27 мин.

Шандор Варга: «Венгер говорил мне про Головина: «Не знаю, как „Арсенал“, а я бы его взял»

На факультете «Менеджмент в игровых видах спорта» бизнес-школы RMA прошел мастер-класс легендарного футбольного агента, директора восточно-европейского отделения компании Base Soccer Шандора Варги. Специалист, еще в советские времена принимавший участие в трансфере Сергея Алейникова из минского «Динамо» в «Ювентус», а в дальнейшем сотрудничавший с такими звездами футбола, как Арсен Венгер, Олег Блохин, Леонид Слуцкий, Христо Стоичков, Андрей Канчельскис, Олег Лужный, Сергей Ребров, Александр Шовковский, и многими другими, рассказал нашим студентам о секретах своей профессии и спортивном менеджменте и максимально откровенно ответил на многочисленные вопросы аудитории.

Шандор Варга, футбольный агент, спортивный менеджмент

Чемпионат мира — Игнашевич — Головин — Шевченко 

Как вам впечатления от чемпионата мира? 

Очень хорошие впечатления, очень хорошая атмосфера, отличная организация. Я вижу, что те, кто сюда приехал, очень довольны тем, как Россия их встречает. Я вижу, что футбол объединяет людей. И все это — несмотря на негативные ожидания, несмотря на давление, которое оказывалось на вашу страну в течение нескольких последних лет. 

Что касается меня лично, то в присутствии на этом чемпионате есть, конечно, и некий ностальгический момент — я же родился в советском Закарпатье, я здесь учился, закончил институт физкультуры, я работал в Оргкомитете Олимпиады−80, потом в управлении футбола, так что у меня с Россией связано очень многое, мне приятно здесь бывать. 

Результаты нашей сборной в группе не удивили? 

Да, признаться, есть некоторое удивление. Особенно после Саудовской Аравии — 5:0, такого действительно мало кто ожидал. Знаете, я прошлой весной саудитам поспособствовал в организации контрольного матча с Украиной — они ко мне обратились, поскольку я в свое время долго в их стране работал, попросили помочь договориться о спарринге с соперником, напоминающим Россию. Ну, и результат того матча — 1:1, и последней перед чемпионатом товарищеской игры, в которой они всего один мяч уступили немцам, ничего такого, конечно, не предвещал. 

Кого из российской команды можете выделить? 

Знаете, я с огромным уважением отношусь к Игнашевичу. Я в свое время немного с ним работал, это было в тот период времени, когда он уже играл за ЦСКА и когда он, как всем тогда казалось, уже созрел для нового этапа в карьере, для перехода в какой-нибудь сильный западный чемпионат. К сожалению, мне не удалось в этом смысле для него ничего сделать, но то, что он в своем возрасте продолжает играть на таком уровне, это, конечно, дорогого стоит.

И особо я хотел бы сказать о человеческих качествах Сергея. Мне тут недавно приписали слова, которых я на самом деле никогда никому не говорил — о том, что его решение вернуться в сборную объясняется тем, что его будто бы уломали какие-то большие люди, большие начальники. 

Ну, это, конечно, полная чушь: немного зная Сергея, я могу сказать, что если он так решил, то решение это наверняка было продиктовано не чьими-то уговорами, не деньгами ни в коем случае — это был зов сердца, желание помочь команде, которая реально из-за травм оказалась практически в безвыходной ситуации. 

И это было очень мужественное решение, потому что, учитывая опять-таки весь тот негатив, который сборную окружал практически до старта чемпионата, это ожидание провала, который очень многим казался неминуемым, принять его было совсем непросто.

Это ведь наверняка последний для Сергея крупный турнир, к тому же домашний, исторический во всех смыслах — и это действительно было очень рискованно: кому захочется опозориться у себя дома, на глазах у всей страны, у всего мира, кому захочется в своей в высшей степени достойной карьере ставить именно такую точку?! Но у него, видимо, чувство долга все эти соображения перевесило, и он решил, что Родину надо спасать. 

