Загрузить фотографиюОчиститьCombined ShapeИскать

Светлана Кузнецова: «В фитнес-клубе подошел мужчина: «Мне сказали, что вы теннисистка. А с Шараповой играли?»

Самая общительная российская теннисистка рассказала Валерии Ли, почему в 20 лет оказалась на Марсе и как перестать есть вечерами.

Почему настроение не зависит от результатов (а игроки все же смотрят сетки)

Вам понравилось, как вы отыграли сезон?

– Мне кажется, я на правильном пути. Рейтинг может быть чуть лучше и чуть хуже; желательно – чтобы не гораздо хуже. Я сейчас отчетливее все вижу, ощущаю себя увереннее. Но в этом году меня прямо подкосили турниры «Большого шлема».

Вы первый раз проиграли первые матчи на трех «Шлемах».

– Да, вообще не пошло. Обычно это не про меня. Остается только смотреть на вещи позитивно: главное – играю гораздо лучше.

Почему так тяжело добиться стабильности?

– Ну потому что это я – Света Кузнецова, а не Даша Курочкина. (Смеется.)

Бывают трудности с мотивацией?

– Если честно, то были. Но сейчас так все нравится. Сама себя слушаю и думаю: ты что такое говоришь? В Китае вот мне очень понравилось по внутренним ощущениям. Победы и поражения – это одно, но свои ощущения – отдельный разговор. Просыпаться утром и гореть тем, что у тебя матч, – такое редко бывает.

Это приходит с результатами?

– Больше с игрой. Результаты зависят не только от меня, а еще от сетки. Есть девочки, у которых такие сетки... Мы в раздевалке даже шутим: ну почему ей постоянно так везет с сетками, а у меня всегда такая… назовем это ерундой.

Как понять, чего ты стоишь, и вычислить теннисного нерда

Когда вы начинали играть, какую карьеру для себя представляли успешной?

– На меня очень повлияли детские тренеры – знаю, я уже всех достала со своим детством. Сейчас им, наверное, плохо спится, а тогда они мне говорили: да никем ты не будешь. Так что я вообще не думала, что стану профессиональной теннисисткой. Меня в Питере убедили, что я никто, а когда я приехала в Барселону, мне там брат Аранты Санчес сказал: «Ты будешь в сотне – посмотри, как ты играешь». Я подумала, что у него сны наяву. Для меня вообще было немыслимо услышать что-то хорошее про свою игру.

Может, хорошо, что над вами не было груза ожиданий.

– Нет. Это мне ужасно мешало по жизни. Когда я вошла в сотню, тренер мне сказал, что я и в Топ-20 могу. А я все равно не верила. Мне казалось, ну ладно сотня; это много народу, но двадцатка… Но так получилось, что за год, когда мне было 19, я с 80-й строчки поднялась на 30-ю, потом на 14-ю, потом еще выиграла US Open и бац – четвертая в мире. На следующий год я вообще не понимала, куда попала: все от меня столько ждут, а мне кажется, что меня на Марс закинули. В таких ситуациях и проверяется твой реальный уровень. Многие же так падают и больше никогда не поднимаются.

Про вас говорят, что вы могли бы выиграть больше, если бы лучше концентрировались на теннисе.

– Такое еще про Марата говорили.

У вас с ним много общего.

– Я очень много размышляла про карьеру и про жизнь после. По некоторым игрокам сразу понятно, что они всего добьются: станут первыми, выиграют миллион «Шлемов», – но они так зациклены на этом теннисе, что не знают, что с собой делать после карьеры и даже во время.

Некоторые так и возвращаются, потому что не находят себя.

– Я даже без вернувшихся могу назвать десяток людей, которые просто не умеют жить без работы. Лично я лучше сделаю что-то в ущерб результатам, но останусь нормальным человеком. Мне мама раньше говорила: видишь, вон у нее шоры – она ничего не видит; а где твои шоры? Я так не хочу. Я все делаю от души и дорожу этим. Я не хочу себя менять, потому что это уже буду не я. Быть «стабильной», но не иметь возможности общаться с людьми, делать то, что тебе по кайфу?

Как найти общий язык с банкиром и не есть лишнего

У вас много друзей?

– Мне нравится узнавать людей. Не со всеми совпадают интересы, взгляды на жизнь. Но обычно я с любым человеком могу о чем-то поговорить. Ко мне вот в фитнес-клубе подошел мужчина: «Мне тут сказали, что вы теннисистка? А с Шараповой играли?» (Закатывает глаза.) Я стою и думаю: ну опять то же самое. На второй раз я ему сказала, как мне все надоели с этими вопросами. Оказалось, что он банкир, и его так же достают вопросами про доллар. В итоге мы с ним друг друга поняли и обсудили театр. Всегда есть точки соприкосновения.

Но и всегда интересно поговорить со знающим человеком.

– Я не люблю, когда ко мне приходят поговорить про мою работу. Я очень мало с кем говорю о теннисе и только конкретно. Я очень люблю эту игру, но даже ради нее не могу поменяться и свести к ней всю свою жизнь. Есть время для тенниса, а есть для жизни.

Жизнь – это что?

– Всю последнюю неделю сидела дома – то ли взрослею, то ли просто хотелось подкопить энергию. Все время, что провела в Китае, жутко хотелось домой. Я хорошо играла и была всем довольна, но вдали от дома мне всегда тяжело. Прилетела из Пекина и за неделю ни одного вечера из дома не вышла – для меня это очень необычно. Рано утром ездила в «Олимпийский» на тренировку, потом на массаж или растяжку – и все. На рынок ходила, с собакой сидела. Даже готовить начала.

Обычно не готовите?

– Один раз могу, но не всю неделю. У меня друзья даже заволновались: «С тобой все нормально?» Зато меньше есть стала – готовить-то лень.

Что для вас идеальный вечер?

– Зависит от настроения, но всегда – хорошая беседа. Посидеть за душевным, теплым разговором.

Вы производите впечатление человека, который любит повеселиться.

– Я тут познакомилась с одним человеком в этом году – он по чужим рассказам думал, что я тусовщица, и очень удивился, когда узнал меня ближе. «Так ты ж интеллигентный спортсмен», – такой вот комплимент мне сделали. Просто людям всегда надо что-то сказать. Но знаете присказку: если сзади тебя что-то говорят, значит, ты идешь впереди.

Как менялся Кубок Кремля. Ностальгический фотопост

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы