Служба кабаку. Рикки Хаттон шёл к вершинам, но снова вернулся в бар
«Пьяниц безвоздержанных и непослушливых душа в руках бесовских, и прикоснется им мука»
Служба кабаку
Настоящий английский чемпион — не просто представитель Королевства, взявший престижный пояс. Это больше про выражение суровой идентичности: выйти из рабочих кварталов, быть максимально простым, говорить на одном из тех диалектов, которые не понимают сами англичане, и являть собой образ самого обычного британского пролетария.
Один из последних английских чемпионов, в котором фрезеровщик из Бирмингема и оператор конвейера на лутонском заводе Vauxhall видели своего парня, покончил с жизнью в 46 лет. Рикки Хаттон вместе с Карлом Фрочем воплощали образ простых и понятных массам ребят, прорвавшихся к славе через бокс. Но стремление Хитмана к чистой мечте стать чемпионом мира привело лишь к несчастью и погружению в алкогольный омут.
Хаттон даже на пике своего величия оставался тем же самым, кем когда-то вышел из родительского паба во взрослую жизнь: естественным и добродушным британцем, лишённым высокомерия и чванливости. У него имелся полный набор необходимых качеств для успешной жизни: полная поддержка родителей, целеустремлённость, адекватное восприятие реальности. Но Рикки вернулся в паб, со скоростью павшего ангела рухнув с небосклона спорта на прогнивший от гекалитров пива деревянный пол, и заснул пьяным сном.
Удары из подвала
Хаттерсли, юго-восток Манчестера, улица Моттрэм-роуд, паб New Inn. Июль 1992-го года. Стук бокалов и повсеместный гам заглушают все остальные звуки. Слышны лишь какие-то отрывки:
-А ты слышал, этот, Кантона, переметнулся в «Юнайтед». Вот не зря у него фамилия через cunt: выиграл лигу с «Лидсом», и сразу же к этому красноносому ублюдку побежал!
-Если кто и cunt, так эта мразь Тэтчер! Ты видел, она уже баронесса! Назовите ещё одну страну, где за кражу молока у детей дают дворянское звание!
-Вот поэтому те дети и дебилами выросли, что молоко им не давали! Я в Independent читал статью — в Вурчестершире сопляки обдолбанные какой-то там рейв устроили. Наглотались таблетками и под какой-то туц-туц-туц дрыгались! Что за вкусы дебильные? Вот я в их возрасте под нормальный музон отрывался, под Motorhead или там Angel Witch.
-Где читал? в Independent? Ты что, за лейбористов? Да их лидер вообще агент КГБ!
-Стив, ты стал безработным из-за премьера-консерватора! Твои тори сделали с Британией то, о чём эти комми даже мечтать не могли.
Секундами позже прозвучал звонкий хлопок. Нет, это не электорат противоборствующих партий разбил стеклянную утварь о головы друг друга. Звук какой-то другой, такой хороший, смачный и отчётливо резонирующий. Так звучит техничный боковой по мешку.
Из цокольного помещения трусцой выбегает упитанный подросток с квадратным лицом — ни единой резкой линии, будто выточили по штамповке на манкунианских станках. Парень, с трудом сдерживая довольную улыбку, пытается прошмыгнуть мимо посетителей. Он старается не смотреть на пивные бокалы, а запах пшеницы всеми силами хочет вытащить из лабиринта воспоминаний картину: конченный забулдыга с перебитыми пальцами, стремясь перелезть через барную стойку, что-то кричит на маму.
Однако суммарная сила всех сфокусировавшихся на пареньке взглядов останавливает его. Ему некомфортно, он под прицелами разгорячённого алкогольными напитками пролетариата. Вдруг тишину нарушает вопрос:
-Это ты так ударил сейчас?
-Да, — тихо вымолвил парень.
-Молоток, парень! Если я к х***м не сопьюсь через пару лет, буду болеть за тебя!
Откуда-то с краёв звучит крик:
-Э, пинту мне. Выпью за этого паренька!
Зал, секундами ранее накалённый до предела и готовый взорваться на почве политических разногласий, был спасён от кровопролития одним сочным боковым сына владельцев паба.
**************************************************************************************************
TIME в декабре 2007-го пытался раскрутить бой Мэйвезера с Хаттоном через типичное противопоставление: Красавчик Флойд — лоск элиты, тусующейся в Вегасе, тогда как Рикки является «героем британского рабочего класса». Но интересно то, что на самом деле главный манимейкер выбрался из нищеты, тогда как Хитман родился в семье бизнесменов.
Не спешите записывать Хаттона в колонку «британские мажоры», где бы он разбавил одиночество Тайсона Фьюри — всё же родители Рикки были не настолько богаты. Но они держали 4 паба в Манчестере и занимались бизнесом по продаже ковров — такая вот мелкобуржуазная ячейка манкунианского общества.
Детство прошло по стандартному британскому маршруту: дом-школа-паб-дом. Хотя всё же Хаттон тогда служил кабаку в другом смысле: вместе с братом Мэттью разгружал грузовик, таскал ящики — в общем, помогал родителям. Кстати, есть известная байка: бармены не пьют, т.к. каждый день видят вокруг себя много последствий злоупотребления алкоголем. Судя по этой логике, Хитман должен был вырасти убеждённым трезвенником: мало того, что в Англии любят пить, так ещё и контингент в начале 90-х был таким себе. Реформы Тэтчер превратили Манчестер из мощного индустриального центра в идеальную среду для разгула криминала под названием Gunchester. Пабы Хаттонов навряд ли привлекали бандитов, но безработных, коих тогда в манкунианских окрестностях развелось немерено, точно хватало — unemployment rate тех времён пробивал даже планку 8,2, которую потом сможет достичь только пандемийная эпоха.
Казалось бы, чем опасен безработный пьяный человек? Тем, что ради банальных пивных кружек готов на драку. И половая принадлежность оппонента его не смутит: мама Рикки в молодости нехило понараздавала тумаков посетителям, не желавшим сдавать тару обратно.
Можно ли это назвать психологической травмой детства, когда ты созерцаешь, как самый дорогой человек на свете с кем-то дерётся? Каждый ответит на этот вопрос сам. Являются ли такие сцены мотивацией никогда не заходить в паб по собственному желанию? Ещё какой, и родители сами подталкивали Хаттона к нужному выходу.
Поначалу Рикки должен был стать продолжателем династического бизнеса по продаже ковров, поэтому безотказного паренька начали знакомить с азами профессии. Правда, изучение азбуки предпринимательства закончилось на букве А. Точнее, на: «ААААААААА, ТВОЮ МАТЬ, КАК БОЛЬНО».
Разрезая ткань строительным ножом, Хаттон неправильно ухватился и чуть не оттяпал себе четыре пальца. После этого родители решили сменить профиль: пусть сын будет продавцом. Однако прибыль он терял гораздо успешнее, чем части тела — был добродушным парнем и отпускал товар по себестоимости. А если в магазин заходила бабушка, сетовавшая на низкую пенсию, то и вовсе выбивал ей скидку. Безотказность Хитмана играла одновременно в плюс и минус, потому что он был добродушен ко всем.
Да и не имелось у Рикки цели стать бизнесменом, которая бы поддушила его вселенскую эмпатию. Его список желаний был коротким и довольно стандартным для манкунианца:
Ходить на матчи «Манчестер Сити» (за МЮ болеют в пригороде).
Подружиться с братьями Галлахерами из Oasis.
Стать чемпионом мира по боксу.
Вообще, сначала ему хотелось быть, как Брюс Ли — но залов ушу в Манчестере не было. А из доступного инвентаря имелся только мешок для отработки ударов в подвале паба. Спортзал, конечно, ужасно тесный, но простому подростку из Манчестера хватало и этого. Более того, скоро у питейного заведения появилось фирменное звуковое сопровождение: хлопки от джебов и хуков, доносящиеся из подвалов. Посетители, воодушевлённые стараниями сына владельцев, просили ещё пинту, чтобы опрокинуть её за того старательного малого.
Кубинские карточки
Ноябрь 1996-го года. В паб New Inn залетает крепко сбитый невысокий паренек с короткой причёской и в тренировочном костюме сборной Англии. Запыхавшись, он подбегает к женщине лет 40, целует её в щёчку и, вобрав в себя новую порцию воздуха, начинает тараторить:
-Мам, привет! Извини, извини меня, пожалуйста, я не мог позвонить — на этой долбанной Кубе со связью проблемы. Там просто прошлый век, как у этого, как его, я ещё в школе читал… а, Оливера Твиста! Горячая вода по расписанию, один час в день. Почему без медали? Да проиграл в полуфинале русскому с какой-то идиотской фамилией: «около Бога». Не, мам, серьёзно: Near God The. Я сам в шоке! И с фамилии, и с проигрыша. Ну да, расстроен, что уж там. Да и ладно, не повезло Англии в боксе — летом в футболе выиграем Евро! Так, сейчас, воды выпью. Чёрт, сплошное пиво вокруг — как его вообще пьют?! Во, минералка, щас (откручивается крышка, идут жадные большие глотки). Ладно, надо пару дней отдохнуть от бокса. Я сейчас домой, душ, переоденусь, музыку послушаю. А вечером в кино схожу, посмотрю фильм «На игле» — говорят, всем заходит. Мам, ну не делай такое лицо, пожалуйста. Да, про наркоманов. Ну это ж фильм, я никогда таким не буду. И так по пути в школу насмотрелся на таких. Просто фильм, говорят, интересный и с юмором. Да, грешно смеяться над убогими, но этот Ирвин ирландец… амммм… да, валлиец, Уэлш, говорят, крутой писатель. По его ж книге фильм. Всё, не волнуйся, буду вечером дома. Хоть вспомню, как выглядит полный стол еды. И вкусной, ты ж готовишь!
**************************************************************************************************
18-летний Рикки Хаттон, главный британский юнец в первом полусреднем весе, истекает потом по пути в Дворец спорта Гаваны. Наверное, комплекс назван в честь Че Гевары или Фиделя, это же Куба. Собственно, парня не особо волнуют размышления о Движении 26-го июля, ибо историей не интересовался. Поэтому он просто ошеломлён окружением из прошлого, будто время остановилось много-много лет назад: застройка не понятно какого века, половина зданий обшарпана, по улицам разъезжают машины чуть ли не из фильмов с Мэрилин Монро — а в окнах светят керосиновые лампы (после распада СССР Куба лишилась дешёвого электричества). Пока сам Рикки бегом спасается от жары и задаётся вопросом: «какого чёрта в ноябре тут +30?». Географию он знал не лучше истории.
Хаттон забегает в дворец и переодевается — спасибо, что ради такого великого события, как первенство мира по боксу среди юниоров, нашлось электричество. Хотя и без света было бы заметно сияние Рикки: максимально не британский боксёр, злой, темповой, постоянно работает связкой «туловище-голова» и провоцирует на размен. Для кубинской публики, выращенной на постулатах «защита, выносливость и рациональность», паренёк из страны колониального империализма выглядел таким же необъяснимым феноменом, как и холодильник в личном пользовании. Прогулка по турниру выдаётся гораздо легче, чем по улицам перегретой Гаваны: до полуфинала англичанин уверенно перебил оппонентов, имена которых всё равно ничего не скажут. Зато следующее известно особым ценителям русского бокса — Тимур Нергадзе.
Рикки выиграл на записках четырёх судей, но проиграл поединок. В любительском боксе удары, зафиксированные на карточках, суммировались в общий показатель — и пятый соглядатай умудрился насчитать у Нергадзе преимущество в 16 попаданий. Говорят, того счетовода потом поймали за взяткой и отстранили от бокса, но это уже не повлияло на то, что русский боксёр прошёл в финал и триумфально взял чемпионат мира.
Подавленный настолько наглым ограблением, Хаттон даже забыл закупиться ромом перед вылетом — а ведь надо было, всё же семейному пабу требовалось расширять ассортимент. Нергадзе же по профессионалам выиграл азиатский пояс WBC, был чемпионом России и выполнил норматив на взрослого международника — однако его фамилия всплывает лишь в тесте для кандидатов на должность редактора AllBoxing.
Рикки в мае 1997-го взял английский чемпионат по любителям и перешёл в профессионалы. А зачем продолжать гнаться за иллюзией олимпийского успеха и терять 3 года? Чтобы на ещё одного «непредвзятого» судью нарваться? Если у Хаттона прозвище «литтл Хитман» в честь Томаса Хирнса, то надо брать пример с легендарного американца: тот тоже надолго в любителях не задержался.
Первая печень и первые трудности
1999-ый год, в пабе New Inn почти штиль — остаётся ещё пара часов до традиционного будничного аншлага. Единственный островок активности заметен у мишени для дартса. 21-летний крепко сбитый паренёк с явно заметной полоской на правой брови, намекающей на недавнее снятие швов, не может попасть в яблочко, несмотря на абсолютную трезвость.
-Ой, Рикки, давай, скажи, что у тебя плечо забилось после тренировки!, — подтрунивает над мазилой приятель.
-Нет, просто я бью наповал хуком, а в дартсе из такого положения не бросишь, — отвечает Хаттон.
-Слушай, ты когда-нибудь у меня выиграешь? Скоро конец света из-за какого-то там миллениум-бага. У тебя не так много времени осталось.
-Чего? Тысячелетнего жука?
-Ты компьютер используешь только для того, чтобы на нём слушать Oasis? Баг — это ошибка, которая пускает всё коту под хвост. Короче, компьютеры не знают, что такое XXI век, в их системе есть числа только до 1999. И, в общем, 1 января 2000-го года они обнулятся до 1 января -го года нашей эры. Вон, правительство уже даже буклеты выпускает об этом.
-Но тогда же тоже существовал бокс? Я смогу стать первым чемпионом мира в истории?
-Пффф, Рикки, ты вообще думаешь о чём-нибудь, кроме бокса? И тогда были гладиаторы, а не боксёры.
-Ну ничего, научусь драться мечом. И у меня будут 1999 лет, чтобы наконец-то одолеть тебя в дартс! Так, я проиграл тебе 2 пинты.
-Могу одну отдать тебе.
