Анатолий Хованцев: «Мы немного упустили эффективную работу для ног – не катастрофично, но здесь есть резерв»

Главный тренер сборной России Анатолий Хованцев рассказал о пробелах в подготовке команды к сезону-2018/19. 

– Какие собственные ошибки готовы признать?

– Я скажу так: мы сделали очень хорошую специально-силовую работу аэробной направленности – на руках, на тренажерах, для плечевого пояса, проводили тренировке на уровне ПАНО (порога анаэробного обмена) и более высоком уровне лактата.

Но мы немного упустили эффективную работу для ног – не катастрофично, но здесь есть резерв. В чем это выразилось и что хотим предпринять? Незначительно увеличить бег с прыжковой имитацией, специально-силовую работу с отягощениями для ног. Конкретно еще не до конца расписали, но это будет точно.

Ног нам не хватило. Но надо учитывать то, что я говорил раньше: чтобы не залезать в высокий процент интенсивной работы, пришлось не то чтобы чем-то жертвовать, скорее ограничиваться – что-то мы делаем, а что-то нет.

– Еще пробелы?

– Я нигде не говорил, но у нас был очень неудачный сбор в Рамзау (октябрь) из-за отсутствия снега. Наверху был только лед, и вместо лыж всю подготовку делали на льду и в беге с имитацией. Это большой пробел, мы потеряли в подготовке.

По-настоящему встали на снег только в Контиолхати в ноябре – его качество там не так важно, на первых этапах он везде такой. Хуже, что у нас сократился период пребывания на снегу до отбора. Те же Корастылев и Буртасов, приехавшие из России, были на снегу дольше – и естественно, у них было преимущество в снежной подготовке.

– На тренерском совете часто говорили о стрессе, который многим мешает показать результат. Психолога не хватает?

– Вот Польховский выступил: где Сучилов? Сучилов был великолепен ногами на отборе. Вышел на Кубок мира и получил под 3 минуты. На следующем этапе это повторилось. Стресс, который он получал, был очень высокий – он подавлял его функциональное состояние.

Наверное, психолог нужен. Но очень трудно найти именно спортивного – он обязан разбираться в специфике. У нас не только стресс, который может снизить функциональные возможности – срезать или убить, у нас еще и стрельба.

Конечно, хотелось бы поработать в этом плане, но я не могу сказать конкретное имя. Когда я тренировал, психологов в команде не было. Когда я был спортсменом, были – но это совсем примитивный уровень: привлекли ненадолго и перестали.

Хованцев рассказал все: с кем работал Логинов, что с Гараничевым, куда пропали Бабиков и Цветков?