Мусаев о детстве: «Нюхали клей, воровали, делали взрывпакеты, забирали вещи на районе. Меня на это все не тянуло, я любил спорт»

Бывший тренер «Краснодара» Мурад Мусаев вспомнил о своем детстве. 

– Летом, когда был маленький, мыл машины. Приезжали в аэропорт, искали воду. Люди приезжали, мы им: «Вам помыть машину?» Мыли.

Потом нас раз поймала милиция, отвезли в милицию. На следующий день мы опять приехали, поработали неделю.

– А что говорили – нелегальные деньги?

– Сказали: нельзя. Нас двое было. Потом нас третий раз поймали. Был вопрос, где воды набрать, мы ходили в здание аэропорта – и они нас там ловили. Потом нашли на конечной троллейбуса кран.

Было много клиентов. Летом ходили мыли, может, класс 7-й был. Через месяц родителей вызвали в детскую милицию, сказали: «Поставим на учет, если это не прекратится». Там рядом с аэропортом милиция. Мы как-то прилетели с Сергеем Николаевичем [Галицким] на его самолете, и я думаю: «Блин, меня же здесь раз десять ловили, а сейчас я на самолете президента прилетел».

– А был какой-то тариф?

– Был, но я сейчас уже не вспомню – сколько. Но я купил себе кроссовки, майки, что-то домой купил – нормально зарабатывал. Это ж нормальный труд, я же не украл.

Хотя во дворе были ребята, которые занимались сомнительными делами. Воровали деньги из касс магазинов. Заходили, один отвлекал, второй забирал деньги. Забирали вещи, часы, кроссовки – кого встретят на районе, если ты туда заплутал. У нас район был на три части разделен – старый, новый и средний, – и кто куда зашел случайно, мог уйти без кроссовок, без вещей.

Тогда вообще время было сумасшедшее. Делали взрывпакеты, сурики.

– А зачем?

– Ну взрыв, как бомба. Видели взрывы такие на стенах? Ну, будете в Краснодаре – увидите.

– До сих пор там сурики эти?

– Думаю, что нет. У нас был случай такой. Сосед как-то вышел из подъезда на Новый год в дубленке с подворотом. Говорит: родители подарили, дубленка очень серьезная.

И кто-то говорит: «Давайте проверим». Он отошел, и ему в спину сурик кинули. Бах! Он падает, в дубленка дырка вот такая. Он встал. Кто-то говорит: «Дубленка что-то не очень у тебя, друг». Он: «Да ничего». И ушел домой.

– А как так, если кругом банды, а ты вдвоем ходите мыть машины? Типа ребята не подходили, не спрашивали: может, че-то посерьезнее?

– Да нет, это были летние каникулы, как-то деньги зарабатывали – кто-то машины мыл, кто-то, может, яблоки собирал. Это нормально.

– Но не было такого, что судьба могла не туда вильнуть?

– Меня никогда не тянуло на это. Были плохие компании, конечно. Помню, детский садик был, там какой-то бардак был – на веранде сидели старшие, пили, музыку слушали.

Бывало: «Малой, давай иди сюда, выпьешь с нами». Я говорю: «Я не буду пить». – «Че, нас не уважаешь? Давай покурим». Такие моменты были переломные, надо было сказать «нет» – и все. Меня на это не тянуло особо, я любил спорт.

Так компании и разбились. Мне вот сказали: «Че ты там в передаче сказал, что у нас одни наркоманы на районе». Но правда, сколько пацанов умерло.

– Наверное, и клей был, и все на свете?

– Клей был.

– Вам предлагали?

– Да не знаю. Нюхали все вот так: прятали за куртку и нюхали, прямо по школе даже ходили. Меня никогда не тянуло. Обычная школа была, – сказал Мусаев.