Блог F1 - королева автоспорта!

25 лет без великого. Какой путь проделал Айртон Сенна, чтобы попасть в «Формулу-1»

Как Айртон адаптировался к гонкам в Англии

Молодому человеку скоро должен был исполниться 21 год, звали его Айртон да Силва, а прибыл он в Англию из Бразилии. Дверь, которую он открыл, вела в офис Ральфа Фэрмина — владельца сильнейшей в Англии гоночной команды «Формулы-Форд» — Van Diemen. Почти все молодые британцы, бредившие в те годы лаврами Джима Кларка и Джеки Стюарта, рано или поздно обязательно стучались в эту дверь. Да и не только британцы… В последние годы здесь перебывало немало юношей, чьими кумирами были земляки Хуан Мануэль Фанхио и Эмерсона Фиттипальди. Причем с каждым годом латиноамериканцев становилось все больше: Пасе, Морено, Боэзель. Айртон, как оказалось, в Снеттертоне уже знали.

«Помню, когда в 77-м у нас гонялся бразилец Шику Серра, он постоянно говорил о парне по фамилии Сенна, — вспоминает Ральф. — «Он приедет, обязательно приедет», — повторял Серра. Через пару лет Айртон действительно приехал. И когда он впервые переступил порог моего офиса, я уже достаточно знал о нем. Шику все уши прожужжал мне о том, как хорош Сенна. Несмотря на это, при первом знакомстве Айртон показался мне чересчур самоуверенным. Но уже через десять минут я понял, что это не была пустая самонадеянность. Этот парень точно знал, что и как ему нужно делать, чтобы стать чемпионом».

Они договорились, что Айртон попробует свои силы во всех трех британских чемпионатах «Формулы-1600», проводимых Королевским автоклубом и судоходными компаниями P&O и Towsend-Thoresen. Айртон снял для себя и своей молодой жены Лилиан жилье к югу от Норвича и начал потихоньку приспосабливаться к новому для себя миру. Те первые месяцы оказались, наверное, самыми сложными в его жизни. Он еще плохо говорил по-английски, к тому же теперь ему пришлось привыкать ко множеству новых для него вещей: машинам (причем как гоночным, так и дорожным — с правым рулем), трассам, даже… к новому имени. По настоянию отца, с боем отпустившего сына в Европу, Айртон да Силва выступал в гонках под девичьей фамилией своей матери — Сенна. Но англичанам и это имя показалось слишком сложным, и в команде его окрестили просто Гарри. К новому прозвищу Айртон привык быстро. А вот с гонками и преодолением языкового барьера все оказалось куда сложнее. Хотя, надо отдать ему должное, первое давалось Гарри куда легче второго.

«Опыт картинга, конечно, сильно помог мне, но в основном это касалось лишь езды в толкучке, — вспоминал потом Сенна. — В этом «Ф-Форд» и картинг похожи. Но основы управления «формулой» все-таки слишком сильно отличаются от карта». Чтобы привыкнуть к новой машине и незнакомым трассам, потребовалось время. И 1 марта на своей первой в жизни гонке в Брэндс-Хэтче Гарри квалифицировался в середине стартового поля, а на финиш приехал пятым, позади обоих своих партнеров по Van Diemen. Во второй гонке в Тракстоне Сенна был уже третьим. Но как только «Формула-1600» вернулась на уже знакомую ему трассу в Брэндс-Хэтче, Гарри одержал свою первую победу.

«Гонка проходила в дождь, — вспоминает его механик Падди Пеллен. — И уже сразу после старта стало понятно, что сегодня Сенне не будет равных. А когда он наконец пересек первым финишную линию, ко мне бросилась его обезумевшая от счастья жена Лилиан. Эта хрупкая девушка была в таком экстазе, что едва не оторвала меня, здорового мужика, от земли. А вообще она была очень даже ничего… и отлично готовила. Помню, она пекла по какому-то особому бразильскому рецепту просто восхитительные банановые пирожные и приносила их нам в боксы. Поверьте, ничего вкуснее я в жизни не пробовал…»

«Лилиан говорила по-английски еще хуже Сенны. Но она была соблазнительной девчонкой, с таакими формами и истинно бразильской задницей, что когда она прогуливалась по паддоку, не было ни одного мужика, который бы не остановился поглазеть на нее, — соглашается с Падди фотограф нашего журнала Кит Саттон, именно с той самой дождевой гонки начавший работать личным «фотолетописцем» Айртона. — В Тракстоне Сенна сам подошел ко мне и предложил поработать на него. Ему нужны были фото с гонок для бразильской прессы и поиска спонсоров».

