Артем Киселев родился 2 января 1991 года. В российской Суперлиге выступал за «Факел» (Новый Уренгой) и «Газпром-Югру» (Сургут). За границей играл в чемпионатах Беларуси, Казахстана, Японии, Омана, Ливии, Ливана, Монголии, Непала и Мальдив. Достижения: чемпион Омана и обладатель Кубка Омана (2024), бронзовый призер чемпионата Ливана (2025), чемпион Мальдив в составе Police Club.
Япония, Ливия, Оман, Монголия, Непал, Мальдивы – даже для путешественника такой маршрут выглядел бы необычно. Об этих волейбольных чемпионатах редко пишут специализированные спортивные издания. Ниже – огромный монолог Артема о жизни и волейболе в разных уголках мира.
Начало пути
Я родился в Оренбурге, где в то время жили мои родители. Отец был волейболистом и вместе с мамой приехал в этот город, чтобы выступать за местный «Нефтяник». Он провел в команде 5 лет, и как раз в этот период я появился на свет.
Позже родители развелись, и когда мне было 4 года, мы с мамой уехали на ее родину – в Пензу. Там я прожил до 15 лет и в возрасте 12 лет начал заниматься волейболом.

Генетика – вещь упрямая. Учитывая, что мой отец двухметрового роста, с самого детства было понятно, что и я вырасту высоким. Заниматься волейболом я начал в пензенской ДЮСШ № 4. Моим первым тренером стала Ирина Юрьевна Фролова, которая и по сей день работает с юношескими командами.
Выступая за Пензу на юношеских соревнованиях, я привлек внимание московского детского тренера Ольги Григорьевны Вербовой – мамы известного игрока и тренера Алексея Вербова. Через нее я получил предложение переехать в Москву, в систему московского «Динамо». Подписав пятилетний контракт с клубом, я начал свой путь с самых низов клубной структуры: спортивная школа, юношеские и молодежные команды, а затем фарм-клуб «Динамо-2», который в то время выступал во второй по силе российской волейбольной лиге – Высшей лиге А.
В те годы основная команда «Динамо» доминировала не только в российском, но и в европейском волейболе. Там играли спортсмены высочайшего уровня. Пробиться в главную команду мне не удалось, и наше сотрудничество с клубом закончилось. Так я отправился в самостоятельное плавание.
Беларусь
Первым зарубежным клубом стал белорусский БАТЭ из Борисова. На тот момент мне было 26 лет. Этот переезд получился, скорее, вынужденным.
Дело в том, что до 26 лет я играл на позиции центрального блокирующего, но в последние сезоны это амплуа перестало приносить мне удовольствие. Хотелось другой роли на площадке, возможности больше влиять на результат и реализовать себя в качестве атакующего игрока. Мне повезло, что в моей жизни оказался человек, который не зарубил это желание на корню, а помог воплотить его в жизнь. Он поверил, что из меня получится хороший диагональный. Этим человеком был тренер Юрий Геннадьевич Локтев, к сожалению, ушедший из жизни несколько лет назад…
На мой взгляд, именно он оказал на меня наибольшее влияние как тренер. Юрий Геннадьевич помог перезапустить мою карьеру, а на первых этапах еще и находил клубы, где я мог выступать в новой роли и делать первые шаги в непривычном амплуа. Как раз таким клубом и стал белорусский БАТЭ. В России меня все знали как центрального блокирующего, и никто не решался рисковать, приглашая в команду уже на другую позицию. Грубо говоря, это было все равно что брать кота в мешке: никто не знал, заиграю ли я в новых обстоятельствах.

Нужно было сломать устоявшийся шаблон и уехать в другой чемпионат, где ко мне не было предвзятого отношения. Поэтому поездка в Беларусь оказалась правильным решением.
Сумма контракта и бытовые условия были для меня второстепенными. Самое главное в тот период карьеры – закрепиться на новой позиции и достойно играть. В этом резком повороте моей спортивной биографии огромная заслуга Юрия Геннадьевича. Он устроил меня в белорусскую команду, а затем – в казахстанский «Алтай». После этих двух клубов я получил предложение из Японии.
Совершенно точно, без этого человека моя карьера пошла бы по совершенно другому пути. И я не уверен, что играл бы так долго, если бы он не встретился мне.
Япония
Получив предложение из Страны восходящего солнца (VC Nagano Tridents), решиться на переезд было несложно, даже учитывая, что я не говорил по-английски. Уровень языка с горем пополам подтягивал уже по ходу сезона. Конечно, ехать туда было волнительно. Это был новый вызов: сильный чемпионат, в котором выступали волейбольные звезды первой величины, другой стиль игры и незнакомая среда. Но вместе с тем я чувствовал, что передо мной открываются новые возможности и перспективы. Я был в предвкушении поездки.
И это действительно оказался очень запоминающийся опыт. Контраст с тем, что я видел раньше и к чему привык, был сильнейшим. Все было другим: культура, люди, окружающая среда, волейбол, еда. Я будто оказался не в незнакомой стране, а на далекой планете. Настолько все отличалось от привычной жизни, что порой казалось, будто это какая-то иная форма существования.
И я говорю об этом исключительно в положительном ключе. Для меня Япония – пример того направления развития, которое должно выбирать цивилизованное общество. Конечно, как и везде, там есть свои недостатки, но, по моим ощущениям, это место, где ценят человеческое достоинство и личные границы. Я ни разу не столкнулся там с проявлением агрессии или хамства. Люди общаются друг с другом уважительно, вокруг очень спокойно и безопасно.
Я жил в небольшом населенном пункте, но мы играли в разных городах, поэтому мне удалось много где побывать. Клуб снимал для меня апартаменты.

Из бытовых особенностей меня особенно удивила конструкция жилых зданий. Многие дома построены из легких материалов, что, насколько я понимал, связано в том числе с риском землетрясений и ураганов. Зимой в таких апартаментах было довольно холодно: стены казались толщиной с фанеру, хотя температура на улице не опускалась ниже минус пяти градусов. Привычных для нас батарей отопления не было. Вместо них мне предоставили керосиновый обогреватель. Я сам заправлял его керосином, а огонь внутри согревал квартиру в холодные дни и ночи.
Еще было необычно, что весь сезон я проспал на полу, на традиционном японском матрасе. Когда я заехал в апартаменты, они были совершенно пустыми. Вместе с президентом клуба мы отправились в магазин покупать мебель и все необходимое для жизни. Проходя мимо отдела с кроватями, я заметил неподалеку матрасы и попросил купить один вместо кровати. Захотелось сильнее проникнуться культурой, ведь традиция спать на полу у японцев сохранилась до сих пор. Я решил интегрироваться в местный быт по полной программе, но позже пожалел о своем решении. Спать целый сезон на полу, на матрасе толщиной не более 10 см сантиметров, было очень неудобно.
Перед поездкой особых представлений о Японии и ожиданий у меня не было, но, оказавшись там, я был сильно впечатлен. Помню, как впервые оказался в Токио, в районе Акихабара. Вокруг небоскребы, все пестрит яркими огнями, а люди ходят в анимешных нарядах. Я весь покрылся мурашками от эмоций и осознания того, что нахожусь именно здесь. Все вокруг напоминало какой-то киберпанк. Это было невероятно круто!
Отчасти такие яркие впечатления были связаны с тем, что это были мои первые поездки за границу в качестве легионера. С опытом и насмотренностью острота восприятия постепенно снижается, эмоции уже не такие сильные. Например, в мае этого года я ездил в Китай на волейбольный турнир. Там тоже все очень технологично, современно и не менее интересно, чем в Японии, но воспринимается уже более буднично – не так эффектно, как в первые разы.
Казахстан
В Казахстане я в разные годы выступал за три клуба: «Алтай», «Есиль» и «Жайык».
В этом чемпионате игроки из России очень востребованы, спрос на них высокий. Скажу честно: на мой взгляд, лучше играть в российской Суперлиге за крепкую команду, быть на виду у себя в стране и получать стабильно хорошие деньги. Но если по такому пути идти не получается, то выступления за границей, в частности в Казахстане, становятся альтернативой со своими плюсами и минусами.

Там тоже длинный чемпионат, зато русскоязычная среда. Для игроков, которые приезжают с семьями, это большой плюс. Далеко не в каждую страну можно взять с собой близких, особенно если есть маленькие дети. В Казахстане в этом плане все понятно и спокойно. Кстати, выступая за «Есиль» из Петропавловска, под конец сезона я познакомился со своей нынешней женой Татьяной. Сейчас у нас есть ребенок, поэтому тот сезон оказался для меня судьбоносным.
По моим наблюдениям, казахстанский чемпионат держит стабильно хороший уровень. За каждую команду могут выступать 3 легионера. По большей части приглашают россиян, поигравших в российской Суперлиге и Высшей лиге А. Но и иностранцев из дальнего зарубежья тоже хватает. На волейбольных площадках Казахстана я встречался с игроками из Кубы, Пакистана, Канады, Латвии, Ирана. Даже как-то заезжал африканец.

В плане организации и логистики из года в год мало что меняется. Тяжелые, долгие переезды: самолеты, поезда, автобусы. Часто из-за отсутствия прямого маршрута команды добираются окольными путями, и это занимает много времени. Помню, как однажды ехал на выездной тур на поезде почти 3 суток. Выползаешь из вагона – нужно заново вспоминать, как ходить. Ноги заплетаются, а уже на следующий день игра.
Туровая система тоже непростая: за 9 дней можно сыграть 7 матчей. Обычно все выглядит так: первый день – тренировочный, опробование игрового зала, затем 4 дня подряд игры, выходной и снова 3 матча подряд. К последним играм спортсмены выходят выжатыми как лимоны. Из себя уже особо не вытащить ни сил, ни эмоций. Это история скорее о том, кто кого перестоит. Помню, после таких поездок возвращался совершенно опустошенным. На подобных изматывающих турах отдаешь огромное количество внутренних ресурсов, плюс ещё тяжелая дорога туда и обратно.
Лишь с этого года формат чемпионата изменили. Теперь команды проводят по две игры подряд дома и по две на выезде с каждым соперником.
Оман
В Омане я оказался благодаря агенту из Туниса, который работает с арабскими клубами. Помимо местного чемпионата, «Аль-Сибу» предстояло участвовать в двух международных турнирах – Кубке Восточной Азии и Арабском кубке. Клуб искал игрока для усиления состава, а для меня это была хорошая возможность выйти на арабский рынок.

О стране, а тем более о местном волейболе, я не знал ничего. Мне даже в голову не приходило, что в Омане играют в волейбол. Но, как оказалось, там есть большие клубы с деньгами, свой спортивный мир с чемпионатами и турнирами, куда приезжают сильные легионеры. От них, как и везде, требуют побед и результатов.

В итоге сезон получился успешным. Мы удачно выступили на международных арабских турнирах, выиграли чемпионат Омана и Кубок Омана. За один сезон я завоевал несколько титулов и вернулся домой с медалями.
Ливия
После хорошего сезона в Омане я получил предложение от одного из самых сильных и богатых клубов Ливии – «Аль-Иттихада» из Триполи.

