В 2016-м 23-летний Шамиль Гасанов из «Анжи» забил победный «Зениту» в 1/8 Кубка России. Выходил в центре поля против Акселя Витселя, Хави Гарсии. И считался перспективным опорником, который мог сыграть и в центре защиты.
В 2026-м Гасанова – уже как игрока «Мурома» из Второй лиги – задержали с закладкой в Москве, поместили в СИЗО – и предъявили обвинение в незаконном приобретении и хранении (без цели сбыта) запрещенных веществ. В 2023-м его уже задерживали с 0,54 грамма мефедрона.
Терентьев поговорил с людьми, которые пытались вытащить Гасанова из зависимости.
Каждые полгода приезжал к первому тренеру на чай
Шамиль Гасанов в 10-летнем возрасте переехал вместе с родителями в Москву из Махачкалы. Пошел на футбол, где попал к тренеру Игорю Гусеву. Тот работал с ним вплоть до выпуска и помогал на первых этапах взрослой карьеры.
– Шамиля знаю с 2004 года, когда набирал команду в «Юный динамовец». Через год он стал обладателем приза от Федерации футбола Москвы. Мы выиграли хороший турнир.
Нормальный мальчишка, хорошая работающая семья. Отец-труженик, строитель, мама внимательная к нему.
– Где в детстве играл Гасанов?
– Начинал как нападающий, но он добродушный такой парень. А нападающий должен быть злым. Где-то жестко сыграть в борьбе, корпус поставить. Был у меня такой, Женя Вишняков, вот тот чистый нападающий. А Шама никогда по ногам-то врезать не мог – чтоб нагло. Вообще бесконфликтный.
Поэтому постепенно стал отводить его назад – в полузащиту. Там он у меня и заканчивал [ДЮСШ] – как центральный полузащитник. Не знаю, почему в «Анжи» – иногда – и особенно в «Енисее» его стали центральным защитником делать. Не его это. Но у каждого тренера свои тараканы в голове.
Спустя несколько лет я ушел тренировать в школу «Воробьевы горы» – со мной ушла вся команда. Шамиля тренировал до выпуска. Он ненадолго уходил в «Трудовые резервы», откуда проще было в сборную попасть. Но Шама плечо повредил. Говорит, просто снежок бросал, и плечо вылетело. Вернулся к нам через год.
После выпуска отправился в «Зенит» Москва, это команда КФК. У меня были очень хорошие отношения с ее тренером Игорем Прокудиным. Много ребят передал им, но задержался только Шама.
Потом было «Подолье», а оттуда Шаму уже забрал «Анжи». Отзывы отличные были: «Дагестанский Хуммельс». Это ваши писали, журналисты, когда он еще в молодежке играл.
– Кто был его агентом?
– Понятия не имею. Я с ними не общаюсь, одно время пересекался, когда на что-то надеялся. Помню, один тренер говорил: «Ну хорошо, возьму двоих твоих [воспитанников], но остальных-то – куда? Там еще агенты приведут [игроков]. И что нам потом делать?»
Ну это такой уже финансовый разговор.
В общем, все шло хорошо, пробился в основу, его выпускали в центре защиты и в опорной зоне, но чаще в опорной. Могу похвастаться даже: Шама «Зенит» похоронил на Кубок (в 2016-м – 1/8 финала, 4:0 победил «Анжи» – Спортс»). Тренером был Врба, Шамиль забил.
Мы с ребятами нашей детской команды приехали на матч, болели. А так я по телевизору его игры всегда смотрел. Если приезжали куда-то рядом с Москвой, то по возможности выбирался на стадион. Шама помогал с билетами.
Но потом у него что-то случилось в «Анжи»: с тренером проблемы. Говорил ему: «Потерпи чуть-чуть. Уберут тренера (речь про Александра Григоряна – Спортс»)».
«Нет, я хочу играть».
Поехал в Норвегию, в «Тромсе». Там сразу сломался, приехал ко мне сюда. Он вообще постоянно приезжал – вместе с пацанами из нашей команды. Обычно после первого круга и после сезона. Знакомые спрашивали: «Это у вас что, Гасанов?» – «Да, он отсюда выпустился».