Сенна мог завязать с гонками…

С каждой гонкой он ехал все быстрее и быстрее. Но больше всего поражало, насколько точно он уже в столь юном возрасте оценивал свои возможности. «Однажды после тестов он заявил мне: «Я мог проехать на две десятых быстрее здесь и отыграть еще три в этом повороте. Но я не стал этого делать, ведь сегодня только тесты. В квалификации же я проеду на пять десятых быстрее», — вспоминает Пеллен. — И действительно, он проехал ровно на полсекунды быстрее. Удивительно, но он всегда точно знал, сколько он может еще прибавить».

Кроме того, уже тогда в Айртоне начали проявляться те качества, что потом так восхищали поклонников и раздражали недоброжелателей в «Формуле-1»: агрессивный, порой взрывной характер (достаточно вспомнить мартовскую гонку в Снеттертоне, где он едва не подрался со своим партнером по команде Энрике Мансиллой после того, как аргентинец подрезал его на трассе) и удивительное умение ездить в дождь.

«Однажды в Снеттертоне я смотрел гонку Ф-1600, — вспоминает тим-менеджер команды Van Diemen Ф-2000 Денни Рашен. — Сенна лидировал, он шел всего на несколько ярдов впереди преследователей. Но тут пошел дождь, и на следующем круге он опережал остальных уже… на полкруга. «Бог ты мой!» — сказал я себе и тут же пошел познакомиться с ним. Я предложил ему на следующий год пересесть на «ф-2000», пообещав «полный пакет», европейский и британский чемпионаты, всего за 10 000 фунтов — сущие гроши, по сравнению с тем, что платили другие гонщики».

«Помимо потрясающего умения контролировать машину на мокрой трассе, Айртон всегда великолепно стартовал, — продолжает Ральф Фэрмин. — Как только загорался зеленый светофор, он тут же выигрывал несколько метров. Кроме того, на первых же кругах, пока другие раскачивались, выбирая свой темп и прогревая резину, он показывал лучшие круги и фактически выигрывал гонку. Уже где-то к середине сезона и я, и Падди точно знали: перед нами будущий чемпион мира».

В последний день августа Айртон, тремя неделями раньше выигравший первенство RAC, одержав свою 12-ю победу в сезоне, за этап до конца выиграл и чемпионат Towsend-Thoresen (в P&O Гарри проехал лишь одну гонку). Он стал первым бразильцем, сумевшим за один сезон выиграть сразу два чемпионата британской «Формулы-Форд». После церемонии награждения диктор по автодрому Брайан Джонс подошел к Сенне с микрофоном: «Ну что, Айртон, ты блестяще выступил в Формуле-1600, теперь тебя ждет дорога наверх, в Формулу-3?» «Нет, — ответил Сенна. — Я завязываю с гонками и возвращаюсь в Бразилию…»

Айртон и сам был безумно расстроен таким поворотом событий, но что ему оставалось делать? Отец, который финансировал его весь этот сезон, отказался давать деньги на следующий и требовал вернуться в Бразилию, взяться наконец за ум и окончить университет. Своих сбережений у Сенны не было, и дальше жить в Англии, а тем более выступать в гонках было не на что. Со спонсорами же в Бразилии в те годы было неважно: в Латинской Америке разразился грандиозный экономический кризис. Курс боливийского песо за один только год упал более чем в тысячу раз. Да и в самой Бразилии богатые даже не плакали, а рыдали — страна увязла в 100-миллиардных долгах. Какие уж тут автогонки! В общем, осенью 1981 года бразильский д’Артаньян, потерпевший к тому же очередное, уже четвертое фиаско на чемпионате мира по картингу в Парме, возвращался в свою заморскую «Гасконь» самым несчастным человеком на свете, в отчаянии даже отказавшись от участия в фестивале «Формулы-Форд» в Брэндс-Хэтче. И быть может, мир так никогда бы и не услышал о человеке по имени Айртон Сенна, если бы тогда, зимой 81-го, судьба все-таки не сжалилась над ним.

Триумфальное возвращение на Туманный Альбион

«С октября по февраль я аккуратно помогал отцу в его бизнесе, но все эти месяцы грезил Англией и мечтал вернуться в гонки», — вспоминал потом Сенна. То ли Айртон в конце концов сумел убедить отца, то ли Милтону да Силва просто надоело видеть постоянную грусть в глазах сына, но через пять месяцев он наконец сдался и предоставил Айртону возможность самому решать свою судьбу, а тот, естественно, тут же выбрал гонки. Затем был небольшой семейный совет, на котором родители благословили бразильца на подвиги («Я просто сумел убедить их, что в мои гонки вложено уже слишком много денег, а вернуть их я смогу, только попав в Формулу-1», — шутил потом Айртон), и через несколько дней он уже вновь летел через океан, навстречу своим будущим победам.

На этот раз он приехал в Англию уже один, без Лилиан: незадолго до его возвращения в Европу они разошлись. «Она была из очень хорошей семьи, привыкла к комфорту и прислуге и оказалась абсолютно не готова к роли домохозяйки в нашем доме в Норфолке», — с горечью признался Сенна после развода. Впрочем, злые языки потом уверяли, что Лилиан просто надоело, что Айртон уделял ей меньше внимания, чем своим машинам.

После блестящей победы в Ф-1600 перед Айртоном открылось множество путей. Его приглашали к себе команды Ф-Форд 2000, Ф-3 и даже Ф-2… «Приглашение в Формулу-2, конечно, польстило моему самолюбию. Но там гоняются заводские команды, и очень много зависит от машины и мотора. Если ты не попадешь «в масть», можно загубить всю карьеру, — не по годам здраво рассуждал Сенна. — Формула-3 — более соблазнительный вариант: машины там примерно равны. Но чтобы добиться успеха в «трешке», нужно предварительно намотать на тестах много километров, а времени на это у меня нет. Остается Ф-Форд 2000…» Приняв решение, Айртон, недолго думая, отправился к Денни Рашену и, подписав контракт с его командой Rushen Green Racing, с первой же гонки начал громить своих соперников.

Шесть первых гонок британского чемпионата он закончил со 100-процентным результатом: шесть побед, шесть поулов и шесть «быстрейших кругов». Особенно замечательной была его победа 9 апреля в Снеттертоне. Айртон, как обычно, вырвался вперед со старта, но тут позади произошел завал. За круг судьи не успели до конца расчистить трассу от гравия и обломков. Сенне пришлось проехать прямо по ним, после чего он вдруг резко сбросил скорость и откатился секунд на двадцать назад. «Мы подумали, что он вернется в боксы, — вспоминает Рашен. — Но не тут-то было».

Гонку возглавил партнер Сенны по RGR Кенни Эндрюс. «Я выигрывал у Сенны секунд 15, едва различал его в зеркалах и уже начал было верить в победу, — вспоминает Кен, — но вскоре он догнал и обошел меня». И только после гонки Рашен и Эндрюс узнали, чего на самом деле стоила эта победа Сенне. Когда в начале гонки он наехал на обломки, один из них повредил передние тормоза, и всю оставшуюся гонку на его машине работали только тормоза задних колес. Поэтому-то он и потерял в начале двадцать секунд, пока привыкал к новым «особенностям» своего автомобиля, но затем даже на поврежденной машине сумел выиграть гонку.

«Я не хотел просто стать еще одним пилотом Формулы-1. Я хотел быть победителем, и надеялся получить машину, которая позволила бы мне выигрывать гонки»

Удивительно, но если в Бразилии Сенна постоянно мечтал об Англии, то теперь в Европе ужасно скучал по родине, особенно весной и осенью. Теплолюбивый бразилец никак не мог до конца приспособиться к холодному климату Туманного Альбиона. Он никогда не садился в машину, не разогрев предварительно свои перчатки и балаклаву на радиаторе, ненавидел ранние тесты, потому что никак не мог заставить себя холодным утром вылезти из теплой кровати. Порой он просто ненавидел Англию с ее вечными туманами и мечтал о жарком солнце Бразилии. Но деваться было некуда, ведь только через сито английских гонок он мог пробиться в «Формулу-1». И с каждым днем он шаг за шагом приближался к своей мечте.

Еще в конце марта, по совету Саттона, Сенна разослал менеджерам команд «Формулы-1» небольшие пресс-релизы о себе. И вскоре начали приходить первые отклики. Айртоном всерьез заинтересовались Рон Деннис, Фрэнк Уильямс, Берни Экклстоун и Алекс Хокридж. Последний даже предложил бразильцу сесть за руль «Тоулмен» уже следующей весной. Но Сенна не спешил, он еще не чувствовал себя готовым к дебюту в «Формуле-1». К тому же его не прельщало начинать карьеру в команде-середняке, каким тогда была «Тоулмен». «Я не хотел просто стать еще одним пилотом Формулы-1, — говорил Сенна. — Я хотел быть победителем, и надеялся получить машину, которая позволила бы мне выигрывать гонки».

Впрочем, была у Айртона и еще одна мечта — побить в «Формуле-1» Нельсона Пике, который еще в Бразилии взбесил юного да Силву своим пренебрежительным высокомерным отношением. «Однажды я обязательно побью этого ублюдка», — заявил как-то Айртон Рашену. А в другой раз задумчиво спросил у Денни: «Как ты думаешь, кто из нас лучший гонщик: я, Шику Серра или Нельсон Пике?» «Ну, не знаю», — замялся Рашен. И Айртон ответил сам: «Знаешь, у меня огромное преимущество над ними обоими, ведь я занимаюсь картингом с четырех лет!»

В свои 22 он действительно занимался картингом уже 18 лет. И этот сезон стал последним для Сенны-картингиста. После очередного провала на чемпионате мира в шведском Кальмаре, где у него лопнула шина, Айртон завершил свою картинговую карьеру. Впрочем, шведская неудача в том сезоне оказалась для Сенны лишь неприятным исключением. В целом, 1982 год бразилец завершил еще лучше, чем предыдущий. Одержав 21 (!) победу в 27 гонках, Айртон выиграл и британский, и европейский чемпионаты «Формулы-Форд 2000», а в середине ноября в Тракстоне сел за руль Ralt «Формулы-3» команды Дика Беннеттса. «Эта гонка была очень важна для меня, — вспоминал Сенна. — «Формулу-3» тогда показывали по британскому телевидению, и при благоприятном результате она могла очень помочь мне собрать бюджет на следующий сезон». Результат первой гонки превзошел даже самые радужные прогнозы. Поул-позиция, быстрейший круг в гонке, лидирование со старта до финиша, победа — таким получился дебют Гарри в британской «Формуле-3», его последней ступени на пути в «Формулу-1».

«Второе место – первое среди неудачников»

В 1983 году Сенна подписал контракт с West Surrey Racing — одной из сильнейших команд британской «трешки» и начал новый сезон в уже привычной роли главного фаворита. Однако здесь он впервые за три года в Англии встретил серьезное сопротивление. Человеком, который смог на равных противостоять юному Бразильскому Волшебнику, оказался будущий пилот «Формулы-1» и чемпион мира в гонках спортпрототипов англичанин Мартин Брандл, выступавший тогда за команду «Формулы-3» Эдди Джордана. Подоплека этого противостояния усугублялась еще и тем, что Джордан стал первым, кто год назад усадил Сенну (причем совершенно бесплатно) в машину «Формулы-3», но после того как Айртон выбрал WSR, затаил на бразильца обиду и только и мечтал о том, чтобы не дать ему выиграть титул.

Чемпионат вроде бы начался для Сенны лучше некуда. И хотя победы теперь давались ему куда тяжелее, чем в «Формуле-Форд», Айртон продолжал выигрывать одну гонку за другой, иногда совершая для этого маленькие чудеса. Так однажды в Сильверстоуне Сенна сумел дважды обойти Брандла в Stowe, а затем в Becketts… по внешней траектории. «Это было невероятно! Он был уже двумя колесами на траве, но упрямо несся вперед», — вспоминает схватку с Сенной в Becketts Мартин. Выиграв девять первых гонок, Айртон побил рекорд Пике, одержавшего в 78-м восемь побед подряд. Но затем последовала полоса неудач. Причем, как позднее и в «Формуле-1», Айртона подводила его чрезмерная нацеленность на победу. Для Сенны не существовало других мест, кроме первого, и в своем стремлении к победе он часто переходил грань разумного риска.

«Я втолковывал ему, что выиграть все гонки невозможно и иногда лучше довольствоваться вторым местом, чем вообще не получить ни одного очка, но все впустую», — сетовал Дик Беннеттс. В итоге за сезон Сенна лишь дважды финишировал вторым, зато в шести гонках вообще не смог добраться до финиша. И хотя он одержал больше всех побед, за этап до конца чемпионата вперед с преимуществом в одно очко вышел Брандл, который хоть и выиграл меньше гонок, зато стабильно набирал очки там, где Сенна сходил с трассы. Но финиш сезона все-таки остался за бразильцем.

Сначала уверенно выиграв последнюю гонку британской «Формулы-3» в Тракстоне, Айртон обошел-таки Брандла в чемпионате. Затем была блестящая победа в Гран-при Макао, где Сенна, в ночь накануне тренировок прилетевший с тестов «Брэбем», на совершенно незнакомом городском кольце более чем уверенно выиграл обе гонки, побив абсолютный рекорд трассы. Потом Сенну ждали бесплодные переговоры с Экклстоуном, Деннисом и Уильямсом, очередные тесты «Тоулмен» в Сильверстоуне, на которых он почти на секунду перекрыл время Дерека Уорика, и восторженная характеристика Рори Бирна: «Он великолепен! Нам просто необходимо заполучить его».

В начале ноября 1983 года темноволосый молодой человек остановил машину на одной из улиц в центре Лондона и, помедлив секунду, направился к двери небольшого офиса команды «Формулы-1» «Тоулмен». За этой дверью безвестного бразильца ждала всемирная слава. Но пока это было только начало.

Источник.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья