Блог Заметки на футбольных полях

«Пусть сдохнут те, кто завидует моему богатству и лидерству «Атлетико». Самый эксцентричный президент в истории футбола

Иван Тянтов – о Хесусе Хиле.

«Пришло время сказать «прощай» создателю политической партии собственного имени, представителю индустрии развлечений, затейнику и ведущему шоу-программы из джакузи, экс-заключенному, экс-мэру города миллионеров, экс-президенту и держателю контрольного пакета акций «Атлетико», мошеннику, против которого даже за несколько дней до его смерти было возбуждено очередное уголовное дело, – человеку с большим животом, большим сердцем и еще большей глоткой. Все, что делал Хесус, он делал очень дерзко и очень, очень громко».

Именно таким некрологом 14 мая 2004 года «Guardian» простился с одной из самых одиозных фигур в истории современной Испании – Грегорио Хесусом Хилем. Человек незаурядного ума, отличавшийся харизмой и экстравагантностью своих поступков, он сделал свое состояние на строительном бизнесе и еще при жизни неоднократно упоминался в паре с Дональдом Трампом. Его любили и презирали, ненавидели и восторгались им, но похоже, что равнодушных к нему просто не было.

Похороны бывшего президента «Атлетико» собрали вместе лидеров многих политических партий, президентов ведущих футбольных клубов, известных актеров, спортсменов и всех его многочисленных друзей. Слова о том, что Хиль для Испании был знаковой фигурой, подтверждает и тот факт, что свои соболезнования семье покойного магната направила даже королевская семья. Ну а для болельщиков «Атлетико» со смертью Хиля кончилась целая эпоха, сумевшая вместить в себя громкие победы и столь же оглушительные провалы. И это неудивительно, потому как именно такой и была жизнь Хесуса Хиля.

«Я родился в 1933 году в провинции Сория и с детства хотел быть тореадором. Но подрос и быстро понял, что у меня ничего не выйдет. Играл центрального защитника в любительском клубе «Роа де Дуэро», собирался стать профессионалом, но понял, что футбол для большинства футболистов – лишь средство заработка, не больше, мне это не понравилось, и моя карьера игрока завершилась, едва начавшись», –  так со слов Хиля пришло в его жизнь увлечение футболом. Вот только прежде чем стать президентом «Атлетико», ему пришлось пройти путь столь долгий и извилистый, что кажется только Хесус и мог его осилить. Получив в Мадриде диплом экономиста, Хиль долгое время перебивался подработками и продажей поддержанных грузовиков. Жить приходилось при борделе, в котором Хесус в счет арендной платы вел бухгалтерию заведения и подсчитывал счета работавших там проституток.

Долго оставаться в таких условиях он позволить себе не мог в силу собственных амбиций. Хиль искал возможность организовать свое собственное дело, а в годы режима Франко по-настоящему прибыльной обещала стать строительная индустрия. И он не прогадал. Благодаря своим обширным связям Хесус обрел достаточно много нужных в его деле знакомств. Достаточно сказать, что на одном из званных вечеров ему удалось свести тесное знакомство с близким другом самого Франко. Последующие свои дела в строительном бизнесе Хесус редко вел в согласии с законом. Большие штрафы стали неизбежной статьей расходов в его бизнесе, но вот больших сроков заключения ему всегда удавалось избежать. Помогали обширные связи и знакомства.

В 1965 году бизнесмен решает купить 700 гектаров земли близ Сеговии, мечтая о «шикарном городе, вроде Лас-Вегаса, но только лучше». Спустя несколько месяцев и бесчисленное количество бюрократических проволочек первые несколько зданий района Лос Анхелес де Сан Рафаэль были сданы. По этому случаю организовали праздничный банкет в только отстроенном компанией Хиля ресторане. Но празднику не суждено было состояться, и на еще не заполнившийся гостями зал обрушился потолок, унеся с собой жизни 58 человек.

Судебное разбирательство выявило, что в ходе строительства Хиль экономил на всем, построив жилой комплекс без каких-либо планов и расчетов и окончательной госприемки объекта. Все эти прегрешения Хесуса перед законом стоили ему пяти лет лишения свободы, из которых отсидел он только 18 месяцев. К этому сроку Хилю удалось получить помилование лично от Франко. «Мои кумиры – Иисус, генерал Франко и Че Гевара», – признается он позже, оставив нас с домыслами относительно того, кого же все-таки имел в виду Хесус, говоря об Иисусе. Относительно признания Хилем заслуг генералиссимуса сомнений не возникает. Хесус, став мэром Марбельи на выборах, в которых созданная им партия GIL (Grupo Independiente Liberal) заняла 19-е из 25 мест в муниципальном совете, первым делом установил бюст Франко в здании мэрии. «Нынешних политиков я не взял бы даже посыльными в свою компанию. Политика стала укрытием для бездарей», – этими словами Хиль развел политический режим своего кумира с ненавистной ему политикой современной Испании.

«Атлетико» возник в жизни Хесуса по большей степени случайно. В 1979 году Хилю в очередной раз необходимо было поправить собственный имидж в глазах общественности, а потому он решил выступить в роли миротворца в отношениях президентов «Реала» и «Атлетико». Примирить их не удалось, но вот с Висенте Кальдероном, занимавшим тогда пост президента в клубе, Хилю удалось выстроить достаточно близкие отношения. В 1982-м Хесус вошел в совет директоров «Атлетико», но достаточно быстро испортил отношения со всем руководством клуба, включая и самого Кальдерона, за что его исключили из совета. «Пока здесь этот Кинг-Конг, я никогда не вернусь!» – сказал он тогда в адрес Висенте. Однако в скором времени обиды были забыты, и с Кальдероном до самой его смерти Хиль поддерживал дружеские отношения.

Сразу после смерти Кальдерона в 1987 году должны были состояться выборы нового президента «Атлетико», и Хесус решил принять в них участие. Хиль пошел на довольно ловкий прием, дав обещание болельщикам клуба ко дню выборов привезти в команду звезду мирового уровня. Этой звездой оказался Паулу Футре из «Порту», ставшего обладателем Кубка европейских чемпионов-1986/87. Паулу был одной из главных звезд того триумфального состава, а потому боссы «Порту» поначалу наотрез отказывали назойливому испанцу в продаже Футре. Но Хиль отступать не привык, и его дар убеждения с предложенным португальцу роскошным контрактом сделали свое дело. За три дня до выборов Хиль арендовал самолет и лично привез в Мадрид новую звезду европейского футбола. Выборы Хесус выиграл с огромным отрывом.

С этого момента «Атлетико» стал для Хиля его любовью и страстью. Успехи и неудачи команды Хесус воспринимал как собственные. А потому каждое неоднозначное высказывание в адрес клуба или неудовлетворительную игру команды Хиль расценивал как личное оскорбление. Принципиальные соперники «Атлетико» по чемпионату сразу приобрели статус его личных врагов. «Рамон Мендоса – возбудитель насилия. Как кагэбэшник или президент-каннибал Иди Амин», – именно так высказался Хиль в адрес бывшего президента мадридского «Реала», а одного из самых знаменитых президентов «Барселоны» Хосе Нуньеса он назвал «тупым коротышкой с дешевыми и глупыми бравадами».

Однако за громкими высказываниями Хесуса всегда скрывался трезвый прагматизм, позволивший ему сделать состояние. Как талантливый администратор, Хесус первым стал получать серьезные доходы от телетрансляций. Хиль также стоял у истоков акционирования футбольных команд. Но при всем этом «Атлетико» никогда не был для Хесуса источником прибыли. Деньги любят тишину – это не про «Атлетико» времен Хиля, потому как инфоповодов и шумихи вокруг клуба с его приходом было всегда в достатке. Казалось, что Хесус за 17 лет в должности президента клуба успел пройтись по всем, кто имел хоть какое-то отношение к футболу в стране.

Судьи? В ноябре 1990 года Хиль обозвал «педиком» французского арбитра Мишеля Вутро после проигрыша «Атлетико». В наказание УЕФА запретила тому присутствовать на матчах в течение 18 месяцев. В марте 1994 года досталось арбитру Андухаре Оливере. «Он был похож на пятилетнего пацана с револьвером в руках», – сказал о нем Хесус опять же после проигранного матча. А в ноябре того же года Хиль прошелся по арбитру Лопесу Ньето, заявив следующее: «В судействе правит мафия. Чемпионат продан на корню. Судьи ведут себя как проститутки. Анхел Мария Вильяр (президент испанской федерации футбола на тот момент) – самый главный мафиози, это раковая опухоль футбола. Они все мошенники».

Журналисты? Их дон Хесус и вовсе на дух не переносил. «Я бы с большим удовольствием поговорил со своей кобылой, чем с репортером», «Проваливай отсюда на хрен, пошевеливайся! Только так с вами, тупицами, и нужно обращаться!», «У меня нет никакого желания общаться, и я презираю всех вас. Не хочу никого из вас видеть поблизости снова», – таково было его отношение к каждому журналисту, досаждавшему Хиля своими провокационными вопросами. Однажды Хесус явился на пресс-конференцию с крокодилом, пообещав в следующий раз притащить его мать, «если дураки журналисты напишут какую-то дрянь».

Что касается игроков и тренеров «Атлетико», то только лишь успешные выступления команды могли отвести от себя гнев президента. Ну а поскольку успехов в срок президентства Хиля было не так уж и много, то и шквал критики Хесуса в адрес игроков собственной команды с изрядной частотой сотрясал спортивные СМИ. «Его дело – разгружать ящики с рыбой на рынке, а не играть в футбол. Собираюсь отрезать этому нигеру его черную башку и приделать белую. Я очень от него устал» (так выглядит наиболее приглядная часть монолога Хиля о колумбийском футболисте «Атлетико» Адольфо Валенсии после матча против «Логроньеса»). «Футболисты? Они заслуживают только одного – возвращаться с Канарских островов вплавь!», – высказался Хесус после поражения «Атлетико» от «Лас Пальмас». «Моя ошибка в том, что я обращаюсь с игроками, как с людьми. Мои лошади умнее», – подобные высказывания импульсивного президента должны были, по его идее, встряхнуть команду, но получалось зачастую ровно наоборот.

100-летний юбилей «Атлетико» выпал на матч с «Осасуной». На глазах пятидесяти с лишним тысяч болельщиков, собравшихся в тот день на «Висенте Кальдерон», «матрасники» умудрились проиграть с минимальным счетом. «Некоторые наши футболисты не заслуживают того, чтобы жить», – сказал Хиль после того матча. И если подобными заявлениями в адрес игроков Хесус лишь сотрясал воздух, то тренеров менял с большим удовольствием. Вот и Грегорио Мансана с командой отработать смог тогда лишь сезон, что для клуба, сменившего однажды за сезон сразу шесть тренеров, было вполне привычной практикой. Всего за период президентства Хиля через клуб успели пройти тридцать главных тренеров. «Для меня уволить тренера – все равно, что прикончить бутылку пива. Могу прикончить двадцать в год, а могу и сотню, если это необходимо», – случай, когда слова дона не разошлись с делом.

Вот только вся эта тренерская карусель обернулась для «Атлетико» американскими горками. После золотого дубля в 1996 году уже в сезоне-1999/00, заняв 19-е место, «матрасники» после 65-летнего пребывания в элите опустились во второй дивизион. И только летом 2002 года под руководством Луиса Арагонеса удалось вернуться в Примеру. Но несмотря на то, что игры команды проходили во втором дивизионе, «Висенте Кальдерон», вмещающий 56 тысяч болельщиков, всегда был заполнен до отказа. За те два года, что команда провела в сегунде, количество болельщиков, плативших ежегодные членские взносы, возросло почти на 20%. Хиль тогда отблагодарил фанатов за верность, снизив стоимость сезонных абонементов вдвое.

Между триумфом в примере и вылетом из нее «матрасники» успели сыграть в Лиге чемпионов, дойдя до четвертьфинала и уступив «Аяксу» только в дополнительное время ответного матча в Мадриде. Ход игры держал в напряжении зрителей до последней минуты, но дон Хесус предпочитал не сдерживать собственные эмоции, а потому живо реагировал на каждый игровой момент, не забывая при этом высказаться и в адрес руководства «Аякса», которое в лице ван Праага располагалось в одной с Хилем VIP-ложе стадиона. «Негры «Аякса»! Да это просто «ФК Конго»! И я нахожусь в Конго, говорю это со всем уважением. Смотришь в одну сторону – четыре негра. Смотришь в другую – там пять. А посередине – еще три. Негры лезут отовсюду, как чуррос из машины в чуррерии», – за подобные высказывания на пресс-конференции испанцу пришлось ответить в суде, но ему, как и прежде, все сошло с рук.

«В собственном доме я могу делать все, что мне заблагорассудится», – это не только ответ Хиля президенту «Аякса» после того инцидента, но и его жизненный принцип. В «Атлетико» Хиль чувствовал себя полноправным хозяином, а потому и решения принимал исходя только из собственных убеждений. «Да потому что просто нет никакого смысла!» – так прокомментировал испанец расформирование клубной академии «Атлетико» и во всем руководстве клуба не нашлось ни одного человека, кто мог бы переубедить его в этом решении. Вечным напоминанием Хесусу о совершенной им ошибке позднее станет Рауль Гонсалес Бланко, или попросту Рауль, которого самодурство Хесуса вынудило уйти в академию «сливочных» и уже там вырасти в легенду мадридского «Реала» и всего испанского футбола.

В 2001 году в отношении Хиля вновь было возбуждено уголовное дело. Касалось оно статуи Зураба Церетели, подарившего огромный по своим размерам шедевр администрации города во главе с Хилем. Мэра обвинили в присвоении одного миллиона долларов, который якобы полагался ему за перевозку статуи. В ходе следствия выяснилось, что подписи российских партнеров Хесуса были им подделаны, а потому и без того уже достаточно давно тянувшаяся вереница судебных разбирательств испанца грозила привести к долгому тюремному сроку. Но за несколько часов до того, как Верховный суд Испании должен был, наконец, вынести Хилю окончательный приговор, стало известно, что сейф здания суда, в котором хранились материалы, был взломан ночью, и среди украденных бумаг оказались и те, что относились к делу о монументе. Хесус, хоть и с громким скандалом, но в очередной раз избежал правосудия.

Статуя Церетели с громким названием «Победа» и сегодня украшает собой набережную Марбельи, но для самого Хиля к 2001 году все его победы остались в прошлом. Хесусу грозили 42 года тюрьмы за махинации на посту мэра города и в 2002 году испанский суд объявил Хесуса Хиля «непригодным занимать государственные должности в течение 28 лет» и заключил его в тюрьму. Но заключение вновь оказалось недолгим и по состоянию здоровья Хесус в скором времени вновь оказался на свободе.

Многие полагали, что испанцу вновь удалось решить проблемы с правосудием, но у Хиля на тот момент действительно были серьезные проблемы со здоровьем. Сразу после освобождения у него случился сердечный приступ, и врачи тогда категорически запретили ему посещать матчи «Атлетико». Вот только в своей жизни Хиль слушал одного лишь себя, а потому телерепортеры продолжали выхватывать в VIP-ложе уже бывшего президента «Атлетико».

Хиль вряд ли упрекал себя даже тогда, когда его команда играла в Сегунде. Ведь он отдал ей столько сил и времени на посту президента, что все совершенные им ошибки можно объяснить разве что ослеплявшей его любовью к «Атлетико». Хиль всегда свято верил в свою правоту. На выборы в испанский парламент он шел с лозунгом «Хиль – глас народа в парламенте!». «Все просто. Я не верю в левое или правое. Я верю в людей и работу. Я – антисистема. Я пришел в политику, потому что Испания заслуживает лучшего, чем то, что она получает. У нас самые худшие правители в мире. Они циничны и коррумпированы», – и это не продуманный маркетологами образ, а тот Хесус Хиль, каким себя самого видел он, убежденный в собственной непогрешимости. Хесус обещал стать монахиней, если это поможет вытащить команду из кризиса, но уверовать Хиль мог, похоже, только в собственные идеалы. И если подумать, то в каком-то смысле он и был всю свою жизнь идеалистом.

«Когда я умру, заверните меня во флаг «Атлетико». А на надгробной плите напишите: «Здесь лежит дурак, который считал, что все могло быть лучше». Хесус Хиль был похоронен с флагом «Атлетико», но его последняя воля так и осталась не исполненной.

Фото: REUTERS (1,4); Gettyimages.ru/Allsport UK (5)

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья