Загрузить фотографиюОчиститьИскать

Игорь Яновский: "Ближе к тридцати годам перестал обращать внимание на оценки"

Игорь Яновский об "Алании", Франции и Валерии Газзаеве

За 15 лет существования чемпионата России лишь трем игрокам удалось выигрывать золото в составе двух разных команд: Игорю Яновскому, Вадиму Евсееву и Сергею Игнашевичу. С первым из них, становившимся чемпионом с «Аланией» в 1995-м и с ЦСКА восемью годами позже, беседуют Александр Шмурнов и Алексей Андронов. 

- Для вас титулы важная вещь, чемпионства остались на всю жизнь сознанием собственного величия?

- Нет, я об этом никогда не думаю.

- Но, учитывая, что игроков, побеждавших в чемпионате России с разными командами, всего трое, вы могли бы чувствовать свою уникальность.

- Пожалуй, есть в этом что-то особенное. Но впереди еще много чемпионатов России, и такие футболисты еще появятся.

- А уникальность той победы «Алании», которая стала единственным в новейшей истории нашего чемпионата немосковским чемпионом?

- Что-то сверхъестественное в этом событии, несомненно, было. Многое совпало тогда, 11 лет назад: хорошая финансовая база, сильный подбор игроков, блестящий тренерский состав.

- Это так сложно в провинции, чтобы все совпало?

- Конечно, тем более во Владикавказе, в небольшой республике, где не так много денег, как в столице.

- Как вы считаете, скоро кто-нибудь сможет повторить успех «Алании»?

- На сегодняшний день я не вижу претендентов на чемпионство среди провинциальных команд. «Зенит» я, конечно, в число провинциальных клубов не включаю, все-таки Санкт-Петербург - вторая столица, и с финансами там нет проблем.

- Что вы чувствовали, когда «Алания» не просто испытывала трудности, а оказалась на грани исчезновения?

- Досаду, конечно. Но ведь для этого были объективные причины. Очень тяжело и дорого содержать команду в высшем дивизионе. С каждым годом увеличиваются запросы клубов премьер-лиги, и, в конце концов, содержание команды становится неподъемным для небольшой республики. Так что вылет в первый, а потом и во второй дивизион «Алании», так же, как и волгоградского «Ротора», был закономерен.

- Уже не раз прозвучали слова: «содержать команду». Без этой экономической составляющей в современном футболе вообще нельзя? Вспомните, раньше выезжали на административном ресурсе, на коллективном духе. Теперь же без соответствующей финансовой поддержки это все не работает?

- Повторяю, что все это должно сложиться вместе, тем более в провинциальной команде. Но в первую очередь залог успеха сейчас - это стабильность на долгое время, и прежде всего стабильность финансовой базы.

- Вы чувствовали, что за спиной «Алании» не только финансовая поддержка, но и помощь администрации республики, что немаловажно было в середине 1990-х?

- Да, за команду болела вся республика, можно сказать, весь Кавказ. И мы, футболисты, жили общими интересами. В 1995 году мне был всего 21 год, и о деньгах я не думал, думал только о футболе.

- Игорь, вы вспомнили о «Роторе» и его судьбе. Почему, как вы думаете, почти все клубы, удачно выступившие в начале 1990-х годов, практически исчезли с футбольной карты? «Локомотив» (Нижний Новгород), выдавший в первом чемпионате России серию без поражений, камышинский «Текстильщик», игравший в Кубке УЕФА, «Ротор», «Алания», и это еще неполный список...

- В начале 1990-х многие команды в провинции играли на эмоциональном подъеме, на энтузиазме. В футболе, как и в жизни, все циклично, и я думаю, скоро и «Ротор», и «Аланию» мы увидим в высшей лиге на ведущих позициях.

- За счет чего они вернутся?

- За счет традиций, за счет детских спортивных школ, которые пока еще работают. И, пожалуй, самое главное - за счет интереса и поддержки местной власти.

- А вы готовы собственноручно заняться подъемом «Алании» вместе с другими прославленными ветеранами, например с Ковтуном?

- Мне поступало предложение, когда я еще окончательно не решил завершить карьеру, но играть во втором дивизионе я не был готов психологически.

- В какой момент вы поняли, что играть больше не хочется?

- Наверное, в начале 2005 года, еще накануне поездки во Францию, в клуб «Шатору».

- Это результат физической усталости или эмоциональной?

- Пожалуй, больше эмоциональной. Физически я чувствовал, что еще могу бегать.

- Так получилось, что вы были ведущим игроком сразу в двух командах, которыми руководил Валерий Газзаев: ЦСКА в 2003 году и в сборной. Сразу после ухода Газзаева в сборную уже не вызывались, а в ЦСКА новый тренер решил, что футболист Яновский ему не нужен.

- С Артуром Жоржи я был знаком еще по работе в «Пари Сен-Жермен», и, думаю, это было не его решение, а руководства клуба, которое решило покупать других игроков. Во всяком случае, я ни на кого не обижен.

- Это в ЦСКА, а в сборной? Ведь в последнем решающем матче со Швейцарией именно вы заработали пенальти для команды?

- Да, пенальти заработал, но не могу сказать, что играл в том матче хорошо.

- Жоржи появился в России после того, как вы с ним познакомились в Париже. Вы кому-то рассказывали о нем, или его появление у нас произошло без вашего участия?

- Абсолютно я здесь ни при чем. Я был очень удивлен, когда объявили, что Жоржи приходит в ЦСКА.

- Поговорим о Париже. Насколько там было уютно - и как человеку, и как футболисту?

- В высшей степени уютно. И сейчас я с удовольствием возвращаюсь в Париж, в том числе на стадион «Парк де Пренс», где меня до сих пор узнают болельщики.

- А где вы жили?

- В предместье Парижа - Сен-Жермен-ан-Лайе. Там базируется клуб, и мой дом в пяти минутах от тренировочной базы.

- Было ли время и желание гулять по Парижу?

- Времени было достаточно, на Западе футболистам дают больше свободы. И я много путешествовал не только по Парижу, но и по Франции. И влюбился в эту страну.

- Считается, что в Париже трудно создать футбольную команду, в том числе и потому, что игроки постоянно отвлекаются на красоты Парижа, на парижскую жизнь.

- Я думаю, что главная причина - в организации футбольного хозяйства. В ПСЖ нет такого человека, как, например, в «Лионе», который привел бы клуб к стабильности. Там разные принципы строительства клуба. Достаточно вспомнить, как однажды президенты ПСЖ и телеканала «Канал-плюс» поменялись местами, чуть ли не шутки ради.

- Еcть мнение, что во Франции трудности в создании клуба связаны с тем, что законодательная база спортивного бизнеса не столь совершенна, как в Англии, Италии и Испании. Об этом говорил еще Мишель Платини. Но все же в Лионе удалось построить успешный клуб, и город полностью работает на него. Похожая картина была во Владикавказе. В Париже это невозможно - слишком много других городских объектов и других забот.

- Да, столица, много болельщиков. И, как бы команда ни выступала, стадион всегда полон, все условия для футболистов созданы. И все же стать чемпионом ПСЖ все время что-то мешает. Повторяю, это вопрос менеджмента. В «Лионе» прекрасный менеджер Жан-Мишель Оляс, у которого помимо команды есть еще несколько проектов в городе, и он работает с городом заодно.

- Во Франции пресса уделяет много внимания футболу. Вам приходилось читать о себе,и было ли это интересно? Важно - как вас оценивают?

- Когда дебютировал, было важно, ближе к тридцати годам уже не обращал внимания на оценки. А что касается французской футбольной прессы, мне она кажется вполне объективной.

- Существовал миф, что российским клубам неудобно играть с французскими командами.

- Сложность в том, что французский футбол в принципе похож на российский: атлетичный, но с большим количеством техничных игроков. А с тем, что тебе ближе, справиться труднее.

- Тогда и французам должно было быть труднее.

- Их клубы просто оказались выше уровнем. Но если англичан благодаря тому, что их стиль удобен, обыгрывали, то французов - гораздо реже.

- Вам кто-нибудь помогал освоиться во Франции?

- Да. В частности, Александр Просветов, который в то время работал собкором «Спорт-Экспресса» в Париже.

- Есть ли у вас любимые места в Париже?

- Пожалуй, в самом Париже нет любимых мест, хотя я с удовольствием возвращаюсь туда. А во Франции в целом - это замки Луары, уголки на Женевском озере.

- Ваша карьера прошла в трех абсолютно разных городах - Владикавказе, Москве и Париже. Какой из них вам особенно близок?

- Трудно сказать. Я провел в них очень разные этапы своей жизни, и каждый мне по-своему дорог. Владикавказ - небольшой, можно сказать, семейный город. Москва - огромный мегаполис, от которого трудно отвыкнуть. А Париж - прекрасное место для отдыха.

- Париж как мегаполис, вы, видимо, не воспринимаете.

- Нет-нет. Когда играешь в команде, ты изолирован от городской жизни, так что Париж остался для меня местом, куда я ездил, чтобы отвлечься от работы. А к нынешней, скажем так, самостоятельной жизни в Москве пришлось привыкать именно как горожанину.

- Можно ли сказать, что вы игрок Газзаева?

- Да, лучшие годы своей футбольной карьеры я провел с Газзаевым. В середине 1990-х он дал импульс моей карьере, и затем в составе уже другой команды, но тоже вместе с Газзаевым, я снова добился успеха. Без него я бы вряд ли стал тем, кем стал.

- Как Газзаев менялся за эти годы?

- Он становился старше, опытнее, это сказывалось на взаимоотношениях с игроками. А в последние годы у него очевиден прогресс и в плане тактики.

- У Газзаева вы играли на разных позициях: в «Алании» ближе к атаке, а в ЦСКА - опорным полузащитником. В этот момент не было обидно, что приходится больше думать об обороне, о разрушении и соответственно меньше находиться в фокусе внимания болельщиков и прессы?

- Мне всегда больше нравилось работать на команду, чем атаковать. А самое интересное для меня - атаковать из глубины.

- Кто из игроков был для вас футбольным кумиром?

- Марсель Десайи - в 1990-е годы он выделялся среди всех игроков моего амплуа.

- Но он защитник, то есть вас привлекала атака из самой глубины, от своих ворот?

- Да.

- У вас не было в детстве мысли: хочу быть похожим на этого футболиста?

- Нет, поскольку каждый игрок имеет свою индивидуальность - и повторить ее невозможно.

- Согласны ли вы, что российским футболистам необходимы тренерский диктат, строгая дисциплина и серьезные нагрузки, а все попытки поиграть в демократию со спортсменами заканчиваются неудачно?

- Думаю, что пока так оно и есть. Но ситуация будет меняться, она уже меняется. Хотя в некоторых западных клубах тоже распространена тренерская диктатура, приводящая клуб к успеху. В ПСЖ, например: команда заняла второе место и выиграла Кубок Лиги чемпионов с Вахидом Халилходжичем, а он явный тренер-диктатор.

- Многие считают, что если с российским игроком поступать мягко, то ничего не получится. Это мнение разделяет, в частности, Дмитрий Аленичев, у которого, как и у вас, большой опыт.

- Да, безусловно, разница между российскими и иностранными игроками в отношении к дисциплине есть. И, на мой взгляд, это наследие советского спорта и старой системы воспитания игроков.

- Хорошо известна фраза: «Итальянский футболист, заработав миллион, думает, как заработать следующий, а русский - как его потратить». Вот вы, например, заработав по меркам нашей страны большие деньги, о чем думали: как заработать еще или как их потратить?

- Я в этом смысле больше напоминал итальянца - думал о будущем, о том, на какие деньги станет жить семья после окончания моей карьеры.

- После победы в чемпионате России 95 «Алания» участвовала в Лиге чемпионов и первый матч проиграла со счетом 2:7. Что случилось тогда?

- «Глазго Рейнджерс» оказался гораздо более опытной командой, чем «Алания». Тогда у нас во Владикавказе не было ни стадиона международного уровня, ни опыта подобных встреч, а в современном футболе это очень важно.

- Что произошло после игры, как вы ходили по городу? Ведь там от болельщиков не спрячешься?

- А никто из нас по городу не ходил, у каждого своя квартира плюс тренировочная база. Там и прятались.

- Вам было стыдно или даже страшно встречаться с болельщиками?

- Стыдно, конечно. Всегда после проигранного даже с минимальным счетом матча во Владикавказе сложно встречаться с людьми.

- У вас в те годы случались эпохальные битвы с московским «Спартаком». Ни один матч не прошел без удаления...

- Да, это были настоящие сражения, но после матчей никаких столкновений не было. Все решалось на поле.

- Как складывались отношения между игроками конкурирующих команд?

- Никогда никаких проблем не было, адекватный футболист никогда не станет припоминать столкновения и трения, возникавшие во время матча.

У вас есть друзья-футболисты?

- Конечно, основной круг общения - это люди, связанные с футболом. Я общаюсь с Евгением Варламовым, Сергеем Семаком и еще несколькими игроками во Франции.

- У вас не было идеи отметить десятилетие победы в чемпионате? Думается, на матч «Алания»-1995 против «Алании»-2005 собрался бы целый стадион?

- Да, возможно, но ограничились выпуском сувениров. Сейчас во Владикавказе нет человека, который мог бы все организовать и завести людей. Такого, как Газзаев. Он был свой. В отличие от Романцева, который работал чуть раньше, но не смог ничего сделать. Газзаеву доверяли администрация и болельщики, что немаловажно для небольшого города. К тому же народ там горячий. Когда в 1996 году, на следующий год после чемпионства, мы заняли второе место, болельщики были очень недовольны. Где-то теперь «Алания» и недовольство вторым местом в высшем дивизионе?

- Тогда вы проиграли «Спартаку» в «золотом матче». Как вы в принципе относитесь к определению победителя чемпионата с помощью дополнительного матча?

- Думаю, итог такого серьезного турнира нельзя решать одной игрой. Если показатели равные, надо считать, например, разность забитых и пропущенных мячей, количество побед, личные встречи, но главное - определять чемпиона по итогам турнира.

- Вы закончили карьеру - что дальше? Есть ли у вас какие-то планы, связанные с футболом? - - Пока нет.

- А если появятся предложения поработать менеджером или тренером?

- Меня больше привлекает менеджерская, а не тренерская работа. Организация клубного хозяйства мне интересна, а долгий тренерский путь не по мне.

- Как вы считаете, клубное хозяйство в российском футболе меняется, прогрессирует?

- Я думаю, что прогресс есть. ЦСКА, «Спартак», «Зенит» это доказывают и тянут остальных вперед.

- Как вы думаете, это удачное решение, если один человек совмещает обязанности спортивного директора клуба и агента ведущих игроков?

- Все зависит от чистоплотности человека. Если он работает на себя - это один вариант, а если он полностью действует в интересах клуба, то совсем другой.

- У вас не было желания поработать агентом?

- Нет, что вы. Хотя мой последний агент во Франции предлагал мне работать с ним в России, но у меня не возникло даже малейшего желания.

- О чем вы мечтаете сейчас?

- О спокойствии и стабильности в жизни.

- Но что-то вы планируете делать?

- Сейчас нет, я пока «на заслуженном отдыхе». Но думаю, что в ближайшие месяцы придется выставлять новые ориентиры. Без них, конечно, жить невозможно.

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы