Мультиклубное владение и спортивный успех

Итак, недавно удалось ознакомиться с занимательной статьёй этого года. Статья, выпущенная в апреле 2026 года под названием «Multi-club ownership and sporting success: myth, expectation, and evidence» или «Мультиклубное владение и спортивный успех: мифы, ожидания и реальность», в ее кратком изложении (оригинальная статья представляет из себя 24-страничный научный труд) к Вашему вниманию, дорогой любитель спортивного управления.

О чём вообще эта статья и зачем она нужна?
В последние годы в мировом футболе стремительно распространяется явление, когда один владелец – будь то богатый инвестор, частный фонд или целый корпоративный холдинг – владеет сразу несколькими футбольными клубами в разных странах и лигах. Самый известный пример – City Football Group, которой принадлежат «Манчестер Сити», нью-йоркский «Нью-Йорк Сити», мельбурнский «Мельбурн Сити», испанская «Жирона» и ещё несколько клубов по всему миру. Другой пример – Red Bull, под чьим крылом выступают РБ Лейпциг, «Ред Булл Зальцбург», «Нью-Йорк Ред Буллз» и бразильский «Ред Булл Браганьтино».

Такая схема называется мультиклубным владением (МКВ; в оригинале – Multi-Club Ownership, MCO). Предполагается, что она даёт серьёзные преимущества: клубы одной группы могут обмениваться игроками, использовать общую скаутскую сеть, единую тактическую философию, общие аналитические ресурсы. Грубо говоря, это как огромная сетевая корпорация, только в мире футбола.

Но вот вопрос, который давно висит в воздухе и на который никто толком не давал научного ответа: а реально ли всё это работает на поле? Становятся ли клубы, вошедшие в такую группу, действительно успешнее в турнирной таблице?
Именно на этот вопрос и отвечает данная статья. Исследователи из Университета Лозанны (Швейцария) и Университета Падерборна (Германия) провели масштабный статистический анализ и получили неожиданный результат.

Как росло мультиклубное владение?
Чтобы понять масштаб явления: в начале 2000-х годов под МКВ находилось около 10 клубов по всему миру. К 2022 году их число превысило 70. Это колоссальный рост, и он продолжается.
Первые попытки такой схемы появились ещё в 1990-х. Тогда ENIC Group (британская инвестиционная компания) начала скупать доли в разных клубах – но не для спортивной интеграции, а просто как финансовые активы. Семья Поццо (владельцы «Удинезе», «Уотфорда» и гранадского клуба) стала одной из первых, кто попробовал перебрасывать игроков между своими клубами – но опять же в первую очередь по финансовым, а не по спортивным соображениям.
Современная эпоха МКВ – это уже принципиально другой масштаб. City Football Group и Red Bull выстроили настоящие футбольные империи с общей тактической философией, централизованными базами данных и системой развития молодых игроков.

Что обещает мультиклубное владение (теория)?
Сторонники МКВ апеллируют к двум главным аргументам из теории управления бизнесом:
1. Ресурсный подход (Resource-Based View, RBV) Если у нескольких клубов один хозяин, они могут совместно использовать уникальные ресурсы: талантливых игроков, опытных тренеров, скаутские сети, аналитические данные, инфраструктуру. Это должно давать каждому клубу сети преимущество перед независимыми конкурентами.
2. Теория транзакционных издержек (Transaction Cost Economics, TCE) Трансферный рынок – дорогое удовольствие. Когда клуб хочет купить игрока у постороннего клуба, нужны долгие переговоры, посредники, огромные суммы. А если игрок «переходит» внутри одной группы – от «Зальцбурга» к РБ Лейпцигу, например – всё происходит дешевле, быстрее и эффективнее. Меньше затрат – больше ресурсов на развитие.
Оба аргумента звучат логично. Но авторы решили проверить: а что происходит в реальности?

Тёмная сторона мультиклубного владения
Прежде чем перейти к результатам, авторы честно перечисляют риски и проблемы МКВ, и их немало.
Угроза спортивной честности. Если два клуба одного владельца попадают в один турнир, возникает риск сговора. UEFA специально запрещает двум клубам одного хозяина участвовать в одном еврокубке, но из-за усложнённых структур собственности это правило всё сложнее соблюдать.
Финансовые манипуляции. МКВ-группы умеют хитро обходить правила финансового фэйр-плей (FFP). Например, можно искусственно завысить стоимость трансфера внутри группы, чтобы один из клубов «заработал» нужную сумму на бумаге. Или перекачать спонсорские деньги в нужный клуб через аффилированные структуры

Потеря идентичности клуба. Это, пожалуй, самая болезненная тема для болельщиков. Когда Red Bull купил австрийский клуб «Аустрия Зальцбург» в 2005 году, переименовал его в «Ред Булл Зальцбург», сменил цвета и убрал исторические символы – часть болельщиков в знак протеста основала новый независимый клуб, возродив «Аустрию». Схожая история произошла со «Страсбургом» после покупки Chelsea: фанаты вышли на акции протеста, опасаясь превращения своего клуба в «фарм-команду» Абрамовича/Боэли.