-Нет, у меня скоро бой. Вот когда откатимся в прошлое, тогда я всё наверстаю.
**************************************************************************************************
В русской Википедии написано: «Долгое время выступал против посредственных боксеров, не выезжая за пределы родной Англии», — это враньё. На самом деле в первый же год своей профессиональной карьеры Хитман пересёк Атлантику и подрался в Мэддисон Сквер Гарден. Причём важна даже не Мекка американского спортивного интертейнмента как место проведения — а кард. Рикки поехал на разогрев боя Назима Принца, и что ж там были за личности на афише:
Дэнни Уилльямс — спустя 7 лет будет претендовать на пояса Виталия Кличко, а потом превратится в такого джорнимена, что его бросят под 40-летнего Сергея Харитонова.
Майкл Кларк — главная американская надежда в лёгком весе, шедшая тогда победной поступью к титульнику. Через 2 года улетит от Артура Григоряна.
Кеннеди МакКинни — олимпийский чемпион Сеула, желавший вернуться в гонку за поясом во втором легчайшем весе после поражения Марко Антонио Баррере.
Джуниор Джонс — он как раз дважды успел пройти Барреру, хоть в первом поединке победил абсурдной дисквалификацией. Чуть позже будет жестоко забит Эриком Моралесом.
Кевин Келли — бывший чемпион WBC в полулёгком весе.
Рикки устроил активную и высокотемповую зарубу с Робертом Альварезом, победив единогласным решением. Только тогда этого не заметили — до такой степени, что даже полный бой в сети сложно найти. Хотя статус ивента вроде бы обязывал сохранить всё.
Про «посредственных боксёров» тоже дезинформация от русских редакторов свободной энциклопедии. Через 2 года Хитман вышел на Диллона Карью, недавно скатавшего ничью с будущим чемпионом в первом полусреднем весе ДеМаркусом Корли. Товарищи-товарищи, меньше иронии: может быть, вам Чоп-Чоп запомнился как трамплин для Руслана Проводникова и Виктора Постола, но тогда это был перспективный боец — а Карью удивил всех тем исходом.
Атлетичный мулат из Гайаны регулярно менял стойки, комбинировал джеб-контроль с заходами с дальней руки, неплохо уходил корпусом от атак Рикки — единственное, плохо читал комбинации по этажам и уже после четвёртого раунда чувствовал боль в рёбрах. Наверное, манкунианец додавил бы Диллона к 7-8 раунду за счёт аккумулятивной мощи, но Карью без разведки кидает левый хук — Хаттон опережает симметричным ударом, но попадает предплечьем. Однако даже этого хватает, чтобы соперник с широко раскрытым ртом (то ли от разительной боли, то ли от удивления) упал в нокдаун. А дальше британец хладнокровно загнал в угол и заколотил боковыми.
Представьте, насколько быстрым и резким был тот крюк, если даже смазанное попадание предплечьем роняло! Страшно подумать, что ж за локти бы вылетали у Хаттона, попади он в секцию муай-тай.
Вроде у Хитмана всё идёт неплохо: стал лучшим молодым боксёром Британии в 1999-м, одержав 6 побед за год (и лишь одна из них — решением). Признание журналистов довело его до мейн-ивента на Уэмбли, где предстояло узнать имя нового повелителя Королевства во первом полусреднем. И Джон Текстон горел этим поединком, ведь годом ранее он упустил такую же возможность в поединке с Джейсоном Роулэндом. Честно, ничего феноменального в Текстоне не имелось. Но он уверенно держал уровень за счёт двух особенностей:
Был природным левшой.
Контратаковал хуком с передней руки.
Именно на боковой с правой Рикки нарвался сразу же, и мгновенно на месте левой надбровной дуги образовался громадный фиолетовый эллипс. К концу второго раунда область глаза Хаттона выглядела так, будто Хитман её загримировал в багровый цвет, словно он воин племени чероки и идёт войной на бледнолицых. Однако парень отнёсся к этому стоически и даже с юмором: в 1998-м Пол Дентон ему порвал бровь с другой стороны, теперь хотя бы будут симметричные шрамы. Через 5 минут Рикки наконец-то начал поднимать левую руку вверх, и всё пошло по маслу — даже не понятно, как Текстон дожил до решения.
Дальше план ясен: зашить бровь (28 швов), перебиться одним боем против середнячка и наконец-то выйти на Роуленда. Кстати, забавно, но Джейсон, будучи более титулованным на тот момент боксёром, разогревал Хаттона в том ивенте на Уэмбли, бесподобно и беспощадно раскатав Виктора Баранова со счётом 118-110. В очной схватке фактически ставилась карьера каждого из них на кон.
Экватор четвёртого раунда, Роуленд отлично прощупывает селезёнку Хаттона хуком. Однако запаздывает в размене, отлетает к канатам с левого бокового, пытается раскачками уйти от добивания — но лишь идеально подставляется для короткого хука. Остаётся минута, Рикки подходит к вставшему после нокдауна Джейсону, кидает джеб и сразу переводит в печень!
Этот нокаут известен многим. И стал определяющим для карьеры обоих: превратился в визитную карточку хайлайтов Хаттона и похоронил все надежды Роуленда. Перспективный лысый боксёр из потенциального соперника Заба Джуды и английского топа превратился в «а, это тот самый, которому Хаттон печёнку пробил». После этого нокаута Роуленд получил лишь один бой и просто закончил.
Далее качество оппозиции уж точно не вырастало, ибо выделить можно разве только тогда перспективного нокаутёра Михаила Криволапова с интерконтинентальным поясом WBC, недавно раздавленного Шармбой Митчеллом Майкла Стюарта и Винса Филлипса, того самого криптонита Кости Цзю.
Хотя наибольшие проблемы создали не они, а дуболомный валлийский Терминатор Имон Маджи — уже на первой минуте боя он поймал Рикки на знакомой ошибке с отсутствием левой руки и своим правым оверхендом свалил так, что импульс по телу Хитмана прошёл маршрут от мозга до пят. Да, темповой англичанин передавил и передышал, победив единогласным — но падать в нокдаун в Манчестере против аутсайдера совсем не престижно.
Хаттон не искореняет свои ошибки. Будто бы не он так хорош — а просто некому наказать за такие оплошности. Вот стоял бы против него умный и подвижный боксёр с большим опытом…
На глазах у Гладиатора
Апрель 2005-го года, район Дентон на юго-востоке Манчестера, зал Phoenix Camp. На ступеньках возле ринга сидит молодой боксёр с заполненными энтузиазма глазами перед очередной тренировкой. В руках у него пластиковый стаканчик с заваренным чаем. Рядом с ним — 50-летний тренер с немного усталым взглядом. Единственное, что веселит при взгляде на него — странная тёмная мешковатая шапочка-берет. Тренер Билли Грэм задумчиво сидит, извлекая слова только в перерывах между затяжками. Ему можно курить в помещении, ведь он готовит боксёра к бою всей жизни.
В облаке никотина повисло всё: неверие экспертов, попытки уговорить себя на трёхчасовую тренировку с больными кистями, которые будут трещать от ударов подопечного по лапам, разработка плана на поединок и определённый страх перед будущим. Грэм понимал, что за свою карьеру тренером он никогда не решал таких сложных задач. Но гораздо больше его пугает собственный воспитанник, умиротворённо попивающий чай. Это он сейчас такой, а спустя 20 минут войдёт в раж и заполнит весь квартал звуками ярости и отличных ударов. Энтузиазм и злость — страшное оружие Рикки, способное как совершить невозможное, так и привести к глупому поражению. Однако он — единственный человек в радиусе 100 миль, способный изменить мировую историю бокса.
Грэм потушил окурок. Предстоял один из многих дней подготовки к апсету.
**************************************************************************************************
Рикки сам нашёл себе оппозицию, и вы знаете, о каком поединке пойдёт речь. Цзю шёл на серии объёмом в 13 побед и длиной в 7,5 лет. Являлся абсолютом первого полусреднего (пояс WBO далеко не сразу стал обязательным). Но, самое важное, Костя уже побеждал довольно похожего по стилю оппонента — агрессивного Хулио Сезара Чавеса. Правда, почему-то многие опускали один момент: мексиканец подходил к россиянину старой и сытой легендой, которую к бою нагло протолкнула WBC. Хаттон имел принципиально иной настрой.
Который лишь подпитывался лондонской прессой, откровенно хоронившей соотечественника. Настолько британские газеты боялись доминации Цзю, особенно после легендарного нокаута против Джуды. Только именно этот момент и натолкнул Грэма на мысль. Следите за логикой:
Самое опасное оружие Кости → быстрый оверхенд, который компенсирует небольшой размах рук.
Джуда и Митчелл попадались на том, что уклонялись от левой —> Цзю знал это и заводил правую максимально в сторону.
Учитывая, что Хитман иногда не хочет видеть боковые, это опасно. Что надо сделать Хаттону?
Отключить переднюю руку Цзю, чтобы не отвлекаться на неё.
Не мотать головой из стороны в сторону, особенно на разрыве дистанции.
Установить такую дистанцию, из которой Косте будет сложно быстро контратаковать боковым.
Вырисовывается простой план:
Прижать голову к груди —> сокращать дистанцию резкими боковыми на скачке —> компенсировать малый угол обозрения постоянными клинчами —> накидывать в телефонной будке —> на выходе резко кидать или хук, или апперкот.
НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ УХОДИТЬ УКЛОНОМ. РИККИ, ЗАПОМНИ!
4 июня 2005-го года. До главного боя остаётся 10 минут. В голове по кругу прокручиваются цитаты всех этих журналистов-алкоголиков, вообразивших себя экспертами бокса:
«Хаттон прямолинеен»
«Цзю отдаст первые раунды, а дальше сводит этого манка в школу советского бокса»
«С такой слабой защитой Рикки не продержится»
«Я знаю, как закончится этот день: 22 тысячи манкунианцев будут штурмовать пабы северного Манчестера, чтобы накидаться после увиденного позора своего земляка»
Хитман выкидывает всю эту печатную мишуру и говорит себе: «Поэтому вы и журналисты. Вы даже не представляете, каким плюсом станет моя прямолинейность. Кто там прилетел поддержать Цзю? Расселл Кроу? Сегодня я ему покажу, что такое свергать императора на арене. Гладиатор ты недоделанный».
Первые 5 раундов прошли идеально: Рикки нанёс столько урона, что сбил все алгоритмы в усовершенствованной годами методичке Цзю. Жёсткие апперкоты из клинча, агрессивные хуки на скачке, постоянная возня вблизи — всё это изводило чемпиона. Костя надеялся с приемлемыми потерями подойти к миттельшпилю, однако он потерял голову.
Цзю с 6-ой трёхминутки стал опаснее, и вот уже бьёт хороший правый боковой прям в ухо. Только сам он вообще не похож на себя: застаивается в центре ринга, двигается исключительно по прямой и лезет в необдуманные размены. Панчер с отличным таймингом загнан, он пытается механически наверстать статистику по попаданиям, регулярно подставляя самого себя под атаки.
В девятом раунде чемпион дышит через рот и держится лишь потому, что на него смотрит сам гладиатор Максимус. Казалось, Рикки осталось лишь дожать бой. Однако на последней ступеньке перед успехом Хаттон сам спотыкается: уставший от пары попаданий ниже пояса, он теряет самообладание и вымещает всю злость левым хуком прямо по ракушке. Рефери Дейв Пэррис ощущает себя Буридановым ослом: за такие очевидные и провокационные вещи нужно снимать балл — но тогда потеряется последовательность судейства, ведь Косте за его действия ничего не было. Да ладно, чего выдумывать: человек в синей рубашке понимал, что его просто уничтожит манчестерская толпа, если Хитман понесёт наказание.
Рикки переполняет злость совместно с бессилием. Садясь на стульчик, он говорит:
-Я не могу. Всё, нет сил.
Мудрый Билли Грэм выдаёт речь, несильно уступавшей легендарному мотивационному спичу тренера Леона Эдвардса:
-Я не хочу этого слышать. Ты знал, что рано или поздно у тебя не останется сил в бою. Сейчас это произошло. Ты можешь взять и слить преимущество в поединке, к которому шёл всю жизнь. Давай, я тебе не мешаю. Но если ты это сделаешь, все поймут, что ты не тот самый крутой и жёсткий Рикки Хаттон, о котором говорят в Манчестере. Все разочаруются. Иди и разочаруй СВОИХ людей из СВОЕГО города.
Последние 2 раунда в трансляцию регулярно попадают крики на русском из-за угла: «ДВИГАЙСЯ». Однако Цзю не помогли бы и сапоги-скороходы, ведь на него прёт Рикки Хаттон с инерцией всей продукции манкунианского судостроения. Уязвлённая гордость — кочегар, забрасывающий уголь в котёл. Хитман прижимает к канатам, бьёт, давит, постоянно мажет, но не позволяет чемпиону уйти с дистанции.
Этот теплоход надвигался даже не на самого Цзю — нет, он шёл на всех парах к Флит-стрит, на офисы всех этих чопорных лондонских СМИ, заранее похоронивших британского боксёра. Прямо с берега Темзы въехать на берег и, разрушая все законы физики, докатиться до центра словоблудия и графомании.
Выброшенное перед заключительным раундом полотенце посеяло панику во множестве редакций: нужно срочно переписывать статью! И ещё пооправдываться как-то убедительно, что, мол, мы дали верные прогнозы, но Цзю летел через весь мир, не прошёл акклиматизацию. И точно упомянуть тот удар в пах.
Однако наплевать вообще на все оправдания: Хаттон не просто сотворил главную сенсацию года, он показал, как можно победить банальным примитивом. Безусловно, конец поединка было уже невозможно смотреть. Да, Цзю морально оказался не готов к такому бою. Но Рикки Хаттон показал, что всё возможно, когда в тебя верит весь город. Знал бы он, как от него потом все отвернутся…
Но тогда Рикки обожали все, ведь он творил историю английского бокса. Оформив под конец года сокрушительный нокаут левым на скачке против Карлоса Мауссы, Хитман стал первым англичанином, выигравшим титул боксёра года по версии The Ring. Даже Леннокса Льюиса так не награждали, а тут лауреатом стал боец, которому за полгода до этого не давали и шанса на победу.
Isla de Muerta
Март 2007-го года, паб New Inn. Посетители убивают время различными разговорами и развлечениями перед просмотром матча «Манчестер Сити». На весь зал грохочет один из главных хитов сезона — новая песня Kaiser Chiefs. Разогретый пивом народ на ура принимает творение инди-рок квартета из Лидса. Аккурат к припеву распахивается дверь, появляется плотненький парень в мешковатом свитере. Если вы не из Манчестера, никогда бы в нём не узнали непобеждённого боксёра.
«Рикки, Рикки, Рикки, Рикки», — зал сразу переделывает строчку припева в честь гостя. Тем более несложно заменить Ruby на Ricky.
Герой народной кавер-версии победоносно вскидывает руки вверх. Он знает, что прозвучит дальше:
-Эй, пухляш, давай, с тебя 2 штрафные пинты!
Рикки поворачивается к бармену, кивает с улыбкой, подтверждая заказ. Подходит к столику давних знакомых, берёт в руки 2 куска жареной рыбы, макает в сырный соус и четырьмя взмахами челюстей расправляется с едой.
-Вот вам и полусредний вес, ребята!, — весь столик истерически смеётся.
Рикки смущённо улыбается. Он знает, что сегодняшний рацион никак не повлияет на его подготовку к бою. Пивная диета со всем жареным — это нормально, через 3 месяца всё будет: и вес, и форма, и очередная победа.
**************************************************************************************************
Ну, всё понятно — слава быстро накрыла разум, задница опирается на сидения из кожи камчатского изюбря в салоне нового Hummer+утро начинается уже с кокоса. Но нет, все эти внезапно свалившиеся регалии вместе с ошеломительной вспышкой народной, даже национальной, любви не сбили Рикки с толку. Его-то сгубил как раз не успех: будучи чемпионом мира, Хитман продолжал оставаться на той же земле, что и сосед-слесарь.
Более того, Хаттон продолжал побеждать. Хотя следующий бой превратился в нехилую взбучку для него. Точнее, начинался он прекрасно — с нокдауна за 10 секунд! Оппонент нерасторопно развернулся, а Рикки на скачке донёс закорючку, там даже полноценного хука не было. Запахло довольно быстрой и лёгкой победой, но не просто так имя соперника ещё не раскрыто. Им являлся Луис Коллацо — его запомнили по избиениям от Амира Хана и Кита Турмана, однако на тот момент американца с латинскими корнями считали перспективным.
После испорченного начала Луис не повторил ошибок Цзю, выбросив из головы панику. Фантом быстрой победы для Хаттона исчез: Коллацо пластичными уклонами уходил от прямолинейных атак, агрессивно встречал, пробивал почтальоны и к середине поединка забирал бой. Подвижный левша наказывал британца за отсутствие прогресса, каждым попаданием показывая, что повторения сценария 4 июня 2005-го года не случится.
Однако кульминация в чём-то сошлась: Коллацо повёлся на размены в ближняке, хотя ему незачем лезть с таким превосходством в движении и технике. Плюс его сильно развёрнутый корпус и кошачья стойка из преимуществ на дальней резко переходили в разряд недостатков в клинче.
На утро 14 мая 2006-го года британские газеты в красках расписали ход второй половины боя, скромно умолчав о том, что происходило ранее. Коллацо проиграл единогласным решением, однако точно не со счётом 112-115, выставленным сразу на двух карточках. Хотя чего Рикки переживать: он всё равно победил, пусть и на тоненького.
Угадайте, что сделал Хитман, когда узнал, что дальше ему предстоит драться с предсказуемым Хуаном Уранго — фактурным, но ограниченным боксёром? Нет, не занюхался до чёртиков, это всё будет позже. Изменил план, больше уделил внимания контролю дистанции и даже показал приличную по своим меркам защиту: всего 153 пропущенных за 12 раундов! По меркам Рикки Хаттона такой показатель — уровень Гильермо Ригондо, не меньше.
Только для достижения своего острова Линкольн британскому теплоходу пиара всё же требовалась одна важная остановка: опытный и жёсткий оппонент крепкого уровня с репутацией. Им стал Хосе Луис Кастильо.
[ремарка от фан-клуба Мэйвезера]
Вся его репутация построена на том, что в первом бою с Красавчиком ему накинули несколько раундов. Средний тупоголовый боксёр, которого помнят лишь за «несправедливое ограбление».
[ремарка от фан-клуба Проводникова]
Пфффф, жёсткий оппонент крепкого уровня?
Однако тогда у фамилии Кастильо имелась положительная коннотация по 2 причинам:
Действительно из-за первого боя с Мэем.
Благодаря великой зарубе с Диего Корралесом. Да, в той мексиканской бойне Хосе улетел, только на его репутацию это не повлияло. Тем более он успешно отомстил Чико.
Британской аудитории Кастильо подавали не как сдавшего боксёра, с трудом победившего Германа Нгуджо — а как трушного мексиканца, который готов показать Хитману, что такое настоящее Estilo Mexicano. Ведь Хаттон, духовный преемник агрессивного ацтекского бокса, никогда не дрался с аутентичным мексиканцем, прошедшим через эту школу. У него хватало латиноамериканцев — но как человек имеет право носить прозвище Little Mexican, если не доказал его в схватке с Original?
Бой, обещавший нам рубилово, на деле обернулся скучнейшим грязным боксом. И в первую очередь из-за Кастильо: он вышел не в роли жёсткого и агрессивного атакующего мексиканца — на наших глазах он потихоньку осваивал амплуа будущей жертвы Проводникова. Рикки спокойно работал и реализовал первую же возможность, оформив один из своих лучших нокаутов: левый полусвинг в печень. Вроде бы Хосе закрывал бок плечом, однако Хитман обнаружил щелочку и чётко просунул руку. Нокаутировать мексиканца мексиканским способом в ранних раундах — это заявка на покорение вершины.
И всем уже было плевать, что Хаттон утомляет себя страшными весогонками из-за пофигистичного отношения к питанию. Мало кто хотел критически отнестись к списку последних жертв, где за именами скрывались какие-то обстоятельства: Цзю — морально выгорел, Кастильо — прошёл свой пик. Подготовленный и сконцентрированный Коллацо дал тяжелейший бой и проиграл, если забыть про официальный вердикт, с разницей в один балл.
Общественности хотелось боя с Мэйвезером. Тогда это выглядело логичным вариантом, но на самом деле все толкали Рикки в бездну.
Бессильная человечность
Октябрь 2007-го, паб New Inn. С высоты зал напоминает круг из мишени для дартса: есть яблочко, а около него плотно выстроенная из людей окружность. В центре — Рикки Хаттон с 6 пинтами тёмного эля. Скопившиеся посетители шутят, что боец тренируется уничтожать чёрного — и после пива соответствующего цвета будет повержен и оппонент того же окраса. Со всех сторон летят фразы:
-Ты закончишь его карьеру!
-Я ради этого боя даже куплю отдельный пакет кабельного!
-Да этот Мэйвезер уже совсем зазвездился, считает себя лучше Шугара Рэя!
-Интересно, как долго его будут припудривать перед боем?
-Сколько нужно менеджеров, чтобы надеть перчатки Мэйвезеру? 5. Один надевает, а остальные четверо проверяют раздевалку на наличие угрозы.
-Он типа самый крутой боксёр, а везде ходит с кучей бугаёв, будто его на каждом углу ожидает опасность.
Рикки пытается не реагировать на такое высокомерие толпы. Они же просто хотят его поддержать. Зарядить уверенностью. Не их вина, что они не понимают, кто скрывается за образом VIP-персоны и готовой сатиры на гламур. Мэй смешон на протяжении 23 часов. Но Хаттону предстоит провести тот самый час, когда Флойд серьёзен, опасен и попросту великолепен.
Ладно, зачем сейчас грузиться и думать об опасности Флойда. Надо опрокинуть пинту и повеселиться.
**************************************************************************************************
Ладно, тут точно всё предсказуемо: скромняга Хаттон ослеп от галогенового фона вспышек фотокамер, которые в разогревочном турне перед боем 2007-го года затмили собой небо. Однако снова нет — Рикки отлично смотрелся. Да, говорил с неловкими паузами, но что за шутки вырывались из его уст:
«Он отчуждает себя от фанатов Его всегда и везде окружают аж пять менеджеров. В чём смысл быть лучшим боксёром мира, если все считают тебя м****ой»?
Или:
«Я так долго не виделся со своим шестилетним сыном, мне хочется провести время со своей семьёй. Хотя я бы не сказал, что сильно по нему соскучился, потому что всю неделю я возился с другим ребёнком».
Хаттон хорошо подготовил свою речь и точно бил по характеру надменного Мэйвезера. Во время турне кривляющийся Флойд вызывал только отвращение, а уж когда он вышел в футболке «Манчестер Юнайтед», то стало откровенно стыдно: человек, толком не слышавший о футболе, решил максимально банальным способом подколоть Хитмана.
Если вы ценили человечность в спорте, то наверняка болели именно за Рикки. Он за время турне перерос уровень «кумира синих воротничков», перейдя в разряд человека, который обязан наказать надменного понтореза, швыряющего деньги в камеру, чтобы за ними не было видно его комплексов.
Однако выглядеть приятным на фоне Флойда несложно. Гораздо труднее оказать ему достойное сопротивление в том случае, когда он — контаминация лучших качеств твоих прежних соперников, возведённых в абсолют:
пластичнее и искуснее в защите, чем Коллацо.
гораздо жёстче в грязном боксе, чем Кастильо.
умнее и точнее, чем Цзю.
8 декабря 2007-го года вспоминается, как один из самых грубых и разочаровывающих деклассов в XXI-м веке. Хотя первые 2 раунда Рикки отбоксировал неплохо. Нет, он не выглядел лучше, но хотя бы давил, чуть-чуть думал о защите и даже один раз хорошо попал. Только его остальные удары приходились чёрти куда — вроде и пробил, но куда-то в плечо или грудь. А фирменный клинч растворился в мастерстве грязного бокса Мэя.
Если на пресс-конференциях Хаттон никак не реагировал на любые провокации оппонента, то в ринге он завёлся от бессилия. Итогом этого гнева стал тот самый прыжок лицом вперёд на левый хук в девятом раунде.
Рикки расстроил не сам факт поражения вселенскому злодею. А осознание собственного несовершенства. Мани Флойд не умел залезать в голову словами — однако обладал уникальным умением вывести из себя оппонента превосходством в боксе. Хаттон недолюбливал Флойда, но это прошло. Не хотел проигрывать, но с этим можно смириться. Однако он не мог вынести того, что смотрится так плохо на фоне лучшего.
Я сказал про бездну, хотя вроде бы Рикки даже смог восстановиться после того поражения. Но падение Хитмана началось с последствий разгрома: он рассорился с Грэмом, тренером, без которого Хаттон не вырос бы психологически. Существует множество хороших тактиков или технарей, однако Билли развивал подопечного ментально и заставлял совершенствоваться. И обидно, что причиной разлада стали деньги: будто бы Грэма обидели с процентами. Первый важный человек в жизни Рикки ушёл как-то не по-человечески. Хаттон строил отношения с людьми на доверии, но оно не выдержало испытания чеками. И это был первый сигнал, что стандартный уклад жизни Хитмана рушится.
Но нет, британец не сдался и ещё не спился. В качестве восстановительного боя он уверенно закончил карьеру Хуана Ласкано, хотя даже против него чуть не улетел в нокдаун. Далее и вовсе обратился к Мэйвезеру-старшему, признав свои пробелы и переступив через собственную гордыню. Ради того, чтобы вернуться в гонку, чтобы наконец-то одолеть техничного и заносчивого боксёра. Пусть теперь это и Пол Малиньяджи.
Волшебник и сам нуждался в самоутверждении: ему всё вспоминали однозначно проигранную битву Мигелю Котто. Итальянский американец отмахивался, что ему тогда банально не хватило опыта — да и Котто как боец умнее, чем Хаттон.
Как же Поли недооценил британца. Хитман выжал максимум из своего футворка, запутывал Малиньяджи раскачками и использовал вредную привычку Волшебника — низко опущенную заднюю руку. Рикки сначала страшно вымотал американца, чуть не отправив в нокдаун во втором раунде, чем нивелировал отставание в движении. А далее миксовал панчинг через джеб со своими любимыми клинчами. Уже к экватору поединка Поли выглядел измочаленным до такой степени, что пропускал мимо ушей подсказки Бадди Макгирта.
Хаттон перемолол Малиньяджи, вынудив угол оппонента выбросить полотенце. После такой ночки показалось, будто Рикки прогрессирует и снова готов зацепиться за топ-3 полусреднего. Да, Хитман показал отличный бой и заставил обычно истеричного американца промычать лишь скромное «Хаттон просто был лучше». Только он не перестал быть предсказуемым и всё равно ловил необязательные джебы.
Искупление на дне
Август 2010-го года, один из пабов на востоке Манчестера. Время около 4 утра, в помещении остались лишь бармен и какой-то невзрачный толстячок в панамке. Для человека за стойкой толстячок — загадка, поиски ответа на которую довольно затруднительны. Опытные бармены читают людей и быстро могут составить приблизительный портрет личности. Однако тут прямо ребус. Итак, начнём сначала и построим логическую цепочку.
Одет обычно, однако за одну ночь он принёс двухдневную выручку заведению. Своими фунтами не кичится и будто вообще не хочет, чтобы его узнали, аж панамку на глаза сдвинул. Меры конспирации на уровне голливудской звезды, хотя с такой внешностью его максимум — играть гопоту в бюджетном сериале на BBC 4.
-Понимаешь, я так и не выкинул тот нокдаун в спарринге из головы. Я случайно упал за 12 дней до боя на обычной тренировке. Да и нокдаун обычный. Что, упал-встал. Но я такой: «Если меня зацепили в спарринге, то что ж со мной сделает Мэнни?!». Мне нельзя было выходить на тот бой, но я не мог отказаться от этого.
Так, понятно, боксёр. Но слишком богатый для очередного неудавшегося Тайсона или кто там вообще в боксе лучший. Стыдно быть британским барменом и не разбираться в спорте. Может быть, это успешный бизнесмен, который спустя много лет всё ещё хранит в себе комплекс неполноценности? И заливает его миксом из водки и текилы? Так, надо телефон поближе к себе подвинуть, чтобы сразу набрать 999.
-Я просто не могу смотреть в глаза людям после того, как на их глазах лёг. В меня верил весь Манчестер, а я, я, я что? Грохнулся! За пять минут! Чемпион мира падает, как школьник какой-то.
Господи, он залпом выпивает свой самодельный коктейль и даже не морщится! Так может только умалишённый. Да и его исповедь похожа на бред сумасшедшего. Хорошо, даже если он очень известный боксёр, то что он забыл в этом гадюшнике? Говорят, в Лондоне есть Джон Терри, капитан сборной по футболу, тот ещё гуляка. Но он весёлый, танцует, пьёт — понимаю, успешный спортсмен. Этот же — толстый забулдыга, такие становятся чемпионами разве что в Тмутаракани. А лепит, будто чемпион целого мира. Да чемпионы мира на своей вилле на Сардинии паб устраивают. И наливают им не отчисленные религиоведы, как я — а пышногрудые модели с обложки Плейбоя.
-О, что за песня играет? Wonderful Life? Группы Hurts? Забавное сочетание: группа «болит» поёт о чудесной жизни. А, они из Манчестера? Только начинают? Не, ну песня классная, хотя я больше по рокешнику. Вот у них будет Wonderful Life, если продолжат такие хорошие песни писать. А у меня всё, hurts сплошной.
Ну всё, необратимые процессы в мозгу начинаются: резкие перескоки с темы на тему, чрезмерная болтливость, подавленное эмоциональное состояние. Бокс в сочетании с алкоголизмом и не до такого доводит. А песня, кстати, о суицидальных мыслях. И о том, как мимо проходящая девушка спасает человека от прыжка с моста.
-Дружище, извини, что задержал тебя. Понимаю твою работу, сам вырос в пабе. Я пью не потому, что мне это нравится. И я не какой-то конченный. Просто потерял смысл жизни и доверие людей. Извини ещё раз, вот тебе чаевые. Пока.
Опрокидывает финальный шот коктейля. Почему-то не сразу встал, а ещё на пару минут уставился на нож позади меня, которым я эффектно срезаю пробки с бутылок. Блин, он точно ненормальный, пора звонить 999. О, встаёт. Уходит уверенной для человека, выпившего литр сорокаградусных напитков, походкой. Так, телефон… а, да и х*р с ним. Вроде живой и даже не агрессивный.
**************************************************************************************************
С одной стороны, всем хотелось боя Хаттон-Пакьяо. Ибо было понятно, что конец у поединка будет красочным. С другой, подкрадывалось ощущение, будто Мэнни слишком хорош для британца. Единственное, что играло против филиппинца — репутация посетителя дома престарелых. Ибо Моралеса (причём только со второй попытки) и Оскара Де Ла Хою он победил, когда те уже близились к закату. Плюс история с отвратительными решениями против Хуана Мануэля Маркеса тоже давила. Что-то хиловат Мэнни против сильного оппонента в расцвете сил — а Хитман только что выдал лучший бой в карьере.
Однако так говорили только предвзятые личности. Забывая 3 факта:
Именно Пакьяо нокаутировал пикового Барреру в первом поединке. Того Барреру, который навсегда погасил Назима Принца, закатил потрясающий бой с ещё горячим Моралесом и уничтожил Джонни Тапию.
Никто не имел такой опыт противостояния с явно атакующими рубаками, как филиппинец. В 2009-м Пакмена считали лучшим мастером по нейтрализации мексиканского стиля.
ХММ, с которым Мэнни настрадался и был вытянут за уши, являлся умным и расчётливым контрпанчером. Рикки прямо противоположен Маркесу.
В ретроспективе так и врывается в голову вопрос: «На что Хаттон вообще надеялся?». На превосходство в габаритах и возможность держать высокий темп. Не самый плохой план, если не вспоминать, каким монстром являлся Пакмэн-2009. Поражающая ловкость рук и феноменальная реакция филиппинца сделали всё, чтобы поединок закончился как можно быстрее и унизительнее.
Этот поединок изменил субкультуру и историю бокса, стал началом героизации образа Пакьяо и точкой невозврата для Хаттона. Из Мэнни мгновенно слепили образ того самого обезумевшего гука, который разнесёт миликанца Мэйвезера — неженка Мани Флойд после просмотра того боя от страха аж запросил допинг-тестирование. 2 нокдауна (первый особо жёсткий) и красивый нокаут оформили Пака как вечную легенду полусреднего.
Из Хаттона слепили мем про «защиту лицом» и выбросили из коллекции топов, будто потерявшую популярность игрушку из набора Хэппи Мил. Всё, налюбовались вашим Хаттоном, потребителю нужны новые фигурки, как Котто или Хан.
Да и самому Рикки такая массовая амнезия аудитории только была на руку: он мог тихо в своём особняке приступить к саморазрушению. Ему было стыдно снова, что он выглядел бессильным на глазах миллионов. Опять тот же сюжет — он ничего не смог поделать с тем, кто талантливее. Разница лишь одна: Мэйвезер не торопился, измываясь над спешащим Хитманом — а Пакмэн хлёстко поймал на трёх ошибках. Может быть, приговором для самооценки Хаттона стал именно факт чистого нокаута, того, что вообще невозможно было представить.
Кстати, про особняк — Рикки, большой любитель Элвиса Пресли, печально дальновидно назвал свой новый дом Heartbreak Hotel. Да, в честь главного хита Короля рок-н-ролла. Только песня повествует о том, как одиночество доводит до суицидальных мыслей.
В своём Отеле отчаяния Хаттон напивался вусмерть, рыдал и загадочно смотрел на нож в собственных руках. Всё, что отдаляло его от досрочного финала — физическая невозможность резко дёрнуть руку вследствие чрезмерной интоксикации. Из дома он практически не выходил, особенно после тех самых заголовков про кокаин в отеле. Это алкогольно-деструктивное затворничество убивало печень и рассудок человека просто потому, что он проиграл один бой. И чтобы понять, как бывший чемпион мира с рекордом 45-2 дошёл до автодеструкции, стоит узнать, с каких слов началась подготовка к бою с Вячеславом Сенченко:
«I have to redeem myself», — такие слова прозвучали в трубке, когда Рикки набрал тренеру Бобу Шеннону.
Я должен искупить свою вину. Глагол redeem имеет библейскую стилистику в контексте исправления за совершённые грехи. В этом кроется первоисточник депрессии Хаттона — только он мог усложнить принцип реабилитации и вознести его в рамки морального освобождения от тяжёлого груза.
