6 мин.
0

Как это понимать? Принимаем итоги чемпионата мира

Мы посмотрели ещё один исторический чемпионат мира по хоккею. Многих этот турнир оставил в недоумении – граничащем, в некоторых случаях, с раздражением. Это понятно, и это можно исправить. Хоккейный чемпионат мира – состязание своеобразное, особенно после Олимпиады с участием игроков НХЛ. Для цельного восприятия нужна сложная оптика.

На этих страницах мы не первый год работаем над качественным шайбоскопом, но, коль скоро недоумение остаётся, надо протереть и отполировать линзы. Для начала я сформулирую несколько ключевых тезисов, задающих рамку восприятия, а потом приложу эту линейку к трём интересным примерам.

Начнём так: спорт – это испытание возможностей. Эти возможности представляют собой множество состояний, укладывающихся в определённый диапазон. Каждый отдельно взятый турнир позволяет измерить только одно состояние, даёт точку из диапазона. Недоумение возникает из-за того, что возможности воспринимаются как точка: кто-то, «явно более слабый», оказывается выше кого-то «явно более сильного», это кажется несоответствующим «реальному положению дел», а из этого вытекает вердикт – «турнир неправильный». Если же держать в уме концепцию диапазона возможностей, недоумение исчезнет. Когда кто-то «слабый» оказывается выше кого-то «сильного», это значит, что диапазоны пересекаются: верхняя граница диапазона возможностей первого оказывается выше нижней границы диапазона возможностей второго.

Сами диапазоны могут определяться по-разному. Через результаты очных встреч – Словения впервые победила Чехию. Через результаты матчей на определённых стадиях турнира – Швейцария впервые выбила Швецию из плей-офф. Через итоговую классификацию – Норвегия впервые взяла «бронзу». Среди этих определений нет правильных и неправильных, каждое имеет определённый смысл.

В хоккее, в силу особенностей комплектования сборных для участия в чемпионате мира, границы диапазонов шире, чем в других видах спорта. У фаворитов опускается нижняя границы, у претендентов – поднимается верхняя. Это, пожалуй, плохо. Однако, заставить жадных боссов НХЛ изменить календарь так, чтобы на ЧМ каждый год могли приезжать лучшие, мы не в силах. Мысленно пошлём заслуженные лучи в заокеанские офисы, и будем работать с тем, что имеем.

Не обесценивает ли высказанный выше тезис исторические результаты последних ЧМ? Нет, не обесценивает. Скажем, в 90-х при тех же оговорках границы диапазонов у фаворитов и претендентов были обозначены чётко: первые всегда играют в четвертьфинале, вторые – в лучшем случае четвертьфинал проигрывали. Было только два забавных исключения (Швейцария в полуфиналах ЧМ92 и ЧМ98, американцы – за пределами восьмёрки на ЧМ98). Сейчас ситуация совсем другая, и масштаб изменений соответствует интуитивному восприятию.

Далее, следует сказать вот что: результаты национальной сборной не однозначно характеризуют качество работы национальной системы подготовки хоккеистов. Это следует сказать потому, что восприятие этой связи как сильной кажется ещё одним источником недоумения. Между тем, результаты сборной зависят как от работы национальной системы подготовки кадров, так и от организации самой сборной. Под последним я здесь работу по привлечению доступных хоккеистов к участию в турнирах, наличие развитого института сборной, работающего на постоянной основе, качество и опыт тренера и его помощников. Важный частный постулат звучит так: Европа имеет безусловное и сильное превосходство с точки зрения организации сборных, которое Северная Америка может компенсировать только за счёт превосходство в масштабе системы подготовки кадров.

И, наконец, последнее теоретическое соображение: в эпоху массового профессионального спорта организация команды важнее суммы мастерства её хоккеистов. Словосочетание «массовый профессиональный» следует расшифровать. Во-первых, сегодня даже в Австрии и Польше хоккеисты клубных команд играют под пятьдесят-шестьдесят матчей за сезон. Это значит, что физическая подготовка большого количества хоккеистов, в том числе из лиг, которые не принято упоминать, позволяет держать темп игры на чемпионате мира. Во-вторых, сегодня даже в Таиланде и Австралии детские тренеры могут воспользоваться качественными методическими материалами – был бы доступ к ютьюбу. Это значит, что базовая техническая подготовка игроков из тех же лиг также оказывается на определённой высоте. Именно благодаря этому сегодня организованные сборные «средней руки» могут обыграть элитную национальную команду даже в плей-офф.

Таковы общие соображения, перейдём к разбору свежих примеров, которые с этими тезисами связаны. Начнём со сборной Латвии. Эта команда не обновила свой диапазон – вершиной остаётся бронза ЧМ23 – но первой придала ушедшему турниру серьёзный сюжетный импульс, обыграв сборную США. Американцы после поражения оказались на грани попадания мимо восьмёрки, причём сами они были не в силах изменить ситуацию полностью – им помогли немцы, обыгравшие австрийцев. Так вот, при всех оговорках, состав сборной США был очевидно и безусловно сильнее состава сборной Латвии. Однако, во-первых, оказалось, что Харальдс Эгле, шестой бомбардир середняка чешской Экстралиги, может забить основному вратарю клуба НХЛ, а Кристерс Гудлевскис, играющий в DEL, может выиграть у того же вратаря состязание по отбиванию бросков. Нет, оба упомянутых – не потерянные таланты, которых обошли вниманием НХЛовские скауты. Это – просто примеры, подчёркивающие тезис о глобальной профессионализации. Во-вторых, нет сомнений в том, что Харийс Витолиньшь превосходит Дона Гранато как тренер национальной сборной.

Продолжим сборной Норвегии. К ней также можно применить три ключевых тезиса, касающихся сборной Латвии: игроки «забытых лиг» могут держать темп, вратари забытых лиг могут отлично сыграть на ЧМ, тренер малой сборной может быть большим талантом, о котором никогда не напишут большие газеты. Но норвежцы прогремели гораздо громче, и здесь сказались ещё две составляющих успеха, отмеченные выше. Во-первых, сборная Норвегии оказалась гораздо ближе к своему оптимальному составу, хорошо работал механизм привлечения игроков. Во-вторых, это дало возможность Петеру Торесену распорядиться свежими плодами системы подготовки – яркими молодыми игроками – и он эту возможность использовал. Здесь, пожалуй, стоит ещё раз оговориться, что последнее – на самом деле, не такой значимый фактор успеха, как может показаться. Тинус Лук Коблар, при всём уважении, не Маклин Селебрини и даже, видимо, не Ивар Стенберг. Норвежцы обыграли шведов и канадцев не потому, что Коблар лучше упомяунтых, а потому, что Торесен лучше распорядился своими козырями. Поэтому не стоит говорить о том, что норвежцы взлетели именно благодаря системе подготовки молодёжи, но – да, эта система, очевидно, стала одним из факторов.

Закончим самым сложным и, с другой стороны, самым простым – сборной Швейцарии. Сложным потому, что эмоциональное восприятие результатов этой команды выглядит парадоксально. Сборная Швейцарии в третий раз подряд вышла в финал чемпионата мира. Третий год подряд швейцарцы оказываются выше шведов и канадцев в итоговой классификации. Леонардо Дженони бьёт – с большим запасом – исторический рекорд. Свен Андригетто выигрывает гонку бомбардиров – не впервые в швейцарской истории, но спустя 76 лет. Швейцарцы впервые в своей истории берут все очки в группе и обыгрывают шведов в плей-офф. Наконец, швейцарцы впервые в своей истории опередят в рейтинге ИИХФ всех – кроме России. И вот это вот всё не избавляет от разочарования тех, кто подобрее, и не спасает от насмешек от тех, кто позлее. Кажется, никто не готов «занести этот турнир Швейцарии в актив».

Мы не активисты и заносить тоже не станем. Скажем о причинах – взлёта и не взлёта. С первым всё понятно: швейцарская система подготовки в какой-то момент дала достаточно сильное поколение, а швейцарская система организации сборной в последние несколько лет оказалась попросту лучшей в мире. Это превосходство не следует недооценивать – немцы схожим потенциальным богатством распоряжаются куда как хуже.

Понятно, пожалуй, и со вторым – если привлечь нашу концепцию диапазонов. И в ней тот факт, что швейцарцы проиграли три финала трём разным командам, играет новыми красками. Поколение швейцарцев выглядит беспрецедентно сильным по швейцарской мерке, но оно не является таковым по мерке топовых стран. По качеству-количеству игроков швейцарцы не превосходят ни чехов, ни финнов, ни тем более – американцев. И, кажется, можно сказать так: ни в одном из проигранных финалов их оппонент не представлялся более слабым по составу. В этом заключается проблема претендента: ты можешь из года в год делать всё почти правильно, но каждый раз спотыкаться на новом сопернике, который сделал всё совсем правильно лишь раз. Потому, что твоя система организации сборной всё же не компенсирует превосходство системы подготовки оппонентов. Таким вот образом сборная Швейцарии и упёрлась в «серебряный потолок».