7 мин.
0

Соболенко хочет уйти из тенниса – так ее укатала Шнайдер. Львица сцапала тигрицу!

Камбэк Дианы и размазанная первая ракетка мира – в репортаже из Парижа.

Выглядело издевательством над Ариной Соболенко, когда при 0:5 в третьем сете на Корте Филиппа Шатрие включили Eye of the Tiger.

Тотемная песня первой ракетки мира заиграла, а она сама – так и нет после того, как Диана Шнайдер перевернула второй сет. Летела с двумя брейками 1:4, Соболенко подавала на матч. А в итоге Шнайдер со счета 3:5 выиграла 10 геймов подряд.

Вырвала, выдрала, выцарапала этот матч – сколько угодно хищнических синонимов. Тигрицей на корте стала именно она. Или не тигрицей?

На самом деле Диана – лев! Так назвал младший брат (он и сам Лев)

Диана Шнайдер никогда не играла в четвертьфинале «Шлема» – и сразу прошла его.

Диана Шнайдер никогда не играла против первой ракетки мира – и сразу прошла ее. Все преимущество Соболенко при постоянных ураганных порывах быстро выветрилось, Шнайдер погодой и постепенным развалом Арины шикарно воспользовалась.

– Как мне написал младший брат: «Ай да лев! Порвала тигрицу!», – в семье Дианы тоже шутят именно об этом. А вдвойне забавно, что младшего брата зовут как раз Лев.

– Было впечатление, что вы как раз по-львиному или тигриному вцепились в Арину, когда почувствовали шанс. Или больше, наоборот, расслабились, отпустили ситуацию, и уже на этом фоне пошло?

– Когда проигрываешь 1:4, тебя уже немножко отпускает. Ты против первой ракетки мира, понимаешь: ну не работает игра, которую ты хотел показать, особенно при таком ветре. Я больше рассчитывала играть вариативнее, длинными мячами, высокими. Но при таком ветре грунт сдувало, корт становился быстрее – а это удобнее для нее. У меня никак не получалось розыгрыши затянуть. 

При 3:5 я играла против ветра. Арина и так стоит глубоко в корте обычно, постоянно чувствуешь прессинг от нее, а с ветром еще тяжеле. Поняла: если я ничего не поменяю – ну, все, конец. И я начала играть агрессивнее, без всяких высоких, резаных. Может, она не ожидала, что я так поменяюсь резко. 

Хотя даже мои тренеры не ожидали. После матча Саша [Баин] мне сказал: «При 3:5 ты совершенно поменялась! Не знаю, что с тобой, что происходит. Мы всем боксом не понимали, что случилось с Дианой». В шоке были. А там уже 4:5, 5:5 – появляется драйв, Арину подзажало. Несмотря на рейтинг, все мы люди, у всех может дрогнуть рука. А после 7:5 меня уже совсем расковало. 

– Как вы вообще продолжали верить, что можно выиграть, когда летели с двумя брейками, когда Арина подавала на матч?

– Естественно, я понимала, что играю с первой ракеткой мира, Арина – такая агрессивная. При 3:5 я была на другой стороне от тренеров, играла против ветра, Арина давила. Я подумала: окей, надо хоть что-то поменять – и сработало. Она хотя бы перестала меня так прижимать, выдавливать за заднюю линию.

Арина сделала несколько ошибок, я воспользовалась, динамика чуть изменилась в мою сторону. Я в себя сильно больше поверила. Когда выиграла второй сет, подумала: е-е-е-е! Она же до этого не проиграла ни одного, так что я взяла сет первой, уже супер! Третий начинала с мыслями «ты уже в порядке, взяла сет: показала, значит ты тут заслуженно».

Там уже было больше драйва, ощущения, что получается. Видела, что Арина начинает делать больше ошибок. Конечно, были моменты, когда я чуть ли не улыбалась на корте, но тогда я себе говорила: так, все, полный фокус, никаких улыбок. Даже при 5:0 повторяла: каждый мяч, каждый мяч, она может с любого счета вернуться, может заиграть лучше, так что ничего не выдумываем, надо дожать.

– Вы знали, что Арина заметно страдала при похожем сильном ветре в прошлогоднем финале, пытались это использовать?

– Я сама разминалась при закрытой крыше и удивилась, что ее в итоге открыли. При таком ветре было очень много грязных ударов, странных траекторий и отскоков, куча песка в лицо. В первом сете меня это прилично раздражало, но я убеждала себя: надо просто принять это, сложно нам обеим. И разобраться: откуда дует, как это учесть на одной стороне корта, как на другой.

Честно говоря, в какой-то момент на корте грунта почти не осталось, его сдуло. Трудно было скользить и так далее. Арина – специалист на хард-кортах, так что я знала: в движении могу быть лучше. Старалась и это использовать как свое преимущество. Вообще пыталась сделать все, чтобы заставлять ее ошибаться.

Естественно, я знала про прошлогодний финал, смотрела его. Помнила, что Арине тогда было трудно. И думала: надо пользоваться, приспособиться самой. Конечно, видела эпизодами ее разочарование. Она очень эмоциональная, это известно. Но и я тоже, но я хорошо себя держу в руках на этом турнире. Могла бы много раз очень разозлиться, но держалась. Когда увидела, как она раздражена, подумала: значит, я на правильном пути. С другой стороны, старалась не обращать так уж много внимания на нее, на то, что именно она делает, как общается с командой.

– Как вам удалось до конца додержать этот фокус? И ни в какой момент не подумать: «Я уже почти выиграла», на этом многие как раз прокалываются.

– Конечно, когда играешь с первой ракеткой мира, которая не проиграла тут ни сета, трудно выходить на игру с мыслью «Да я ее сейчас порву». У меня такого вообще нет, я никогда не уверена на 100 процентов, что выиграю матч. Вообще я все еще пытаюсь понять, что и прозошло и как это произошло.

Соболенко готова закончить с теннисом прямо сейчас. И хочет весь день крушить все подряд

«Если Диана Шнайдер так и проиграет, оденусь потеплее и пойду на 10-й корт к Екатерине Доценко», – сообщение из моей лички в 15:39. Тогда, при 1:4 во втором сете, казалось, что этот день может хоть как-то скрасить после поражения Анны Калинской только 14-летняя юниорка. Но Шнайдер никуда не отпустила.

Через час она стояла у микрофона в центре корта, держась за голову.

И так выглядели все мы. Потому что ну никак было не успеть за полчаса третьего сета осознать и поверить, что такое действительно происходит.

А Арина Соболенко выглядела размазанной.

Это не грубое слово и не оскорбление, поймите правильно. Это ощущение из первого ряда, когда она через 40 минут после поражения пришла объяснять, что случилось.

– Ни слов, ни эмоций. Прямо сейчас я хочу уйти из тенниса. Надеюсь, через пару дней будет лучше. Я запорола пару очевидных шансов во втором сете, ментально не смогла восстановиться после этого – это самая большая ошибка. Не помню, когда последний раз проигрывала 10 геймов подряд. Я просто сваливалась в огромную черную дыру и никак не могла выбраться.

– Как вы планируете восстановиться после такого поражения?

– Я не знаю. Честно говоря, не знаю. Думаю, что… Нет, я не знаю. Не знаю.

– У вас уже были такие тяжелые эпизоды – сейчас это скорее усложняет жизнь? Когда сталкиваетесь с очередными трудностями и знаете, что есть некая ментальная преграда.

– Все, что не убивает, делает нас сильнее, думаю. В какой-то момент разберусь, что в таких ситуациях делать. Следующий раз буду еще прочнее. Кстати, я поняла, как могу это преодолеть. Знаете такие комнаты, куда ты заходишь и можешь все крушить? Думаю, проведу в такой завтра весь день. Буду ломать все подряд.

***

Наша наглая мечта о русском финале «Ролан Гаррос» живет. Вопрос из комментов «А куда вы Соболенко дели?» решила лично Диана.

И теперь вероятность финала Мирра Андреева – Диана Шнайдер уже нестыдно посчитать и в процентах.

Шнайдер выбила Соболенко!!! Как это было

Селебрити-тренер уже привел Шнайдер к лучшему «Шлему» в карьере. Им так кайфово вместе!

Фэнтези по теннису на Спортсе’’ – выбирайте своих фаворитов «Ролан Гаррос» и выигрывайте призы

Фото: Gettyimages/Dan Istitene; Chryslene Caillaud/Psnewz, Wu Huiwo/XinHua/Global Look Press