5 мин.
0

Долголетие Месси – феномен интеллекта, а не организма

Андрей Клещенок о рекорде Лео.

Меня – наверное, как и многих – не очень впечатляет, что Месси наконец стал лучшим бомбардиром в истории турнира. На шестом чемпионате мира пора бы уже опередить тех, кто сыграл заметно меньше.

Но то, что почти в 39 лет Месси забил пять мячей в двух матчах чемпионата мира, совершенно невероятно.

То, что он двадцать лет забивает на чемпионатах мира, крушит все обычные представления об игре и износе.

По сути, его рекорд оплачен долголетием.

А гол, ставший рекордным, кажется превосходным воплощением того, чем это долголетие обеспечено.

Аргентинцы, которым Рангник сумел немного досадить страшным прессингом, ответили как положено реляционной команде: сместили всех десятерых полевых на одну сторону поля. Отреагировав, защита оставила большую часть поля без покрытия.

Австрийцы были приговорены к проблемам в тот момент, когда Месси развернулся на фланге. Но это была не очень простая задача. До того момента аргентинцам почти не удавалось чисто и быстро выйти на разреженную оборону. Их гасили после вертикального паса. Перед голевой атакой они расположились диагонально, а не фронтально, обеспечив несколько полезных преимуществ. И здесь важны два нюанса.

Во-первых, Месси легко сориентировался в диагональной перспективе и занял ту же позицию так, словно делал это всю жизнь.

И направил атаку точно так же, по диагонали. Удержавшись от проникающего на Лаутаро, который казался перспективным, но довольно легко купировался австрийским блоком – расположенным на той же стороне.

Во-вторых, Месси пробил вообще без помех. И это не случайность. Защитники обычно одинаково реагируют на коллективный провал: прижимаются ниже. Отчасти дело в психологии, отчасти в стремлении перестроиться и развернуть оборону лицом к сопернику.

Проблема атакующих здесь в том, что их тоже захватывает инерция. Они бегут, пока бежится. Аргентинцы тоже летели до упора: и по диагонали на край, и в штрафную.

Единственный, кто этого не сделал – Месси. Пока остальные неслись, захваченные эмоцией, он неторопливо крался в ту точку, в которую потом придет мяч. Не считывал оборону. Просто знал, что футбол устроен именно так. Знал, что момент будет именно в той, формально не самой опасной, зоне.

В каждый момент этой атаки Месси находился в идеальной позиции и принимал правильное решение.

То же свойственно остальным его голам на чемпионате. Лео пока не сделал ничего видимо невозможного, и если говорить о внешнем эффекте, то студийный фристайл Анри и Златана украсил турнир больше, чем любое действие Месси с мячом.

Но таков сегодняшний Месси. Ему не нужно многое, чтобы быть эффективным. Даже мяч почти не нужен. Он делает самое сложное предельно просто.

Возможно, в этом и состоит величайший талант Месси. В разном возрасте он всегда был, кем быть лучше всего.

Всегда – сообразно себе и своим возможностям.

Я помню его на первых двух чемпионатах мира. В то время он был верным солдатиком позиционной игры: электрическим вингером, который выражал гениальность в почти неестественной децелерации. Казалось, по его венам бегает ток. Никто не менял темп так же стремительно. Ему не требовалось читать игру. Система определяла его куда-то, назначала адресатов для передач, расположенные по умолчанию, а остальное он делал сам. Месси мог прийти в идеальную позицию из любой точки, чередуя ускорения с торможением. И это тоже казалось простым. Только другие так не могли.

Я помню, как в 2014-м, перед третьим чемпионатом мира, говорили, что Месси закончился. Он потерял сверхъестественную резкость. Кажется, именно тогда впервые заговорили, что Лео проиграет возрасту раньше, чем Криштиану, и уж точно именно тогда уверенно говорили, что остальные «Золотые мячи» заберет Роналду. Наверное, сейчас это кажется странным. Но тогда Месси не воспринимали без сжигающих ускорений. И он правда провел сезон хуже.

Именно тогда Месси переформатировал игру и стал десяткой, спрятанной на краю. В его игре стало меньше агрессии и легендарных челночных спринтов. А ума и творчества – больше. Он научился сканировать все: от расположения игроков до реакции обороны на раздражители. В сущности, Лео воспроизвел дарвиновский эффект в течение нескольких месяцев: адаптировался и нашел новое эволюционное преимущество, которое обеспечило выживание.

С годами баланс смещался: Месси терял скорость и получал все больше свободы. Соответственно менялся он сам. Чем медленнее он становился, тем больше организовывал. Но даже организация требует движения. И чем меньше выносливости у него оставалось, тем заметнее он выражал интеллект.

Тот Месси, которого мы видим на этом турнире – третья и, к сожалению, последняя версия. Он больше не полубог с нечеловеческой резкостью. Он даже не плеймейкер, что четыре года назад. Он не страшит соперников, когда идет на них в одиночку. Ему не удались больше половины обводок.

Но он стал физическим воплощением футбольного интеллекта. Научился всегда быть там, где нужно, и развил эту способность до совершенства.

Но, наверное, Месси всегда им был. По крайней мере мне долголетие, которое стоит за его рекордом, кажется побочным эффектом именно этого дара.

Лионель Месси всегда знал, кем ему быть лучше всего.

И всегда был лучшим в том, что выбирал.

***

Телеграм-канал Андрея Клещенка

Фото: AFP/LEO BARRILARI