Это рубрика, в которой волейболисты отвечают на пять одинаковых вопросов: про спортивную злость во время игры, нововведения в волейбольных правилах, ощущения при игре в равной концовке в партии, лимит на легионеров в российском волейболе и кем бы стали, если бы не волейбол. Сегодня на эти вопросы отвечает либеро петербургского «Зенита» Владимир Шишкин.
Бывает ли спортивная злость на соперника во время игры?
Считаю, что спортивная злость должна быть у каждого спортсмена. У кого-то она проявляется в агрессии и криках, а у кого-то это внутреннее переживание. У меня специфическое амплуа. Я не нападающий, который может выйти и подать эйс и не блокирующий, который может ответить своему визави блоком, либо забить выше блока. Мои задачи: принимать, защищаться, пасовать, страховать. Я могу найти в команде соперника кого-то из нападающих, от которого бы мне захотелось защититься один-два раза. И тогда я бы увидел в нём, что ему очень важно забить мне, либо подать в меня эйс. Если у него это не получается, то мне очень сильно нравится это состояние. В этом и проявляется спортивная злость в моём случае. То есть я хочу доставать мячи в защите и так снижать эффективность нападающих на подаче и в атаке.
Если говорить про влияние спортивной злости на концентрацию при приёме, страховке и защите, то бывают такие моменты, когда в игре не всё получается. Если игра не идёт, то от этого можно сильно злиться, и это влияет только в худшую сторону. В таких случаях нужно быть максимально сконцентрированным, и если случилась ошибка, то не нужно злиться на самого себя, а понять, в чём она была. И уже в следующем розыгрыше, в следующих эпизодах таких ошибок не допускать.
Какие изменения в правилах нужны в волейболе?
Мне кажется, в нашем виде спорта слишком много разных улучшений и изменений. За 20 лет моей карьеры много менялось в правилах и потом что-то откатывалось назад: касания верхнего и нижнего тросов сетки, впрыгивания с задней линии, 7 партий до 15 очков. Касание потолка — я вообще не понял этого правила. Оно для меня очень странное.
Если мы говорим про «скидки», то сейчас их вроде как нельзя делать. Но есть игроки, которые продолжают скидывать, а им иногда не свистят такую ошибку. Получается, что у судей есть дополнительная возможность манипулировать разными эпизодами. Уже неоднократно видели при счёте, например, 23:23, вроде бы «скидка» была сделана неправильно, а судья не свистит и говорит, что она корректная, и наоборот. Я бы тоже это правило отменил, чтобы тогда были не «скидки», а «накаты».
Ещё вижу, что за последние 5—10 лет волейболисты стали выше и прыгучее, поэтому я поднял бы высоту сетки с 2,43 до 2,50 метра. Тогда нападающие будут бить не под себя. И при подаче не будет такого агрессивного ввода мяча в игру, потому что когда сетка 2,50, уже не получится подать так сильно низко над ней, как при 2,43.
Ну и плюс, что касается моего амплуа. Я не понимаю, почему либеро не может пасовать с передней линии. Для чего это сделано, чем руководствовались — непонятно.
Какие бывают внутренние ощущения при равной концовке в партии, например, при счёте 22:22?
Конечно, после двадцати каждое очко становится ещё важнее, поэтому именно в концовках нужно быть супернадёжным. Если я понимаю, что напротив есть сильный подающий, который идёт на риск и подаёт максимальную подачу, то моя задача просто подбить мяч вверх. Ни о какой идеальной доводке речи идти не может. А когда подают среднюю подачу, то, конечно, её нужно доводить.
Если я понимаю, что подающий выцеливает кого-то из наших принимающих, я должен помочь. Но и цена этого действия сильно вырастает как в хорошую, так и в плохую сторону. Если я принял хорошо, то я красавчик и молодец. А если перекрыл кого-то и у меня не получилось хорошо принять, то это очень сильно бьёт по команде. Такие внутренние решения всегда непростые, но нужно брать на себя ответственность и делать свою работу на отлично. При этом, если думать о том, как бы не ошибиться, то обязательно будет ошибка, поэтому эту мысль нужно сразу отгонять.
В России командам разрешено иметь двух легионеров. Стоит оставлять его таким или нужно изменить?
Помню времена, когда была очень сильная Высшая лига А и в ней играли легионеры — по два иностранца в команде. Были кубинцы, американцы. Француз Лоик Де Кергре играл за Калининград. 6-8 команд претендовали на выход в Суперлигу. Конкуренция была сумасшедшая. Если мы возьмём сейчас Вышку А, то это другой уровень, поэтому считаю, что если были бы иностранцы, это способствовало бы развитию конкуренции в плане роста российских игроков.
Если топовые иностранцы приезжали бы к нам, то помогали бы и молодым, и уже состоявшимся игрокам. Но сейчас ситуация такая, что многие игроки, которые играют в Европе, Турции, Бразилии или Японии поедут к нам только за ценник х2 или х3 к своему окладу.
Если не волейбол, то какая бы была профессия?
Помню, в детстве у нас в школе было такое задание: «Напишите на листочке, кем бы вы хотели стать». И я тогда написал, что хотел бы стать спортсменом. Я многими видами спорта занимался, но получилось так, что оказался в волейболе. И ничего другого сейчас даже не вижу. Ну а вообще, возможно, играл бы в футбол или настольный теннис, либо занимался бы фигурным катанием.
Обложка: источник — телеграм-канал Владимира Шишкина
Комментарии