Сложная судьба яркого дриблера из ЦСКА.
105 лет назад, 13 июля (по другим данным — 10 марта) 1921 года родился Владимир Демин — один из самых ярких нападающих советского футбола послевоенных лет.
Маленький геркулес в большом футболе
Владимир Демин начинал свой путь в большом футболе в столичном «Спартаке», за первую команду которого дебютировал в 1939 году.
В матче с одесским «Динамо» он реализовал пенальти и... был на какое-то время отчислен из основы.
Анатолий Салуцкий, автор книги о Всеволоде Боброве, писал:
«В том же матче у Володи выскочили из гетр футбольные щитки, на что никто из игроков, в том числе сам Демин, не обратил внимания. Но когда довольные выигрышем спартаковцы пришли в раздевалку, вдруг раздался голос Николая Петровича Старостина, возглавлявшего общество «Спартак»:
— Демин, ты больше в основном составе играть не будешь, ты еще не умеешь по-настоящему, по-спортивному аккуратно одеваться.
Это был предметный урок воспитания для всей спартаковской молодежи».
В 1944 году Демин перешел в ЦДКА и в сезоне-1945 под руководством Бориса Аркадьева засверкал — 14 голов в чемпионате страны!
Старостин наверняка сожалел о том, что упустил талантливого крайнего нападающего. Вот какую характеристику он впоследствии дал невысокому Демину (рост — 163 см) в своей книге «Звезды футбола»:
«Маленький, подвижный, он был превосходным дриблером, тонко разбирался во всем, что делалось у чужих ворот. Большая работоспособность и отличный удар ставили его в один ряд с выдающимися представителями маленьких геркулесов в футболе».
Борис Аркадьев определил Демина на левый край атаки армейцев. Пятерка форвардов — Гринин, Демин, Николаев, Бобров, Федотов — наводила ужас на любую оборону в Союзе.
Аркадьев подчеркивал, что имел в своем распоряжении разноплановых нападающих, позволяющих ему варьировать игру ЦДКА впереди:
— Тот, кто видел нашу команду в ее самые лучшие годы, помнит, наверное, что виртуоз дриблинга, неизменный любимец публики Володя Демин не был ничем похож на решительного, с молниеносным броском и кинжальной прострельной передачей Лешу Гринина; что аккуратный, артистически тонкий Валя Николаев был полной противоположностью сильному, мужественному, порой даже резкому Ване Кочеткову... Каждый играл по-своему, и тренер всячески поощрял развитие индивидуальных наклонностей каждого. Сливаясь воедино, дополняя друг друга, они делали разнообразней, а следовательно, неожиданней для противника игру слаженного армейского ансамбля».
По мнению патриарха отечественной спортивной журналистики Льва Филатова, нападающие ЦДКА, по замыслу Аркадьева, не делились на забивающих и обеспечивающих, их футбол заметно отходил от господствовавших тогда стандартов. Тактическими принципами армейцев в атаке были «смена мест в линии нападения» и «игра в одно касание». Эти принципы позволяли команде вести игру всегда только быстро, не тратя времени попусту и с постоянными геометрическими сюрпризами, застававшими противников врасплох.
Михаил Якушин, тренировавший «Динамо» и сборную страны, между тем замечал, что Демин все-таки уступал своим партнерам по атаке в плане нестандартных действий:
«Демин — игрок шустрый и неприятный для защиты. В любой момент он мог, используя ловкость и высокую стартовую скорость, устроить переполох в штрафной соперника. Хотя, замечу, Демин все-таки был не столь изобретателен, как его партнеры, и большей частью действовал механически, играя одинаково против каждого соперника».
Известный спортивный журналист Александр Нилин отчасти соглашался с Якушиным:
«Я бы не стал сопоставлять Демина с левыми краями из других команд и лет. Свои (и никак не меньшие) достоинства были у динамовского «лося» Сергея Соловьева. Позднее появились «технари» уровнем повыше — Ильин в «Спартаке» или «коммунистический Гарринча» Михаил Месхи. Они потоньше играли. У Месхи, например, был фирменный неразгадываемый финт. А Дему с его-то приемами современным ему правым защитникам вычислить не так уж и сложно было. Но энергетика, с которой Демин исполнял свои финты, обезоруживала и самых опытных, умелых и отлично изучивших армейского края опекунов».
Самое главное заключалась в том, что Демин со своими незамысловатыми финтами был весьма эффективен. В сезоне-1946 его статистика, правда, немного просела — всего 7 забитых мячей. Зато потом он вышел на свой привычный уровень, забивая в среднем по 15 голов за чемпионат.
Впрочем, Демин был хорош не только в завершении, но и как фланговый диспетчер. Он умел делать прекрасные передачи в штрафную, выкладывая мяч прямо на ногу Боброву или Федотову.
Аркадьев в 1947 году пробовал сделать из Боброва, как говорится, чистого центрального нападающего, из-за чего тот в некоторых матчах появлялся на поле под девятым номером, отданным центрам нападения. В таких случаях у Боброва проявлялось великолепное взаимопонимание с Деминым, левым крайним. По ходу кубкового турнира в 1947 году, состоявшегося летом между первым и вторым кругами чемпионата, московские динамовцы, лидеры первенства, потерпели первое в сезоне поражение, проиграв со счетом 1:4 ЦДКА. По два мяча забили Бобров и Демин.
