Норрис переосмыслил путь Хэмилтона и Феттеля: его активизм никого не бесит
Ландо Норрис – чемпион «Формулы-1» нового типа.
В традиционно маскулинном спорте, где принято выпячивать свое эго и ни в коем случае не признаваться в слабостях, пилот «Макларена» почти с начала карьеры рассуждал о своих страхах и проблемах.
Ландо пошел на шаг дальше Росберга и Грожана
До Норриса о пользе работы с психологом рассказывал Нико Росберг – но в основном уже после титула и завершения карьеры в конце 2016 года. Действующие пилоты редко афишировали подобное, а если и делали это, то сталкивались с непониманием.
Ромену Грожану потребовалась психологическая помощь после сезона-2012: тогда француз выступал за «Лотус» и показывал скорость, но постоянно принимал неверные решения на старте гонки и попадал в аварии. После знаменитого завала на Гран-при Бельгии Грожан несколько дней пребывал в тяжелом психологическом состоянии, «не мог нормально соображать – и даже думать о том, чтобы снова сесть за руль».
Но тогда публичное признание в работе с психотерапевтом было чем-то нетипичным для «Ф-1», и даже в 2019-м Ромену пришлось чуть ли не оправдываться:
«На мой взгляд, это сила – заявить, что мы способны попросить о помощи в тех областях, где порой задаем вопросы и не получаем ответа. Не только чокнутые ходят к психологу».
Норрис с годами стал главным спикером серии по психическому здоровью и вместе с командой поддерживал соответствующие благотворительные организации. Главная заслуга Ландо – в дестигматизации темы, которая казалось абсолютно запретной в «Ф-1».
Так Норрис решал и собственные проблемы, и помогал другим. Сам пилот именно такую деятельность считает своим главным наследием в «Ф-1» – он говорил об этом и до завоевания титула, и после. Однако преодоление психологических преград принесло и спортивный результат: Ландо прошел путь от новичка с синдромом самозванца и огромными сомнениями в себе до чемпиона мира.
«Когда попадаешь в «Формулу-1» в 19 лет, к тебе приковано большое внимание. Все эти вещи сильно на мне сказались.
Я не понимал, что будет дальше. Если что-то пойдет не так, если я не покажу результат в следующей сессии, что тогда? Останусь ли я в «Формуле-1» в следующем году? А если нет? Что я буду делать? Я мало что умею, кроме этого.
И я часто был подавлен после плохих уик-эндов, считал, что я недостаточно хорош и все такое. Когда подобные вещи накапливаются по ходу сезона, а еще и сообщения в соцсетях – все это действительно начинает сильно тебе вредить», – признавался Норрис.
Последняя инициатива Норриса – внимание к деменции
К Гран-при Канады британец подготовил особый шлем – на этот раз связанный с когнитивным здоровьем. Ливрея посвящена деменции и показывает две части мозга – здоровую и с поврежденными синапсами.
Так Норрис помог организации Race Against Dementia Джеки Стюарта. Жена трехкратного чемпиона «Формулы-1» Хелен страдает от деменции, и Джеки основал фонд, чтобы помочь изучению этой болезни, которая становится все более и более актуальной по мере старения населения Земли.
В 2023 году Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) оценила количество людей с деменцией в 55 миллионов. Ожидается, что к 2050-му показатель вырастет до 139 миллионов.
«Гоночные шлемы всегда играли большую роль в моей жизни. Тем не менее ни один из моих дизайнов шлема не был сопряжен с таким серьезным посылом», – поблагодарил Норриса Стюарт.
Хэмилтон и Феттель не вырвались из воронки поляризации
Ландо можно назвать продолжателем наследия других чемпионов – Льюиса Хэмилтона и Себастьяна Феттеля. Они также не ограничивались управлением болидами и чувствовали необходимость высказываться о глобальных проблемах. Если есть желание использовать свой медийный капитал на то, что считаешь благим и правильным, почему это не сделать?
Правда, у высказываний Хэмилтона и Феттеля всегда была обратная сторона: они не только обращали внимание на проблемы, но и провоцировали поляризацию: вдохновляли своих сторонников, в то время как противники укреплялись в своем мнении. И это практически неизбежное следствие высказываний на сколь-либо важную тему в современном мире – почти нереально найти то, что объединяло бы людей, а не разделяло.
Конечно, частично это связано с тем, какие вопросы освещали Хэмилтон и Феттель: права человека, дискриминация по различным признакам, экология, «зеленая» энергетика и разнообразные конфликты по всему миру. Все те проблемы, которые не всегда оправданно маркируют «политическими».
С подачи Льюиса «Ф-1» в 2020 году запустила кампанию по борьбе против расизма. Но акции перед стартами Гран-при смотрелись странно: какие-то гонщики опускались на одно колено, другие – нет. Феттель в свои последние сезоны в серии освещал вопросы защиты окружающей среды – и Себу раз за разом приходилось объяснять, как его позиция согласуется с использованием ДВС в «Ф-1» и неэкологичными перелетами, и рассказывать о переходе на электрокары и солнечные батареи в частной жизни.
Норрис выбрал – или, вернее, был обречен выбрать, учитывая бэкграунд – максимально актуальную и при этом замалчиваемую (по крайней мере в «Ф-1») тему, вокруг которой не так интересно устраивать грызню.
ВОЗ оценивает количество людей с теми или иными психологическими расстройствами в один миллиард человек – это каждый восьмой житель Земли. Такие болезни не только сказываются на качестве жизни и приводят к сотням тысяч смертей каждый год, но и бьют по глобальной экономике: потери только от депрессии и тревожных расстройств составляют около триллиона долларов ежегодно.
Но в «Ф-1» до Ландо обсуждение таких вопросов было минимальным. Хотя психологические проблемы влияют не только на многомиллионную аудиторию чемпионата – они касаются и топ-гонщиков, и сотрудников команд, которые проводят большую часть года вдали от своих семей.
Или же дело не в теме, а в подаче? Норрис исходит из собственного опыта, поэтому звучит искренне, но не возводит личный путь в абсолют. Британец не навязывается, не поучает и не призывает зрителей бросить все дела и записаться к психологу. Он просто не стесняется быть открытым и уязвимым – а это уже большая поддержка и пример для некоторых из его фанатов.
Ландо стал «активистом», не стремясь к этому и стараясь быть собой. И путь не был легким: даже по ходу победного сезона эксперты сомневались в чемпионском характере Норриса и необходимости самокритики. Несмотря на то, что гонщик годами последовательно придерживался такого подхода и говорил о проблемах.
Усилиями Норриса и других пилотов – таких, как тот же Хэмилтон или его напарник по «Феррари» Шарль Леклер – культура в «Ф-1» поменялась. Обсуждение психологических трудностей перестало быть табу. Сегодня гонщики не обязаны каждую секунду излучать самоуверенность, а могут обстоятельно и крайне откровенно высказываться о самых темных моментах – как это сделал Валттери Боттас из «Кадиллака», который доводил себя диетами до физического и ментального истощения.
За такую культуру можно лишь поблагодарить Ландо.
Что еще почитать про Норриса:
Норрис – редкий чемпион «Ф-1» без инстинкта убийцы. Упреки в слабости были напрасными?
Норрис и Пиастри тихо переписывают «Ф-1». Есть шанс побить великий рекорд прошлого
Пэрис Хилтон продвинула Ландо Норриса в топ-100 журнала Time. А как они связаны?
Фото: Gettyimages.ru/Bryn Lennon, Charles Coates, Clive Mason
Комментарии
P.S. 1. Я уважительно отношусь к Норрису, считаю его титул справедливым. Я говорю лишь о характере. 2. Работа с психологическими проблемами тоже важна.
Обычно харизматики любят захватывать внимание аудитории и говорить красивые слова ради красивых слов. Они редко признают свою неидеальность и держат свой образ в лоскуте, не позволяя на него влиять сильней, чем бы им этого хотелось. Ландо не такой. Ему не нужно говорить красивые слова ради красивых слов.
Ландо признаёт и свою неидеальность, и открыто сомневается в себе, и признаёт что соперники могут быть быстрей на каких-то трассах.
Ландо не перестаёт быть чемпионом и хотеть побеждать. Он не просто так рискнул с промежуточными шинами в начале Монреаля. Он гнал на промежуточных кругах с настроем обогнать Мерсов и он их обогнал!
А ещё Ландо проявляет характер там, где мало кто бы решился его проявить. Вспомните как менеджер пытался перекричать журналиста Гардиан, когда тот решил спросить у Ландо про отношение к новому регламенту. Ландо сначала сказал что не может ответить на вопрос из-за менеджера, а затем сказал что всё окей, он может ответить на него. Ему не дали ответить на вопрос, но он открыто сказал что дело в менеджерах – мало кто из звёзд решился бы даже на такую открытость.
Ландо говорит уверенней Стеллы и Пиастри про возможность перегнать Мерсов. Он не отрицает реальность, в которой Мерсы сейчас быстрее Макларен, но уверен в силе структуры Макларен и в своём гоночном мастерстве.
Ландо – ментальный чемпион и человек уверовавший в мощь Макларена настолько, что не боится говорить о мощи там, где другие люди из структуры ведут себя аккуратней и политкорректней Ландо.
Рассказы о собственных психологических проблемах — вообще не активизм, а просто открытость