ДНИ
ЧАСЫ
МИН
СЕК
Блог Россия-2019

«Перед Олимпиадой я работала электриком в психиатрической больнице». Как попадают в женскую сборную России по хоккею

Хоккеистка Екатерина Пашкевич рассказала Алексею Шевченко о том, как выжить в эмиграции и сыграть на двух Олимпиадах.

- Вы только этим летом вернулись из Америки. Как вы там оказались?

– Двадцать лет назад российские хоккеисты отправились на матчи в США. И хотя мы выступали под эгидой сборной России, тогда поехали все, кто умел играть. Женский хоккей в те времена был на таком низком уровне, что не было ни команд, ни внутреннего турнира, да большинство вообще в бенди играли. Но какие-то люди из Санкт-Петербурга организовали поездку, а в Америке мне предложили остаться. Я быстро согласилась.

- Почему выбрали именно вас?

– Да потому что я чуть ли не единственная действительно умела играть в хоккей с шайбой.

- Но где вы научились?

– С мальчиками.

- Даже сейчас на девушек, играющих в хоккей, смотрят косо.

– Относились к этому не очень хорошо. Но у нас в Хорошевском районе была команда от ЖЭКа. На коробке, где выступали, я всегда играла в хоккей, правда, после занятий юношеской команды. Однажды меня увидел тренер и сказал, что я бы шла к нему в секцию. Я и пошла. На одном из районных собраний даже обсуждали мой вопрос и пришли к мнению, что я могу выступать за мальчиков на год младше. Хотя я была всех выше на три головы в том возрасте.

- А родители что?

– Папа все переживал: «Как мы тебя замуж будем выдавать, ты же с мальчиками все время в футбол играешь».

- У вас вообще были куклы?

– Были, но я всегда тяготела к конструкторам. Мне нравилось что-то собирать, разбирать.

***

- Вам было 19 лет, когда вы остались в США. Серьезный шаг?

– Да я бы не сказала, что в том возрасте задумывалась: серьезный шаг или нет. Скажу честно, в России меня ничего не держало. У нас была не очень благополучная семья, я вообще чаще жила у бабушки, а потом у ее сестры. И когда мне предложили остаться, я понимала – ничем не рискую. В те времена многие стремились за границу.

- Вы язык знали?

– Нет. Иногда было тяжело. Я и ревела, и очень скучала по дому, так как одной в чужой стране очень непросто. Но понимала, что в будущем мне станет лучше.

- Первые сложности, с которыми столкнулись в Америке?

– Бытовая свобода. Мы в России уже привыкли к тому, что живем по расписанию, по графику. А там ты сам с собой. Я прибыла за океан и у меня спрашивают: «Что ты хочешь делать?». А я: «Вы мне скажите, что делать. И я буду делать». Там так не бывает. Сложно было находить свое «я». Мне надо было ходить на собеседования, а я с этим и не сталкивалась никогда.

- Что сложного?

– Надо было идти и хвалить себя, объяснять, почему я являюсь хорошим специалистом. Сейчас-то в России к этому привыкли, а в те времена было непросто.

- Кто вам помогал?

– Две лучшие подруги. Они мне помогли адаптироваться в стране, подсказали правила поведения в США. Спасибо им большое. Одна, к сожалению, уже умерла. Причем вот недавно, когда я приехала в Россию. Жаль, не могла попасть на похороны.

***

- Вы поступили в колледж?

– Нет. Если бы поступила, то получила высшее образование, да еще и бесплатное, как иностранный студент. Но у меня была очень серьезная проблема – английский язык. Я его не знала и не смогла бы сдать экзамен. Так что сразу пошла работать.

- Кем вы работали в Америке?

– Тренером. Я работала с женской командой. Знаменитый Массачусетский технологический институт.

- Ого.

– Ну да. Там учатся самые умные люди мира, но у них была хоккейная команда. Студентам нужно как-то отвлекаться от учебы, кто-то выбирал хоккей. Команда там была слабенькая, но под моим руководством мы вышли в третий дивизион.

- Как с этими умниками разговаривать-то?

– Да они нормальные. В обычное время они изучают аэронавтику, проектируют шаттлы, но хоккей любят.

- Из вашей команды кто-то стал большим человеком в бизнесе?

– Наш вратарь сейчас работает в NASA, одна девочка стала вице-президентом Hewlett Packard. Все удивлялись, спрашивали, как мне с гениями работается: они, наверное, прежде чем бросить по воротам, высчитывают траекторию?

– Высчитывают?

– Нет, не успевают. Хоккей – быстрая игра. Мне было с ними очень интересно.

- Вам хватало на жизнь?

– Сначала не очень, но помогали подруги. Затем, когда я с командой института вышла в третий дивизион, мне добавили зарплату. А потом я пошла подрабатывать.

- Кем?

– И механиком была, да вообще хваталась за любую работу.

- Но вы ведь в последнее время работали электриком.

– Когда я приехала в США, то мне сразу сказали, что передо мной открыто много дорог. И надо просто выбрать, чем заниматься, Я ни секунды не пожалела о решении пойти учиться на электрика.

***

- Профессионального женского хоккея в США нет. Но вы бы могли пойти в футбол.

– Да он там тоже был не в лучшем состоянии. Есть профессиональная лига по женскому баскетболу, но я в него не умею играть. Так что быть спортсменом в США не могла.

- Вы получали пособие?

– Нет, всегда зарабатывала деньги сама. Молодая, здоровая – что я, не могла трудиться, что ли?

- Как решили проблему с английским?

– Подруги помогли пойти в школу, но она была очень дорогой, и я от нее отказалась. Сама купила учебники, что-то учила. А потом поняла, что никакие учебники не дадут такой пользы, как постоянное общение.

- В итоге сколько вы были в хоккее после переезда?

– В институте проработала семь лет, а затем ушла. Но играть не прекращала – меня же постоянно вызывали в сборную России. До 2002 года стабильно выступала за национальную команду.

- Не играя в США?

– На любительском уровне постоянно занималась. Во-первых, в женской команде, которую тренировала. Во-вторых, в мужской команде института. А потом я совершенно случайно оказалась на Олимпиаде в Турине.

- Как туда можно попасть случайно?

– В Италию-то я уже поехала не случайно, но вообще меня взяли из-за казуса с документами. Дело в том, что до этого я три года не была в России, а когда приехала, то не смогла вылететь обратно в США. У меня возникли проблемы с документами, пограничники выпускать не хотели. Короче, я поехала домой, ждать, когда мне сделают новый паспорт. Начала связываться с подругами, которые были в России, а мне говорят: «Приезжай к нам в «Торнадо», что тебе дома делать, потренируешься». Я с радостью согласилась.

- Вы же без формы приехали.

– Ну да. Мне тут форму нашли. Так вот занималась я, занималась и ко мне подошел руководитель «Торнадо», предложил контракт на год. Я удивилась: «Вы меня видели вообще, я же два года не тренировалась». Мне сказали, что ничего страшного, форму можно набрать.

- А в сборную как попали?

– Я начала играть за «Торнадо» и мне сразу же предложили выступать за сборную. А тут и Олимпиада. Вот так я и попала в Турин из-за того, что вовремя не сделала документы.

***

- Вы не думали вернуться в Россию жить?

– А зачем? Нет, я с удовольствием приезжаю в страну, да и сейчас заключила годовой контракт с уфимской «Агиделью», весь сезон проведу дома. Но в США я провела 20 лет, там мой дом. Там друзья, там всё.

- К чему вы привыкали в Америке тяжелее всего?

– Я бы не сказала, что у меня были какие-то огромные сложности. Понимаете, в России я к тому времени еще не погружалась в быт, все-таки была молодой. Если бы, например, в Америку приехала моя мама, то она бы от разницы в укладе с ума сошла. Так что у меня шока не было. Но ведь я спортсменка, мы за границей бывали, люди открытые.

- Как раз во время вашей эмиграции Америка встала на путь политкорректности.

– О да. Я когда в языковую школу ходили, нам объясняли, что в США нельзя задавать слишком личные вопросы. Это у нас могут спросить – где твой муж, где дети. Там так не принято.

- А где ваш муж? Где дети?

– Я в России. У меня есть молодой человек, мы встречаемся уже семь лет. А дети… Я как-то особо и не хочу детей.

***

- Как вы стали электриком?

– Всегда была склонность к такой работе. Но я пошла учиться, потому что без местного диплома не смогла бы работать в Америке.

- На каких объектах работали?

– Прямо перед отъездом в Россию – в психиатрической больнице.

- В пустой?

– Да что вы, пациенты там были. Общались с ними. Там ко мне один подошел, осмотрел меня с ног до головы и закричал: «Вау, я люблю рабочую женщину». Очень весело.

- Вы были тренером, электриком. Кем еще?

– Мне было сложно работать на одном месте из-за отъездов в сборную. Если бы я была в штате, то на мои отлучения в Россию смотрели бы косо. Так что приходилось скорее подрабатывать – например, техником в гостинице. Утомительная работа. Чуть-что сломаются, зовут меня. Чинила все, что можно.

- Зато относительная свобода и хорошая практика.

– Это точно. Еще была менеджером в магазине, но мне это быстро надоело. А сейчас я полноправный электрик, член профсоюза.

- Электрик в США может позволить купить себе дом?

– В принципе, может, но я что-то так и не собралась. У меня сейчас такая ситуация, что я снимаю квартиру в доме у одного человека. А это выгодней. Ему нравится, что в доме есть женская рука, а взамен практически весь дом в моем распоряжении. Я там уже переделала кучу вещей.

- Вы упомянули, что являетесь членом профсоюза. Я смотрю много американских сериалов и уверен, что все профсоюзы контролируются мафией.

– Ни разу про это не слышала и с этим не сталкивалась. В Америке трудно найти работу, не вступая в профсоюз. Но, с другой стороны, эти профсоюзы немного развращают людей. Некоторых берут на объект, а они ничего не делают, зная, что все равно заплатят. Сейчас такого меньше, но иногда все равно случается.

- Так у вас постоянная работа?

– Мы все стоим в списке и нас вызывают на объект по очереди. Но мне повезло, я уже была в одной компании, которая всегда приглашала нас на работу. Мне пришлось уволиться, чтобы в Россию уехать.

***

- Даже девушки из сборной уверены, что вы не завершите карьеру после Олимпиады.

– Чемпионат России будет продолжаться, я собираюсь доиграть сезон за «Агидель».

- Речь не об этом.

– Поеду ли я на следующую Олимпиаду? Ух, страшно даже подумать. Мне в следующем году 42. Честно – не знаю, но вряд ли.

- На льду и не видно, что вам 42.

– Видно, на самом деле. Мне уже очень трудно поддерживать форму в регулярном режиме, то есть ежедневно тренироваться, проходить сборы. Возраст чувствуется. Думаю, что это мой последний сезон.

- Вы так и в 2001 году говорили. Перед Олимпиадой в Турине.

– Ага, говорила. Так что и сейчас загадывать не буду. Но вряд ли, вряд ли. В нынешней сборной я старше самой возрастной хоккеистки на девять лет. Да и потом хочется уже осесть, купить дом, успокоиться…

- …праздновать Хэллоуин.

– А что? Отличный праздник. Помню я нарядилась арестантом, у меня на одной руке наручники были. Мы повеселились и поехали обратно по домам, я за рулем. И тут мы понимаем, что если сейчас я нарушу правила и нас остановит полиция, то мне даже переодеваться не надо. Я уже готова для тюрьмы. Так смешно стало.

Что нужно знать о женском хоккее в России

Именно в России находится единственная профессиональная лига в мире. В Северной Америке девушки выступают за университетские команды и никаких денег не получают. В Европе практически то же самое, только хоккейные клубы не при университетах, а входят в состав спортивных обществ. Там тоже маленькие гонорары, на которые невозможно прожить. Скорее это комплимент, а не зарплата. Наверное, потому «Торнадо» из Дмитрова обычно легко выигрывает Кубок европейских чемпионов, хотя на уровне сборных такого преимущества нет.

Средняя зарплата спортсменки в российском женском хоккее невелика. Самые высокие гонорары в уфимской «Агидели» и подмосковном «Торнадо». У трех-четырех девушек зарплата примерно 200 тысяч рублей. Остальные получают до 100 тысяч рублей, незначительные премиальные, а также находятся на полном обеспечении во время сезона. В новом клубе «Комета» из Можайска игроки первого-второго звеньев получают 15-25 тысяч. После бронзового чемпионата мира игроки национальной сборной заработали по 10 тысяч долларов и были счастливы.

В России 11 профессиональных команд, легионеров себе могут позволить лишь три клуба: «Торнадо», «Агидель» и «Скиф». Эти же три команды борются за чемпионство, причем уфимский коллектив присоединился к компании лишь недавно, а до этого титул разыгрывали два клуба.

Чаще всего приглашают игроков из Европы – американкам нет никакого смысла ехать в Россию. Хотя вот «Торнадо» смог подписать Бриттани Симпсон из Бостона, а в Башкирии играет Сара О’Тул, но это исключения. В основном приезжают словачки, а в Нижнем Новгороде сразу три представительницы Финляндии.

Любой руководитель в женском хоккее мечтает, чтобы его команда вошла в систему мужского хоккейного клуба. Пока это получилось у «Факела», который попал в структуру челябинского «Трактора», «Агидели» («Салават Юлаев») и отчасти у нижегородского «Скифа».

Самые свежие новости и лучшие материалы о Сочи-2014, календарь олимпийских событий и медальный зачет!

Фото: РИА Новости/Алексей Куденко/Владимир Федоренко

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья