Последняя вечеринка с королем на подиуме.
Домашний этап Макса Ферстаппена в «Ф-1» с размахом отметит последнее появление в календаре чемпионата мира. Все билеты распроданы – ожидается минимум 300 тысяч посещений за 4 дня, – а призы на подиуме вручит особый гость: сам король Нидерландов Виллем-Александр впервые выйдет на чествования, хоть бывал на Гран-при и раньше – явно ради особого случая и в надежде на рекорд Ферстаппена.
Макс выигрывал здесь трижды после возвращения «Зандворта» в «Ф-1». И до Джима Кларка ему не хватает одной победы – шотландец закрыл серию еще в 1967-м.
Другого шанса улучшить статистику у нидерландского чемпиона больше не будет – в следующем году «Зандворт» вылетит из календаря первенства и не вернется даже на ротационной основе, в отличие от Барселоны и Спа. Контракт на Гран-при в «Ф-1» истек, и владельцы автодрома решили больше не сражаться за продление соглашения.
Почему Нидерланды не поборолись за сохранение Гран-при? У них же Ферстаппен и «Оранжевая армия»?
На первый взгляд, все прекрасно: билеты распроданы, а фанатская группировка Макса колесит по планете, захватывает трибуны на 20-30 тысяч человек и подчеркивает безграничную любовь к гонкам. Вроде бы можно побороться за сохранение этапа?
В теории – да.
В реальности нужно проанализировать финансовые показатели этапа и автодрома, чтобы понять: а у местного Гран-при были перспективы? И тогда можно обнаружить неприятный сюрприз.
Ежегодные расходы на взнос для «Ф-1» и организацию всего этапа (логистика, обслуживание трибун, безопасность, дополнительная развлекательная программа) составляли не меньше 70-75 млн евро в год. Выручка при этом только снижалась: в 2021-м и 2022-м на постковидном буме и восхождении Ферстаппена организаторы заработали 137 млн евро за два года и оформили 9 млн евро прибыли.
В 2023-м выручка составила 83 млн евро – после налогов владельцам автодрома остались 6 млн евро.
А в 2024-м посещаемость снизилась до 275 тысяч человек. Проседание компенсировали ростом цен на билеты, но этап едва вышел на точку безубыточности.
Тогда-то и встал вопрос: впереди два года контракта, но не опасно ли его продлевать? «Ф-1» каждый раз требует все больше взносов (а Нидерланды платили 30-32 млн только за право проведения Гран-при), усиленную реновацию и большую долю вип-билетов. То есть «Зандворту» пришлось бы тратить больше при потенциальном снижении выручки.
Принять условия «Ф-1» и пойти на расширение трибун, вип-лож и самого трека было бы не просто дорого, а почти невозможно: трек находится на пляже у Северного моря, практически в природоохранной зоне со строгими нормативами на строительство. В теории можно было углубиться в город, но там уже действуют строгие нормы по шумовому загрязнению, и местные жители всегда воспринимали соседство с трассой без восторга. Так что любой проект апгрейда требовал бы очень серьезных вложений.
Без них «Ф-1» забрала бы большую долю от пиковой вместимости в 300 тысяч человек. Гран-при Нидерландов оказался бы в условиях, когда меньшим числом мест нужно покрывать увеличенные затраты – следовательно, рост цен был бы неизбежен. Но индексацию не вышло бы просто переложить на посетителей, ведь этап на «Зандворте» – один из немногих в календаре с расчетом на местных жителей, а не богатых туристов. Нидерландцы вряд ли бы приняли тот же самый продукт за повышенную стоимость (динамика выручки все показала). Особенно когда есть множество альтернатив по всему миру.
Без новых мест не окупить новую стоимость. Без огромных и потенциально неокупаемых вложений не получить новые места.
Владельцы посмотрели на динамику и решили не рисковать. К концу 2020-го бизнес-группа, объединяющая «Зандворт» с набором других локальных компаний, выплатила первые и единственные дивиденды акционерам – около 20 млн евро. На счетах компании осталась небольшая подушка в 3,8 млн евро.
Автодром частный, его не поддерживает государство. А королевская семья вышла из проекта
Нехватка финансирования на такой проект в Нидерландах может показаться странным. Ферстаппен – один из лучших действующих атлетов страны, офицер ордена Оранских-Нассау, лидер одного из популярнейших видов спорта на планете.
Автодром принадлежит компании Chapman Andretti Partners – она основана принцем Бернхардом (наследник Оранской династии и двоюродный брат короля Нидерландов Виллема-Александра) и инвестором Менно де Йонгом. У Оранских-Нассау и конкретно Бернхарда – гоночный бэкграунд: он унаследовал страсть к автоспорту от деда, а по-настоящему влюбился в «Формулу-1» после победы Марио Андретти в Зандворте в 1978 году (последняя победа в карьере), в честь которого и назвал управляющую компанию.
Королевскую семью любят в Нидерландах. Неужели государство отказалось выделить деньги?
Такая схема никого бы не удивила: практически все Гран-при «Ф-1» и в Европе, и в остальном мире финансируются правительствами регионов, городов или на национальном уровне. Лицензионный платеж и вложения в инфраструктуру – обычная вещь в Бельгии, Венгрии, Италии, Испании, Португалии, Турции и Монако. Частные деньги в Европе остались только в Британии (наивысшая посещаемость в мире – более 465 тысяч человек) и Австрии (доме «Ред Булл»).
Но в Нидерландах действительно решили не тратить деньги. Весь вклад – 4 млн евро муниципалитета Задворта в модернизацию дорог и транспортных подъездов вокруг автодрома. И то власти вернули их через «налог на развлечения»: сбор в размере около 3 евро за каждый билет, чтобы покрывать расходы города на охрану порядка и уборку мусора.
Бернхард и его партнеры потратили на модернизацию (профилирование бэнкингов, укладка специального асфальта, обновление инфраструктуры пит-лейн и трибун) в районе 15-20 млн евро собственных денег с момента покупки в 2016-м. Фактически принц Оранский и не заработал на «Ф-1»: дивиденды лишь вернули вложения в «Зандворт». Деньги черпали из других совместных проектов: стартапы в IT-секторе, в недвижимости и промышленности.
С гонками и так вышла практически благотворительность: первоначальная цель заключалась в большой реконструкции района вокруг трассы вплоть до 2032 года и расширение ивентов на все возможные гоночные серии типа Supercar Challenge, ДТМ, турниры от имени «Порше», GB3 и много других. Также планировались концертные программы – забить расписание автодрома на весь год. Но протесты против шума и жесткие экологические ограничения помешали.
И сам Оранский-Нассау остановился и сконцентрировался на области искусственного интеллекта. С «Зандвортом» его миссия выполнена:
«Мы вернули «Формулу-1» в Нидерланды. «Зандворт» 6 раз занимал место в календаре чемпионата мира. Лучше и быть не может. Именно в такие моменты нужно осмелиться сделать выбор. Я передаю свои интересы партнерам, с которыми все это построил», – заявил принц.
Его активы выкупили все те же партнеры во главе с де Йонгом – они знакомы с принцем Бернхардом с колледжа, вместе инвестируют в различные проекты с тех времен и остаются в тесном контакте. Можно сказать, королевская семья далеко не отходит, но активно участвует в проекте в последний раз.
Однако переход трассы полностью в частные руки окончательно закрывает тему потенциальных субсидий на Гран-при – видимо, пробить проект оказалось невозможно.
Министр спорта Нидерландов Бруно Брюйнс с первых дней сообщил, что выделение денег налогоплательщиков «не является ни необходимым, ни оправданным». Особенно на проект королевской семьи, что могло бы вызвать скандал, обвинения в фаворитизме и резкое неприятие в парламенте и обществе. В Нидерландах вообще государственные спортивные гранты направляются на поддержку массового спорта, детских секций, общественного здоровья или подготовку к Олимпиаде. Финансирование элитного автоспорта противоречит приоритетам спортивной политики страны.
Более того, правительство повысило ставку НДС на билеты на такие мероприятия с 9% до 21% – маржинальность полетела вниз, а цена для болельщиков стала предельно высокой. Владельцам автодрома неоткуда взять дополнительные субсидии, а справляться собственными силами уже невозможно.
Потому в 2026-м «оранжевая вечеринка» – последняя. И последний шанс Ферстаппена на рекорд.
Телеграм-канал автора – c рассказом, откуда вообще взялась «оранжевая армия» (не из «Ф-1»!)
Фото: Gettyimages/Mark Thompson, Alex Bierens de Haan, Clive Rose; Kay Int Veen/Keystone Press Agency/Global Look Press
Комментарии
Бездуховщина! По-другому и не скажешь…