Исследования показывают, что болельщики МКВ-клубов значительно менее вовлечены, чем фанаты независимых клубов – они чувствуют, что их команда перестала быть «их». При этом треть болельщиков таких клубов вовсе не знает, что их клуб входит в какую-то крупную группу.

Три типа мультиклубных групп
Авторы выделяют три основные модели МКВ – это важно для понимания их исследования:

 Тип 1: Финансовые инвесторы (Private Equity)
Эти группы покупают клубы как финансовые активы, то есть дёшево купить, улучшить финансовые показатели, продать дороже. Клубами управляют независимо друг от друга, без единой тактики или общего скаутинга. Цель – прибыль, а не чемпионские титулы. Примеры: RedBird Capital (AC Milan + «Тулуза»), Global Football Holdings («Стандард Льеж» + «Аугсбург» + «Алькоркон»).

 Тип 2: Футбольные холдинги (Football Groups)
Это самая «спортивная» модель. Клубы объединены в единую систему с общей философией игры, централизованным скаутингом и чёткой иерархией: есть «флагманский» клуб (главный), который получает лучших игроков, и «клубы-спутники» (feeders), которые этих игроков выращивают и готовят. Примеры: City Football Group (где «Ман Сити» – флагман), Red Bull (где РБ Лейпциг – флагман, а «Зальцбург» – основной «питомник»).

 Тип 3: Государственные группы (State-backed)
Клубы, которые покупают государства или суверенные фонды ради «мягкой силы» – продвижения страны на мировой арене. Примеры: Qatar Sports Investments (ПСЖ), Саудовский государственный фонд PIF («Ньюкасл»). Таких групп пока мало, и в расчёты их не включили, т.к. данных недостаточно.

Два типа сетевых структур
Помимо типа владельца, авторы разделяют МКВ-сети по структуре:
Вертикальная сеть – клубы находятся на разных уровнях. Маленькие клубы «снизу» выращивают игроков и отдают их наверх, флагману. Как конвейер. Классический пример – система Red Bull, где FC Liefering → «Зальцбург» → РБ Лейпциг.
Горизонтальная сеть – клубы примерно одного уровня в разных лигах. Они делятся ресурсами, но явной иерархии нет. Обмен игроками носит скорее случайный характер.

Исследование: а как проверяли?
Теперь самое интересное, как именно учёные проверяли, работает ли МКВ на практике.
Данные: 348 профессиональных клубов из 46 национальных лиг, 6 регионов мира (Европа, Южная Америка, Северная Америка, Азия, Африка, Ближний Восток). Период: 31 сезон – с 1993/94 по 2023/24. Итого около 2 060 наблюдений (один клуб в одном сезоне = одно наблюдение).

Метод «разность разностей» (Difference-in-Differences, DiD) – это один из самых надёжных способов оценить, что именно изменилось после какого-то события. Упрощённо: берём клуб до вхождения в МКВ-группу, смотрим его результаты. Потом смотрим после. И сравниваем это изменение с тем, как в то же время менялись результаты похожих независимых клубов, которые никуда не входили.
Для каждого МКВ-клуба подбирали двух «двойников» из той же лиги, с похожими показателями: уровень игроков (рыночная стоимость состава), очки в лиге, разница голов, средний возраст команды. Это позволяло сравнивать «яблоки с яблоками», а не клуб из Премьер-лиги с клубом из Ганы.
Анализировали три сезона до вхождения в МКВ и три сезона после.

Четыре гипотезы – и что с ними стало
Учёные сформулировали четыре предположения и проверили каждое из них:
Гипотеза 1: МКВ улучшает спортивные результаты клуба
Ожидание: Клубы, вошедшие в МКВ-сеть, должны начать выступать лучше в турнирной таблице по сравнению с похожими независимыми клубами.

Результат: Не подтвердилась
Никакого значимого улучшения результатов не обнаружено. Клубы после вхождения в МКВ в среднем выступали так же, как и похожие независимые клубы в той же лиге. Статистически, ноль.

Гипотеза 2: Футбольные холдинги дают больший эффект, чем финансовые инвесторы
Ожидание: раз футбольные группы реально интегрированы (общая тактика, обмен игроками, единый скаутинг), их клубы должны расти быстрее, чем клубы финансовых инвесторов, которые просто держат активы.
Результат: Не подтвердилась
Никакой разницы. Ни тип «финансовый инвестор», ни тип «футбольный холдинг» не давали статистически значимого преимущества в результатах.

Гипотеза 3: Вертикальные сети эффективнее горизонтальных
Ожидание: Там, где выстроен чёткий конвейер развития игроков снизу вверх (вертикальная структура), клубы должны улучшаться заметнее.
Результат: Не подтвердилась
И вертикальные, и горизонтальные сети дали одинаково нулевой эффект на турнирные позиции.

Гипотеза 4: Флагманские клубы выигрывают больше, чем клубы-«спутники»
Ожидание: Флагманы – те, кто получает лучших игроков и максимальное внимание – должны расти в результатах. А «спутники», отдающие игроков, наоборот, страдать.
Результат:Частично – и очень слабо
Флагманские клубы показали лёгкое улучшение результатов, которое оказалось статистически значимым на уровне 10% (слабый порог в науке). Но эффект крошечный, выборка мала – и авторы прямо предупреждают: не делайте из этого выводов, результат ненадёжен.
Главный вывод: МКВ не даёт автоматического спортивного преимущества
Вот что на самом деле показало исследование:
Клубы, вошедшие в мультиклубную группу, в среднем не становились лучше в своей лиге. Ни тип владельца, ни структура сети, ни роль клуба в иерархии не влияли на результаты – по крайней мере, в течение трёх сезонов после вхождения в группу.

Это называется «нулевым результатом» – и в науке он не менее ценен, чем подтверждённая гипотеза. Авторы говорят: не то, чтобы МКВ вредит, просто оно не помогает так, как принято думать.

Почему так получается? Возможные объяснения
Авторы сами задаются этим вопросом и предлагают несколько объяснений:
1. Синергии труднее реализовать, чем кажется. Даже если у вас общая скаутская база, координация между клубами из разных стран с разными культурами, языками, правовыми системами – это огромная работа. Теория звучит красиво, практика сложнее.
2. Футбол – высококонкурентная среда. Независимые клубы тоже не стоят на месте. Они усиливаются, адаптируются. Возможные преимущества МКВ «съедаются» общим уровнем конкуренции.
3. Три сезона – слишком короткий срок для некоторых эффектов. Выращивание молодого игрока через академию – это годы. Трёх лет может просто не хватить, чтобы увидеть результат.
4. Цели не всегда совпадают со спортивным успехом. Для финансовых инвесторов спортивный результат – не главная цель. Для государственных группировок – тем более. Даже футбольные холдинги могут ставить на первое место не чемпионства, а развитие бренда или коммерческий рост.

Что это значит для разных участников рынка?
Для инвесторов и потенциальных покупателей клубов
Не стоит продавать МКВ как «гарантированный путь к успеху» – данные этого не подтверждают. Покупка клуба и включение его в группу сама по себе не делает его сильнее на поле.
Для независимых клубов, которым предлагают «войти в сеть»
Будьте осторожны. Обещания скаутинга, игроков и ресурсов – это красивые слова. Реальные спортивные выгоды не гарантированы. Зато риски реальны: потеря автономии, размывание идентичности, подчинение целям, которые могут не совпадать с вашими.
Для регуляторов (UEFA, национальные федерации)
Сейчас основные опасения вокруг МКВ связаны с тем, что такие группы получают нечестное спортивное преимущество. Это исследование ставит под сомнение сам этот тезис. Авторы предлагают: лучше сосредоточиться на прозрачности структур владения и честности конкретных практик, а не запрещать МКВ огульно.

Для болельщиков
Если ваш клуб входит в крупную группу – это не значит, что он автоматически станет чемпионом. Зато это действительно может означать изменение идентичности клуба, его превращение в «питомник» для более крупного соседа.
Ограничения исследования – авторы честны
Учёные сами перечисляют слабые стороны своей работы:
Три сезона – мало для оценки долгосрочных эффектов вроде молодёжного развития
Финансовые данные (зарплаты, доходы) были недоступны для всех лиг, что не позволило полностью учесть финансовый контекст
Государственные группы (ПСЖ, «Ньюкасл») не попали в анализ, их слишком мало для корректного сравнения
Качество тренера, тактика, случайные события – это всё влияет на результат, но статистически не учтено

Итог: что нужно запомнить?
Мультиклубное владение – одна из самых горячих тем современного футбола. Число таких групп выросло с десятка до более чем 70 за двадцать лет. Все говорят об эффективности, синергиях, общих ресурсах.
Но это первое крупное научное исследование, которое проверило: а работает ли всё это на деле?
Ответ – нет, по крайней мере не в краткосрочной перспективе и не в виде улучшения результатов в турнирной таблице. Не важно, кто владелец – финансовый инвестор или футбольный энтузиаст. Не важно, вертикальная у вас сеть или горизонтальная. Не важно, флагман вы или «питомник».
Как пишут сами авторы: «Мультиклубное владение само по себе не является ключевым фактором спортивного успеха». Независимые клубы могут быть столь же успешны – и при этом сохранить свою автономию и идентичность.