20 мин.
0
Вембаньяма не понял, чему его научил финал НБА. Вот 7 идей

Спортсмены часто прячутся за корректными формулировками и бесцветными фразами про упорный труд, командную работу и что-то там еще. Ну, вы знаете. 

Это нормально: вопросы по большей части одни и те же, нагрузка и без того колоссальная, а корпоративная этика запрещает игнорировать медиа. Беседа с журналистами оборачивается дополнительным занятием в тренажерном зале: не шибко хочется, но надо. 

Два подхода по 10 повторений. Поехали: упорный труд, благодарен партнерам, командные успехи важнее, стараться в защите, слушать тренера. 

Профессионалы давно научились много говорить и ничего не сказать. Журналисты не против – подход устраивает обе стороны. Нам цитаты, вам – экономия энергии. Мама не хотела, папа не старался.

Виктор Вембаньяма за словом в карман не полезет.

Лидер «Сан-Антонио» не стесняется откровенных ответов, делится довольно личными вещами, а временами просто эпатирует. Если что, всегда можно помочь вопросами. От них Виктор не уходит – это ж не игроки «Нью-Йорка» после поражения в финале.

После ошеломительных 1-4 акулы пера и лэптопов, как и положено, первым делом осведомились, что он сейчас чувствует.  Француз назвал поражение болезненным и отметил, что это главный урок в жизни, хотя и не понимает, в чем именно тот заключается. 

«Это самый важный урок в моей жизни, самый ценный опыт. Прежде не было ничего, с чем бы это можно было сравнить. Не могу точно сказать, в чем именно заключается урок, но мы, безусловно, сделаем выводы. Болезненное поражение, но я не прячусь. Для меня эта неудача – источник энергии.

Каждого из нас определяет полученный опыт. Это был невероятно насыщенный и полезный год с точки зрения опыта. Сомневаюсь, что мы могли бы узнать больше и получить больше опыта за один плей-офф, за один год... Лично для меня последние 18 месяцев оказались тяжелыми. Они были полны разнообразных уроков», – сказал он. 

И все же не отказал себе в удовольствии добавить отскочивший от лишенного костей языка мяч в корзину. 

«Меня злит, что до следующего финала впереди, видимо, еще 100 матчей. Не знаю, как это передать по-английски, но мне придется держать это в себе, сбавить обороты, сосредоточиться на этих ста играх и дождаться», – заключил Вембаньяма. 

Человек два года учится говорить, а всю оставшуюся жизнь – держать язык за зубами. К счастью, Виктора еще до появления в лиге считали инопланетянином. 

Мы уже привыкли, что темная сторона время от времени вырывается наружу. Продуманность, любовь к чтению и вольная борьба за экологию сочетаются с тем, что в одинаковой степени можно назвать уверенностью и наглостью. В зависимости от вашего отношения к 224-сантиметровому торжеству диалектики. 

Предпочтем нейтральное слово – смелость. Иногда она берет города и даже Западную конференцию, иногда усаживает в лужу на национальном телевидении. Обещания по ходу серии с «Нью-Йорком» моментально были заскринены и заверены у нотариуса всеми желающими. Впрочем, Вембаньяма не боится выглядеть глупо. И слава богу. Жираф большой – ему видней.

За несколько месяцев наверняка разберется, чему именно учит проигранный финал. Если что, возьмет помощь зала или звонок другу: легендарный Грегг Попович любит и умеет общаться с молодыми баскетболистами. 

Давайте же предложим свой скромный список уроков из пережитой неудачи.

Финал – это маленькая жизнь

Спасибо Олегу Митяеву за подзаголовок.

Добраться до финала сложно, не плюхнуться в нем на пятую точку – еще сложнее. Перенос навыков с уровня на уровень – ключ для профессионального спортсмена в любом виде спорта. Мало уметь – важно показывать в новых условиях, при повышенном сопротивлении. Абсолютные чемпионы тренировок и магистры юношеского спорта обретают покой в одних лишь байках.  

