Терапия — почему нам важно принимать своё общее прошлое
Привет! Я клерк на службе у государства, а эта короткая заметка моя терапия. На протяжении 1999 года писал её в разные месяцы.
Получилось несколько сеансов в одном чтиве — о человеке, любви и «Манчестер Юнайтед».
Работая в Кремле, мне удаётся помогать в оформлении нужных бумаг и выполнении разных поручений, напрямую из кабинета Главы Российской Федерации Бориса Ельцина.
Люди заявляют: он в комфорте, а мы в облезлых дворах и пустых квартирах.
Кризис терапии тут — в разности ощущений.
Кремль 99-го был такой же лотереей, как и всё происходящее на улице, за красной стеной. Чтобы остаться в этих кабинетах нужны конкретные умения и смелость, просто, как гарантия выживания на будущее.
Процент вероятности получить расписку об увольнении меня пугает на равных, как и вариант остаться без еды.
Важно понимать, что наша работа не достаётся просто так. Забраться на вершину горы под силу не каждому.
Мой босс — сложный человек. Сила привычки уводила его в рваные маршруты с тёмными переулками, а присущая ему статность исчезала, с каждым непринятым решением.
Но он остаётся человеком — неправильным, странным, иногда, веселым и непредсказуемым.
Поэтому, ключевой плюс терапии, в этом контексте - принятие.
В Администрации, после работы на старом телевизоре, который находился у нас в общем кабинете мы смотрели футбол. Главный матч сезона 99’ года: «Манчестер Юнайтед» против Баварии на стадионе «Камп Ноу» в Испании.
Мы собрались всей компанией, таких же, клерков и ждали Бориса Николаевича, но он к нам не присоединился, спешил к любимой женщине.
Он поразительно часто переживал о ней, видимо сильно любил. Такие чувства показывали человека с иной стороны. В нём сидело больше человеческого, чем политического. Наверное, этим и цеплял, оставаясь живым, а не протокольным.
С этими мыслями я встретил гол Оле-Гуннера Сульшера в ворота, казалось бы, монолитной «Баварии». Этот момент, как высшее искупление, гениальная кража среди миллионов людей, когда потайное движение оказалось богаче — года тренировок.
В новогоднюю ночь, когда я слушал прощальные слова Ельцина и через несколько дней провожал его из Администрации за пределы стены, он открыто улыбался в лицо тем, кто уже успел похоронить «старика» и залезть под запонки новой власти.
В мыслях крутилась цитата великого комментатора Маслаченко, сказанная спустя несколько минут после победы англичан, протянутая, как холодный душ и отрезающая любые попытки убежать от правды — ''Пижоны лежат, а великие торжествуют''.
Зима, все также, стояла на улице и яркое солнце светило в окна опустевших кабинетов. Удивительно, что раньше я никогда не замечал этого.
Может, в этом есть смысл психоанализа, замечать скрытые детали, вылечивая старые травмы, которых накопилось достаточное количество.
Комментарии