Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Жерри-Кристиан Тчуйссе: «Я до сих пор не могу поверить, что играл за «Спартак»

    Жерри-Кристиан Тчуйссе – самый обрусевший легионер в истории российского футбола. Приехав в 1997 году, камерунский защитник задержался здесь на десять лет и поиграл за самые разные команды: от «Нефтяника Кубани» до «Спартака», от подольского «Витязя» до грозненского «Терека». «Витязь» был последним российским клубом Тчуйссе. В 2008 году он провел в Подольске половину сезона в первом дивизионе и в числе прочего наткнулся на мерзкую выходку торпедовских болельщиков. В матче с вывалившимся из премьер-лиги «Торпедо» Тчуйссе долго слушал в свой адрес расистские выкрики, показал черно-белой трибунн неприличный жест и тут же получил красную.

    Спустя два с половиной года Тчуйссе вспоминает о России только хорошее. После того как летом-2008 он уехал из России, о нем ничего не было слышно. Корреспондент Sports.ru разыскал его во Франции. Интервью прошло на русском языке и получилось не самым длинным, но трогательным.

    Скучно

    – Жерри, где вы? Как вы? Что вы?

    – У меня все в порядке. Я живу во Франции, в городе Ле Ман. Играю за ветеранов и еще тренирую маленькую местную команду. Ну и каждый день провожаю своих детей в школу. Так и поживаю.

    – А как же работа? Слышал, у вас есть бизнес.

    – Да, но это в Камеруне. Иногда туда летаю. Что за бизнес? Не буду говорить. Но основное время – я здесь, во Франции, рядом со своей семьей.

    – И вам нескучно?

    – Конечно, скучно. В футбол можно играть максимум до 40 лет. А есть те, у кого получается только до 35, и потом надо думать уже о новой жизни. Конечно, скучно. Но что можно сделать? Ничего.

    «Я уехал не потому, что не люблю Россию»

    – Серьезно заняться тренерской работой, например.

    – Я тренирую команду второй лиги нашего района – «Ле Ман Гезелек». После двух туров у нас две победы. Но в декабре хочу сдавать экзамен, чтобы можно было тренировать на высшем уровне.

    – Из России вы уехали в 2008 году. Расскажите – почему?

    – Потому что хотел быть рядом со своей семьей. Без нее было очень скучно. Я уезжал не потому, что не люблю Россию. Семья – самое важное в жизни. Поначалу семья была со мной в России, у меня все дети там родились. Старший – в Краснодаре, второй – в Новороссийске, третий – в Москве. Но последние четыре года они живут во Франции. Теперь с ними живу и я.

    Черный хлеб

    – Вы хорошо помните, как оказались в России?

    – Это было очень давно, году в 97-м. Меня вызвали в сборную Камеруна на турнир, и там ко мне подошел один человек. Сказал, что есть возможность устроить меня в Россию. Я что-то слышал о России по телевизору, но совсем чуть-чуть. Что это и где это находится, я не знал. Но он говорил: давай попробуй, я там уже давно живу, туда-сюда. Я сказал, что подумаю. Вообще-то, когда я думал о европейской карьере, то рассчитывал уехать во Францию или Италию. Но в итоге решил уехать в Россию.

    – Причем попали даже не в профессиональную команду, а на турнир коллективов физкультуры.

    – Да, в Горячий Ключ. Я вообще не знал, куда ехал. Туда отправилось много камерунских футболистов, но этот человек нас обманул. Сказал, что команда очень нас ждет. Оказалось, никто не ждет. И жили в общежитиях. Хотя обещали, что будем жить в гостиницах.

    – Говорят, в этих общежитиях вы чудовищно питались.

    – Что я мог есть? Черный хлеб, растворимый суп. Но вообще, я всеядный. Ко всему можно привыкнуть.

    «Как раз позавчера пересматривал на Youtube матч «Спартака» с «Арсеналом»

    – Как вы оттуда вырвались?

    – Мы должны были играть товарищескую игру с новороссийским «Черноморцем». Так получилось, что я очень понравился Олегу Долматову – тренеру Новороссийска. Он пригласили на просмотр и оставил... А через несколько лет я оказался в «Спартаке».

    – «Спартак» – главная команда вашей карьеры?

    – Да, главная! Понимаете, все игроки мечтают играть в «Спартаке». Даже если выходить на поле только на 10 минут. Это суперклуб. Я до сих пор не могу понять, как я туда попал. И не могу поверить, что я играл за «Спартак». Наверное, судьба. Хотя приятно мне было не только в «Спартаке». И в Новороссийске, и в «Москве», и в «Тереке», и в Подольске я встречал очень симпатичных людей. Добрых.

    – У вас есть матч, которым вы гордитесь?

    – Таких много. Я могу сказать «Спартак» – «Арсенал», «Спартак» – «Реал», «Спартак» – ЦСКА, «Спартак» – «Локомотив»... Игру с «Арсеналом» я не просто часто вспоминаю, но и в интернете смотрю. Как раз позавчера видел лучшие моменты игры в Youtube. Как же холодно тогда было. Если бы мне за пару лет до того сказали, что я буду играть в такую погоду, я бы не поверил.

    Сборная России

    – Вашим тренером в «Спартаке» был Олег Романцев. Чем он вам запомнился?

    – Олегу Ивановичу я хочу передать большой привет. Самое дорогое, что он для меня сделал, – предложил играть за сборную России. Мне было очень приятно. Жаль, не получилось.

    – Как именно вам предложили стать россиянином?

    – Подошел Романцев и сказал, что есть такая возможность... Конечно, это было необычно. Я не мог ничего сказать, потому что не ожидал. Что ответить: «да» или «нет»? Думал: «Господи, что за судьба у меня…» Но в итоге я согласился. И мне сделали паспорт.

    – Паспорт у вас остался? Храните на память?

    – Почему «на память»? Я россиянин. Он действует. Камерунского паспорта у меня нет. Чтобы летать в Камерун, мне надо делать визу.

    – И что, вы никогда об этом не жалели?

    – Не-не-не, никогда! Когда я возвращался в Камерун, я разговаривал со своими друзьями и говорил о России с любовью. Только с любовью и никак по-другому! А как еще я мог о ней говорить? Никаких сожалений. Мне очень нравится быть россиянином. Я рад, что когда-то попал в эту страну. Есть моменты, которые хочется остановить. Жаль, в жизни так нельзя.

    – Расскажите тогда, почему вам так и не удалось сыграть за сборную?

    – Я не буду отвечать на этот вопрос.

    – Почему?

    – Просто не буду. Было и все.

    «У меня до сих пор есть российский паспорт. А камерунского – нет»

    – Считается, причина в том, что в тот же момент вас вызвали в сборную Камеруна и вы не смогли отказать исторической родине.

    – Да нет. Это совсем не так. Просто люди многого не знают.

    – Тогда я выскажу другую версию. Говорят, что вы так и не сыграли за сборную, потому что где-то на самом верху решили: темнокожий футболист играть за Россию не будет.

    – (смеется и вздыхает) Примерно так.

    – Насколько вы расстроились, когда это поняли?

    – Люди столько сделали, чтобы я получил этот паспорт… Мне даже стыдно было. И объяснить, почему он мне так и не пригодился, очень сложно… В общем, давайте не будем об этом.

    Веллитон

    – Сейчас в России хотят натурализировать Веллитона. Как вы считаете: стоит? Сборную России это усилит?

    – Да, я в курсе: я всегда в интернете и там узнаю всю информацию про российский футбол. Я-то не против, но есть смысл или нет – не знаю. Когда смотришь на ваш состав, где есть Аршавин, Павлюченко, Погребняк, понимаешь, что состав у вас и так сильный.

    – Веллитон вообще не говорит по-русски. Как учили русский язык вы?

    – Знаете, я думаю так: когда вы уезжаете в чужую страну, вы должны жить так, как там живут. И учить язык, на котором там разговаривают. Если не хотите этого делать, готовьтесь к тому, что будет сложно. Когда с легионерами подписывают контракт, клубы должны вносить туда пункт: учить русский язык. Я русский не учил специально. Просто надо читать, общаться. Я читал «Спорт-Экспресс», «Советский спорт». Но еще легче язык дается, когда общаешься с девушками.

    – У вас русские девушки были?

    – Если я советую, значит были. Я, кстати, согласен, что русские девушки самые красивые в мире. Нигде, ни-где таких красивых больше нет.

    – Вашего старшего сына зовут Иван-Юрий? Почему?

    – Я же сказал: Россия для меня как второй дом. Тогда почему не назвать сына таким именем?

    «Я тоже вам вопрос задам: а где расизма нет?»

    – Если Россия ваш второй дом, почему вы не остались в ней жить по окончании карьеры?

    – Просто потому что мои дети не очень привыкали к российской погоде. И в русских школах им было бы тяжело. В Москве есть французские школы, но все же. Если бы я был только с женой, мы смогли бы жить в России. Но поскольку у нас много детей, решили уехать во Францию.

    – Россия ведет борьбу за ЧМ-2018. Все говорят, что в России есть расизм. Он есть?

    – Я тоже вам вопрос задам: а где расизма нет?

    – Не знаю.

    – Думаете, у нас в Африке все африканцы любят белых, что ли? Нет, не все. Во Франции, в Германии, в Америке – это тоже есть.

    – Когда вам звонят футболисты из Камеруна и советуются, ехать в Россию или нет, что вы им говорите?

    – Конечно, советую! Просто я говорю: «Уезжайте. Играйте, налево-направо не смотрите, а только вперед. Играйте в футбол и все у вас будет».

    P.S. Аудиообращение Тчуйссе российским болельщикам, можно послушать здесь.

    P.P.S. Интервью Sports.ru с другими бывшими легионерами российских клубов можно прочитать здесь:

    Павел Мареш («Зенит»)

    Войцех Ковалевски («Спартак»)

    Джеймс Обиора («Локомотив»)

    Люк Зоа («Спартак»)

    Никола Йолович («Торпедо»)

    Роберт Скарлетт («Спартак»)

    Милан Обрадович («Локомотив»)

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы