. Козловский: Не входи, Саш, в состояние безумия, дай мне тебя вывезти.
Бойкова: Я не вхожу в состояние безумия, мне неудобно. Отстань. Ты мне чем больше голову загружаешь, тем больше мне это мешает.
Козловский: «На 100% контролировать свои эмоции во время тренировочного процесса не стоит. Эмоции иногда надо выплескивать. Потому что у нас не кабинетная работа. Когда ты держишь в себе эмоции, это начинает отражаться на твоих мышцах, на твоей психике – и в итоге приводит к техническим сбоям».
Тренировка заканчивается раньше – из-за состояния Сашиной ноги. Дмитрий отмечает, что ссоры на льду не должны влиять на отношения и тренировочный процесс. В раздевалке пара уже шутит и мирится.
Тутберидзе поддержала идею исполнить четверной выброс на ЧР, Морозов был против
На тренировку за 3 дня до чемпионата России приходит Тутберидзе. И настаивает: костюмы оставляем такие, какие комфортны фигуристам.
Козловский: «Каждый раз, когда я ее (Этери) вижу, я очень рад. Мне приятно, когда она с нами работает. Мне приятно, когда она на нас и ругается, и хвалит нас. Мне в принципе приятно с ней взаимодействовать».
На тренировке проходит обсуждение произвольной.
Тутберидзе: По поводу четверного выброса что мы решаем?
Козловский и Бойкова хором: Четверной!
Тутберидзе: Тренер?
Морозов: Я против.
Тутберидзе: Почему?
Морозов пожимает плечами.
Тутберидзе: Вы столько работали над этим выбросом.
Морозов: Мы столько работали, чтобы успокоить амбиции Александры.
Тутберидзе: Они уже этим подпитались и уже по-другому себя не видят. Раз они эту стену пробили, то надо идти этим путем. Какой смысл отходить? Как мне кажется, победа без четверного будет не так сладка, как даже проигрыш с четверным.
Бойкова: Это правда.
Морозов: В этом логика есть.
Тутберидзе: Они немножко на другом уровне уже. У них не вопрос места, а вопрос выполнения своей суперзадачи. Тем более, что они с ней справляются.
Морозов: Я не спорю, поэтому я изначально разрешил делать.
Тутберидзе: Мне кажется, этот адреналин украшает им жизнь.
Морозов: И мне тоже. Последние выпадут (показывает на волосы на голове).
Тутберидзе: Там ничего уже больше не произойдет, что произошло. Все? Решение принято?
За кадром Козловский подводи итоги их борьбы за квад:
«Революционерами мы пока себя не чувствуем, но я могу сказать, что есть ощущение того, что мы с Сашей начинаем задавать определенный тренд. Хочется сделать что-то важное, значимое, хочется, чтобы этот вид спорта жил и после нас – и жил ярко.
Но эта яркость недостижима без технического усложнения. И у нас есть архиидея привнести что-то новое, немножко двинуть это с мертвой точки».
Морозов - человек немного на грани отчаяния, Этери любит таких, замотивированных, пусть у них все получится. Здорово, что она вспомнила про него и позвала работать к себе.
Не постановочные кадры, видно что ребятам комфортно вместе, и комфортно с тренером
Взрослые, умные ребята, знают чего хотят.
И Этери можно сказать признала, что в прошлом сезоне работа с БК была организована не правильно, ребята срывались из за разных мнений тренеров
А в этом с приходом Морозова все нормализовалась и все счастливы
Снято отлично. Жаль что серии редко выходят. Такой формат мне нравится
Станислав Морозов - какой классный, профессиональный, уравновешенный мужик и тренер. Повезло ребятам, вот правда...не было бы счастья))
Ребята дружат и это видно, Сашка капризничает (понятно что боль изматывает), Дима молчит;) Неистеричные мужчины - это дико привлекательно. Не знаю уж как на самом деле, уверена, всякое бывает. Но это не сыграть - нормальные человеческие отношения, их не скрыть;)
"— Где-то в марте мне позвонил Филипп Тарасов, который работает с юниорскими парами у Этери Георгиевны Тутберидзе, и предложил подъехать летом к нему на сбор в Кисловодск на пару недель. А чуть позже до меня вдруг со всех сторон начали доходить слухи о том, что Бойкова и Козловский хотели бы со мной поработать. Не люблю, когда получается испорченный телефон, поэтому напрямую написал тогда Саше. Мол, что за дела? Почему я узнаю это от других людей, а не от тебя? Мы — не посторонние вроде люди, я одно время в Питере работал, помогал Артуру Минчуку. В общем, так понял, что ребята просто не были готовы обсуждать тему, не согласовав её с руководством школы, с федерацией фигурного катания. Но мы договорились встретиться."