Мое представление о стране было сформировано в основном новостной повесткой. Относительно недавно там разгорелась гражданская война, апофеозом которой стало жестокое убийство ливийскими повстанцами лидера страны Муаммара Каддафи. Его тело поместили в большое холодильное помещение, где обычно хранили мясо, и выставили для публичного обозрения. Тысячи людей приходили посмотреть на него, и только через 5 дней после смерти он был тайно похоронен.
Кроме того, посольство России и дипломатические представительства ряда других стран настоятельно не рекомендовали своим гражданам поездки в Ливию. Страна, конечно, экзотическая, но за этот экстрим клуб был готов хорошо раскошелиться. Поэтому я собрал чемоданы и отправился в путь.
Первые дни, признаюсь, выходил из отеля, в котором жил, с опаской. Осматривался, был осторожен. Начитавшись перед поездкой разных страшилок в интернете – например, об угрозе терактов или возможных похищениях людей, – первое время старался не высовываться на улицу без необходимости. Но в итоге в повседневной жизни я не столкнулся с опасными ситуациями. Старался не искать приключений, не лезть на рожон, и никаких проблем со мной не случилось. Хотя эмоционально находиться там было непросто, несмотря на то что условия проживания для меня организовали на высшем уровне.
Я оказался в очень консервативном мусульманском обществе, где люди живут в соответствии со своими обычаями и религиозными правилами. Меня поразило, насколько мало женщин я видел в общественных местах. Даже в ресторанах помещения разделены на зоны: одна – для мужчин, другая – для семей, куда мужчины приходили вместе с женами и детьми. Одиноким мужчинам вход в семейную зону был запрещен. Женщин редко можно было встретить на улицах, они практически не работали в магазинах и сфере обслуживания. А в те редкие моменты, когда наши пути случайно пересекались, я видел женщин, полностью одетых в черное с головы до пят. Лишь узкая полоска ткани оставляла открытыми глаза.
Как мне рассказали игроки из команды, для местного мужчины жениться – настоящая роскошь. Недостаточно просто полюбить друг друга и создать семью, не имея ничего за душой, как это бывает в нашей культуре. Человек должен быть очень состоятельным финансово. Вступая в брак, мужчина одаривает жену и ее родственников дорогими подарками, показывая этим, что в состоянии позаботиться о будущей супруге. «С милым рай и в шалаше» – это не их история.
И тут, подробно рассказывая о женщинах, я должен сделать одну поправку. Я был женат и не искал встреч или знакомств с противоположным полом. Я говорю о другом. Когда долгое время находишься исключительно в мужском обществе, жизнь в целом воспринимается иначе – более маскулинно и агрессивно. Не хватает расслабленности и непринужденности, вокруг одна мужская энергетика, и ты будто находишься в мире, где обитают одни мужчины. И все это происходило на фоне усиленных мер контроля и безопасности со стороны властей. Через каждые сто метров стояли блокпосты, патрульные машины, солдаты с оружием. Атмосфера казалась очень милитаризованной и напряженной.

Менталитет людей тоже сильно отличался от привычного мне. На играх толпы болельщиков жгли файеры и могли бросать их прямо на площадку. Арену снаружи и внутри оцепляла полиция, чтобы спортивное мероприятие не вышло из-под контроля. Иногда принципиальные встречи – дерби между противостоящими командами – вообще проходили без зрителей, чтобы исключить столкновения и потасовки болельщиков.
Несколько раз матчи заканчивались драками между игроками и тренерскими штабами: стенка на стенку. Я стоял в стороне вместе с другими легионерами и наблюдал, как после финального свистка игроки пытаются выяснить отношения кулаками. И это при том, что алкоголь у них под запретом. Страшно представить, что было бы, если бы они еще и увлекались горячительными напитками.
Конечно, это был необычный опыт, который не особо хочется повторять. Но за деньги – да.
Ливан
После Ливии я выступал в Ливане («Блат»). Первая часть сезона была просто сказкой. С начала чемпионата мы выдали победную серию 11:0, шли на первом месте, а в клубе и городе ко мне относились как к национальному герою и спасителю. Но стоило команде оступиться и проиграть, как сразу появились косые взгляды и разговоры за спиной. В ливанском чемпионате от любви до ненависти один шаг, а иногда даже полшага. Рецепт успеха очень прост: нужно всегда побеждать. Тогда ты для них кумир, тебя носят на руках. Но при первой осечке игроку уже ищут замену.
При этом огромных денег там не платят: контракты обычные, без впечатляющих сумм. Но каждый клуб рассчитывает, что за 3000–5000 долларов в месяц сможет привезти Вильфредо Леона, который в одиночку выиграет чемпионат и будет набирать по 50 очков в каждом матче.

Нагрузка на легионеров там колоссальная. Как-то я набрал в игре 41 очко и думал, что этот свой рекорд уже никогда не побью: прыгнул выше головы. Но уже в следующем матче выдал 44 очка. Были и игроки, которые зашли еще дальше. Сербский диагональный Мельянац наколотил 48 очков, а киргизский нападающий Онолбек преодолел отметку в 52 очка за матч.
Вся игра строится через легионера. А в том сезоне в каждой команде мог быть только один иностранный игрок, поэтому нагрузка была сумасшедшей. Контракты в Ливане никак не защищают игрока. Нет никакой компенсации: клуб может в любой момент по собственному желанию расторгнуть договор без выплат и штрафных санкций. Как только физическая форма игрока падает или он начинает где-то проседать по уровню, его без лишних сантиментов меняют на другого, словно расходный материал. К слову, за четыре месяца чемпионата, которые я там провел, один клуб сменил 5 игроков на легионерской позиции. Менял как перчатки, пока не подобрал нужного. Вот такая текучка: нужно всегда быть в тонусе и показывать результат. Я смог там удержаться и с не самой сильной командой взять бронзу чемпионата. Тот сезон, безусловно, закалил меня.
А вот с точки зрения жизни все было замечательно. В Ливане вкусная кухня, я жил в отеле с видом на море. Это прекрасная страна на берегу Средиземного моря. За 4 часа на машине ее можно объехать вдоль и поперек. Хотя Ливан – арабская страна, уклад жизни здесь оказался совсем другим, не таким, как в Ливии. Он был более европейским и понятным мне. Я чувствовал себя гораздо свободнее и легче привыкал к местной жизни.

Я очень благодарен своему тренеру Эли. Он помог мне адаптироваться. В нашей команде играли два его сына, и тренер приглашал меня на все семейные и национальные праздники. Я отмечал дни рождения членов его семьи, встретил Пасху в кругу близких ему людей, часто проводил с ними время. Меня приглашали в гости на обеды и ужины, мы вместе выбирались в рестораны. Ко мне относились как к члену семьи, а его сыновья Джейсон и Марвен стали мне как братья.
Кстати, предстоящий сезон я проведу в ливанской команде «Анвар». Уже сейчас я нахожусь в Бейруте, в расположении клуба, куда приехал вместе с семьей. В Ливане мне встретилось много замечательных людей. Я очень полюбил эту страну и захотел вернуться сюда, но уже вместе с женой и сыном. В прошлый раз я приезжал один.
Монголия
В монгольском клубе Energy изначально подписал контракт мой приятель, доигровщик из России Андрей Василенко. Он и предложил руководству пригласить меня.
Меня удивил высочайший уровень организации чемпионата. Волейбол привлекал огромное внимание общественности, матчи постоянно и качественно транслировались по телевидению и в интернете, игры проходили на огромных современных аренах. Медиа и социальные сети были хорошо развиты. К чемпионату было приковано большое внимание, все организовали крайне профессионально. Хотя, казалось бы, где Монголия и где волейбол? Но по стилю и организации лига напоминала японский чемпионат. Тот же азиатский стиль игры, большие спортивные залы, хорошо раскрученный волейбол, пресса, болельщики, маркетинг. Все было на уровне.
В некоторых командах выступали по 4 легионера, туда приезжали сильные и интересные игроки. Были и хорошие, яркие местные спортсмены, которые в Монголии являлись настоящими звездами.
Мы жили и играли в столице, Улан-Баторе. Лишь однажды выезжали на тур во второй по величине город страны Дархан, где провели три-четыре матча. Зимой там суровый климат, очень холодно, порой температура доходила до 40 градусов. Особого желания лишний раз выходить из дома не было. Жизнь там недорогая, поэтому в основном мои выходы из дома ограничивались походами в рестораны и кафе. Дома я почти не питался, и при этом на жизнь мне хватало 500 долларов в месяц.

Еда у монголов жирная, мяса они едят много, в том числе конину. В условиях холодной и продолжительной зимы такая пища дает организму много энергии и калорий. Несколько раз нас с Андреем руководители и члены команды приглашали в гости, поэтому удалось увидеть их быт изнутри. Ничего необычного, многое похоже на наши традиции. Те же застолья по праздникам, шумные компании, алкоголь и жирная, калорийная еда.
Поскольку я приехал в команду чуть позже другого российского игрока, то пропустил одно интересное мероприятие. Команда в полном составе выезжала за город, в степь, приглашала шамана и разводила огонь. Шаман с бубном и танцами проводил традиционный обряд: обходил костер и совершал ритуал, чтобы благословить команду на успех.
Непал и Мальдивы
В Непал (Khaptad Falcons) я попал случайно. Мне позвонил приятель-волейболист Виталий Васильев и рассказал, что получил предложение из Непала. Но к тому моменту он уже находился в Сербии, где у него был подписан контракт с местным клубом, поэтому сам поехать не мог. Он порекомендовал меня, передал мои контакты, после чего со мной связался менеджер клуба. Таким образом, Виталий фактически выполнил для меня агентскую работу, и я отправился в Непал, где провел полмесяца.

Это был короткий турнир. Впечатления оттуда неоднозначные. Интересная страна с самобытной культурой. Все условия были на уровне. Организация игр, интерес к волейболу, посещаемость матчей, просмотры трансляций в интернете – все было на каком-то невероятном уровне. Все было круто, за исключением спортивного результата.
Наш основной связующий из Бразилии получил травму мышц пресса на тренировке перед игрой. Он выступал на обезболивающих, через сильную боль, и не всегда мог доиграть матч до конца. Это сказалось на результате. Мы выступили неудачно, не вышли из группы и не попали в плей-офф.

Зато через месяц я участвовал уже в другом турнире. Как бы странно это ни звучало, на Мальдивах. Туда тоже приезжали легионеры из разных стран. На Мальдивы я попал по той же схеме, что и в Непал и Монголию.
Тот самый Андрей, который порекомендовал меня в монгольский клуб, приехал играть на Мальдивы. В его команде уже был легионер из Ирана, которого решили заменить на другого иностранца. Начали искать замену, и Андрей по старой памяти и дружбе предложил мою кандидатуру. Я приехал на полмесяца, и мы выиграли чемпионат, завоевав золото впервые в истории клуба.
Закулисье профессии и дальнейшие планы
Игроки могут находить себе работу совершенно разными способами, какого-то стандартного регламента нет. Можно устраиваться через спортивных агентов – это самый распространенный вариант. Но игрок также может напрямую выйти на представителей клуба и предложить свои услуги без посредников.
Часто сами спортсмены стараются помогать друг другу находить работу. Я привел несколько примеров того, как другие волейболисты принимали непосредственное участие в подписании моих контрактов. Я тоже при возможности стараюсь кому-нибудь помочь и уже не раз устраивал игроков в команды. Тому же Андрею Василенко, благодаря которому я оказался и в Монголии, и на Мальдивах, захотелось отплатить той же монетой. Я помог ему подписать контракт с командой из Ливана, за которую сам буду выступать: порекомендовал руководству клуба пригласить его. Мне нравится, что существует такая взаимовыручка. Сегодня поможешь ты, завтра помогут тебе. Рука руку моет.

Этот рынок устроен так, что зачастую все работает через сарафанное радио. Все друг о друге узнают: руководители клубов, менеджеры, агенты. Игроки тоже общаются между собой и наводят справки о том или ином клубе. Репутация здесь очень важна. Можно приехать в команду и не получить обещанных условий или даже столкнуться с ситуацией, когда тебе не выплачивают деньги. Такое иногда случается. Поэтому лучше заранее понимать, куда ты едешь, знать, как клуб расставался с предыдущими игроками, выполнял ли все условия контрактов, не было ли каких-то неприятных прецедентов.
Все между собой общаются. Игрок наводит справки о клубе, а клуб, в свою очередь, тоже редко подписывает спортсмена вслепую. Обычно менеджеры и тренеры собирают информацию об игроке и просят обратную связь у прежнего работодателя. Если говорить о контрактах, то в подобных лигах редко встречаются особые условия, которые могут полностью защитить интересы игрока. По моему опыту, при желании клуба договор нередко можно расторгнуть досрочно. Компенсация за прекращение сотрудничества обычно не предусмотрена. В лучшем случае могут дополнительно оплатить месяц, но чаще всего при расставании клуб рассчитывается со спортсменом исходя из фактического времени его пребывания в команде.
Обычно волейболист практически никак не застрахован от таких ситуаций. Получил травму – никто не будет заниматься твоим лечением и восстановлением, сразу привезут другого, здорового игрока. Выдал серию неудачных матчей – та же песня. Вторые и третьи шансы дают очень редко. В очереди на твое место стоят десятки игроков, готовых тебя заменить и забрать твой хлеб.
В топовых чемпионатах контракты составлены грамотнее, имеют юридическую силу и действительно лучше защищают интересы спортсменов. У нас в российском чемпионате игрок может весь сезон лечиться и восстанавливаться после травмы, просидеть от начала до конца на скамейке запасных и получить всю зарплату, предусмотренную контрактом. В тех чемпионатах, где выступаю я, такой расклад практически невозможен. Никому не интересно, если у тебя что-то болит. Не можешь играть – привезем другого вместо тебя. Такие правила игры.

Что касается того, что предоставляют игроку помимо зарплаты, то здесь все стандартно. Жилье, билеты туда и обратно, иногда питание, иногда могут предоставить машину. Часто в контракте прописаны бонусы за чемпионство и призовые места.
Сейчас я достаточно свободно говорю по-английски и не испытываю проблем с общением. Но в первый сезон в Японии было тяжело без знания языка. Ни я не разговаривал по-английски, ни японцы, с которыми приходилось общаться. Повезло, что наш тренер-иранeц свободно владел английским и стал своеобразным мостом между мной и командой. Через него я как-то налаживал связь, помогали и онлайн-переводчики. Какие-то базовые слова и фразы я выучил на японском и старался использовать при общении с командой, чтобы у людей хотя бы складывалось ощущение, что я могу говорить на их языке. Хочешь не хочешь, а в командных видах спорта ты находишься в коллективе и тебе необходимо общаться. Если будешь все время сам по себе, команда тебя не примет.
Потом, когда я освоил язык, в следующих сезонах стало проще. Плюс-минус английский понимают везде, а если нет, всегда под рукой телефон. В эпоху интернета наладить коммуникацию в любой точке мира вообще не проблема.
Мне всегда хотелось сыграть в чемпионате Южной Кореи. Там ограниченная квота на легионеров, за которую идет высочайшая конкуренция. Иностранные игроки получают огромные деньги, попасть туда тяжело, а с каждым сезоном конкуренция только усиливается. Учитывая, что в январе мне исполнится 36 лет, вероятно, выступление в Корее так и останется моей несбыточной мечтой. Но кто знает? Я стараюсь не переставать верить в лучшее и в то, что чудеса случаются, даже когда их особо не ждешь.
В ту же Японию вернуться было бы здорово. Уже более зрелым игроком и с тем опытом, который я приобрел за эти годы.

На данный момент я живу с семьей в Подмосковье, но мы не сидим постоянно на одном месте, много путешествуем. Сейчас у нас такой кочевой образ жизни: словно цыгане, перебираемся с места на место. Пока ребенок маленький и еще не ходит в школу, мы можем позволить себе не привязываться к какому-то определенному месту.
В мире много интересных мест, и я рад, что смог поиграть в волейбол в разных уголках нашей планеты. Это было захватывающее приключение, которое продолжается до сих пор.
Фото: Артем Киселев
История Алима Зумакулова, многократного чемпиона Тайваня по футболу







Комментарии