Что скажете о Головине? 

Я уже говорил: с учетом того, как он играл за ЦСКА в прошлом сезоне, в том числе в Лиге Чемпионов и Лиге Европы, с учетом того, что он показал в двух первых матчах Чемпионата мира, с учетом, наконец, тех цен на трансферном рынке и тех денег, которые в современном футболе крутятся, те 17 миллионов евро, которые, как говорят, за него предлагает «Ювентус», это просто оскорбление.

Думаю, что если он продолжит в том же духе, то после Чемпионата цена на него будет минимум 25 миллионов, а еще через год, при условии очередного удачного сезона в ЦСКА, не исключено, что найдутся желающие и 50 миллионов за него заплатить. 

В общем, торопиться с этим трансфером, соглашаться на первое же предложение ни Александру, ни ЦСКА сейчас не стоит. Игрок он все еще очень молодой, и, по всему видно, что способный к дальнейшему прогрессу. Тем более, что он в очень хороших руках находится — и в ЦСКА, и в сборной: Гончаренко, Черчесов — я их, как тренеров, оцениваю очень высоко. 

Насколько, на ваш взгляд, правдива информация об интересе к Головину со стороны «Арсенала»? 

Я могу сказать, что Арсен Венгер интересовался моим мнением, относительно Александра. И на мой вопрос, хотел ли бы «Арсенал» иметь его у себя в команде, он ответил буквально следующее: «Не знаю, как „Арсенал“, но я бы его взял...» Как вы понимаете, это было незадолго до отставки Арсена, так что теперь сложно что-либо определенное сказать о перспективах Головина именно в «Арсенале»: решения теперь там будут принимать другие люди... 

Что бы вы сейчас Головину посоветовали? 

Я бы и ему, и любому другому игроку, обдумывающему гипотетический переход, посоветовал одну самую главную вещь — прежде, чем принимать решение, убедиться, что ты этому клубу, его тренеру действительно нужен, что он на тебя рассчитывает. Иначе может случится то, что однажды случилось с Шевченко. 

Абрамович купил для «Челси» обладателя «Золотого мяча», лучшего на тот момент нападающего мира, но он по какой-то причине забыл поинтересоваться у Моуриньо, нужен ли ему именно этот нападающий? И в итоге те три года, что Шева был игроком «Челси», они для него прошли практически впустую, они в профессиональном плане оказались абсолютно неудачными.

Вы какое-то участие в этом или других трансферах Шевченко принимали? 

Нет, хотя возможность поработать с Андреем у меня была, причем не гипотетическая, а самая что ни на есть реальная... Вообще, это может показаться очень странным, даже почти невероятным, но у него в течение долгого времени вообще не было агента, даже тогда, когда он уже прославился, и о нем знал уже весь мир. 

«Милан» его вел очень долго, очень тщательно к нему присматривался — я знаю, что Реваз Чохонелидзе, был у итальянцев такой грузин-селекционер, на протяжение двух лет до его подписания приезжал практически на каждую игру Киева. И потом, когда они, наконец, решение приняли, в первом своем сезоне за «Милан» Шева был в той команде самым низкооплачиваемым игроком. Ну а потом, конечно, когда дела у него пошли так, как пошли, он каждый год контракт переподписывал — естественно, с повышением зарплаты. 

Вот так, а что касается моих с ним отношений, то был такой момент, когда он, уже после получения «Золотого мяча» , сам ко мне обратился с предложением стать его агентом. Я в общем был готов, но тут он выдвинул условие: я должен переехать в Милан и заниматься только его делами. Вот на это я пойти в то время никак не мог: у меня семья, плюс 15 клиентов-футболистов на обслуживании, не бросать же их! 

Короче, я так ему и сказал, и сотрудничества у нас в итоге не получилось. Что, кстати, никак не повлияло на личные отношения — никаких обид, ни с моей стороны, ни с его. Вообще, эта ситуация мне даже какой-то уникальности придала: смотрите, все агенты хвастаются своими клиентами, а я хвастаюсь тем, кому отказал. 

 

Лицензия ФИФА — Лобановский  — Лужный — Блохин-Слуцкий-Венгер 

Какими качествами должен обладать агент, чтобы футболист уровня Шевченко сам предлагал ему сотрудничество? 

Ну, вообще-то, хороший агент это как хороший футбольный арбитр. Знаете же, как о них говорят — если судья на поле не заметен и после игры о нем никто ничего не говорит, значит, отработал здорово. То же самое и с нашей специальностью, хотя вот лично я иногда себе все-таки кое-что позволяю — поговорить, интервью дать... 

Что касается качеств, которыми должен обладать агент... Знаете, я могу рассказать, как я в эту профессию пришел, и какие качества, как мне кажется, сослужили хорошую службу лично мне. И начать в моем случае надо с того, что я просто очень люблю футбол. Я в юности играл, мечтал стать профессиональным футболистом, но из этого ничего не вышло. 

Потом собирался стать тренером, даже немного им поработал — был помощником главного в сборной Венгрии и в «Аль-Иттихаде» саудовском — но понял, что это — не мое. Таким образом, мое решение попробовать себя в качестве агента, это была своего рода третья попытка, может быть, последний шанс реализовать себя в футболе. 

В 1996 году я — первым в мире, между прочим — получил официальную агентскую лицензию ФИФА, мне ее вручал лично Блаттер, и стоила эта бумага по тем временам очень дорого — 200 тысяч евро — хотя предъявить мне ее с тех пор так ни разу никому и не пришлось. 

Почему? 

Дело в том, что футбольный мир тесен, и какая-то известность у меня в этом мире уже к тому времени была — я на тот момент успел поработать и в комплексной-научной группе при сборной СССР, и — уже после переезда в Венгрию — в местной Федерации футбола. В общем, я вращался в этих кругах, был знаком со многими функционерами, тренерами — в частности, с Лобановским, и это в моей новой работе, безусловно, был большой плюс. Это первое, что мне очень помогло на старте. 

И второе: не хочется себя как-то очень уж сильно хвалить, но мне кажется, что я изначально придерживался правильной линии в отношениях с клиентами. В том смысле, что я никогда не видел в футболисте просто мешок с деньгами, от которого мне что-то надо отщипнуть, я всегда выстраивал со своими клиентами максимально доверительные отношения, всегда старался защищать именно их, а не свои интересы, быть полезным не только для них самих, но и для их родных, близких. 

Скажем, потеряла жена футболиста банковскую карту — не вижу проблемы в том, чтобы как-то помочь ей сориентироваться в этой ситуации, у детей игрока неприятности в школе — я и в этом могу поучаствовать. И, насколько я могу судить, все реально успешные футбольные агенты относятся к своим клиентам именно так: для многих со временем мы становимся не просто доверенными лицами, но и действительно родными людьми, членами семьи. Это очень здорово в плане человеческих отношений. 

И это дорогого стоит, причем не только в переносном, но иногда и в самом прямом смысле слова — вот, например, Криштиану Жорже Мендешу, своему агенту, на свадьбу подарил остров. Это дорого? Конечно. И это тем более дорого, что явно идет от сердца — такие вещи ни в каком контракте не пропишешь.

Расскажите о вашем первом трансфере... 

1998 год. «Арсенал» играет с киевским «Динамо» в Лиге Чемпионов, в Киеве проигрывает 1:3, в Лондоне — ничья 1:1. И вскоре после этого на меня выходит Арсен Венгер, интересуется Олегом Лужным. Говорит: «Что он за футболист, мне и так ясно, он в этих двух матчах Овермарса просто уничтожил. А вот что он за человек? Говорят, он пьющий, водку любит? Разузнай, пожалуйста». 

И я разузнал — отправился к Лужному в гости, с семьей его познакомился. Прекрасная жена у него, прекрасный дом, никакой водки я там не увидел, только красное вино. Ну, и вскоре перешел Олег в «Арсенал» и там провел 4 отличных года. Здесь его, кстати, уже списывали — 31 год, тогда считалось — старый.

Мы с ним до сих пор дружим, друг за друга переживаем. Помню, весной 2014-го, когда в Крыму «зеленые человечки» появились, я ему набрал — он там тогда тренером «Таврии» работал. «Что у вас там, Олег, — спрашиваю, — война начинается?» А он мне: «Успокойся, Шандор, все нормально. Игра только что закончилась, сидим с русским офицером и с украинским, пиво пьем. Эти стрелять друг в друга не будут...» 

Вот... А если возвращаться в те времена, в конец 90-х, то вскоре после Лужного я помог Реброву в «Тоттенхэм» перейти, и вот после этого, конечно, после двух трансферов в АПЛ, спрос на меня стал расти. В 2006 году на чемпионате мира из 11 человек украинской основы восемь были — мои клиенты. Первый матч, если помните, сгорели испанцам — 0:4, и кто-то тогда написал, что уж не в том ли причина такого разгрома, что я как-то не так на своих игроков влияю? 

Блохин мне по этому поводу звонил, орал: «Шандор, что за....???» Но закончилось все неплохо — до четвертьфинала дошли, лучший результат в украинской истории. И Блохин, кстати, после этого сам моим клиентом стал. «Я подумал, — говорит, — у всех есть агенты, а я что же?»

Одним из ваших подопечных, насколько известно, сейчас является Леонид Слуцкий. Как по вашему, чем объясняется его неудача в «Халле»? 

Я вас поправлю: Леонид — не мой клиент, он клиент нашей компании, Base Soccer. Работу с нами он действительно начинал с общения со мной, но потом наиболее плотные, наиболее доверительные отношения у него сложились с Кристианом Эмиле, и слава Богу, что все так произошло, у меня по этому поводу никакой ревности нет. 

Что касается причин, по которым Леонида уволили из «Халла»... Знаете, когда это еще только-только случилось, я решил, что мы у себя в компании эту ситуацию должны проанализировать, хотя коллеги, честно говоря, ее обсуждать не хотели. «Ты видел, — говорят, — таблицу? „Халл“ на двадцатом месте из двадцати четырех возможных. Что тут обсуждать?» 

Но я все-таки на своем настоял, потому, что нам ведь нужно понимать, почему с нашими клиентами те или иные вещи происходят. А может, он действительно тренер неважный? Может, нам с ним вообще работать не стоит? 

А каким образом анализ такой ситуации происходит? 

В случае с Леонидом мы прежде всего поинтересовались мнением нескольких футболистов «Халла», которые тоже являются клиентами нашей компании. Они им как тренером были очень довольны, все как один говорили, что тренировки у него были интересные, содержательные, обстановка в раздевалке — просто замечательная. Потом еще кое-какую информацию оценили... 

В общем, чтобы долго на эту тему не говорить, перейду сразу к выводам. С моей точки зрения, у Леонида там не получилось по двум основным причинам. Первая — это конфликт между фанатами и хозяином клуба, который на команде тоже не лучшим образом отразился. И второй — то, что те несколько футболистов, которых они взяли в аренду у «Челси» и на которых очень рассчитывали, как на реальное усиление, помочь им оказались не в состоянии. Вот такая история...

Но, кстати, надо сказать, что Леонида эта ситуация абсолютно не то, что не сломила, а даже, мне так кажется, настроение ему не сильно испортила. Мы с ним виделись вскоре после увольнения, и я, когда на эту встречу ехал, готовился к тому, что сейчас его надо будет как-то успокаивать, утешать, а когда увидел его, у него — рот до ушей, он довольный такой. «Спасибо вам, — говорит, — огромное спасибо за то, что помогли получить этот опыт!» 

И действительно, я думаю, польза для него от работы в «Халле» — огромная. Чемпионшип, кто бы что ни говорил, очень сильный турнир, в чем-то, наверное, даже посложнее Премьер-лиги. 

Нынешнее трудоустройство Слуцкого в «Витессе» — тоже работа вашей компании? 

Скажу так: мы в этом тоже поучаствовали, но непосредственно контакт пришел от Абрамовича. 

Что скажете о перспективах трудоустройства другого тренера, являющегося клиентом вашей компании — Арсена Венгера? 

Скажу то, что предложения у него есть, их довольно много и практически все они топовые. Подробности, извините, опущу, поскольку ничего конкретного пока не произошло, лишние разговоры могут помешать, а мне бы этого очень не хотелось, ведь Арсен не просто наш клиент, он — мой друг на протяжение уже более, чем двадцати лет.

Почему он все-таки принял решение покинуть «Арсенал»? 

Он просто устал. Устал от долгого отсутствия результата. А еще больше, наверное, от того, что он-то для этого результата делал все возможное и невозможное. Он и перед самым уходом из «Арсенала» работал так же, как и 15, и 20 лет назад. Он каждый день вставал в 6 утра, он за 21 год в клубе не пропустил ни одной тренировки, он всегда старался выжимать максимум — и из себя, и из команды. 

И до определенного времени у него это блестяще получалось — вы помните сезон 2003/04, когда «Арсенал» взял Премьер-лигу, не проиграв ни в одном матче чемпионата? Это ведь было выдающееся достижение, совершенно фантастическое по современным меркам! 

В общем, если он решил уйти, значит, так действительно было нужно — он наверняка все тщательно обдумал, все взвесил, у меня в этом нет никаких сомнений. Я знаю, что то, что недавно все-таки случилось — это был далеко не первый случай, когда он просил клуб его отпустить, но его всякий раз уговаривали остаться, и он оставался, потому что он — человек исключительно верный, исключительно преданный. 

И еще — скажу об этом, хотя прямого отношения ни к «Арсеналу», ни к его расставанию с клубом это не имеет — он человек думающий, мыслящий, постоянно размышляющий, причем далеко не только о футболе, в некотором смысле даже философ. 

Помню, он меня спросил как-то раз, совершенно неожиданно: «Шандор, знаешь ты, какое слово в мире самое плохое?» Я говорю: «Какое?» Он: «Самое плохое слово — демократия». Дело было накануне какого-то очень важного матча, так что я, помню, удивился: о чем он вообще думает? А Арсен продолжает: «Да, демократия! И знаешь почему? Потому что во имя демократии, под прикрытием этого слова самые ужасные вещи в мире происходят — войны развязываются, гибнут женщины, дети...» 

Или другой был случай — это вообще лет 15 назад. Сидели мы у него в гостях — помню, Дешам был, еще какие-то тренеры. И кто-то из них Арсену говорит: «Отлично ты здесь устроился, дом такой красивый, бассейн, сад большой...» А Арсен в ответ: «Да, точно, жаль, что скоро заберут это все...» Мы такие: «Кто заберет?!» А он: «А вот те, кого мы обворовали, у кого мы земли отбирали, богатства, кого в рабство продавали... Вы посмотрите, — говорит, — на Британский музей, это же склад ворованных ценностей...» 

Это он, заметьте, говорил, тогда, когда терроризм еще не так бушевал, когда такого потока мигрантов из Африки, из Азии, который сейчас есть, в помине не было. И вот прошли эти 15 лет, и я думаю — как он все это предвидел? 

 

Россия — Запад — Коррупционная составляющая — Джордж Грэм — Эшли Коул, Моуриньо — Гаджиев — Гусин — Блаттер 

Вы работали и в России и на Западе. Можете оценить специфику этих футбольных рынков? К примеру, размеры так называемой коррупционной составляющей там и здесь сильно отличаются? 

Я по этому поводу вот что хочу сказать: коррупционная составляющая и там, и здесь, безусловно, присутствуют, и мне сложно оценить, где она больше. Многие считают, что в России. А я думаю, что и у вас, и на Западе есть воры, есть коррупционеры, и есть люди благородные, честные, порядочные. 

Другое дело, что Запад принято идеализировать, но я могу сказать, что и там мне доводилось с подобными негативными явлениями сталкиваться: помню, продавали мы игрока в один из голландских клубов, стоил он 300 тысяч евро. И вдруг во время финальной уже стадии согласования их гендиректор вдруг говорит: «Скажите, пожалуйста, вы не будете против, если мы вместо 300 тысяч миллион заплатим?» 

Я сначала удивился — обычно-то они на понижение торгуются, но он мне быстро все разъяснил — разницу, говорит, можно под столом поделить. Я от такого предложения отказался, но думаю, они не со мной первым в такие игры играть пытались. То есть вот вам конкретный пример из конкретной цивилизованной Голландии: сидит наемный топ-менеджер и у своего хозяина абсолютно нагло ворует деньги. 

Или в Англии был случай знаменитый: Джордж Грэм, бывший игрок «Арсенала» , а на момент, когда все это случилось, уже тренер, легенда клуба, любимец фанатов, вдруг попадается на том, что у одного агента взял 400 тысяч фунтов. Там клуб просматривал нескольких примерно равных игроков, ну и вот за то, чтобы решение было принято в пользу клиента этого агента, он и заплатил. Это был страшный скандал и страшный для Грэма позор! Его из «Арсенала» выгнали, не помогли никакие прежние заслуги!

Потом еще можно вспомнить ситуацию со скандалом вокруг перехода Эшли Коула из «Арсенала» в «Челси»: ее, правда, наверное, нельзя назвать однозначно коррупционной, но все равно это была очень некрасивая история, когда Эшли, будучи игроком «Арсенала», который в тот момент боролся с «Челси» за выход в Лигу Чемпионов, за спиной у своего клуба вел с Моуриньо переговоры о переходе в его команду. Когда это вскрылось, это тоже был дикий скандал — и самого Эшли, и его агента, и Моуриньо очень крупно оштрафовали.

Газетчикам их сдал официант отеля, в котором они встречались для переговоров, и знаете, на чем они погорели? На сущей, в общем-то, ерунде. Этот парень, официант, потом говорил, что он, может быть, журналистам про увиденное рассказывать бы и не стал, если бы не Жозе — он, когда тот к их столику подошел поинтересоваться, не хотят ли они чего-нибудь заказать, на него даже не посмотрел, а только рукой сделал такое движение пренебрежительное — дескать, давай, иди отсюда. Вот! Вот, что значит обидеть маленького человека! 

В общем, я хочу сказать, что коррупция в современном футболе, конечно, присутствует, что неудивительно при том объеме денег, которые в нем крутятся, при тех соблазнах, которые у людей, с этими деньгами так или иначе соприкасающихся, возникают. Но, слава Богу, видим мы иногда и обратные примеры, и видим их в том числе и в России. 

Я, например, не могу забыть ситуацию 2007 года, когда Андрей Гусин — Царствие ему небесное! — переходил в «Сатурн». Гаджи Муслимович Гаджиев его там видел своим ассистентом, а Андрей еще поиграть хотел. Договорились в итоге так: подписываем его как помощника тренера, но если вдруг он форму наберет, то может быть и как футболист заявлен — естественно, с повышением, и очень значительным, зарплаты. Дальше так было дело: двух недель не прошло — Гаджиев звонит: берем его на контракт игрока, на год, речь шла о сумме примерно в миллион долларов. 

А еще через какое-то время Гаджи Муслимовича из клуба увольняют, Андрей собирает вещи — и за ним, на выход. Ему говорят: «Погоди, ты-то куда? Ты же футболист, ты на контракте!» А он в ответ: «Нет, я — играющий тренер, я — в тренерском штабе, если главного уволили, значит и я здесь не останусь». А ведь ему на тот момент было уже 35 лет, и он в таком возрасте, на самом закате карьеры, отказывается, можно сказать, от последней возможности как следует заработать — от миллиона долларов! И все из-за принципов. Прекрасный был человек. Очень мне его жаль...

Чтобы закончить тему коррупции: как вы относитесь к деятельности Зеппа Блаттера вот главе ФИФА? 

Блаттер, несомненно, был участником коррупционных схем, это отрицать едва ли возможно. Другое дело, что об этом и двадцать лет назад многим было прекрасно известно. В связи с этим возникает вопрос: а чего же вы тогда-то молчали? Не потому ли, что двадцать лет назад действия Блаттера вас по какой-то причине устраивали, а теперь устраивать перестали? 

А вообще, если на одну чашу весов положить вред, который Зепп нанес футболу, а на другую — принесенную им же пользу, то польза перевесит, однозначно. Таково мое мнение.

Эмиль Остерехер — Ференц Пушкаш — Сергей Ребров — агентские проценты — будущие звезды футбола 

Вам приходилось когда-нибудь в интересах своих клиентов лукавить, говорить неправду? 

Знаете, я своим учителем считаю Эмиля Остерехера, это был человек, который привел в «Реал» Пушкаша. И вот он мне рассказывал, как состоялся этот трансфер, а состоялся он удивительным образом, поскольку изначально его не хотел никто — ни сам Пушкаш, ни Сантьяго Бернабеу, знаменитый президент «Реала». 

Эмиль мне говорил, что он буквально метался между этими двумя — Бернабеу убеждал, что Пушкаш, несмотря на свой 31 год — а это по тем временам было все равно, что сейчас 41 — и 10 килограммов лишнего веса, еще очень хорош, и может «Реалу» пригодится. А Пушкашу, который уже собирался на покой, рассказывал, что Бернабеу так его хочет, что одна мысль о том, что Ференц в «Реал» может не перейти, его доводит до слез. 

Ну, и вот как по вашему? Врал он или нет? Врал, конечно, и тому, и другому. Но — благодаря этому вранью мировой футбол получил те самые знаменитые, блестящие девять лет Пушкаша в «Реале», без которых теперь историю этого клуба представить просто невозможно.

В моей карьере аналогичные ситуации тоже случались. Самая памятная — с переходом Сергея Реброва из киевского «Динамо». Там Суркис и Алан Шугар, президент «Тоттенхэма», очень долго не могли договориться о цене. И мне приходилось как-то между ними лавировать, приводить их к более или менее общему знаменателю. То есть, например, сначала звоню Суркису, говорю: «Слушайте, вы слишком много за Реброва просите. Надо сбавить, вы же понимаете — он не мальчик уже, да и с коленом у него проблемы...» 

Потом набираю Шугару: «Сэр Алан, те деньги, которые вы предлагаете, это очень мало, очень! Это же не кто-нибудь, это Ребров, это суперфорвард!» Помню, дети мои однажды стали свидетелями всех этих разговоров — это их очень удивило, они на меня такие уставились и говорят: «Пап, это ты чего сейчас, врешь, да?» 

В общем, долго договориться не удавалось, но в конце концов — получилось. Приехали мы с Ребровым в Лондон, обсуждать уже условия личного контракта — по этому -то как раз вопросу в пять минут уложились. Потом опять вернулись к сумме трансфера — начинали с пяти миллионов фунтов, дошли до десяти, и все — на этом Шугар уперся, десять согласен дать, но больше — ни копейки. А Суркис, с которым я связь держу по телефону, настаивает — пусть еще миллион добавит, и — по рукам! 

А как эту прибавку выбить?! Совершенно непонятно — все аргументы вроде исчерпаны: Ребров бледный сидит, нервничает — вот-вот трансфер сорвется... И тут меня осенило. «Сэр Алан, — Шугару говорю, — да чего же мы с вами цену обсуждаем, когда она на товаре написана?!» И сую ему снимок Реброва... Вы помните, под каким он номером играл? Точно — под 11-м! И вот представьте себе — такой вот вроде бы несерьезный аргумент, такая вроде бы шутка лукавая — именно она дело с мертвой точки и сдвинула. Шугар усмехнулся, ему такой юмор понравился, в общем — договорились.

Так что, возвращаясь к вашему вопросу — да, и привирать, и лукавить мне, конечно, иногда приходилось. Но всегда — для пользы дела, исключительно в интересах моих клиентов. 

Сколько агент получает за свою работу? Какой процент от каждого осуществленного трансфера? 

Есть рекомендации и ограничения, установленные ФИФА. В идеале агент не должен получать больше 10 процентов от личного контракта футболиста, которого он представляет, он не может претендовать на выплаты от двух сторон одной и той же сделки, и так далее. 

Что касается нашей компании, то мы ориентируемся именно на эту цифру — 10 процентов. Но вообще-то мне в моей жизни приходилось видеть всякие соглашения — в том числе такие, по которым 90 процентов средств от сделки шло агенту и лишь 10 — игроку. С другой стороны, агент может работать и из 2-3 процентов — если речь идет о каких-то очень уж крупных контрактах, на десятки и сотни миллионов. И да, еще такой момент: с неспортивных соглашений, которые наши клиенты заключают при нашей поддержке — с рекламных, маркетинговых — мы берем вдвое больше, 20 процентов. 

Кому-то может показаться, что это очень много, некоторые считают, что работа футбольного агента это такая синекура, бесконечное снятие сливок с чужого молока, но это, конечно, не так. Нужно понимать, что агенты не только много зарабатывают, они реально много тратят — все эти бесконечные переезды, проживание в гостиницах, организация переговоров — все это большие деньги. 

И самое главное, что эти траты — далеко не гарантия успеха. Трансфер, которым ты занимаешься, в организацию которого ты вкладываешь собственные деньги, может сорваться, и такие случаи — не то, что не редкость, это абсолютная обыденность, проза каждодневной жизни, и если он срывается, никто тебе потраченных денег, конечно, не возместит. Так что озвученные 10 процентов с удавшегося трансфера — это нормально, это, как правило, заслуженная награда за хорошо сделанную работу. 

Большинство современных футболистов это прекрасно понимают, они знают, что наши проценты — гарантия их благополучия. Тут механика простая — мы кровно заинтересованы в том, чтобы наши клиенты зарабатывали как можно больше, потому что, чем больше их контракт, тем, соответственно, больше наши отчисления. Это честно, прозрачно, логично и выгодно всем. А ситуации, при которых агент материально не заинтересован, как показывает практика, могут иногда заканчиваться историями вроде той, что случилась с одним из наших нынешних клиентов, Тамашем Кадаром.

Сейчас он за «Динамо» (Киев) играет, а несколько лет назад, при переходе в другой клуб у него неожиданно случились большие проблемы с медосмотром — он его не прошел. Никогда с ним такого не было, и — вдруг! А что в итоге оказалось? Оказалось, что он на тот момент не сумел договориться со своим агентом о том, сколько тот за его трансфер получит, и агент, видя, что ничего ему с этой сделки не светит, просто заплатил врачу за соответствующее заключение. 

В общем, резюме такое: если вы футболист и у вас есть агент, то ему от вас обязательно должно быть что-то нужно. Это нормально. А вот от бескорыстного агента, мой вам совет, бегите со всех ног. 

Последний вопрос: вы уже знаете кого-то из футбольных звезд ближайшего будущего? Кого-то, о ком пока широко не говорят? 

Есть сейчас в киевском «Динамо» такой парень — Алан Аусси, защитник, 17 лет. Мать украинка, отец — сириец. Он вообще-то начинал в системе «Шахтера», но когда война там началась, в Киев перебрался вместе с родителями.

Вот это — действительно огромный талант. Им «Барселона» интересовалась, «Бавария», «Валенсия»... Но вроде и он, и родители к этому ажиотажу пока правильно относятся, сломя голову никуда мчаться не собираются. Алан Аусси. Запомните это имя. Большой игрок может вырасти.

Петр БРАНТОВ