Однако спасибо на том, что уже не пьёт. Пусть хоть доискупляется, зато вернётся в привычный ритм жизни и будет смотреть на лапы вместо набора ножей. Оказалось, что это было не лучшей идеей: ужасная весогонка, стоившая 31 килограмма, изнурила и так растренированного Хаттона, что бой против Сенченко не хочется вспоминать. Просто для протокола: технический нокаут в девятом раунде после пропущенного левого хука в печень. Пасть от своего же фирменного удара — это точно не искупление. Больше похоже на личный душевный апокалипсис.
Потому что бокс — это не спасение, не испытание и не ниспосланная сверху судьба. Бокс — это деятельность и жизнь, полноценная и ежедневная. Так мыслили Мэйвезер и Пакьяо. В этом они и были лучше Хаттона. Он же принимал все составляющие слишком близко к сердцу, относился чересчур душевно и даже эпически к нему. Весогонку обязательно пройти с библейскими испытаниями. Поражение переживать, как Иов, борясь с искушением дьявола. Биться не только ради самооценки, но ещё и за весь Манчестер.
К безответственному моральному саморазрушению Рикки Хаттона привела чрезмерная сердечность. Он победил Цзю и стал чемпионом, потому что побоялся разочаровать родной город. Он превратился в хронически депрессивного алкоголика, потому что посчитал себя виноватым перед людьми и выдумал себе вину.
Кабачная пелена
15 сентября 2025-го, паб Cheshire Cheese на юго-востоке Манчестера. 18:00, уставшие после первого рабочего дня недели рабочие заходят в зал. Несмотря на большое скопление народа, нет гула и шума. Все пришли ради одного человека — вот он, на экране телевизора долбит апперкотами Костю Цзю. Каждый в этом пабе лично знал этого парня: кто-то учился в параллельном классе с тогда ещё буквально подвальным боксёром, кто-то рубился с ним в дартс, когда тот только начинал профессиональную карьеру. Парочка ребят торжественно встречала его в аэропорту после победы над Кастильо. Хотя большинство посетителей увидели Рикки гораздо позже, уже в качестве бывшего боксёра. И они впервые наблюдают за Хаттоном в расцвете сил на ринге, один из углов которого обит рекламой олимпийской заявкой Москвы на 2012-ый год. Для них все эти кадры — из несуществующего измерения: Рикки без капли жира и такой свежий, Москва соревнуется с Лондоном за право провести Олимпиаду. Эх, сидел бы сейчас Рикки с микрофоном и комментировал свой триумф. Но он не придёт.
Глядя на этого целеустремлённого парня, идущего вперёд к сенсационному чемпионству, каждый понимает, кого вчерашним днём потерял Манчестер. Не просто доброго и скромного пухляша Рикки. А последнего настоящего британского чемпиона.
**************************************************************************************************
Хаттон пытался выглядеть на публике весёлым. Вот он с чуть ли не щенячьим восторгом показывает съёмочной бригаде BBC расписанный Галлахерами стратокастер лазурного цвета — и говорит об этом не как икона Манчестера и чемпион мира, а как всё тот же подросток, гонявший в своей комнате альбомы Oasis, которому повезло получить две закорючки от кумиров.
Или же приходит на подкаст и балагурит. Оп, он уже в зале помогает Майклу Биспингу усовершенствовать технику. А тут с гордостью выводит своего сына и широко улыбается, видя, как Кэмпбелл пробивает печёночку оппоненту.
Рикки не пропил все свои деньги, не превратился в полубомжа, как это чуть не произошло с Полом Гаскойном. Более того, даже запустил свою промоутерскую компанию, которая, правда, промахнулась со всеми подписантами и быстро исчезла.
За этим публичным оптимизмом скрывались попытки жить. Именно попытки, ведь в его близком окружении опять начались ссоры из-за денег — а стычка с отцом на парковке стала хедлайнером всех газетных заголовков. Даже когда все плохие истории остались в прошлом, а документальный фильм обо всех страданиях собрал отличные отзыв и даже собрал премии, всеобъемлющая вина перед всеми и за всё не исчезала.
Последняя публикация Рикки в соцсетях — видео из зала с обливающимся потом на беговой дорожке Хаттоном. Его гордый взгляд будто говорит нам, что всё о’кей, идём вперёд. Однако он мужественно скрывал терзающую его душу правду — за 16 лет ему так и не удалось покинуть свой Отель отчаяния.
Обычно истории о саморазрушении богатых и успешных сопровождаются глаголами «зажрался», «зазведился». Однако они не применимы к Хаттону: будучи на небосклоне бокса, он мыслями прочно оставался на земле. И не с жиру он упал на пол с крепко зажатыми в руках бутылками водки и текилы. Самое обидное, что его фотографировали и тиражировали на первых полосах, но никто так и не захотел помочь.
Однако во время написания текста мне вспомнился один момент: будучи сотрудником музыкального журнала об экстрим-музыке, я переводил с английского интервью Demonaz, гитариста Immortal. И он сказал: «Успех — это не про продажи, а про внутренние ощущения». Меня данная фраза заставила задуматься: Хорошо, успех действительно сложное понятие, которое навряд ли измеряется исключительно деньгами или рейтингами. Только что ещё можно услышать от гитариста хоть и великой, но всё же субкультурной группы? Ведь Immortal слушают те, кто смог вникнуть в блэк-метал, жанр далеко не для каждого. Тем более жанр, идеология которого отрицает коммерческий фактор.
А пример Рикки Хаттона помог мне понять, что такое успех. Успех — отсутствие ощущения чувства вины. Без чувства вины ощущаешь себя полноценным, не отвлекаешься на вредные думы, видишь перед собой перспективы и позитив. И с самооценкой никаких проблем. Хитман с отличным рекордом, поясами, наследием и уважением в родном городе лишился успеха не из-за трёх поражений — а из-за неудавшегося выдуманного искупления.
Он вышел из родительского паба в мир возможностей и воплощения самых сокровенных желаний. Его путеводной звездой, благодаря которой из фокуса исчезли пабы, притоны и декорации типичной пьесы Марка Равенхилла с маргинальщиной Британии 90-х, являлось ощущение гордости. Не только гордости за самого себя, а ещё и одобрения со стороны всего Манчестера. И этот мир наполнялся поясами, доходами, любовью, счастливыми улыбками — только со временем глаза Хаттона перестали видеть дальше нависшей пелены, искажавшей всё. В обычных лицах прохожих он видел упрёки, которых на самом деле не было. И этот расфокус стал частью его мышления.
Рикки Хаттон сам изгнал себя из мира счастья. Вернулся к исходной локации, только не как обслуживающий персонал паба — а как главный клиент.
Благодарю вас за прочтение материала. Другие лонгриды о боксе:
Ещё материалы о единоборствах:
17 воспоминаний о Bellator
О стагнации К-1
Анализ феномена TOP DOG
Лично я впервые о Хаттоне узнал как раз в 2005-м. Это было начало сентября, я пошёл в 5-ый класс. И каждый учебный год у меня в школе начинался с походом всем классом на какой-то фильм. И у кинокомплекса "Благовещенск" кто-то из одноклассников начал рассказывать, что вчера-позавчера по Первому смотрел бой, в котором Цзю побил какой-то Хаттон. Скорее всего, это был повтор боя. И само осознание того, что Цзю побил невесть кто, давалось довольно трудно.