helluo librorum
Блог

Робби Фаулер. Моя футбольная жизнь: 22. Последняя работа

***

Благодарности и пролог

  1. Ливерпуль (Дом)
  2. Роберт Райдер
  3. Тренировочные дни
  4. Прорываясь дальше
  5. Лондон зовет
  6. Перемены
  7. Обретение Бога
  8. Оригинальная банда Гуччи
  9. Вызов в сборную
  10. Футбол возвращается домой (В один прекрасный день... )
  11. Плата за пенальти
  12. У знал?
  13. Делая невозможное (Часть первая)
  14. Угасание нового рассвета
  15. Несбыточная мечта
  16. У отпустил Бога?
  17. Лидс, Лидс, Лидс!
  18. Мы все живем в доме Робби Фаулера
  19. Второе пришествие Бога
  20. Небесные Одиннадцать
  21. Держи голову высоко
  22. Последняя работа
  23. Получение тренерских лицензий
  24. «Ливерпуль» — третье пришествие
  25. Делая невозможное (Часть вторая)
  26. Магия Мадрида

Сноска: иду дальше

***

Будучи ребенком и молодым игроком, ты смотришь на парней в возрасте тридцати лет, которые изо всех сил пытаются пробежаться по полю — изо всех сил пытаются нацепить свой комплект формы — и ты думаешь про себя: почему они это делают? Почему бы просто не уйти, пока ты на вершине, оставив поклонникам (и себе) только самые блестящие воспоминания, а не сокрушающуюся шелуху того, чем ты был в расцвете сил? Но только когда ты начинаешь продвигаться к этой точке, то полностью осознаешь, как много эта игра значит для тебя, и как сильно ты будешь скучать по ней, как только ее заберут у тебя. Часть заблуждения заключается в том, что ты не видишь себя каким-то другим игроком, которым ты всегда был. Но еще большая часть — это твоя абсолютная любовь к игре и пристрастие к ней.

Недавно я смотрел «Диего Марадона», этот блестящий новый полнометражный документальный фильм о его жизни (забавный факт — я столкнулся с Марадоной на матче «Тоттенхэм» — «Ливерпуль» на Уэмбли в 2018 году и был уверен, что он знает, кто я такой, и что я забил несколько голов!). Хотя многие люди видят в истории Марадоны величайшую спортивную трагедию, я нахожу ее вдохновляющей. В ней было так много всего, что я смог понять. Обычный парень из рабочего класса, обладающий невероятным талантом бить по мячу, почти в одночасье становится футбольным богом. Его жизнь перевернута с ног на голову. Начиная с 17 лет, у него почти никогда не бывает свободного времени. Куда бы он ни поехал — в Буэнос-Айрес, Барселону, Неаполь, аэропорты, автостоянки, супермаркеты, даже в свой собственный дом — везде вокруг него толпятся люди, которые просто хотят быть на его орбите. Они толкают перед ним листки бумаги, трогают его одежду, дышат его воздухом, выкрикивают его имя «Диего, Диего, Диего». Все это время он улыбается и старается показать себя с лучшей стороны — раздает автографы, позирует для фотографий, целует младенцев. Он круче самого Папы Римского. Огромные фрески с изображением его лица покрывают стены целых жилых кварталов. Он не может убежать от самого себя — разве что на футбольном поле:

«Когда я на поле, жизнь уходит на второй план. Проблемы уходят. Все исчезает.»

Эта фраза меня очень задела за живое. Даже когда ты занимаешься этим всю свою жизнь и стал хорошо известен, иногда тебя удивляет, как сильно ты, сука, любишь футбол! Мысль о том, что его больше нет — просто чистое удовлетворение, которое ты получаешь каждый раз, когда направляешь мяч в сетку ворот — пугает. В игре так много всего, что ты мог бы упустить — товарищество, смех, радость победы — но самое большое, что ты упустил бы, — это абсолютная радость игры. Вот почему я поехал в Таиланд, просто и ясно — я хотел продолжать играть.

После «Перта» я вступил на долгий и трудный путь получения тренерской лицензии. Как я уже упоминал один или два раза, я увлекаюсь футболом, и у меня не было ни малейшего сомнения в том, что, как только мои игровые дни закончатся, я перейду к тренерско-управленческой работе. Дело не только в том, чтобы остаться в игре, это всегда было ключевой частью моего долгосрочного плана. Но мои последние несколько контрактов игроков не сработали так, как я надеялся, когда подписывал их, и всегда есть этот маленький голос в твоей голове, который говорит тебе:

«Еще одна попытка, Робби. Еще одна, последняя!»

Питер Рид только что пришел в «Плимут Аргайл», и летом 2011 года мы начали говорить о возможной роли играющего тренера для меня в Девоне. Но когда пришло приглашение подписать контракт с действующими чемпионами Таиланда, этот маленький голосок кричал громче, чем когда-либо. Тебе еще только 36, я полагал, что тайская лига, хотя и конкурентоспособная, будет менее физической проблемной, чем второй дивизион, где «Плимут» в настоящее время занимался своим ремеслом. И даже если стандарт был не совсем первоклассным, предложение из Таиланда представляло для меня реальный шанс продолжать забивать голы на значимом уровне. «Муангтонг Юнайтед» играл на Сиам Семент Арена (ранее стадион Тандердоум) в Северном Бангкоке, и они хотели, чтобы я стал их новым номером 9. И вот в июле 2009 года я отправился в Таиланд, чтобы снова находить обратную сторону сетки ворот.

Это было во всех смыслах столкновение культур. Поклонники «МТЮТД» (как их называли) сотнями выходили встречать мое прибытие в аэропорт Суварнабхуми, но вместо массовой истерии, во время которой Робби-мания бы охватила весь Таиланд, они вежливо аплодировали и довольно много кланялись. Я поклонился в ответ, подписал несколько футболок и отправился с генеральным менеджером «Муангтонга», Ронаритом Сеу-Вагой в свой пресс-тур.

Ронарит был просто отличнейшим парнем, с которым я быстро поладил, прямо с той первой встречи. Как и многие люди в этой части света, он знал о футболе больше, чем большинство из нас; он мог описать голы из неважных матчей, проходившие по середине недели много лет назад против «Стока» или «Сандерленда», как будто они произошли прошлым вечером — настоящий футбольный гик. Первым пунктом назначения была встреча с премьер-министром Йинглак Чиннават. Знакомое имя? Да, это младшая сестра бывшего владельца «Манчестер Сити» Таксина Чинавата. Премьер-министры, президенты, шейхи, олигархи, мировые правители и всевозможные богатые и влиятельные деятели по всему миру осознали притягательную силу футбола — не только как привлекательного аттракциона для толпы, но и как силы для единства беспокойных наций.

Помню, в то время, когда я был в «Сити», Рик Пэрри и несколько директоров ЛФК прилетели в Бангкок, чтобы провести переговоры с Чинаватом, который был заинтересован в покупке контрольного пакета акций «Ливерпуля». Можно понять привлекательность для Чинавата — «Ливерпуль», даже в 2004 году, был огромным глобальным брендом, и для него было бы большим переворотом приобрести один из крупнейших клубов в мире, по сути, используя клуб в качестве официального посла в Таиланде. В последнее время это происходит все чаще и чаще — целые страны, такие как Китай или Катар, инвестируют мега-миллионы в спорт, который держит весь мир под своим очарованием. В этом отношении Чинават был намного впереди планеты всей, даже несмотря на то, что сделка с «Ливерпулем» так и не состоялась. Во-первых, была огромная негативная реакция на местном уровне по поводу тайского премьер-министра, создавшего Национальную лотерею, чтобы помочь привлечь денег для сделки — фактически попросив широкую общественность купить клуб на их собственным трудом заработанные деньги! Я думаю, что ливерпульская делегация также была справедливо обеспокоена положением Чинавата в области прав человека. По всем этим причинам, приехав в Бангкок и внимательно изучив предложение и план, «Ливерпуль» решил отказаться от этой конкретной возможности. Остальное — история.

Затем любящий взгляд Чинавата упал на «Ман Сити», который не испытывал никаких угрызений совести по поводу завершения сделки. Он купил спящего гиганта, который только что переехал на совершенно новый стадион, поэтому, в то время как Энфилд отчаянно нуждался в расширении, «Сити» не нуждался в крупных инвестициях в новый стадион. Деньги Чинавата помогли укрепить команду и улучшить клуб до уровня, который сделал «Сити» привлекательной инвестицией для шейха Мансура. С этого момента, очевидно, «Ман Сити» никогда не оглядывался назад, улучшаясь на каждом мыслимом уровне, год за годом. «Ливерпулю» потребовалось немного больше времени, чтобы проснуться и наверстать упущенное, но я считаю, что c FSG у клуба теперь есть идеальные владельцы-хранители.

Моя следующая важная встреча в Бангкоке была с тренером «МТЮТД», Энрике Калисто, где меня ждали новые культурные потрясения. Первым и самым странным из них было зрелище слонов, бредущих по главной улице, беззаботно размахивая хоботами. К этому явно придется немного привыкнуть! Другой неожиданностью было то, что при смутно тревожном повороте событий Калисто, казалось, не знал, что клуб подписал меня. Ему совсем не понравилось, что «МТЮТД» действовал за его спиной, как он это видел, и привел игрока, покупку которого он не санкционировал. Как только он оправился от шока, мы с Калисто немного поболтали о футболе, Копе, Криштиану Роналду и родине Калисто, Португалии. Это не было идеальным началом для совершенно новых отношений между тренером и игроком, и, как мне предстояло выяснить, Калисто никогда по-настоящему не смог отойти от того факта, что я был подписан без его разрешения. Но искренний энтузиазм Ронарита был заразителен, мы все пожали друг другу руки, и на какое-то время все казалось нормальным. Болельщики повсюду следовали за мной на маленьких мопедах, сигналя клаксонами и крича: «Робби!» и «Бог!» В мою первую неделю в Таиланде клуб продал более 10 000 футболок «Фаулер 9» — невероятно!

К этому моменту я уже четыре месяца не играл в соревновательный футбол, поэтому привез своего личного тренера, чтобы привести себя в форму по мере приближения сезона. Но Калисто, должно быть, не думал, что я готов к суровым условиям футбола Кубка Азиатской федерации, потому что он оставил меня вне команды, без меня сыграв решающую игру против «Аль-Кувейта» в сентябре 2011 года, которую «МТЮТД» проиграл. Я не особо расстроился, когда Ронарит уволил Энрике Калисто вскоре после этого и попросил меня стать играющим тренером. Итак, я был почти в 12 000 километрах от дома, унаследовав команду игроков, которых я не знал, и, даже отдаленно не планируя этого, сделал свои первые неоперившиеся шаги в качестве тренера намного раньше графика.

Мои амбиции стать тренером развивались гораздо быстрее, чем я ожидал, но лучший способ научиться плавать — это броситься в воду в самое глубокое место. Приняв вызов играющего тренера, я целиком погрузился в него!

И мне это тоже нравилось. Болельщики «Муангтонга» были великолепны. Казалось, что каждый из них принес флаг, и шум, который они производили, был фантастическим. Это не было похоже на английскую толпу, которая имеет тенденцию реагировать на действия на поле — если ты создаешь шансы, толпа тебя поддерживает. Если есть спокойный участок, где мало что происходит, толпа обычно затихает. В Таиланде почти всегда был постоянный шум,который только усиливался, когда мы забивали.

К тому времени, как я сменил Калисто, мы уже проиграли пару матчей. Я выиграл свои первые две игры, во время второй из которых я забил свой первый гол за «МТЮТД» — прямой кивок в упор от игрока штрафной, но и такие голы считаются! После этого у нас был хороший сезон, и мы заняли третье место в Лиге. Мы также вышли в финал Кубка Чанга — тайского эквивалента Кубка Англии, который был таким же упорным и престижным, как и наш собственный. Мы добрались до финала после эпического полуфинала против «Сонгкхлы», противостояние с которым ушло в дополнительное время — и в финале в декабре против действующих чемпионов «Бурирама», сильнейшей команды Таиланда, была похожая история. Мы играли почти на равных, и были  очень близки к тому, чтобы прижать их, а матч все еще был безголевым в основное время. В дополнительное время мы немного подустали, и, несмотря на невероятную поддержку болельщиков «МТЮТД», «Бурирам» забил гол и обыграл нас со счетом 1:0. Итак, мы заняли третье место в Лиге и вышли в финал Кубка в моем первом сезоне.

Сразу после Нового 2012 года я получил ужасную новость о том, что обожаемая бывшая звезда «Ливерпуля» и «Эвертона» Гари Аблетт скончался в возрасте 46 лет. Хотя было широко известно, что Гари лечится от редкой формы рака крови, его смерть в столь молодом возрасте потрясла меня до глубины души. Я немедленно принял меры, чтобы вернуться домой на его похороны в Ливерпульском соборе.

Стоя там, в соборе, среди стольких товарищей по команде, я думал о самых разных вещах — о том, за что я должен быть благодарен в своей футбольной карьере и семейной жизни. Мэдисон и Джая были крещены в соборе, всего в нескольких сотнях метров от улиц, где я вырос, и больше всего на свете я чувствовал обновленную связь с моим городом. Я ушел с похорон Гари с философским настроем и уверенностью в том, что хочу остаться здесь, в Ливерпуле.

В течение долгого времени я серьезно обдумывал, как я мог бы использовать свой опыт и свои связи, чтобы внести значимый вклад в жизнь молодых людей в городе и, если мы все сделаем правильно, создать ценное, прочное наследие. Одна мысль, которая постоянно крутилась у меня в голове, была: «Как бы сложилась моя жизнь, если бы я получил одну из тех ужасных, серьезных травм, когда я еще был школьником в Ливерпуле?» или: «Как бы выглядела жизнь, если бы ЛФК придерживался той же точки зрения, что и английские школьники?» Слишком маленький. Но этого недостаточно. Я не преуспею. Очевидно, все сложилось бы совсем по-другому. Мне всегда было особенно больно за детей, которых большие клубы отпускали, когда им было по 16 лет. И не только в больших клубах — ребенок может тренироваться с клубом и проходить через их академическую систему с 6, 7, 8 лет — взрослея и веря, что он станет профессиональным футболистом. Затем, когда дело доходит до подписания полноценного контракта, клуб говорит им, что они еще не достигли нужных требований. Для них это должно быть сокрушительно.

Наш Скотт и я говорили об этом, с идеей создания специализированного колледжа по аналогии со спортивными школами кампуса, которые есть в Штатах. Здесь основной упор делается на образовательную сторону — каждый студент делит свое время между классом и спортивной площадкой. Я долго думал, что мы могли бы сделать что-то подобное в Ливерпуле, изначально нацеливаясь на 16-19-летних ребят, которые недавно были отпущены своими клубами. Именно так мы со Скоттом и придумали FEFA — Образовательную и Футбольную Академию Фаулера. Как и следовало ожидать, мы нашли место в Уэвертри, недалеко от места, где я учился в колледже моего детства, Ньюдженте. Скотт, как менеджер по операциям, привел Брайана Макгорри в качестве директора, и Академия начала становиться все лучше и лучше. FEFA является действующим обладателем титула Национального чемпионата Англии среди колледжей, обладателем Кубка Дубая (обыграв в финале бразильскую академию Роналдо) и вот-вот откроет вторую площадку в Уоррингтоне. Приятно сознавать, что нечто, начавшееся как зародыш идеи, превратилось в физическое существо, имеющее непреходящую ценность для столь многих молодых людей.

Итак, решив, что мое ближайшее будущее здесь, в Ливерпуле, я сообщил «МТЮТД», что не вернусь в Таиланд. Поначалу клуб был немного шокирован и явно разочарован, но Ронарит снова показал свой класс. Он сразу же спросил меня, может ли он что-нибудь сделать, чтобы заставить меня изменить свое мнение, но я был просто честен с ним; вернувшись домой, я понял, как сильно скучаю по своей семье, своему дому и своему городу. Ливерпулю. И Ронарит отнесся к этому с полным сочувствием, за что я всегда буду его уважать. Он привел Слависа Йокановича — того самого Йокановича, который вывел «Фулхэм» из Чемпионшипа в Премьер-лигу — в качестве главного тренера, а я остался в Ливерпуле. Но я впервые попробовал себя в тренерской карьере, и мне хотелось большего.

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья