Михаил Коляда: «Дико заводит то, что в Пхенчхане-2018 нельзя будет выступить под российским флагом»

Двукратный чемпион России в мужском одиночном катании Михаил Коляда поделился мнением насчет выступления под нейтральным флагом в Пхенчхане-2018, а также насчет допинга в фигурном катании.

– Может ли невозможность выступать под флагом родной страны мотивировать и разозлить еще больше?

– Конечно. Не знаю, как остальных, но меня это дико заводит по-спортивному. Мы живем в этой стране. Мы любим эту страну. Мы никуда из нее не убегаем. И, естественно, надо защищать свои интересы не только так, чтобы «Я – русский» на футболке было написано.

Одно хорошо – что уже допустили команду. Плохо другое – что есть люди, которые очень далеки от спорта, но при этом возмущены и называют спортсменов дезертирами. Мне это категорически не нравится, я с ними в корне не согласен, потому что многие атлеты идут к этому долгие годы.

По этому поводу у меня есть очень точное высказывание. Чтобы человека судить, попробуйте надеть его обувь и пройти его путь. Я убежден в том, что российская команда будет на высоте на этих Олимпийских играх. Мне кажется, это заведет до такой степени, что держитесь. Просто держитесь!

– Не боитесь, что спустя несколько лет после Игр может прийти какой-нибудь дядя и без особых доказательств сказать, что вы употребляли допинг и медаль нужно вернуть?

– Нет, не боюсь. Серьезно. Потому что я честен перед собой и перед всеми. Мне нечего стыдиться. И даже если кто-то станет меня в чем-то обвинять, я буду знать, что это неправда. Все будут знать, что это неправда. Только кучка людей будет убеждена в обратном. Мне как-то все равно. Потому что все, что зависит от меня, я делаю.

Я не принимаю допинг, мне это не сдалось… И вообще, чтобы в фигурном катании подобрать допинг, какими-то такими изощренными путями идти надо… Это практически невозможно.

У меня проблем со здоровьем нет, я никакого дискомфорта не испытываю, зачем мне принимать что-то? На протяжении всей жизни обходился без этого, а тут перед Олимпиадой: «А попробую!» Нет, конечно, – сказал Коляда.