+290 долларов на человека.
Великобритания – дом «Ф-1»: штаб-квартира серии – в Лондоне, несмотря на обращение на американских биржах и строительство резиденции в Вегасе для локализации части заокеанских операций. ТВ-картинка обрабатывается в лондонском предместье Биггин-Хилл.
8 команд базируются именно здесь – в «гоночной долине» между Суиндоном, Бирмингемом и Кембриджем. Вдобавок у «Кадиллака» и «Ауди» есть вспомогательные инженерные и логистические базы – для тех англичан, кто не хочет переезжать.
Также Великобритания – гоночный рынок №2 в мире: согласно глобальным отчетам компании по продаже мерча Fanatics, Соединенное Королевство удерживает второе место по общему объему онлайн-заказов и уступает только США. Тут собираются самые большие толпы на Гран-при: на этапе в «Сильверстоуне» ждут рекорд – свыше 560 тысяч человек за 4 дня (и 175 тысяч только на трибунах во время гонки). Босс «Ф-1» Стефано Доменикали даже выразил готовность заключить вечный контракт с трассой – и это пока единственные такие обсуждения среди всех Гран-при (за исключением собственного этапа в Вегасе).
А по стоимости ТВ-трансляций Британия побеждает и США, и огромные рынки Европы с Китаем – по $250 млн за год при нынешних 155 млн (AppleTV платит «только» 150 млн за США).
«Ф-1» – грандиозная индустрия в Британии, и каждый житель острова это понимает. Предыдущий лидер консерваторов Риши Сунак еще в роли премьера запускал предвыборную кампанию с конференции на «Сильверстоуне», ставил гоночную отрасль в пример и обещал разогнать экономику до того же уровня. В итоге тори проиграли, но сам факт крайне показателен.
Но как же индустрия «Ф-1» обогащает Британию? Может, серия и команды платят миллионы фунтов налогами? И насколько это ощутимо для каждого жителя острова?
Прямой налоговый эффект от команд и «Ф-1»: отсутствует
Несмотря на 8 баз и два вспомогательных пункта, а также два моторных подразделения, команды «Ф-1» – удивительно – не платят налоги в королевскую казну. Дело не в убытках, а в разрешении таким инновационным компаниям переносить минусы за будущие периоды в прибыльные сезоны для стимулирования вложений в исследования и разработки, а также в налоговых возвратах на НИОКР ( научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы) в размере 12-15% от расходов.
Это одна из причин, почему любая новая команда хотя бы открывает логистическую или вспомогательную базу в Британии, а переезд организации за рубеж в принципе невозможен или крайне нежелателен. Вся финансовая модель действующих команд давно собрана вокруг британских правил, ее переработка с нуля в другой локации – вопрос инвестиций на миллиарды долларов при наличии политических или маркетинговых амбиций.
Отличный пример – «Мерседес», самая прибыльная команда современной «Ф-1».
При выручке в 546 млн фунтов за 2024-й (данные за 2025-й пока не обработаны британской налоговой и еще не появились в свободном доступе) организация зафиксировала 83 млн фунтов чистой прибыли и по идее должна была заплатить 18-22 млн фунтов налогов, но их списали в вычеты за НИОКР (R&D Tax Credits) и бухгалтерский перенос прошлых обязательств. В итоге вся прибыль ушла дивидендами акционерам.
У «Макларена» та же история. После выигрыша Кубка Конструкторов выручка команды достигла 430 млн фунтов и принесла первую прибыль за десятилетие – и Британия позволила закрыть ею убытки головного завода и даже перечислила субсидию в 7 млн фунтов за траты на инфраструктуру предыдущих лет. Фактически новая аэротруба в Уокинге оплачена деньгами налогоплательщиков, а с такой финансовой помощью чемпионы сделали себе подарок и выкупили заложенную в обратный лизинг базу.
Со всей «Формулой-1» похожая история, но благодаря другим механизмам.
Серия базируется в Великобритании, но с коммерческой точки зрения структурирована через разветвленную группу юрлиц – с холдинговыми компаниями в США, Люксембурге и Нидерландах. Первая группа нужна для работы с биржей налоговыми Америки, во второй аккумулируются спонсорские и ТВ-доходы с уменьшенной ставкой, а на Нидерланды приходится основа брендинга и лицензирования. Каждая из этих групп служила источником срочных денег для операционных трат – но через сложный механизм «внутригруппового финансирования».
Например, британские компании «Ф-1» брали крупные займы у материнских компаний под высокий процент и возвращали как коммерческую выручку и взносы за использование интеллектуальной собственности – оттого часть потока регистрировалась не как выручка, а «расходами». Соответственно сокращалась и налоговая база. И при выручке в $3,6 млрд за 2024-й основная группа FOM заплатила Британии 5 млн фунтов налога на прибыль, а с учетом всех остальных подструктур – только 11 млн фунтов (или $14 млн).
Инфраструктура Гран-при – один из самых крупных экономических драйверов региона
Почему Британия это терпит? Остальной экономический эффект слишком мощный – взять хотя бы один домашний Гран-при.
Каждый год он собирает на трибунах около 500 тысяч зрителей за 4 дня, что делает его самым посещаемым спортивным событием в Великобритании. Прямой экономический эффект за те же 4 дня оценивается более чем в £100 млн ($125+ млн). Эти деньги распределяются по региону Южный Мидлендс (графства Нортгемптоншир и Бакингемшир). Регион переживает экономический бум: в радиусе 50-60 км от автодрома полностью заполняются отели, гостевые дома и кемпинги (бронируется более 10 000 гостиничных номеров). По данным Visit Britain, значительную долю составляют иностранные туристы из более чем 50 стран, чьи траты внутри страны классифицируются как прямой экспорт услуг.
В пиковую гоночную неделю трек «Сильверстоун» и все компании внутри городка нанимают дополнительно более 5 600 человек временного персонала.
К тому же, вокруг автодрома сосредоточены сотни инженерных компаний, стартапов и бизнесов из сферы обслуживания. Оборот этого технологического узла растет по 22% в год, а производительность труда и добавленная стоимость на одного работника здесь почти в два раза выше, чем в среднем по Великобритании (около £120 000 на человека).
Гран-при служит главным катализатором для привлечения глаз со всего мира – а следовательно, и для прямых или венчурных инвестиций в этот кластер (более £150 млн за последнее десятилетие).
Британия богатеет на «Ф-1» по-другому: за счет экономического эффекта для ВВП
Кластер «Сильверстоуна» – только небольшая часть. По недавним исследованиям Ассоциации автоспортивной индустрии (MIA) и аналитического агентства Grant Thornton (делали специально перед последним приемом боссов «Ф-1» у премьера Британии на Даунинг-стрит), в секторе британского автоспорта и сопутствующего высокотехнологичного инжиниринга в той самой гоночной аллее на постоянной основе занято 50 000 человек.
Это все команды «Ф-1» (около 1 000-1 500 человек на топ-команду), их моторные департаменты, контракторы и подрядчики, обслуживающий персонал, персонал трасс, медиа-центр «Ф-1» в Биггин-Хилл и специалисты более чем 4 500 нишевых компаний-поставщиков – включая всех спецов из технопарков вроде «Сильверстоуна». Это высокотехнологичные и высокооплачиваемые рабочие места, а общий объем всей индустрии оценен в 16 млрд фунтов в год.
Выходит, один работник британской автоспортивной индустрии генерирует в среднем £320 000 (около $410 000) в год. Много ли это? Сравним с другими индустриями:
● Недвижимость и операции с жильем – £300 000;
● Финансовый сектор и страхование (Лондонский Сити) – £165 00
● Химическая промышленность и фармацевтика – £135 000
● Средний показатель по всей экономике Великобритании – £75 000
● Строительство – £68 000
● Торговля и логистика – £43 000
А ведь в сферу высоких гоночных технологий точно не попадешь по знакомству или благодаря обширным связям среди студентов одного вуза, как нередко бывает в финансах или даже в стартап-среде. Нужно каждый день доказывать высочайший уровень инженерной компетенции. Запрос на таких специалистов поддерживает интерес и мотивацию к сохранению десятков инженерных направлений в очень мощных колледжах, университетах и высших школах.
Как итог, параллельно растет еще и сфера продвинутого и престижного образования – в Сильверстоуне есть колледж, который работает с подростками от 14 до 18 лет с перспективой их продвижения именно по автоспортивной технологической ветке.
Но сколько же это в масштабах всей Великобритании?
ВВП страны – £3 037 миллиардов (£3,037 трлн). Следовательно, сектор «Формулы-1» и его технологическая база формируют добавляют 0,53% всей экономике Соединенного Королевства. При населении около 69,5 миллионов человек выходит прирост богатства каждого человека на 230 фунтов в год – или на 295 долларов.
Кажется, не так уж много? Но даже в масштабах страны это очень заметная статья.
Например, вся рыболовная индустрия – одна из самых политически жарких тем со времен Brexit и любых переговоров с ЕС, Норвегией и Исландией – генерирует только до 1,5 млрд фунтов в год.
Вся знаменитая британская музыкальная индустрия – только 0,25% ВВП (£7,6 млрд). А ведь речь обо всех концертах, записях, шоу и доходов от стримингов!
Разработка видеоигр (Video Games) дает 0,2% ВВП (£6 млрд) – хотя в Британии находятся топ-студии (создатели Grand Theft Auto Rockstar North, авторы гоночных симуляторов Codemasters).
Примерно сравнимую долю ВВП дают все лесное и сельское хозяйство в сумме (без учета пищевой промышленности – только поля, как ферма Джереми Кларксона).
Гражданское общество и благотворительность дают 0,6-0,7% ВВП (около £18 млрд) – а ведь речь обо всех зарегистрированных некоммерческих организациях и фондах Великобритании..
Кино- и телепроизводство Великобритании (включая гигантские студии Leavesden и Shepperton, где снимают голливудские блокбастеры, сериалы Netflix и HBO) генерирует около £20,8 млрд (0,7% ВВП). Ненамного больше.
Можно сравнить и с футболом: АПЛ генерирует 9,8 млрд фунтов ежегодно и дает работу около 100 тысячам человек. Весь футбол островов – 15 млрд фунтов и 140 тысяч рабочих мест. Даже самый популярный спорт планеты не дотягивается до автоспортивного сектора!
Весь спортивный туризм с хайками и гольф-полями генерирует только 13 млрд фунтов. Почти столько же (12,8 млрд) – сектор ставок на спорт. 10 млрд фунтов – вся фитнес-индустрия с тренажерными залами, клубами, оборудованием и корпоративными программами здорового образа жизни.
И особенно показателен вклад «гоночной долины» по сравнению со всем нефтехимическим сектором Британии – добыча нефти и газа, переработка в топливо, этилен, пропилен, пластмассы и синтетические материалы на заводах-гигантах вроде комплекса Grangemouth. Суммарный вклад в ВВП всего сектора – 20 млрд фунтов, а переработка – 12 млрд.
В мире нет другой страны с таким же огромным вкладом автоспортивной индустрии в ее богатства. Британия уникальна.
Телеграм-канал автора – с размышлениями, какая страна может бросить Британии вызов в номинации «самой гоночной».
Фото: Gettyimages.ru/Alex Bierens de Haan, Clive Rose, Mario Renzi – Formula 1, Drew Gibson, Alex Pantling, Mark Thompson
Комментарии