Вот как описывает тот матч главный летописец отечественного футбола Аксель Вартанян:
«Владимир Демин, левый фланговый армейцев, сыграл (таково мнение его однополчан) лучший матч в карьере. Со своим визави Радикорским он делал что хотел, проходил раз за разом, выводил на удар коллег, бил сам. И дважды пробил не очень удачно сыгравшего Хомича. Дублем отметился и Всеволод Бобров. Один мяч он забил с подачи Демина, набравшего в этом матче по системе «гол+пас» три очка».
Фото ПФК ЦСКА
«Выбегал последним в цепочке забавный толстячок»
Публика обожала Владимира за артистизм, за то, что он не скрывал своих эмоций на футбольном поле, устраивал настоящий мини-спектакль.
Бывший защитник киевского ОСК и ЦСКА Юрий Олещук на страницах «СЭ» вспоминал:
«В Дему была влюблена вся московская футбольная публика. Дух захватывало и сердце млело смотреть, как он сражался на поле. Володя не был многогранным футболистом. Скорее, наоборот, однообразным. Вся игра — овладев мячом, пробиться к угловому флангу, мчась по краю, и оттуда навесить. Но как это делал Дема!
Надо было видеть, как неистово он пробивался к цели, стараясь оттереть куда более массивного защитника плечом, локтем, головой, корпусом — чем придется. Как люто дрался за мяч и, если терял, прямо-таки вцеплялся в отобравшего, стараясь отвоевать обратно. А не выходило, следовал знаменитый Демин жест раздражения — кулаком резко по воздуху. И обязательно пара красочных слов. Каких именно — легко читалось по губам, если вы сидели близко. Отличная была в таких случаях артикуляция у Демы. За свои терзания он вызывал на трибунах много смеха — доброго, сочувственного».
Обожавшие футбол поэты посвящали Демину эпиграммы. Вот одна из них, за авторством Александра Безыменского:
Наш Демин мал и кругл. Когда лихим налетом
Обводит он с мячом любого ловкача,
Всем кажется порой, что катятся к воротам
Два разноцветные мяча.
— Когда Демин вел мяч вперед, то не кошка играла с мышью, а мышь с кошкой, — писал в своей книге «Форварды» Лев Филатов. — И люди ждали с нетерпением, когда мяч попадет к Деме, чтобы полюбоваться поединком, серьезность и острота которого сдобрена юмором. Демины удачи, его выкатывания шли под добрые аплодисменты. Без мяча он в сравнении с остальными, находившимися на поле, впечатления произвести не мог. Выбегал последним в цепочке, забавный толстячок. С мячом же он сливался. Они, две неразлучные бусины, вместе развивали вдруг такую скорость, что непонятно было, Дема ли гонит мяч или тот, тоже круглый, катится, увлекая за собой форварда».
Антропометрия Демина — отдельная тема для добрых шуток. Ни одной игры ЦДКА не пропускал маршал артиллерии Николай Воронов, двухметровый гигант, все время обещавший Владимиру отдать полметра своего роста в придачу к деминским 163 сантиметрам.
Популярность Демина позволяла ему порой совершать весьма дерзкие поступки за пределами поля.
Бывший полузащитник днепропетровских «Спартака» и «Стали» Леонид Родос в интервью «СЭ» в 1997 году вспомнил забавный случай:
«Я дружил с Владимиром Деминым. Мы были молоды, часто валяли дурака. Как-то зашли в бильярдную Дома офицеров. Там в табачном дыму в чинах шары гоняли.
«Спорим, я дам по заднице вон тому генералу», — вдруг сказал Володя, показывая на военного, склонившегося над столом.
«Да брось», — говорю.
Но Володя меня уже не слышал. Он подбежал к генералу, и «щечкой», по-футбольному ударил того по мягкому месту. Генерал сначала ничего не понял, потом скривился и в бешенстве повернулся к моему дерзкому другу. И вдруг... О чудо! Гнев его исчез.
«Володя! Демин! Я тебя узнал! — неожиданно полез в объятия к своему обидчику генерал. Уверен, что любой другой шалун, окажись он на месте известного футболиста, после подобной выходки не сносил бы головы. Об этой истории вся Москва потом говорила».
Демин знал себе цену и любил находиться в центре внимания.
«Мягкий характером, очень добрый, отзывчивый, верный и благородный товарищ, готовый, как гласит пословица, отдать другу последнюю рубашку, Демин славился среди друзей одной «слабостью» — особой любовью к популярности, — пишет в своей книге Анатолий Салуцкий. — Когда команда ЦДКА в автобусе отправлялась на очередной календарный матч, проходивший на стадионе «Динамо», Владимир неизменно просил остановить автобус около станции метро и выходил из него, ссылаясь на то, что ему, мол, надо передать входной билет на игру кому-то из знакомых. Но все армейцы отлично знали, в чем дело: Володя любил не спеша пройтись со своим чемоданчиком через толпу болельщиков к служебному входу, чтобы «произвести эффект». Кругом восторженно восклицали: «Демин пошел! Демин идет! Смотри, Дема!» Володя ловил на себе сотни взглядов, и это ему нравилось».
Владимир Демин. Фото ПФК ЦСКА
«Владимир Тимофеевич уж слишком много водки пьет»
В советском футболе была распространена фраза: «Раньше и пили, и играли...» Послевоенный ЦДКА нередко жил именно по этому принципу.
Знаменитый комментатор Николай Озеров в интервью «Советскому спорту» рассказывал об армейцах следующее:
«Аркадьев ведь страдал, когда была пьяная вся команда. Мы же знали и такие дела. Сидит вся команда на жердочке, и он только ходит и причитает: «Что будет! Что будет!» А им играть. Они в баню — попарились, тренировка, два свитера... И на следующий день уже громили всех на каких угодно полях!»
Однако кто-то знал меру, а другие, увы, пристрастием к алкоголю рушили себе и карьеру, и жизнь.
Лев Филатов приводил в своем материале слова Бориса Аркадьева: «Мне не раз приходилось на лестнице перешагивать через его бесчувственное тело...»
Аркадьев, по мнению Филатова, знал, что перевоспитать этого форварда никому не дано. Он перешагивал через него, когда тот был в запое, что не мешало ему хвалить его игру.
Михаил Щеглов, автор книги «Всеволод Бобров», уточняет: футболистом, через чье тело перешагивал Аркадьев, был Демин.
Он же приводит воспоминания дочери Аркадьева Светланы:
«Вообще пьянство игроков сильно отца огорчало. Я помню, с какой болью он всегда говорил о Демине, как жалел его жену. Она постоянно приходила к папе, жаловалась, плакала. Отец всеми силами старался ее поддержать. Но там болезнь была уже запущена».
Зинаида Гринина, жена нападающего ЦДКА Алексея Гринина, рассказывала:
«Мы с Аркадьевым были друзья. Звал меня: «Зинаида Ивановна, на прогулку!»
Демин проштрафился, меня Аркадьев опять зовет гулять: «Хочу с вами посоветоваться, Зинаида Ивановна. Кого ставить на матч. — Петюню Пономаренко или Володю Демина? Владимир Тимофеевич уж больно много водки пьет...»
Говорю: «Знаете что, Борис Андреевич, Петюня, может быть, и сыграет, но не так, как Демин. Раз он виноват, выложится как никто!» Потом было интересно, как Аркадьев поступит. Уже на стадионе слышу: «Одиннадцатый номер — Владимир Демин!» Я была очень горда...»
В составе ЦДКА Демин стал пятикратным чемпионом СССР, трижды выигрывал Кубок. За армейцев во всех турнирах он провел 225 матчей, забив 97 голов.
Владимир Демин (справа). Фото Из архива семьи Волковых
Туберкулез
В 1952 году сборная СССР поехала на свою первую Олимпиаду — в Хельсинки.
Борис Аркадьев не включил в итоговый состав Владимира Демина и Алексея Гринина. Предпочел им спартаковца Анатолия Ильина. Возможно, наставник опасался обвинений в клубных пристрастиях.
После турнира Борис Андреевич пожалел о том решении. «Знаешь, Толя, — сказал он как-то защитнику армейцев Башашкину. — А ведь наша команда (ЦДСА) сыграла бы, пожалуй, успешнее сборной».
Советская сборная вылетела на стадии 1/8 финала, уступив в переигровке югославам — 1:3 (первый матч завершился вничью — 5:5).
Этот результат имел далекоидущие последствия. На фоне противостояния Иосифа Сталина и главы Югославии Иосипа Броз Тито наших спортсменов разнесли в пух и прах. Формулировка была следующая: «За подрыв престижа советского спорта и советского государства».
В Кремле известие о поражении вызвало настоящий шок. Сталин расценил его как политическое преступление. Вскоре было принято два постановления: первое — о расформировании многократного чемпиона СССР команды ЦДСА и второе — о лишении нескольких игроков сборной и тренера Бориса Аркадьева звания заслуженных мастеров спорта.
Итак, Демину пришлось искать себе новую команду. Он недолгое время поиграл за коллектив из Калинина и МВО Москвы. В 1954-м ЦДСА восстановили в правах, и Владимир вернулся в армейский коллектив. Однако на прежний уровень уже не вышел, сыграв всего четыре матча.
После завершения игровой карьеры пробовал себя на тренерской стезе. Но без особых успехов. Так, в 1958 году Владимир был уволен из львовского СКВО с формулировкой «за систематическое пьянство»...
Впоследствии он заболел туберкулезом.
С помощью Всеволода Боброва Демина устроили на лечение в туберкулезный санаторий, находившийся в подмосковном городе Пушкино. Но, к сожалению, Владимир продолжал относиться к советам врачей беспечно, часто нарушал режим, и это кончилось трагически. Демин умер в октябре 1966-го. Ему было 45 лет.
Комментарии