«В сборной Дании финансирования у меня нет». Интервью Софьи Просвирновой
Софья Торуп (Просвирнова) – главная звезда нашего шорт-трека. В 16 лет дебютировала на домашних Олимпийских играх, потом выигрывала медали чемпионатов мира и закрепилась в статусе лидера.
Всего в российской карьере Софьи было три Олимпиады (еще Пхенчхан-2018 и Пекин-2022, где она не дотянулась до медалей) и пять побед на чемпионатах Европы.
В 2022-м Софья вышла замуж за датского конькобежца Виктора Торупа и сменила не только спортивное гражданство, но и вид спорта. Сейчас она, представляя Данию, живет и тренируется в Калгари, а выступает в коньках. Перед Олимпиадой-2026 Торуп одержала первую большую победу в новом спорте – выиграла масс-старт на чемпионате Европы.
Но в Милан все равно не попала из-за бюрократии – датский паспорт не готов.
В интервью Спортсу’’ она рассказала о конфликте с датской федерацией и призналась: хотела вернуться в шорт-трек, но новая страна... не разрешила!
«Коньки гораздо брутальнее шорт-трека»
– Понравился комментарий в соцсети про твою победу на чемпионате Европы: «Можно сменить вид спорта, но нельзя избавиться от ДНК финишера из шорт-трека». Согласна?
– Ха-ха. Сначала мне тоже казалось, что масс-старт в коньках и шорт-трек – это почти одно и то же. Но когда первый раз сбегала, осознала, что вообще другое. В коньках гораздо длиннее дистанция, гораздо больше людей на старте. В шорт-треке если кто-то бежит сбоку – то он либо тебя обгонит, либо нет. А тут у тебя постоянно люди со всех сторон, вокруг очень маленькое пространство, куда еще все хотят вклиниться. Это гораздо брутальней, чем в шорт-треке.
До чемпионата Европы я масс-старты в коньках бегала всего трижды, и все три раза были очень неудачные. Я слишком рано начинала бороться за позицию, обгонять, а тут важно сохранить силы на последний рывок. Тем более я спринтер, быстро выдыхаюсь.
На Евро у меня даже особых задач на масс-старт не стояло, бежала по принципу «мне нечего терять». Я и от второго места была бы в восторге.
– Ты же в прошлом году на масс-старте жестко упала?
– Да, и у меня после этого падения случилась психологическая травма. Думала, что масс-старты больше не буду бегать, слишком тут все агрессивно. В шорт-треке все контакты жестко контролируют по камерам, при малейшем толчке сразу дисквалифицируют. В коньках такого нет, и девчонки ведут себя гораздо жестче.
А я не привыкла, да и по характеру не такой человек, чтобы кого-то толкать. Не зарекаюсь, может, сейчас наберусь опыта и тоже стану жесткой. Но пока обхожу все стычки стороной.
– В конце прошлого сезона ты писала, что осталась без тренера. Почему?
– Мы с Виктором тогда тренировались в FAST Team, это американская команда, нацеленная в основном на спортсменов из других стран и американских юниоров. Жили в Солт-Лейк-Сити, там был молодой тренер, все хорошо.
Но в середине сезона на него завели дело по safe sport, то есть какой-то спортсмен обвинил его в неэтичном поведении. И с того момента тренер был отстранен, а в конце сезона – уволен. Мы сами писали планы, сами что-то придумывали.
Понятно, что долго так продолжаться не могло, в конце сезона мы начали переговоры с новым тренером – Бартом Схаутеном. Он раньше работал с олимпийскими чемпионами, а потом создавал коммерческую команду. Чтобы элитные спортсмены из разных стран тренировались вместе по его планам, примерно как в велоспорте.
Поработать с таким великим тренером, да еще по индивидуальному плану – это была наша мечта. Потому что если бы мы с Виктором присоединились к какой-то национальной сборной, у них была бы своя, уже готовая программа, и мы работали бы по ней. А тут тренер разрабатывает тренировки специально для нас!
Но чтобы интернациональная команда, как он мечтал, сложилась, нужны были люди. Мы стали разговаривать с разными спортсменами, тренер сделал пост в соцсетях, и в итоге сейчас нас уже десять человек.
– Ты самая титулованная?
– Кстати, нет! У нас есть Тед-Ян Блумен – олимпийский чемпион Пхенчхана на дистанции 10 000 м, экс-рекордсмен мира. Плюс еще двое ребят из Великобритании, два мальчика из Швейцарии, девочка из Германии, мальчик из Финляндии, ну и мы с Виктором. Кто-то бегает длинные дистанции, кто-то – спринт, поэтому в тренировках делимся на две группы.
– Кто платит за твои тренировки, Дания?
– К сожалению, с тех пор, как стала выступать за Данию, финансирования у меня нет. Дания мне не помогает, я не получаю ни зарплаты, ни компенсации за сборы и тренировки.
Мы с Виктором сами ищем спонсоров. Ну ладно, ищет Виктор, но некоторые его спонсоры готовы помогать и мне. Сейчас мою карьеру финансируют четыре компании, я очень им благодарна. Они покрывают значительную часть расходов. Но все равно в одиночку, без Виктора я бы не справилась. Потому что нужно снимать жилье в Калгари, оплачивать тренировки, переезды.
– Почему Дания тебе не помогает?
– Честно, не знаю. Мне всегда было и до сих пор очень тяжело с ними разговаривать. Допустим, я до сих пор не в национальной команде. При этом никаких внятных критериев отбора туда нет, как попадать – непонятно.
– А что дает пребывание в сборной Дании? Зарплату?
– Нет, о зарплате даже речи не идет. Хотя бы помощь в покрытии расходов на тренировки и участие в соревнованиях.
«Если не буду ничего делать, не попаду на Олимпиаду даже в 2030-м»
– Давай поговорим про Олимпиаду. Ты выкладывала пост, где говорила, что даже рада, что не нужно будет проходить через все сложности и можно просто выступать для себя и радоваться. Но мне кажется, ты лукавила.
– Осадок есть, не скрою. Когда все вокруг отбираются на Олимпиаду, радуются скорому отъезду туда, а ты в стороне – это сложно. Олимпиада значит очень многое для огромного количества людей, и я не исключение.
Но с другой стороны, я не могу никак на это повлиять. Дать мне паспорт или нет, в какие сроки – это решение страны. Мне остается только готовиться к соревнованиям, где я могу выступать, то есть к чемпионату мира в марте.
Бывшие россиянки не поедут на Олимпиаду из-за бюрократии. Хотя могли бы взять медали
Сейчас уже понимаю, что, возможно, мой выбор в пользу Дании был не самым разумным. Но дело даже не в Олимпиаде, а в целом в отношениях с федерацией.
– Но ты же изначально понимала, что успеть получить новый паспорт к Милану-2026 будет почти невозможно?
– Конечно. Но сейчас вопрос стоит не про Милан, а про следующую Олимпиаду, в 2030-м. Если я не буду ничего предпринимать, не попаду даже туда.
Нужно уже сейчас сдавать тесты на знание языка, получать определенную зарплату, платить определенные налоги.
– А ты этим занимаешься?
– По языку прошла три модуля в языковой школе. Стараюсь заниматься онлайн хотя бы два раза в неделю, в апреле у меня экзамен. Свободно пока не говорю, но понимаю примерно половину и могу объясниться простыми фразами.
С остальным пока все сложно. Не решила, что буду делать дальше, вопрос открыт.
– Ты задумываешься о еще одной смене гражданства?
– Давай пока оставлю этот вопрос без комментариев.
«Дания запретила мне вернуться в шорт-трек»
– Бываешь сейчас в России?
– Конечно. Стараюсь приезжать как можно чаще, у меня же вся семья осталась в Питере. Была в конце января, очень ждала этой поездки. Встретиться с родными, друзьями, моими любимыми тренерами из шорт-трека.
– Ты поддерживаешь отношения с бывшими тренерами?
– Они мне звонили после чемпионата Европы и чуть не плакали! Светлана и Николай Третьяковы меня вырастили как спортсменку.
– Тогда ты наверняка следишь за сборной России. Почему у наших на Кубке мира дела так себе?
– Ну, если учесть, что лидеры не получили нейтральный статус, не все так плохо. Два человека отобрались – это нормальный результат.
– Ты будешь смотреть Олимпиаду – или это слишком обидно?
– Конечно, буду, у меня же там супруг выступит. На самом деле я уже прожила эту историю с недопуском и смирилась. Сейчас у меня стадия принятия.
– Ты говорила, что неудачи на прошлых Олимпиадах очень тяжело тебе дались морально.
– Когда я тренировалась в сборной России, мы почти все время жили на базе. По сути, вся твоя жизнь сводится к режиму «поесть – поспать – потренироваться», и так по кругу. Ты жертвуешь почти всем – встречами с родными, увлечениями, образованием – ради единственной цели, золотой олимпийской медали.
Ты ждешь ее от себя сама, плюс ее ждут от тебя тренеры, страна. В твою подготовку столько вкладывали не для того, чтобы ты съездила на Игры просто получить удовольствие.
И вот не получается на одной Олимпиаде, на второй, на третьей... В моем случае это два олимпийских цикла, почти 10 лет. Усталость, разочарование накапливаются. Очень больно осознавать, что столько лет, столько крови и пота потрачены впустую.
Поэтому я отчасти и решила перейти в коньки. Мне казалось, что это даст новый импульс, чтобы начать с чистого листа.
– Сейчас твоя жизнь не похожа на бег по кругу «поесть – потренироваться – поспать»?
– Когда живешь дома, а не на тренировочной базе, это совсем другое. Сейчас мы снимаем в Калгари квартиру недалеко от катка. Мы обустроили ее как свой дом, готовим еду, у нас есть друзья, мы можем проводить с ними время.
Мы ходим на тренировки, как другие люди ходят на работу. При этом не ощущаем себя как люди, которые загнаны в супержесткие рамки. Конечно, у меня по-прежнему есть ожидания от себя, есть обязательства перед спонсорами. Но это совершенно иная степень ответственности.
Допустим, на Кубках мира спонсору все равно, как я выступлю. Главное, чтобы попадала в финалы А и логотипы мелькали в трансляции.
– Когда первые годы в коньках совсем не получалось, не было мысли вернуться в шорт-трек?
– Я бы не сказала, что первые годы в коньках у меня совсем не получалось. Это совершенно другой вид спорта, я впервые встала на большие коньки 4 года назад. У меня был очень сильный прогресс в первый год, была очень довольна результатами.
Но два года назад я действительно захотела вернуться в шорт-трек. Просто соскучилась. Но, к сожалению, в Дании мне не позволили этого сделать.
Я два года потратила на то, чтобы обжаловать это решение во всех инстанциях, но буквально несколько недель назад получила финальный вердикт, что федерация имеет право не регистрировать меня ни на какие соревнования в шорт-треке. Ни внутри страны, ни на международные. И сделать я с этим ничего не могу.
– Объясни, зачем Дании лишать себя сильной спортсменки? В чем логика?
– В Дании нет национальной команды по шорт-треку, только клуб. Федерация не несет ответственность за регистрацию спортсмена внутри страны, только на международные старты. У них есть спортсмен, которому в данный момент разрешено выступать на соревнованиях ISU. Мне сказали, что их стратегия – построить шорт-трек с датскими спортсменами на датской земле. А я не буду хорошей ролевой моделью для молодежи.
Я посчитала это решение дискриминационным и продолжаю так думать. Но желание выступать в шорт-треке они мне отбили напрочь.
– Почему?
– Понимаешь, я половину жизни потратила на шорт-трек. У меня был тяжелый период после 2022-го, были моменты, когда я его ненавидела. Но он все равно остается моим любимым, первым спортом, где я много-много лет оттачивала мастерство. И я думала, что еще смогу тут побегать.
Но теперь, когда столько всего пройдено в коньках, когда Виктор и я наконец нашли группу, в которой нам комфортно, и великого тренера, который всего за год работы с нами добился такого прогресса, я не хочу это потерять. Ну и за два года я уже смирилась с мыслью, что мое возвращение в шорт-трек, скорее всего, не случится.
Так что впереди – чемпионат мира в марте. И там я постараюсь никому ничего не доказывать, как было у меня раньше на Олимпиадах, а просто выйти и получать удовольствие.
Фото: Gettyimages.ru/Marcel ter Bals/DeFodi Images/DeFodi; instagram.com/sofia_thorup_; IMAGO/Andre Weening/Global Look Press; РИА Новости/Максим Богодвид
не для вас написано просто