– Вы получили за Гасанова выплаты от РФС? Как за воспитанника.
– Только наше царское спасибо.
– О чем говорили, когда он приезжал?
– О футболе, жизни, планах.
– После «Анжи» у него не очень задалось.
– В Красноярске одно время здорово выглядел, я даже ездил смотреть на него в Химках. Бывший стадион «Новатор». Помню, Шама снова как центральный защитник вышел. Я думал: ну почему его туда все ставят?
Зато в Красноярске Шама женился. Потом дочку его видел несколько раз, он приходил с ней на стадион, на Воробьевы. Так что… даже не знаю, как такое могло случиться [новость о задержании Гасанова с наркотиками].
Грустно.
– В последнее время с Шамилем реже общались?
– Нет, он как всегда приезжал после первого круга и в конце сезона. Традиция. Они всей командой собирались: ну кто поддерживал связь. Была у них своя могучая кучка, человек пять-семь. Приезжали чай попить, поговорить. Вообще дружная команда была – 13 национальностей, но атмосфера отличная, друг за друга бились.
– Он помогал вам: мячами или еще чем-то? Все-таки в РПЛ поиграл.
– А я не просил ничего. У нас все и так есть, обеспечение достаточно неплохое.
Гасанов сверкнул в РПЛ, но потом сломался. Трижды его спасал маленький клуб из Дагестана
Гасанов за два года провел 36 матчей в «Анжи». В концовке сезона-2016/17 при Александре Григоряне перестал попадать в старт и заявку. Шамилю только исполнилось 24 года, и он поехал в Норвегию.
Именно после «Тромсе» Гасанова впервые подхватил необычный дагестанский клуб из Второй лиги – «Легион». Частная команда, в которой мало платили, но давали второй шанс тем, кто потерялся.
– «Легион» в принципе создавался с такой идеей – стать поддержкой для дагестанских футболистов, – рассказывает тренер Ахмад Магомедкамилов. – Что касается Шамиля, он трижды приходил к нам. Первый раз подобрали его после «Тромсе». С травмой, абсолютно неготовый, никто его не хотел брать. Мы привели в порядок, отправили к Дмитрию Аленичеву в «Енисей». Перезапустили карьеру.
Но потом, как выяснилось, начал режим нарушать. Перестал профессионально относиться к футболу.
Мы тогда не знали. Пристроили в «Балтику» – там был [генеральный директор] Тажутдин Качукаев, [тренер] Евгений Калешин, мой товарищ. Но там у Шамиля тоже не пошло, вернулся в «Енисей» – опять что-то не так. Отправили в «Чайку» – к Магомеду Адиеву. Снова не играет как умеет. Все время не могли понять, в чем дело? Парнишка толковый, а что-то не идет постоянно. Оказывается, кайфовал.
Повторюсь, парнишка хороший, но, к сожалению, поймала его эта тема.
Тогда забрали его в «Легион» во второй раз. Сказал ему: «Шамиль, ты игрок уровня сборной страны, но что-то не туда идет. И теперь понимаю что. Давай у нас здесь побудешь?» Это 2020-й. Через два года возник вариант с махачкалинским «Динамо» – пришли их функционеры, деньги предложили. Но мы Шамиля отговаривали: «Нельзя тебе уходить. Да, это тоже Дагестан, но ты там без контроля останешься».
Я в этом вопросе опытный психолог: 10 лет мы команду содержали. Понимал, что так все и будет. У нас хватало таких ребят, с зависимостями. Но он нас мучил, просил отпустить. Отпустили. В «Динамо» снова прежние проблемы вылезли, в клубе на тормозах спустили, ничего не сказали, но выгнали. Его и еще двоих ребят. С такой же формулировкой. Шамиль уехал в Узбекистан (клуб «Сурхан» – Спортс»), но потом его первый раз поймали с этой же темой (в июне 2023 года Гасанов был задержан в Москве с наркотическим веществом – Спортс»). Хотя мы много раз предупреждали, что добром дело не кончится.
Тогда он, по-моему, условное получил – замялось дело. Переговорили с отцом, забрали Шамиля в «Легион» третий раз – теперь уже под жесткий контроль. Все страхи и риски я взял на себя, он у меня опять капитаном стал. Специалисты сказали: «Если сможешь мониторить, тестировать его, все будет нормально». Перед зарплатой брали мочу на анализ – раз в две недели.
И он нормально себя вел, потому что не было шансов. Но, к сожалению, «Легион» закрыли в 2025-м. Пытался взять Шамиля в «Нарт» (Черкесск), куда сам ушел. Тоже Вторая лига. Но ему предложили хорошие деньги в Центральной России. Муром.
Сразу было понятно, чем это закончится. К сожалению. Теперь думаю, реальный срок получит. Скажу так: я его… ну виню, конечно, он дурачок, но, блин, это такая вещь, что не дай Бог в нее попасть. Если уже попал, от человека уже мало что зависит.
Но это вообще большая проблема сейчас – сколько молодых ребят в Дагестане столкнулось с этим!
– А Шамиль говорил, как в это угодил?
– А что там говорить? Банально все. Премьер-лига, хорошая зарплата, никакого контроля. В Москве у него мама, но Шамиль постоянно в разъездах. Как тут проследишь? Даже я, опытный боец в этой теме, долго не мог понять, что с ним не так.
Просто человек слаб оказался на это. Хотя говорю вам: личные качества у пацана – топ. Настоящий капитан, отзывчивый, добрый, порядочный, очень позитивный. Никогда и никому от него вреда не было. Но, к сожалению, одна вещь может все перечеркнуть.
И таких примеров хватает. Знаю ребят, кто также засветился в РПЛ, а потом начал кайфовать. Теперь по Вторым лигам шатаются.
– Шамиль в разговорах верил, что может перебороть проблему?
– Без помощи, конечно, нет.
Будь у него силы… Ну он же очень умный парнишка, интеллектуальный. Вырос в Москве. Плюс если человек до Премьер-лиги дошел, он дураком по-любому не будет. Раз выбился, значит, у тебя есть хорошие личные качества.
Поэтому ему надо было помочь. После «Динамо» он говорил мне: «Не хватало твоей опеки, наставления». Мы же в «Легионе» не только контролировали. Потому что надо не только мочу брать, но и разговаривать, объяснять, давать определенный заряд. Пока Шамиль в кругу богобоязненных людей, признавших традиции и здоровый образ жизни, он абсолютно нормальный парень.
Как только попадает чуть не в ту компанию, где есть нехорошие предпосылки, – мы пацана теряем. Человек все это сам понимает прекрасно. И я вас уверяю: любой наркоман знает, что губит себя, любой лудоман знает, что никогда не выиграет у букмекерской конторы. Но это не отменяет желания, вот этого «я хочу кайфануть, успокоить душу, дать ей, что она хочет».
К сожалению, зависимости ломают любого. Пошла у него слабость, потом и с женой развелся, хотя уже ребенок был. Короче, все наперекосяк.
– А в «Динамо» не отпускали почему? Хотели, чтобы он окреп?
– В том числе. Но главное – другое.
Какой бы ты крепкий ни был, когда попадаешь в другое окружение – пропадешь. Потому что есть пробоина в сознании, в душе, грубо говоря, в твоей психологии. Ты не можешь без этого. И если только попадается какая-то не та компания, все – тебе конец.
Все это понимали, и он понимал. Должен был.
Говорил ему: «Сиди здесь, Шамиль. Ты капитан команды, все нормально. Когда будешь готов, я тебе скажу. А сейчас ты не просто карьеру профукаешь, ты жизнь проиграешь. У тебя и так все наперекосяк: разведен, дочка там, ты не там. Вроде карьера такая, всю жизнь хорошо получал, а за душой ничего, блин. Там в долг берешь, тут в долг».
А он мне: «Ахмад, я карьеру хочу спасти». В сердцах сказал ему: «Ну иди, посмотрю, как ты ее спасешь». Вот и спас.
– Вы были на связи в последнее время?
– Нет, как он уехал [в Муром]. Но, честно, мне было очевидно, чем все кончится. Поэтому не понимаю его отца: я бы своего сына не отпустил в такой ситуации. Любой, кто понимает, что такое профессия воспитателя, что такое работа с непростыми случаями, скажет: «Если человек не удержался раз-два-три, его нельзя отпускать в четвертый раз».
Это очень тяжелая вещь, и ей невозможно одному противостоять. Никак.
Знаю ребят, которые были лудоманами, что не легче. Были случаи в Дагестане, когда серьги у матери воровали, в долги влезали. В «Легионе» тоже были непростые случаи. Хорошие пацаны, тоже уровня сборной, но потеряли карьеру, жизнь испортили, брали займы, кредиты, теряли авторитет – и теперь годами это расхлебывают.
Думаете, они не понимали, к чему это ведет? Конечно, понимали. Но это болезнь.
– Когда он в третий заход в «Легионе» был и пришел в себя, помирился с супругой?
– Нет, насколько мне известно, у них гораздо глубже противоречия были, чем только это. Культурные в том числе. Он изначально взял в жены девушку другого морально-этического кода, не из Дагестана. Везде люди по-разному воспитаны. Редко-редко такие браки устраиваются, мне кажется.
«Легион» вырос из детской школы и стал социальной командой. Помогал вернуться в футбол в том числе бывшим заключенным
Шамиль Лахиялов неплохо поиграл в РПЛ: за «Анжи» (тот самый – звездный с Роберто Карлосом и Это’О), «Терек» и «Крылья Советов» – 109 матчей и 22 гола, 15 голевых.
Еще во время карьеры Лахиялов открыл детскую школу в Махачкале – «Легионер». Из нее в 2015-м появился клуб «Легион», чтобы помочь ребятам, кто не может найти команду.
– В тот момент закрылся «Анжи-2», который играл во Второй лиге, – рассказывает Магомедкамилов. – В связи с чем не у дел осталось много перспективных футболистов. На тот момент в Дагестане не было команды уровня ПФЛ. И мы с Шамилем Лахияловым решили такую сделать, назвали «Легион». Сначала по любителям играли, потом попробовали в профи. Благодаря тому, что директор стадиона «Динамо» предложил нам: «Заходите [играть на стадион] бесплатно».
Так все сложилось.
Но жили практически на копейки, а за копейки кто играть будет? Только именно такие люди – немного искалеченные. Кто попал в какую-то яму и сам выбраться не может.
У меня был авторитет: я раньше был милиционером, потом имамом. Есть опыт в работе со сложными людьми – могу требовать, могу наставлять. Зная это, люди приходили за помощью. И мы делали что могли.
Но проблема заключалась в том, что когда они уходили от нас, когда не было тотального контроля, отеческой любви, опеки, они начинали превращаться в тех, кем были до. Это большая проблема.
Думали, вот переформатировали человека, отправили жить, но – нет. Переформатирование работает, пока они у тебя в клубе. Пока есть рычаги влияния, воздействия. С Гасановым тоже так было.
– А как выглядела команда изнутри? Совместный намаз, походы в мечеть?
– Нет, у нас все только по желанию. Речь больше про воспитательные беседы, контроль, разговор.
Например, у нас жили русские ребята, тоже зависимые. Жили прямо у меня дома, я им пару этажей отдал. В один момент понял: что-то снова не так. Обычно как это видишь: узнаешь, человек начинает у всех в долг брать. Значит, опять в контору играет. Сразу сигнальчик.
И снова идет разговор.
Вмонтировал камеры в квартирах и сказал: «В 23:00 включаю, если кого-то не будет дома, смотрите у меня». Пришлось на такие меры идти, зато у ребят результаты хорошие пошли. И на поле, и в жизни.
Мы же еще брали желающих с собой на малый хадж (умра – паломничество в Мекку, которое не ограничено определенными днями исламского календаря и не заменяет обязательный хадж – Спортс”). Шамиль, кстати, тоже ездил. Для мусульман это святые места. Хотели, чтобы игроки там встрепенулись и изменили в себе что-то. Увидели величие Господа – и как-то утихомирились, угомонились, что ли. Надеялись, что эта поездка тоже поможет им справиться со своими проблемами, – говорит Магомедкамилов.
– В основном в «Легионе» упор делался на религию, – говорит Лахиялов. – Она основной спаситель молодежи. Можно много говорить, но у молодых в одно ухо влетело, в другое вылетело. А когда им объясняешь, что это не мы с Ахмадом (тренером «Легиона» – Спортс”) придумали, а это Всевышний Аллах говорил, тогда у молодежи не бывает отговорок. Воспринимают бесповоротно.
Была строгая дисциплина. В команде запрещался мат, распитие спиртных напитков, не говоря уже о наркотиках. Команда существовала по канонам ислама.
Понятно, что не могли контролировать молодежь круглосуточно: только когда были на сборах, на выезде. Большую часть времени они были с друзьями, родными. Но мы регулярно проводили беседы. Старались говорить о правильных вещах.
– Как такие ребята попадали в команду?
– В основном сами приходили. О нас молва в республике была. Всех, кому тяжело и кто мог уйти не той дорогой, отправляли в «Легион». Знали, что там проводится работа в правильном направлении.
До сих пор помню разговор с главным тренером по поводу человека, который вышел из тюрьмы. Он говорил: «Мы его берем не как футболиста – как человека. Чтобы спасти его». Конечно, приходили и просто после травм, – говорит Лахиялов.
Средние зарплаты в «Легионе» были небольшие.
– У нас были те, кто бесплатно играл. Но в основном – на МРОТе. Гасанов получал 50-60 тысяч рублей, – рассказывает Магомедкамилов.
– А премиальные?
– Конечно. Сначала 7500 рублей. Последние годы – 15 тысяч. С голоду ребята не умирали, но, конечно, в других командах другие цифры. Например, тот, кто в «Легионе» получал 50 тысяч, в «Нарте» получал бы 120.
Но мы брали игрой, прогрессом. Все знали: если ко мне придешь, через год станешь сильнее. Из гадкого утенка в белого лебедя.
Все на нашем энтузиазме. Чтоб вы понимали: почти 11 лет вели клуб за собственные деньги. Это сотни миллионов рублей: на детей, на футболистов, чтобы таких историй, как с Гасановым, было меньше.
– Как находили средства на команду?
– На первом этапе команда почти полностью финансировалась дагестанскими именитыми футболистами. Али Гаджибековым и Бадави Гусейновым. В дальнейшем подключались друзья-бизнесмены, бойцы и так далее.
У меня есть определенные связи в республике, немало друзей, в том числе влиятельных, имеющих какие-то возможности, которых мы просили помогать клубу.
Такой краудфандинг сделали, как у «Эспаньола». Только они со зрителей собирали, а нам помогали друзья.
– Как это выглядело?
– Прихожу к знакомому бизнесмену: «Слушай, у нас такой проект. С тобой ничего не случится, если один день в ресторане не покушаешь. Вот тебе парнишка, будешь ему зарплату платить». И футболист закреплялся за человеком.
Например, один мой друг так перечислял 50 тысяч Гасанову каждый месяц. Если Шамиль не занимался какой-то фигней.
Но подобные санкции [лишение зарплаты] практически ни к кому не применялись, ни у кого рубль не забирали, это в нашей религии не положено. Пока пот не высох, деньги надо отдать. Поэтому за 11 лет ни разу не задерживали зарплаты.
Честно говоря, уникальный был клуб, реально нет аналогов. Ну не найдете вы еще прецеденты, где половина состава живет дома у главного тренера. Бесплатно. Помню, как мы ездили с ребятами на базар, покупали картошку. Реально семья, поэтому и боролись за высокие места. За одну игру тысячу передач могли сделать, как в «Манчестер Сити». Качество игры было сумасшедшее.
Даже хотели фильм про команду снять. Приезжал наш друг Игорь Порошин (из Cappuccino&Catenaccio), но не срослось. Мы в тот год уже закрывались, поэтому не стали ничего выпускать.
– Самая сложная ситуация, в которой помогали человеку? Знаю, что за клуб играл человек, который вышел из тюрьмы.
– Да, у нас был парень, который три года отсидел. Воспитанник академии «Анжи». Мы его приняли, привели в себя, вернули в футбол. Потом ушел от нас в «Победу» Хасавюрт.
Был администратор команды, который в реабилитационном центре лежал: по сути, тоже жизнь профукал. Но он тоже один из тех, кто исправился. Сейчас в другом клубе работает, умница. Живет нормальной жизнью.
Но, к сожалению, такие случаи редкость. Поэтому не могу похвастаться, что мы вот прям всех исправили, всем помогли.
Знаете, это как айфон перестраиваешь в настройках, а он потом одной кнопкой – бац, и до базовых откатился. К тому, что в нем заложили в молодости, окружение. Все же оттуда.
В 2025-м «Легион» закрылся – из-за финансов.
– Затраты на Вторую лигу становились все больше и больше, – объясняет Лахиялов. – Если в первые годы бюджет клуба был 5-7 млн рублей, то в последние – уже около 25 млн. Сами уже не могли справляться.
– Из-за чего Вторая лига так дорожала? Инфляция?
– И она. И взносы росли, например. Сейчас один взнос – около 6 млн рублей. 10 лет назад у нас такой бюджет был на сезон. Плюс возросли расходы на выезды, на зарплаты, налоги, все в совокупности.
Сейчас, по-моему, выходит у команд уже под 30-35 млн на сезон.
– В шесть-семь раз больше.
– Да, хотя организация турнира с приходом Измайлова [глава ФНЛ] улучшилась. Но, к сожалению, возросли и затраты.
Нам стало тяжело, а поддержки от руководства [республики] никакой не было. Поэтому закрылись.
Нужно было потратить 3-5-10 млн рублей, которые мы просили у руководства. Правительство придумывает всякие программы для молодежи, чтобы приобщать к здоровому образу жизни, спорту, а мы занимались этим на протяжении 10 лет. Но ни одной копейки [из бюджета] не увидели.
Теперь пожинаем плоды.
– Куда теперь ребята из «Легиона»?
– Почти за всеми слежу. Кто в «Победу» Хасавюрт отправился, кто в «Нефтяник» Избербаш. Многие во Второй лиге, есть те, кто и на уровне республики играет.
– Школа «Легионер» осталась?
– Да, функционирует. Дети тренируются, – говорит Лахиялов.
– Куда теперь пойти дагестанскому футболисту, если он еще не дорос до РПЛ? – спрашиваю Магомедкамилова.
– У нас три команды во Второй лиге: «Победа» Хасавюрт, «Динамо-2» (там в основном детвора играет) и «Нефтяник». Плюс по любителям «Анжи».
Мы поэтому и закрылись, что столько команд. Когда начинали, не было ни одной. Потому нишу и заняли. Хотели и сами подняться как можно выше, и футболистов поднять.
Практически любой дагестанский футболист сейчас, если он играл в республике, проходил через систему нашего клуба.
«Проблема наркотиков – очень серьезная. Даже в школах уже появляются»
«Мы не можем похвастаться большими результатами на футбольном поле, но зато в плане работы с молодежью – вполне, – говорит Лахиялов. – Такая трудная молодежь – мы с ними работали.
Кто-то должен этим заниматься. Проблема с наркотиками очень остро стоит в республике: средний возраст употребления чуть ли не 15-16 лет. Все ниже и ниже получается. Поэтому, конечно, тут нужна программа на самом высоком уровне. Чтобы спасти нашу молодежь.
Потому что сейчас эти наркотики стали очень легкодоступны, а это приводит к тому, что всегда найдется покупатель».
– Даже в школах это стало появляться, даже у девочек, – говорит Магомедкамилов. – Мефедроны, синтетические наркотики стали легкодоступными. У нас уже тревогу бьют по этой теме.
В такой ситуации, конечно, роль семьи – ключевая. Поймите одну вещь, которую я пытаюсь внедрить в сознание общества: детей надо воспитывать до 14 лет. Мы это знаем, потому что наш пророк сказал об этом. С семи лет приучайте к намазу, с десяти – наказывайте [за проступки]. Это уже формирование характера. Чтоб он понимал: за что будет плюшка, а за что наказание. Тогда он вырастет нормальный, не социальный урод, за которым надо бесконечно бегать.
Поэтому важно не упустить момент, позже что-то объяснять намного сложнее. Можешь требовать, заставлять, пугать Уголовным кодексом, но если есть какая-то слабость, то человек будет к ней возвращаться.
Всегда как положительный пример привожу школу Абдулманапа Нурмагомедова, ныне покойного. Почему у него такие результаты в воспитании? Потому что он с детства приучал к правильным вещам. Вы посмотрите на Хабиба: он купается в деньгах, но при этом остается скромным и смиренным. Потому что так воспитан.
Дали бы мне тренировать Гасанова в семилетнем возрасте, то, скорее всего, он бы этой ерундой не стал заниматься. Потому что ему бы вмонтировали в мозги совсем другое отношение к таким вещам. А сейчас, когда он уже взрослый и состоявшийся, что мы сделаем? Только временно что-то перенастроить, и все.
Я к этому пришел спустя много времени, когда тренировал, когда до этого долгое время был имамом, тоже воспитывал людей проповедями. Все это видел – взрослого человека очень сложно изменить. Чаще это лишь временный эффект. Ограниченный.
– И как быть?
– Говорил Гасанову: «Держись подальше не только от самой темы, но даже от предпосылок к ней. Чтоб даже от места, где какой-то наркотик может оказаться. И от людей, которые могут его принести».
Приведу один пример. Любил человек, которого я знаю, выпить пива. Ну кого на чем этот Сатана поймает. Позже он окончательно отказался, стал вести здоровый образ жизни. Но у нас в религии считается нехорошим делом даже зайти туда, где пьют. И по тяжести греха это приравнивается к тому, кто пьет. Это сделано в том числе для того, чтобы отогнать человека от предпосылок.
И вот мой товарищ попал на свадьбу. Не мог не прийти, потому что женился близкий человек. Сел за стол, рядом пили ребята. Первая рюмка. Он сидел и думал: «Сейчас-сейчас, посижу немного – и уйду». На третьей рюмке уже хотел выпить вместе со всеми. В этот момент он себя оборвал: «Что такое?» Встал и ушел оттуда, потому что понял, что сейчас не выдержит.
– Что этому человеку помогло полностью отказаться от алкоголя?
– Религия.
Помогла болезнь, которую он подцепил из-за алкоголя. Все это дало понимание, что человек идет не по той дороге. Тут главное продержаться хотя бы года два. И все, победил.
Плюс стресс помогает. Заболеет человек – сразу все готов оставить. Все привычки. Сейчас, когда Гасанов на всю страну прогудел, конечно, он такой стресс поймал. Может, что-то поменяет это для него. В прошлый раз, когда по шапке получил, как будто чуть понял.
Но расслабился.
– В 2023-м дело закрыли?
– Было что-то условное, по-моему. Наверное, он был на контроле в наркологическом центре. Но не вдавался в ту историю, всех подробностей не знаю.
– Сейчас, когда «Легиона» нет год, чем занимаетесь? Одно время тренировали в «Нарте».
– Профессию воспитателя не оставил – занимаюсь ей в других направлениях. Просто теперь не с футболистами. Преподаю знания по теме Корана (Ахмад был чтецом Корана – Спортс»). Плюс я один из лидеров мнений в нашем обществе, есть немало людей, кто обращается ко мне за советом, признает авторитет.
Был вариант и в футбол вернуться: и за границей, и во Второй лиге, и в другом регионе. Пока думаю, как быть.
Но необязательно, что вернусь в футбол. Есть другие направления, которые вижу.
«Они маленькими все слышат, впитывают как губка, а как вырастут – далеко-далеко»
Перед разговором с Игорем Гусевым, первым тренером Шамиля Гасанова, смотрю, как бегают по стадиону на Воробьевых горах пацаны 2018 года рождения. Хорошие ребята, способные. Мама одного из них успокаивает сына: «Ну зачем ты опять так жестко играешь? Подойди, извинись!» Пока идет атака на другие ворота, пацаны примиряются.
Гасанов – не единственный воспитанник Гусева, кто дошел до РПЛ. 20 лет назад Игорь Юрьевич первым нашел Федора Чалова, проработал с ним год. Тот пришел на тренировку вместе со старшим братом.
– Это был 2006 год, – говорит Гусев. – Помню, весна была: стоит Федя с папой. «Мы тоже футболистами хотим быть». Посмотрел на него, черти в глазах прыгают. Говорю: «Хорошо, медсправку возьмите и приводите». Правда, со мной Федя только тренировался – за 98-й год, а играл за 94-й год. Потому что у него там старший брат.
Когда в ЦСКА отдал его, довольно долго не видел.
Потом смотрю по телевизору – он. И все такой же, как в детстве. В штрафной как дома. Забил, побежал к маме за плюшками. Говорил им в детстве: «Наташа, он у тебя в футболку влезать не будет».
Через год тренировок поймал моего друга-брата Мишу Христича-старшего (который работает в академии ЦСКА с 1997 года – Спортс”). Говорю: «Есть парень, играет за 94-й, 10 забил!» – «Ну и что?» – «Миш, он 98 года рождения!» – «Так почему он еще не у нас?» На следующий день его уже привезли в ЦСКА, к тренеру Паше Ковалю, форму выдали.
Сегодня Гусев подменяет основного тренера, который заболел, а еще у Гусева три своих команды: первый состав, второй и оздоровительная группа. 75 человек, за работу с которыми тренер получает около ста тысяч рублей.
Для Игоря Юрьевича это 43-й год в профессии.
Подумалось: что это за чувство – видеть хорошего, талантливого мальчика, пройти с ним 10 лет вместе, смотреть его матчи по телевизору, ездить на его игры, в межсезонье пить чай с ним, уже повзрослевшим, семейным, а потом узнавать резкую новость.
Тот самый Шама, как называет Гасанова весь разговор Гусев, задержан с наркотиками. А спустя три года – снова. И теперь в СИЗО до ноября.
– Созванивался недавно с Мадиной, мамой Шамы, говорил: «Вы ему от меня в лоб дайте, когда на свидание пойдете», – говорит Гусев. – А они: «Юрьевич, мы бы с удовольствием, но там стенка стеклянная».
Грустно. Не знаю, чем сейчас все закончится.
– Говорили с Гасановым о задержании с наркотиками в 2023-м?
– Сказал: «Дурак, что ли? Соображай, что делаешь». А он: «Мэ-мэ-мэ». Ничего толком объяснить не мог.
Пытались что-то говорить. Но это маленькими они слышат все: впитывают как губка. А когда выросли – все, уже далеко. Далеко.
Не знаю, что у него на душе было. Может, чувствовал, что вот за 30, сходит карьера – все же по-разному реагируют. Кто-то может удержаться, кто-то нет. Жалко его, очень жалко. Честно говорю, насколько я его знаю: это не для распространения было, не станет он этим заниматься, уверен.
Раньше, в советское время, было такое понятие – ЛТП. Лечебно-трудовой профилакторий, для алкоголиков, например, – через работу и труд. Конечно, дурак, что связался с этим всем, но если он это только для себя, то давайте человека полечим. Посадить проще всего, а давайте попробуем полечить, вернуть в общество.
Фото: РИА Новости/Денис Абрамов, Рамиль Ситдиков, Саид Царнаев; ФК «Легион»
Комментарии
Футбол не только Месси-Рональды, да Соболевы с Глушенковыми - это ещё и вот такие истории. У нас вроде от двух вещей принято не зарекаться.
Статья интересная, в особенности по части клуба Легион. Умеют, конечно, представители некоторых национальностей помогать своим чувакам, кому-то определённо есть чему поучиться.
>Очень умный парнишка, интеллектуальный
>Игрок уровня сборной страны
>наш Хуммельс
>дважды пойман с веществами
🤡🤡🤡
Немного жаль парня, конечно.
А вот Лахиялова помню хорошо (как зритель, конечно) - жесткий и неуступчивый игрок был, с характером.
И настоящий молодчина, что затеял такое полезное дело.
Думаю, кстати, что многие бывшие игроки - в том числе не из тех, чьи фамилии всегда на слуху - таким же или похожим образом помогают людям. Ну или хочу так думать )
А на наркотиках, к сожалению, как и на алкоголе, не только Дагестан сидит.
Вся глубинка в зоне риска.
Пхахаха😂😂😂😂🤦