Из школьников в студенты, из NCAA в НБА, из регулярного чемпионата в плей-офф, из нервных серий – в определяющие. Жизнь баскетболиста – это матрешка на американских горках. Внутри обязательно что-то есть, даже самые заслуженные время от времени обнаруживают новое измерение. Все это на фоне конских нагрузок, бесконечных взлетов и падений, резких жизненных виражей. 

«Сан-Антонио» в любом случае сильно опережает график ожиданий. Единицы рассчитывали увидеть их так рано и так далеко. Хотя добавили 37 побед по сравнению с прошлой регуляркой (рекорд сезона) и входили в плей-офф со второго места. Самые смелые ожидали их в финале конференции. Следующая станция – «Оклахома», конечная. Спасибо за участие, приходите через годик. 

График развития «Сперс» неприлично гибкий даже для Макдоналдса. В каждой серии внутри конференции страдали в первых матчах, ощутимо прибавляя после пересечения экватора. Столь молодая и неопытная команда не добиралась до титула аж с 1977 года, отметился «Портленд» с Биллом Уолтоном.

Почти полвека ожидания взялись не на ровном месте. Плей-офф и регулярный чемпионат – разные виды спорта, пусть и строятся на общих принципах. Как любительский и профессиональный бокс. Или овертаймы 3х3 в хоккее: механизм тот же, люди те же, динамика и смысл принципиально иные.

Каждый год мы видим, как плей-офф пережевывает и выплевывает героев регулярного чемпионата. У Джейлена Дюрена в прямом эфире диагностировали открытый перелом максимального контракта. Наложили гипс. Агенты игрока надеются, что к началу июля срастется.

А уж финал – спортивное таинство. Форрест Гамп сравнил бы его с коробкой шоколадных конфет: пока не попробуешь, не узнаешь, что внутри. Парадоксальная штука: сражаются двое, но неподготовленный человек в какой-то момент непременно останется один, наедине со своими мыслями, сомнениями и страхами. Слишком близка цель, слишком велик соблазн измерить пройденный путь, закрыть глаза и вытянуть руку к трофеям. Особенно если твой вингспан – 245 см. 

Чемпион НБА меняется восемь лет подряд. Перед перстнями «Никс» 25 лет не появлялись хотя бы в финале конференции, а до того дважды подряд вылетали во втором раунде. «Оклахома» перед титулом также отправилась отдыхать во втором раунде. «Бостон» перед 18-м чемпионством девять лет подряд выходил в плей-офф и проигрывал. Четыре раза – в финале конференции, один – в большом финале от прошедших пик «Голден Стэйт». 

В общем, Кубок Ларри О’Брайена любит, когда за ним ухаживают. На первом свидании – ни-ни. В подавляющем большинстве случаев процесс включает в себя несколько поражений. Вы плачете, учитесь, усиливаетесь – и наконец смеетесь последними. 

А спустя год снова плачете. И так восемь лет подряд. Хорошо посмеявшийся последним спустя год оказывается предпоследним, а вскоре обнаруживает себя в самой гуще очереди. 

С точки зрения приобретенного опыта улов «Сперс» действительно поразительный. Не хватило разве что поражения в седьмом матче. Все остальное пережили: от тряски с сырым «Портлендом» до спасения с 2-3 против чемпиона. 

Курс обмена валюты в плей-офф НБА известен: за одного битого двух небитых дают. «Сан-Антонио» оказались биты в тот самый момент, когда ощутили себя непобедимыми – и это славный урок. В молодости так бывает: чем проще кажется задача, тем сложнее решение.

Есть только одна цель

Если бы Джоша Харта не было, его бы следовало придумать. Защитник «Никс» говорит часто, но все равно хочется, чтобы он сказал что-нибудь еще. Редкость для ведущих подкастов.

«Они прошли «Оклахому» и, на мой взгляд, молодая команда посчитала это высшим достижением. Вы же видели их реакцию. Они решили, что дело сделано, что теперь они все выиграют. Праздновали изо всех сил. Тогда мы поняли, что они – наша добыча. Помню, как мы отреагировали на проход «Кливленда». Ощущение было такое – сделан еще один шаг», – сказал Харт. 

Ставить «Кливленд» в один ряд с «Оклахомой» нелепо, да и сами серии сложились прямо противоположным образом. «Кавальерс» сломались после первой игры, с третьего матча изредка допуская конвульсии. «Сан-Антонио» выжил после 2-3, забрав решающую победу в логове чемпиона. 

Бредово перечислять их через запятую, правда? Ровно об этом и говорит Харт. 

Пока работа не закончена, вообще не имеет значения, кто и как побежден. В плей-офф одна цель, остальное – шелуха.  Помехи, отвлекающие факторы, тесты на зрелость, соблазны. Зрелые команды во фразе «промежуточный успех» ударение ставят на первое слово. Если для них в принципе существуют промежуточные успехи. Выиграли, улыбнулись, отряхнулись, забыли. 

На месте «Сан-Антонио» преступно держать эмоции в себе, принимая проход «Оклахомы» как должное. Последние полтора года Вембаньямы насыщеннее большинства полных карьер. Выбыл из-за тромба, набирал форму, пахал как не в себя, колоссальный прогресс, единогласный Защитник года, в тройке финалистов MVP. И он должен молча кивнуть после голливудской победы? 

В том и суть: да. 

Сохранять голод чертовски сложно. Вне зависимости от вида спорта и количества титулов. Вот что имеет в виду Харт: хищник становится добычей в тот самый момент, когда ощущает сытость. В джунглях всегда кто-то захочет вцепиться тебе зубами в бок. 

Дальше можно сколько угодно верить в профессионализм и настраиваться на финал. Скорее всего, настрой будет. Но уже не тот. Великий художник – голодный художник. Боль в том, что «Сперс» накормили себя до отвала самостоятельно, упиваясь победой. Понять легко, осуждать невозможно. Но и цена слишком высока.

Игроки часто не прикасаются к промежуточным трофеям. В НХЛ призы за победу в конференциях тоже хотят на ручки, но брутальные бородатые мужчины не спешат предлагать свои объятия. Возможно, дело не только и не столько в суевериях. 

По ходу плей-офф руки должны ощущать пустоту, а не трогать нечто увесистое. Слишком опасное воспоминание: того и гляди останется в голове и повлияет на психологию. Да, мы шли сюда не за этим, но уже кое-чего достигли и, в принципе, мы уже в любом случае молодцы.  

Молодцы – и не бойцы. Один из самых жестоких уроков для Вембаньямы и юных игроков «Сперс»: ничто не открывает ворота провалу шире, чем промежуточный успех. В плей-офф цель одна, остальное – задачи, барьеры, контрольные отсечки. Праздновать можно, но осторожно. Упиваться – первый шаг к поражению.

Широкие массы помнят прежде всего чемпионов. Наиболее достойных из оставшихся в лучшем случае вспоминают. 

Танец хорош концовкой

Джейлен Брансон доказал: главная морфема НБА – не корень, а окончание.

Начали за здравие, закончили за упокой – девиз финальной серии. Всякий раз «Сан-Антонио» выигрывал первую четверть с разницей в 8 и более очков, позже достигал двузначного преимущества. В первой игре доходило до +14, во второй до +12, в четвертой – до легендарных +29. 

Игроки выходили к прессе, обещали сделать выводы, переломить ход серии и всячески били себя в грудь. Затем начиналась вторая половина – и били их самих. В заключительной встрече вели +16. Снова проиграли. 

Обезоруживающая расточительность, так и до уголовного преследования за растрату в особо крупном размере недалеко. В начале серии казалось трагедией, потом – комедией. К пятой игре дошло до фарса. 

«Нью-Йорк» сохранял хладнокровие под давлением, доверял Брансону в концовках, находил подходящие в конкретный день сочетания и наперегонки бросался поддерживать Джоша Харта после жуткого промаха. САС запомнятся прежде всего жуткими потерями: давление не требовалось, мяч отдавали самостоятельно. То передача в спину, то пас поперек площадки, где никого нет.  

Не готов к концовкам – не готов к чемпионству. Брансон с партнерами вывели простую истину: либо ты закрываешь игру, либо игра закрывает тебя. 

В заключительных четвертях решающей серии у Джейлена в среднем 11,2 очка на 7,4 попытках. Бросковая линейка внушает благоговение:  51,4% с игры и 42,9% трехочковых. Штрафные тоже в полном порядке – 15 из 17. Оказался готов, искал мяч в решающие моменты и хотел, чтобы играли на него. 

Вот что в четвертых четвертях показал Вембаньяма. 7,8 очка на семи попытках при ужасной продуктивности – 34,3% с игры и 25% трехочковых. Даже на линии уверенности не внушал – 13 из 18, включая два неточных штрафных в концовке четвертого матча. 

Не получал передачи в выгодных позициях, выглядел неуклюже: в основном долго стучал мячом на одном месте, после чего совершал сложный бросок или пытался раскачать на ведении. Импровизация не удалась, партнеры не помогли. 

У Брансона огромный опыт побед на всех уровнях – от юниорских сборных до NCAA. Разница между четкостью действий лидеров в клатче во многом определила итоговый счет.

Вопреки всем законам логики и русского языка, корень побед в НБА извлекается из окончания. 

Ищи способ делать то, что умеешь лучше всего

Говорят, играть просто – самое сложное. Особенно в финале.

Виктор доминировал под кольцом на протяжении плей-офф. Реализовал с близкого расстояния 68,7% бросков при 150 попытках. Ожидаемо, логично.

Чем дальше в лес, тем больше дров. Со средней дистанции цели достигли кошмарные 26,2% атак. Если брать только попытки с 3 до 5 метров, получится немногим лучше: 33,3%. 

Точность трехочковых осталась примерно на уровне регулярки: 34,2%. Более чем нормально для человека ростом 224 см, однако ниже среднего по лиге. 

В финале Запада против «Оклахомы» бросок летел, однако после первого матча проникал внутрь по большим праздникам. С «Никс» легче не стало: Таунс, Ануноби и Робинсон работали чаще всех, остальные оттесняли его как можно дальше от кольца. 

Просачивался редко. Соперник хорош, силы после тяжелейшего сезона закончились. Последнее прибежище наевшегося лидера – бросок. Трехи совсем не летели – 9 из 33 в финале, 27,3%. Средняя дистанция тоже не радовала – 30,8% по серии. Не просто плохо – чудовищно. Атака «Сан-Антонио» лишилась аварийного выхода: захлебнулся командный механизм – набор очков превращается в пытку. 

Для таких габаритов навыки Вембаньямы более чем хороши, хотя работы еще завались. В плей-офф к победе приближает не ширина умений, а лучшее использование сильных качеств. Теорема Брансона: забивай сложные броски в моменты, когда команда в этом больше всего нуждается. Остальное приложится. 

Зависимая позиция, нехватка мощи, проблемный дриблинг и общее физическое утомление ограничили получение мяча в нужных точках. Тренерский штаб «Сперс», игроки и сам Виктор прекрасно понимали, где именно он максимально опасен, а где в лучшем случае неплох. Но не навязывали свою волю: в ключевые минуты условия диктовал «Нью-Йорк», «Сан-Антонио» же подстраивался.

Вембаньяма очень гибкий, но пляску под чужую дудку в четвертых четвертях не осилил.

Делать то, что умеешь лучше всего – большое счастье. А заодно половина успеха, в том числе в НБА. В финале этого не наблюдалось. 

Два пути: навязывать свои правила или учиться побеждать по чужим. То есть улучшать окружение и обогащать репертуар лидера. Естественно, выбирать не обязательно, лучше бы как раз совместить. Тогда в следующий раз будут не писать изложение, а проводить диктант самостоятельно. 

Доверяй партнерам

В 22 года Вембаньяма стал самым молодым игроком в истории НБА, попавшим в первую символическую сборную и финал в один год. Личные перспективы вдохновляют, командные как минимум не хуже. Ведь есть Стефон Касл и Дилан Харпер. Пара атлетичных защитников внесла внушительный вклад в затяжной поход.

Касл – сгусток энергии с потенциалом первой оборонительной сборной. 21 год, все лучше читает защиту, добавляет в броске, страстью и вовлеченностью напоминает молодого Расселла Уэстбрука: вокруг него всегда что-то происходит. В плей-офф попадал 35% трехочковых и 81,6% штрафных. С учетом колоссальной нагрузки в обороне и повышенном таскании мяча – впечатляет.

Харпер вовсе оказался чуть ли не самым стабильным в «Сперс» по ходу плей-офф в целом и финала в частности. 51,5% с игры и 82,7% штрафных в кубковом раунде. Ближе к концу серии против «Нью-Йорка» Дилан был главным вариантом в атаке среди людей, чей рост не достигал 224 см. В целом справлялся. 

Естественно, у каждого хватает пробелов. Харпер тяготеет к сложным средним и нестабилен из-за дуги, Каслу сложно запускать атаки и подолгу танцевать с мячом: много брака, неверных решений и суеты, скис к концу финала. Тут самое время вспомнить о возрасте – на двоих они моложе Леброна и провели всего три сезона в НБА. В плей-офф вообще никогда не играли. Времени полно, главное – есть с чем работать.

Оба готовы к 30+ минутам за вечер и железному месту в стартовой пятерке, что вынуждает Де’Аарона Фокса вздрагивать от любого уведомления на телефоне. У опытного защитника вступает в силу продление на $ 221 млн за четыре года, в финале напорол изрядно. 

Однако сейчас цена Фокса упала, спешить с обменом ни к чему. Платежка пока не давит. Самое время неспеша залечить травму ноги и бросковой руки, а затем посмотреть, что получится. Вернется на свой уровень – жить станет легче и веселее, обменивать – выгоднее. 

Теперь Фокс для «Сан-Антонио» – не просто чемодан без ручки. Там еще и таймер тикает: чем дальше, чем назойливее. А вот Касл и Харпер – иной разговор. Уже не ближайшее будущее, а вдохновляющее настоящее. Еще и на детских контрактах. 

План Вембаньямы вернуться в финал через 100 матчей во многом упирается во взаимопонимание с молодыми защитниками на паркете и за его пределами. Эффективность связок прямо пропорциональна шансам на титул. По ходу плей-офф оба выдавали многообещающие отрезки. Теперь бы привести имеющееся добро к общему знаменателю.

А нужно ли быть героем?

Раз уж начали о добре. Какая сказка без злодея? 

Вембаньяма упорно строит репутацию борца за все хорошее против всего плохого. Вероятно, вполне искренне. И все же глобальный вопрос назревает – стоит ли пытаться всем нравиться? Уникальное сочетание габаритов, гибкости и подвижности обеспечили уникальные возможности – и в то же время сильно ограничили. 

Настолько выделяющийся человек (ведь человек же?) обречен: продавать его злодеем гораздо легче. А значит, рано или поздно из него начнут лепить антигероя. Это несложно: камеры нынче фиксируют более-менее все, а выдирать эпизоды из контекста, складывать в стройные ряды и ненавязчиво подталкивать к заботливо упакованным выводам все давно наловчились. 

Список судимостей пополняется. Его били, обнимали и провоцировали на протяжении всего плей-офф. Порой француз срывался: прощупывал локтем Наза Рида, толкал в затылок Джейлена Брансона, пихал Карла-Энтони Таунса. 

Для оказавшегося на грани дисквалификации из-за перебора технических фолов даже поход к своей скамейке при тайм-ауте оборачивается минным полем. Каждый соперник норовит встать на пути, задеть, бросить жантильный взгляд или просто подвернуться под руку. А ну как психанет? 

Разумно. Прекрати «Никс» в такой ситуации заезжать на поля нервных клеток Вембаньямы, это было бы в высшей степени благородно, духовно и совестливо. А еще – крайне непрофессионально. Видишь слабое место – бей.

Охота началась, Эллен Рипли потянулась за оружием. Противодействие 224-сантиметровому пришельцу грозит стать самым насущным вопросом ближайших лет для всей лиги. Лучшие научились ограничивать нынешнюю версию – сырую, недоработанную. Как быть остальным? Не можешь остановить – пытайся задеть или вывести из строя. 

Стадия милого и безобидного котенка завершена. Умилений все меньше и меньше, когти все больше и больше. Уже угроза. Царапается больно, заслоняет не только кольцо, но и чемпионские перспективы других клубов. Первое могут простить, второе – никогда. 

По ходу плей-офф внезапно пошли восхитительные факты о Шэе Гилджес-Александере. И на паркет он падает чаще всех без контакта, и доля штрафных при средних бросках редкостная, и при отсутствии свистков эффективность усыхает. Между тем, ШГА делал ровно то, что позволялось. Ровно то, что и год назад. Но тогда был всего лишь претендентом, набирающим силу MVP. А теперь – полноценной угрозой, хозяином леса. 

Побеждать Вембаньяму на паркете более чем реально – доказано «Никс». Но он продолжит расти, прогрессировать и расширять атакующий арсенал. Если здоровье позволит, с каждым годом станет опаснее и опаснее. Что это значит? 

Очередь желающих победить его за пределами паркета будет растягиваться год от года. В ход пойдут все аргументы – заслуженные и не очень, справедливые и заведомо ложные. Поднять шум, увеличить давление на самого игрока и судей. Пустячок, а на поздних стадиях пригодится.

Виктор наверняка научится стабильно забивать средние и разбивать двойную опеку. Преодолевать информационный прессинг гораздо сложнее, если вообще возможно. Он не проверяет навыки, а расщепляет твой образ и восприятие на атомы, выставляет освещение выгодным способом. Поездкой в Шаолинь проблему не снимешь.

Сложно отделаться от мысли, что всем будет лучше, если Виктор с наслаждением примет роль злодея. Чужому не стать своим в глазах большинства. А вот Хищником – почему бы и нет. Раз уж все к тому идет, стоит ли сопротивляться? 

Преимущества темной стороны очевидны. В конце концов, героев много и все они по большей части похожи друг на друга. Качественно прописанный злодей же выводит сюжет на новый уровень. Возможно, худшее, что может сделать пиар-машина с Вембой – подавать его еще одним соискателем, только повыше. Устоявшаяся таблица размеров не годится. 

Бизнес у НБА идет замечательно, остальное не поспевает. Глыбы приближаются к закату, поиск нового лица лиги затянулся. Если кастинг на роль главного героя барахлит который год, возникает соблазн двигаться от обратного. Отталкиваться от наводящего ужас на всю Далекую-далекую галактику суперзлодея. 

«Сан-Антонио» уже строит Звезду Смерти. Когда на ней заметят Дарта Вейдера? 

Чувствительные поражения – это нормально

Возможно, даже необходимо. 

Все мы любим запах напалма по утрам побеждать. Боль и неудачи – сторожевые псы триумфа, пропускают самых достойных. А еще – лучшие вкусовые рецепторы: после них каждая нотка успеха ощущается особенно остро.  

Первый финал Леброна Джеймса – 0-4 в 2007 году от «Сан-Антонио». 35,6% с игры, 4 из 20 трехочковых, 69% штрафных, 23 потери за четыре матча. А мы Касла ругаем! Жуть!

Второй финал Леброна Джеймса – ошеломительные 2-4 от пожилого «Далласа» в 2011 году. Большое трио с Уэйдом и Бошем в самый ответственный момент обернулось набором не попадающих в ноты солистов. 17,8 очка от Короля в среднем за игру – ни в одной из предыдущих серий по карьере не набирал менее 22. 

Некоторые параллели с Вембаньямой при желании обнаружить можно. Тоже лидер команды, впервые участвующей в плей-офф новым костяком. Тоже без первого посева. Тоже высадил действующего MVP в финале конференции – 4-1 для «Чикаго» Деррика Роуза.

«Даллас» многими тоже считался формальностью на пути к коронации, букмекеры не сомневались в успехе. Итог – тяжелейшие минуты в атаке, редко брал на себя, не мог продавить в посте 178-сантиметрового Джей Джей Бареа. 

Бессмертная серия из 1297 матчей с 10+ очками на самом деле имеет звездочку: охватывает строго регулярные чемпионаты, а в четвертой игре финала-2011 Король ограничился восемью. «Майами» потерпел поражение. 

Финал-1984 превратил Мэджика Джонсона в Трэджика, Стефен Карри называл передачу из-за спины в седьмой игре с «Кливлендом» в 2016 году единственным сожалением своей карьеры. Мяч улетел в аут, «Голден Стэйт» после 73-9 в регулярке и 3-1 в финале спасовал в семи матчах. 

Примеров хватает не только в финалах. Кобе Брайант в плей-офф 1997 года запустил четыре сквозняка за пять минут против «Юты», продуло половину штата. Дирк Новицки в 2007 году первым среди европейцев взял MVP. И получил приз не перед матчем, а на специальной церемонии. 

Ведь к тому моменту «Маверикс» две недели как вылетели из плей-офф, несмотря на первый посев. В стартовом раунде получили легендарные 2-4 от «Голден Стэйт» с восьмой строчки Запада. 

«Мне было стыдно. Я подвел город и свою команду. Все, что я хотел – уехать туда, где меня никто не узнает, но мне позвонили из лиги и сказали, что я не могу сейчас уехать, ведь есть шанс стать MVP сезона. Помню, как просил их отдать статуэтку кому-то другому. Я не мог принять награду в тот год, мне на тот момент все еще было больно от поражения в серии.

На награждение приехал Дэвид Стерн, это был один из самых некомфортных моментов за всю карьеру. Стоял там в костюме, толкал речь, хотя единственное, чего мне хотелось – исчезнуть. Но я прошел через эту трудность как мужчина. Во время выступления сразу же сказал о проигранной серии, пусть это было всего за две недели до церемонии», – вспоминал потом Новицки. 

Джеймс Уорти допустил роковую потерю во второй игре дебютного финала в 1984 году – остался в истории под прозвищем Big Game James. 

Мэджик Джонсон после поражения от «Бостона» во все том же 1984 году взял еще три титула, трижды признавался MVP.

Еще три перстня после передачи в аут добыл и Карри. В 2022 году кровью и потом выстрадал награду MVP финала.

Кобе взял пять титулов. Дирк – один, зато какой. Ну и так далее. 

Мы не способны менять прошлое и превращать воду в вино, зато можем делать ошибки уроками. Победные броски значат гораздо больше в том числе из-за промахов, которые им предшествовали. 

Возможно, большому человеку на пути к величию просто необходимо почувствовать себя маленьким.

Фото: East News/AP Photo/Ross D. Franklin, AP Photo/Duane Burleson, Darren Abate; Gettyimages.ru/Gregory Shamus, Eric Gay-Pool/Getty Images

logoНБА
logoНБА плей-офф
logoВиктор Вембаньяма
logoСтефон Касл
logoДилан Харпер
logoДжейлен Брансон
logoСтефен Карри
logoЛеброн Джеймс
logoДирк Новицки